Геннадий Шпаликов. Долгая счастливая жизнь

Странная, фантастическая для того времени нелепость – Шпаликов вроде бы снимает «советское кино», в лучших традициях «радостной, счастливой» жизни, а получается Егор Летов, совершенно неприкрытая, страшная трансцендентность, обнаженность распахнутого ничто, зловещего бытия, вроде как та непонятная жизнь на Марсе, о которой упоминает герой Кирилла Лаврова. Сразу заметно, что возможная «любовь» невозможна, надумана от начала и до конца, что ничего не может выйти, именно потому, что герои не укоренены и не существуют в этом мире, они сами умозрительны. Страшно смотреть этот фильм, - и я думаю, что создать такое могут, имеют право только те, кто уже за чертой, что для Шпаликова все уже было решено, что это его цена. Именно поэтому и содрогаешься, и ничего более батаевского, чем эта лента и творчество Летова, включая его знаковый одноимённый альбом, я не знаю. А должно ли быть более?

Кадры – словно из потустороннего бытия, словно он снимает уже оттуда, из загробного мира. Что же удивительного в том, что Антониони признался – он так снять бы не мог? Да ведь и не каждый может снять «оттуда». Надо как-то заплатить. И мы, даже просто бесстрастно созерцая этот фильм, уже догадываемся, как. Но вообще, смотреть его надо в особом состоянии, или войти в него. Тут присутствует обязательное условие искусства классического, с изменением сознания в древнегреческом понимании, катарсис физический, непременный, всепоглощающий, иначе этот фильм не понять. Еще раз подчеркну эту тройку: Летов-Шпаликов-Батай, из будущего в прошлое, такое медленное погружение в ад. Может, там мы найдем более точные ответы?

Удивительны декорации – ну ладно бы еще, Стенли Кубрик, но это к тому же и Дэвид Линч, в 1966 году в СССР! Откуда такое могло взяться? Странно, но возможное отсутствие средств, или некачественная постановка малобюджетного фильма оборачивается откровением, ибо все играет на руку провидению. Воистину, шедевры создаются не на Земле.