Дело о сером запахе

Анекдот № 285989:
В заборе между Раем и Адом со временем появились дыры, и в Раю стало попахивать серой. Обитатели Рая стали жаловаться на соседей из Ада, дело дошло до суда. И как вы думаете, кто победил? Конечно, адские жители - ведь самые лучшие адвокаты у них!

1.
В Раю всегда было идеально. Слишком идеально. Даже облака были выглажены, а радуга обновлялась каждое утро по расписанию. Поэтому, когда из-за забора начало ощутимо тянуть серой, ангелы сначала просто морщились. Потом начали кашлять. А потом подали в Небесный Суд коллективную жалобу на «систематическое нарушение атмосферного блаженства».
Зал суда был величественным: белый мрамор, золотые колонны и огромные весы, которые, по слухам, никогда не врали. С одной стороны сидели истцы — сияющие, в белых одеждах, с крыльями, аккуратно сложенными за спиной. Возглавлял делегацию архангел Гавриил, который выглядел так, будто его только что заставили нюхать носки Люцифера.
С другой стороны зала расположились ответчики. И вот тут начиналось самое интересное.
Ад явился в полном составе. Буквально.
Люцифер сидел в центре, закинув ногу на ногу, в безупречном чёрном костюме, который стоил явно дороже, чем вся небесная канцелярия. Рядом с ним расположились лучшие адвокаты Преисподней: демон по имени Азраэль «Кровавый Язык» Вельзевул, суккуб-юрист Лилит Сатанина и, самое страшное, — бывший человеческий адвокат, который в 2021-м году выиграл дело против самого Господа Бога по технической ошибке в договоре о душе. Его звали просто — Мефисто.
Судья — сам Метатрон — постучал молотком.
— Слушается дело «Рай против Ада» по факту загрязнения атмосферы сероводородом и прочими адскими ароматами. Слово предоставляется истцам.
Гавриил поднялся, величественный и светлый.
— Ваша Божественность, — начал он. — Мы терпели. Мы молились. Мы даже поставили дополнительные фильтры на облака. Но запах… этот запах! Он проникает везде! Вчера я нашёл серу в своей утренней манне! Это… это просто неприемлемо!
По залу пронёсся возмущённый ангельский гул.
Метатрон кивнул и посмотрел на ответчиков.
— Ад?
Люцифер даже не встал. Просто щёлкнул пальцами.
Вперёд вышел Мефисто. В руках у него была папка толщиной с Библию. На обложке золотыми буквами было выведено: «Возражение».
— Уважаемый суд, — начал он бархатным голосом, от которого у ближайших ангелов начали дымиться нимбы. — Во-первых, мои клиенты не нарушали никаких договорённостей. Забор между Раем и Адом был установлен по инициативе Истца (он кивнул в сторону Гавриила) ещё в 1347 году после особенно неудачной эпидемии чумы. В договоре чётко указано: «Сторона А (Рай) обязуется поддерживать забор в исправном состоянии».
Он сделал театральную паузу.
— Где в договоре написано, что Ад должен следить за тем, чтобы из его территории не пахло? Нигде. Более того, — Мефисто поднял палец, — запах серы является неотъемлемой частью культурного наследия Ада. Это наше нематериальное достояние. Мы имеем на него право по конвенции 666 года.
Ангелы начали переглядываться.
— Во-вторых, — продолжал Мефисто, — истцы сами виноваты. Если бы они не строили забор из самого дешёвого райского мрамора, который, как известно, обладает пористой структурой, запах бы не проникал. Мы, между прочим, предлагали поставить нормальный адский обсидиан с рунами запечатывания. Но нет. «Это будет выглядеть слишком мрачно», — передразнил он кого-то из ангелов. — Теперь нюхайте.
Люцифер тихо хихикнул в кулак.
Гавриил покраснел (насколько это возможно для существа из чистого света).
— Это… это демагогия!
— Это факты, — мило улыбнулся Мефисто. — И в-третьих. Самое главное.
Он открыл последнюю страницу папки.
— Мы готовы пойти на мировое соглашение. Ад готов полностью убрать запах… при одном условии.
В зале повисла тишина.
— Мы хотим, чтобы раз в неделю, по субботам, Рай проводил «День Открытых Врат». С 20:00 до 06:00. Без ограничений. Желающие из Рая смогут посетить Ад, а наши граждане — ваш. С полным взаимным уважением к культурным особенностям.
По залу пронёсся шок.
Люцифер лениво поднял руку.
— И ещё мы хотим пиццу. С ананасами. Чтобы вы тоже немного пострадали.
Метатрон долго молчал. Потом тяжело вздохнул.
— Суд удаляется на совещание.
Через сорок минут он вернулся.
— Суд постановил…
Все затаили дыхание.
— Иск отклонён. Забор признан собственностью Рая, следовательно, ответственность за его состояние лежит на Рае. Ад имеет полное право пахнуть так, как ему заблагорассудится. Кроме того, удовлетворено встречное требование ответчиков о «Дне Открытых Врат».
Гавриил сел на место, как подкошенный.
Люцифер встал, застегнул пиджак и подошёл к архангелу. Протянул руку.
— Не держи зла, Гавриил. В следующую субботу приходи. У нас будет караоке. Я спою «Highway to Hell». Специально для тебя.
Гавриил посмотрел на протянутую руку, потом на улыбающегося Дьявола и тихо прошептал:
— …я ненавижу вас всех.
Люцифер рассмеялся так, что в Раю впервые за всю историю пошёл чёрный снег.
А где-то в задних рядах Азраэль Вельзевул уже готовил новый иск — «О моральном ущербе, причинённом ангелам видом Люцифера в обтягивающих брюках».
Дело №285989 было только началом.

2.
Первая суббота «Дня Открытых Врат» стала событием тысячелетия. Ангелы, снедаемые любопытством и праведным негодованием, сбились в стайки у границы, не решаясь сделать первый шаг. Демоны же, наоборот, хлынули в Рай шумной, весёлой толпой, как туристы, вырвавшиеся на «всё включено».
Они с восторгом фотографировались на фоне Радужного Моста, пробовали манну (и тут же плевались, жалуясь на отсутствие специй), и пытались научить херувимов играть в покер на души. Лилит Сатанина устроила импровизированный мастер-класс по «искусству соблазнения для начинающих», чем вызвала массовый обморок у серафимов.
Гавриил наблюдал за этим хаосом со своего облака, сжимая в руке чашу с нектаром так, что она треснула. Рядом материализовался Люцифер, держа в руках два бумажных стаканчика.
— Кофе? — предложил он. — Наш, адский. С перчинкой. Буквально.
— Уйди, искуситель, — процедил Гавриил, не глядя на него.
— Да ладно тебе, Гав. Смотри, как всем весело. Твои ребята учатся расслабляться, мои — видят, что не всё в мире состоит из лавы и страданий. Культурный обмен!
Он протянул стаканчик настойчивее. Гавриил, поколебавшись, взял его. Кофе действительно обжигал, но странным образом бодрил.
— Ты всё это подстроил, — констатировал архангел. — Забор, запах, суд... Всё ради этого балагана.
Люцифер отпил из своего стаканчика и хитро улыбнулся.
— Скучно стало, Гавриил. Вечность — та ещё тоска, если в ней ничего не происходит. Ты сидишь в своей стерильной белизне, я — в своей предсказуемой копоти. Нам всем нужна была встряска. И, — он подмигнул, — я всегда хотел попробовать вашу амброзию. Говорят, она неплохо идёт под острые крылышки.
Внизу, у подножия его облака, Мефисто уже раздавал визитки ангелам, предлагая «юридическую помощь в оспаривании божественных предписаний, недорого».
Гавриил посмотрел на вакханалию внизу, на улыбающегося Люцифера, сделал ещё один глоток обжигающего кофе и впервые за много веков подумал, что, возможно, немного хаоса — это не так уж и плохо.
— В следующий раз, — сказал он твёрдо, — караоке у нас. И ты будешь петь «Stairway to Heaven».
Люцифер расхохотался.
— Договорились. Но пиццу с ананасами всё равно принесёте вы. Есть вещи, в которых даже я не готов идти на компромисс.

3.
Вторая суббота прошла ещё более феерично. Ангелы, осмелев, начали робко спускаться в Ад. Их встречали не котлы и мучения, а скорее атмосфера бесконечного рок-фестиваля. Азраэль Вельзевул, отложив судебные иски, оказался виртуозным гитаристом и собрал целую толпу крылатых фанатов, исполняя каверы на ангельские псалмы в стиле хэви-метал.
Гавриил, скрепя сердце, спустился тоже. Не из любопытства, конечно, а исключительно «с инспекцией». Люцифер тут же нашёл его в толпе и всучил в руки микрофон.
— Твоя очередь, Гав. Обещал.
Под оглушительный рёв и свист демонов и смущённый шёпот ангелов, архангел, глядя на Люцифера с нескрываемой ненавистью, затянул первые строки «Stairway to Heaven». И случилось невероятное. Его чистый, божественный голос разлился по Преисподней, и на несколько мгновений даже лава в реках замерла, заслушавшись. Когда он закончил, повисла оглушительная тишина, а потом Ад взорвался аплодисментами, искренними и громкими.
Люцифер похлопал его по плечу.
— Неплохо, Гав. Очень неплохо. Почти так же хорошо, как мой «Highway to Hell».
— Твоё эго размером с девять кругов, — проворчал Гавриил, но уголки его губ против воли дёрнулись вверх.
Тем временем в Раю Мефисто открыл «Юридическую консультацию Мефисто и Партнёры». Первым клиентом стал херувим, который хотел оспорить запрет на ношение тёмных очков («Они портят благостный образ», — гласило предписание). Мефисто выиграл дело за пятнадцать минут, сославшись на «неотъемлемое право на защиту сетчатки от чрезмерного божественного сияния». Рай наводнили херувимы в стильных авиаторах.
К концу месяца «Дни Открытых Врат» стали традицией. Ангелы приносили в Ад домашнюю амброзию, а демоны угощали их острыми закусками, от которых изо рта шёл дым. Лилит и Гавриил затеяли бесконечный спор о моде, доказывая друг другу преимущества белых тоги и маленького чёрного платья.
Однажды вечером, сидя на краю Райского сада и глядя, как внизу, в Аду, зажигаются огни для очередного концерта, Гавриил повернулся к Люциферу, который потягивал нектар из бокала.
— Знаешь, я тут подумал… Забор-то мы так и не починили.
Люцифер усмехнулся.
— А зачем? Через дыры ходить удобнее.
Он поднял свой бокал.
— За дыры в заборах, Гавриил. Иногда они ведут к чему-то интересному.
Гавриил посмотрел на него, потом на свой бокал с адским кофе и, впервые за всю историю мироздания, чокнулся с Дьяволом. Где-то внизу Мефисто как раз подавал коллективный иск от имени грешников на пересмотр условий их вечных мук, ссылаясь на «устаревшие стандарты и необходимость гуманизации наказания».
И Гавриил понял, что скучно им больше не будет. Никогда.

4.
Третья суббота ознаменовалась первым совместным проектом. Идея, как ни странно, принадлежала Гавриилу. После того как он увидел, с каким восторгом демоны слушают его пение, в его светлую голову закралась мысль.
— Люцифер, — начал он деловито, перехватив того у врат Рая. — У нас есть проблема. Твои… э-э-э… подопечные совершенно не разбираются в классической музыке. А наши ангелы ничего не знают о ритме. Это культурный пробел.
Люцифер приподнял бровь.
— И что ты предлагаешь? Заставить моих чертей слушать Баха? Они его самого варили в котле в четвёртом круге, он им не понравился.
— Я предлагаю баттл, — глаза Гавриила сверкнули нечестивым для архангела огнём. — Оркестр Рая против рок-группы Ада. В следующую субботу. На нейтральной территории. На Радужном Мосту.
Люцифер оскалился.
— Гав, ты начинаешь мне нравиться. Идёт. Но судьёй будет Мефисто. Он беспристрастен. Он ненавидит всех одинаково.
Подготовка к баттлу всколыхнула оба мира. Ангелы до блеска начищали свои арфы и трубы, репетируя «Полёт валькирий» с такой яростью, что несколько облаков не выдержали и пролились дождём. В Аду же Азраэль Вельзевул собрал группу «Адские Перезвоны», в которую вошли барабанщик-циклоп, басист-минотавр и Лилит на бэк-вокале. Они репетировали так громко, что грешники в круге для чревоугодников жаловались на потерю аппетита.
В назначенную субботу Радужный Мост был забит до отказа. С одной стороны — сияющая публика Рая, с другой — пёстрая и шумная толпа из Ада. Посередине, на импровизированном троне из чёрного льда, восседал Мефисто в судейской мантии и с каменным лицом.
Первыми выступали ангелы. Божественная симфония полилась над бездной, гармоничная, чистая и настолько возвышенная, что у нескольких демонов от переизбытка чувств отрасли маленькие белые крылышки, которые, впрочем, тут же сгорели.
Затем на сцену вышли «Адские Перезвоны». Азраэль ударил по струнам, и Мост содрогнулся от мощного гитарного риффа. Лилит запела низким, обволакивающим голосом, и ангелы, никогда не слышавшие ничего подобного, замерли, разинув рты. Херувимы в тёмных очках начали нерешительно притопывать.
Баттл длился несколько часов. Классика сменялась роком, божественные хоралы — дьявольскими соло. Наконец, Мефисто поднял руку.
— Вердикт, — его голос прозвучал над притихшей толпой. — Проанализировав представленные композиции с точки зрения гармонии, ритмической сложности и эмоционального воздействия, суд постановил… Ничья.
По толпе пронёсся разочарованный вздох.
— …Однако, — продолжил Мефисто, — суд назначает дополнительное, решающее испытание. Совместное выступление. Вы должны создать нечто, объединяющее оба стиля. У вас час.
Гавриил и Люцифер переглянулись. Это казалось невозможным. Но азарт был сильнее.
И они сделали это. Гавриил взял на себя основную мелодию, выводя её чистым, как хрусталь, голосом. Азраэль подхватил её, добавив жёсткости и драйва электрогитарой. Ангельский хор стал мощным бэк-вокалом для хрипловатого голоса Лилит. Получилось нечто невероятное — симфонический метал-госпел, от которого по коже бежали мурашки и у святых, и у грешников.
Когда последний аккорд затих, толпа взорвалась овациями. Ангелы и демоны аплодировали вместе, обнимаясь и крича «Браво!».
Люцифер подошёл к Гавриилу и протянул ему бутылку с какой-то тёмной жидкостью.
— Адский коньяк. Ты заслужил.
Гавриил принял бутылку и сделал глоток. Огонь пронёсся по его жилам.
— Неплохо, — выдохнул он. — Но наша амброзия всё равно лучше.
Они стояли рядом, глядя на ликующую толпу. Забор с дырами казался теперь не границей, а просто старым, ненужным артефактом.
А в своей юридической консультации Мефисто уже составлял новый документ. Это был контракт на организацию первого в истории межмирового музыкального фестиваля «Heaven & Hell Fest». Спонсором, разумеется, выступала фирма «Мефисто и Партнёры». В конце концов, кто-то же должен был на всём этом зарабатывать.

5.
Четвёртая суббота началась с кризиса. В Раю пропал цвет. Не весь, конечно, но все оттенки синего. Небо стало молочно-белым, васильки на полях — бесцветными, а сапфировые врата выглядели так, будто их отбелили. Ангелы впали в уныние. Синий был цветом спокойствия и созерцания, и без него Рай казался незавершённым и тревожным.
Гавриил, разумеется, тут же обвинил Ад. Он ворвался в кабинет Люцифера, который как раз дегустировал новую партию лавового вина, и грохнул кулаком по столу из обсидиана.
— Верни синий! Я знаю, это твоих рук дело!
Люцифер лениво облизнул губы.
— Гав, я ценю твою веру в моё всемогущество, но воровать цвета — это как-то… мелко. Даже для меня. У тебя есть доказательства?
— А кому ещё это нужно?! — кипятился Гавриил. — Это диверсия! Ты хочешь подорвать наш моральный дух перед следующим фестивалем!
— Фестиваль через месяц, — резонно заметил Люцифер. — Рановато для диверсий. И вообще, с чего ты взял, что это мы? Может, у вас просто краска закончилась?
Спор зашёл в тупик. Гавриил был уверен в виновности Ада, Люцифер с наслаждением отрицал всё. Дело снова грозило дойти до суда, но тут в кабинете материализовался Мефисто. В руках у него была тонкая папочка с надписью «Дело №285990: О пропаже синего цвета».
— Господа, — начал он, поправляя идеально завязанный галстук. — Прежде чем вы начнёте метать друг в друга молнии и серу, позвольте предложить свои услуги. Я провёл предварительное расследование.
Он сделал паузу, наслаждаясь всеобщим вниманием.
— Цвет не был украден. Он был взят в залог.
— Кем?! — в один голос спросили архангел и дьявол.
— Одним из ваших, Гавриил, — Мефисто с лёгкой улыбкой посмотрел на архангела. — Херувим по имени Йеремиил. Тот самый, которому моя фирма помогла с тёмными очками. Он решил, что раз уж можно оспаривать божественные предписания, то можно и брать кредиты.
Люцифер расхохотался. Гавриил застыл с открытым ртом.
— Он… взял кредит? У кого? Зачем?
— У одного нашего предприимчивого демона-ростовщика, — пояснил Мефисто. — Зачем? Хотел открыть в Раю первый бар с коктейлями. Назвал его «Седьмое небо». Прогорел за три дня. Ангелы предпочитают нектар, кто бы мог подумать. А в качестве залога он оставил… ну, скажем так, «концепцию синего цвета в пределах Рая». Договор составлен безупречно.
Гавриил схватился за голову.
— И что теперь делать?
— Платить, — пожал плечами Люцифер. — Или Рай навсегда останется без синего. Кстати, неплохой ребрендинг. Минималистично.
— Мы не можем платить! — простонал Гавриил. — У нас нет валюты! Мы живём в мире без денег!
Мефисто прокашлялся.
— Собственно, поэтому я здесь. Демон-кредитор готов пойти на уступку. Он вернёт синий цвет в обмен на нематериальный актив. А именно — на эксклюзивные права на исполнение песни «Stairway to Heaven» на территории Ада. Навсегда.
Гавриил посмотрел на Люцифера. Тот перестал улыбаться и смотрел на Мефисто с неподдельным интересом. Это была гениальная сделка. Песня в исполнении Гавриила стала в Аду настоящим хитом.
— Это шантаж! — выдохнул архангел.
— Это бизнес, — поправил Мефисто. — У вас есть 24 часа. Иначе договор вступает в полную силу, а права на песню будут проданы на аукционе. Думаю, стартовая цена будет высокой.
Весь следующий день Рай гудел. Отдать главный хит? Неслыханно! Но и жить в бесцветном мире было невыносимо. К вечеру делегация ангелов пришла к Гавриилу. Решение было принято.
Когда синий цвет вернулся в Рай, небо вспыхнуло с такой лазурной яркостью, что все зажмурились. А в Аду в тот же вечер открылся новый караоке-бар «Лестница в Небо», где каждый желающий мог попытаться исполнить знаменитую балладу. Получалось, конечно, ужасно, но демон-ростовщик был на седьмом круге от счастья, подсчитывая барыши.
Сидя на Радужном Мосту, Люцифер и Гавриил молча наблюдали за закатом, который снова окрашивал облака в синие и фиолетовые тона.
— Твои ангелы становятся слишком предприимчивыми, — нарушил молчание Люцифер.
— А твои демоны — слишком хорошими юристами, — вздохнул Гавриил. — Кстати, о юристах. Я тут нанял одного.
Люцифер удивлённо посмотрел на него.
— Кого?
— Мефисто, — невозмутимо ответил Гавриил. — Он будет представлять интересы Рая. Пора и нам научиться читать мелкий шрифт.
Люцифер нахмурился, а потом рассмеялся, качая головой.
— Гав, ты не перестаёшь меня удивлять. Ты понимаешь, что теперь он будет получать зарплату с обеих сторон?
— Понимаю, — кивнул Гавриил. — Но согласись, так будет гораздо интереснее.
Где-то внизу Мефисто как раз вносил в свой ежедневник новую запись: «Пункт 1: Учредить межмировую Палату по патентным спорам. Пункт 2: Повысить цены на свои услуги. Вдвое». Игра выходила на совершенно новый уровень.

6.
Пятая суббота началась с того, что в Раю появился интернет. Точнее, «ЭдемНет». Идею, разумеется, подкинул Мефисто, оформив это как «программу по повышению цифровой грамотности и межмировой интеграции». Люцифер с радостью поддержал инициативу, предоставив адские серверы («Они всё равно греются, так пусть хоть с пользой»).
Первым делом ангелы, конечно же, создали соцсеть «Нимбограм». В течение часа лента заполнилась фотографиями идеально подстриженных облаков, селфи с арфами и видеоуроками по полировке крыльев. Хэштег #Blessed стал самым популярным в истории мироздания.
Ад ответил созданием платформы «ТикТок-Преисподняя». Контент там был несколько иным: демоны снимали челленджи «кто дольше продержит руку в лаве», танцевали под ремиксы адских гимнов и публиковали лайфхаки «как правильно мучить грешников, не нарушая конвенцию 666 года».
Гавриил сначала был в ужасе. Он видел, как его подопечные часами скроллят ленту, ставя лайки на посты Лилит Сатанины с подписью «Моё маленькое чёрное платье для сегодняшней вечеринки. Как вам?». Но потом он обнаружил, что и сам подсел на кулинарные блоги демонов-чревоугодников, которые делились рецептами «огненных рёбрышек» и «серного суфле».
Настоящий хаос начался, когда открылись комментарии между мирами. Под постом Гавриила о «величии божественного замысла» тут же появился комментарий от Люцифера: «Скукота. 1/10. Добавь огня». Гавриил не сдержался и ответил: «Зато у нас нет проблем с перегревом серверов». Завязалась первая в истории священная война в комментариях, собравшая тысячи ответов.
Апогеем стал стрим, который затеял Азраэль Вельзевул. Он решил в прямом эфире разобрать гитарное соло из «Stairway to Heaven», но в своей, адской манере. В процессе он так увлёкся, что случайно вызвал небольшой огненный смерч прямо в студии. Стрим набрал миллион просмотров, а фраза «Ой, кажется, я опять что-то поджёг» стала мемом.
Люцифер наблюдал за всем этим с нескрываемым удовольствием. Он сидел в своём кабинете, листая «Нимбограм», и ставил ехидные смайлики под каждым постом Гавриила.
— Ты понимаешь, что мы создали монстра? — спросил архангел, появившись рядом. Он выглядел уставшим — всю ночь он пытался объяснить серафимам, что «троллинг» — это не новый вид божественного испытания.
— Я понимаю, что мы создали рынок, — хитро улыбнулся Люцифер, показывая ему экран своего адского смартфона. — Смотри.
На экране была страница онлайн-магазина «Дары Ада». В топе продаж были футболки с мемом про Азраэля, кружки с надписью «Мой босс — Люцифер, и он разрешил мне опоздать» и, конечно, чехлы для телефонов в виде маленьких трезубцев.
— Ты монетизировал наше культурное взаимодействие? — ахнул Гавриил.
— А ты думал, я всё это затеял ради веселья? — хмыкнул Люцифер. — Веселье — это побочный продукт. Главное — прибыль. Кстати, я тут подумал… Вам в Раю не хватает мерча. Представь: светящиеся в темноте нимбы, чехлы для арф с ангельскими крыльями, бутилированная святая вода «Слеза Херувима»…
Гавриил посмотрел на него, потом на свой телефон, где пришло уведомление: «Лилит Сатанина отметила вас на фото». Он открыл. Это было селфи, где Лилит кокетливо позировала на фоне Райских врат, а он стоял на заднем плане с растерянным видом. Подпись гласила: «Нашла заблудшего ангелочка. Вернуть хозяину или оставить себе? ;». Фото уже собрало десять тысяч лайков.
— Мефисто! — крикнул Гавриил в пустоту. — Мне срочно нужна консультация по защите авторских прав на изображение! И подготовь иск о моральном ущербе!
Из-за угла тут же выглянул Мефисто с планшетом в руках.
— Уже готовлю, господин архангел. Счёт вышлю на ваш новый электронный ящик. Кстати, не хотите оформить годовую подписку на мои услуги? Сейчас скидка десять процентов. Можно оплатить нектаром.

7.
Люцифер довольно кивнул.
— Вот видишь. Рынок сам себя регулирует.
Гавриил тяжело вздохнул и убрал телефон.
— Это всё выходит из-под контроля. Ангелы начали спорить в комментариях, чей нимб ярче. Херувимы пытаются повторить твои челленджи и палят себе перья. А вчера один из престолов пытался продать своё место в первом ряду у престола Господня как «эксклюзивный лот с видом на вечность».
— Предприимчиво, — одобрил Люцифер. — Я бы купил. Просто чтобы поставить там шезлонг.
— Прекрати! — Гавриил потёр виски. — Нам нужно ввести какие-то правила. Модерацию. Цензуру, в конце концов!
— О, нет-нет-нет, — Люцифер помахал пальцем. — Цензура — это так… по-божески. Скучно и неэффективно. У меня есть идея получше.
Шестая суббота была объявлена «Днём Цифрового Детокса». По инициативе Люцифера (и с юридической поддержкой Мефисто, который оформил это как «плановые технические работы на серверах»), интернет был отключён в обоих мирах ровно на 24 часа.
Сначала воцарилась паника. Ангелы бесцельно бродили по облакам, по привычке пытаясь обновить ленту в своих головах. Демоны сидели в тавернах в неловкой тишине, не зная, о чём говорить, если нельзя показать друг другу смешное видео с грешником, поскользнувшимся на лаве.
А потом случилось чудо.
Один из херувимов, заскучав, достал старую лютню и начал наигрывать забытую мелодию. К нему присоединились другие. Через час уже целый ангельский хор пел а капелла, и это было живее и прекраснее любых студийных записей.
В Аду же Лилит, устав смотреть в тёмный экран смартфона, предложила: «А давайте сыграем в "Правду или Действие"?». Игра быстро набрала обороты. Выяснилось, что Азраэль Вельзевул втайне пишет сентиментальные баллады, а один из самых свирепых демонов пыток коллекционирует бабочек (правда, огненных).
К вечеру Гавриил и Люцифер встретились на Радужном Мосту. Внизу, в Аду, горели костры, и вокруг них демоны рассказывали друг другу истории. Вверху, в Раю, ангелы устроили вечер поэзии.
— Пожалуй, это была неплохая идея, — признал Гавриил. Он выглядел отдохнувшим и спокойным.
— Я же говорил, — усмехнулся Люцифер. — Иногда, чтобы люди (и не только) начали общаться, у них нужно просто отобрать гаджеты.
Он протянул Гавриилу флягу.
— Адский сидр. Попробуй.
Они молча сидели, наблюдая за своими мирами, которые впервые за долгое время жили настоящей, а не виртуальной жизнью.
— Знаешь, — сказал Гавриил после долгой паузы. — Я понял, чего нам не хватало. Не перца. Не хаоса. Нам не хватало… историй. Мы застыли в своей вечности, а вы — в своей. А теперь… теперь у нас каждый день что-то происходит.
Люцифер кивнул.
— Истории — единственная валюта, которая имеет значение, Гав. Всё остальное — просто пыль.
Внезапно рядом с ними материализовался Мефисто. Он выглядел взволнованным, что было для него крайне нетипично.
— Господа, у нас проблема. Серьёзная.
— Что, серверы сгорели окончательно? — лениво спросил Люцифер.
— Хуже, — Мефисто протянул им планшет, который, очевидно, работал от какого-то автономного источника. — Пока мы тут наслаждались детоксом, кто-то создал третью, неавторизованную сеть. И она набирает популярность. Они называют себя… Чистилище. И они только что анонсировали свой собственный музыкальный фестиваль. И подали на нас в суд за монополизацию межмирового культурного пространства.
Гавриил и Люцифер переглянулись. На лице архангела был шок. На лице Дьявола — восторг.
— Конкуренция! — выдохнул Люцифер, и его глаза загорелись адским пламенем. — Наконец-то! А то я уже начал скучать. Гав, готовь своих певчих. Мефисто, готовь встречный иск! Мы покажем этому Чистилищу, кто здесь устраивает лучшие вечеринки во Вселенной!
Игра становилась всё интереснее.