Мужское и женское начало

МУЖСКОЕ И ЖЕНСКОЕ НАЧАЛО, ОСНОВА РОДОВОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ

Слово в преддверии Дедовой седьмицы.

I. Вступительное слово.
У порога Дедовой недели

Дорогие, Родовичи!
Завтра начинается Дедова неделя — последняя седмица перед Осенними Дедами, которые в народе зовут ещё и Дзядами, и Радогостом. Ровно полгода назад, когда земля пробуждалась, мы встречали Весенних Дедов — Радуницу, благодарили своих Предков за сохранение Рода и испрашивали у них доброго урожая. Теперь колесо года совершило свой оборот — урожай собран и заложен в закрома, поля отдыхают, лес стоит тихий и прозрачный, а ночь одолевает день в суточном коловращении. Природа замирает — и вместе с ней замираем мы, чтобы услышать тех, кто дал нам жизнь.

Это время, когда мы вспоминаем с благодарностью наших Предков — отошедших в мир Нави, но остающихся с нами в Духе, в нашей Душе и в нашем теле. Именно благодаря им мы родились в этом мире, на Земле. Именно наш Род, наши Предки создали условия для нашего воплощения здесь. Мы пришли для решения задач Рода, для продолжения Жизни в нас и в наших потомках — ибо дети суть наше будущее и продолжение нас.

Сегодняшний доклад — о том, что лежит в самой основе славянского мировоззрения: о мужском и женском начале. Мы пройдём путь от первого мгновения зачатия до свадебного каравая, заглянем в родовое древо и в поминальный Дедов огонь. И увидим, что вся наша традиция, каждое её священнодействие построено на встрече этих двух начал. Где они соединяются — там цветёт Жизнь, стоит Род, царствует Лад. Где разъединяются — там воцаряется Безлад, пустота и разор.

II. Половинка и целое.
Тайна слова «пол»

Мы рождаемся детьми мужского или женского пола, мальчиками или девочками. Прислушаемся же к самому этому слову — пол. Владимир Иванович Даль, собиратель и толкователь живого великорусского слова, пояснял, что «пол» — это половинка. То есть мы рождаемся половинками целого. В самой природе языка сокрыта великая тайна: одинокий человек, каким бы сильным, умным и деятельным он ни был, есть лишь часть того, кем ему предназначено быть. Он — носитель одного из двух начал, и без второго начала его дар остаётся невоплощённым до конца.

А что же тогда целое? Целое — это Семья. И здесь слово само раскрывает нам свою глубину, если прочесть его по-старому, как читали наши деды: Семь-Я. Семь колен, семь поколений, связанных единой нитью, — вот что такое подлинная Семья. В ней мужская и женская половинки обретают целостность. Мужское сознание, форма и структура соединяются с женским жизненным субстратом — тем Духом, который порождает Душу и Тело. Именно в Семье мужское начало познаёт Дух, а женское начало обретает Сознание и Целостность Мира.

Вдумайтесь в эту взаимосвязь — она удивительна. Мужское ищет не служанку и не прислугу — оно ищет своё недостающее, свою вторую половину, через которую открывается ему тайна Духа. Женское ищет не хозяина — оно ищет опору, через которую Жизнь получает форму, кон, порядок и осмысленность. Ни одно из начал не выше и не ниже: они равны по достоинству и различны по дару. Как левая и правая рука в одном теле, как день и ночь в одном колесе года.

Потому-то вдовство и одиночество в народе почитались не свободой, а горем: половинка без целого не может ни породить полной Жизни, ни укорениться в Роду. Нынешний человек часто ищет целостность вовне — в деле, в достатке, в признании чужих глаз. Но древнее слово хранит напоминание: стать целым можно только соединившись — в Семье, в Семь-Я, где две половинки находят друг друга и становятся одним целым существом Рода.

III. Муж и Жена.
Статус, обретаемый в Семье

Мы назвали себя половинками — но половинка остаётся половинкой до тех пор, пока не соединится со своей второй половиной и не создаст Семью. Именно в Семье мужчина и женщина перестают быть просто носителями того или иного пола — и становятся Мужем и Женой. Это не смена слова, а смена состояния: как зерно и земля порознь лишь лежат рядом, а соединившись, уже дают колос, так и двое, вставшие в чин семейный, становятся продолжателями Рода.

Вслушаемся в само слово — мужчина. Читая его по-старому, как читали наши деды, слышим в нём два корня: МУЖ и ЧИН. Муж-чин-а — тот, кто являет собою мужа и стоит в чине. Так же и в слове женщина живёт ЖЕНА: жен-щина — принадлежащая жёнскому, семейному чину. Язык хранит эту истину испокон веков: мальчиком - мужской половинкой рождаются, а Мужем становятся; девочкой – женской половинкой рождаются, а Женой становятся. Пол — дар рождения; статус же Мужа и Жены — ступень духа, обретаемая в Семье.

О том же говорит и Владимир Иванович Даль. Откроем его толковый словарь. Он рассматривает мужчину и женщину, в первую очередь, как Мужа и Жену. Муж у Даля — это женатый человек, хозяин и домовладелец; жена — женщина, вышедшая замуж, хозяйка дома. Всё прочее стоит в словаре при этом главном, коренном значении. Так и в самой жизни: пол человека — лишь преддверие; полный же смысл его открывается, когда он встал в чин семейный.

Что же такое чин? Чин — это строй, порядок, место в общем устроении. Есть чин воинский, есть чин священнодействия, есть чин старшинства в Роду. Быть по чину — значит стоять на своём месте в общем строе и нести своё служение. Потому и говорим о соединившихся, что стали они Мужем и Женой по Чину семейные. Чин этот даётся не самозванством и не одной лишь волей двоих — его дают Роды: старшие благословляют, свидетели зримо присутствуют, община принимает молодых мужчин и женщин в свой состав. Человек не сам себя возводит в достоинство мужа и жены — его возводит Род; потому и статус этот священен, и не отнимается людским произволом.

Со статусом приходит и служение. Чин обязывает: отныне человек отвечает не только за себя, но и за свою половинку, за детей, за дом, за продолжение Рода. Мужчина, ставший Мужем, уже не принадлежит одному себе — его сила принадлежит дому; женщина, ставшая Женой, уже не живёт одним лишь своим сердцем — её сердце принадлежит семье. Дары их при этом различны и непреложны, как различны форма и наполнение; о том, как эти дары раскрываются в совместной жизни, мы будем говорить особо.

И когда соединение свершилось, начиналось главное: чин семейный раскрывал себя в продолжении жизни. Ибо Муж и Жена соединяются не для того лишь, чтобы им двоим было теплее, — они соединяются, чтобы через них пошла жизнь и продолжился Род. О том, как совершается это великое таинство в самом начале человеческого бытия, и пойдёт теперь наша речь.

IV. Начало начал.
Зачатие, как соединение в целое

Муж и Жена, вставшие в чин семейный, соединяются воедино — и соединение это творит новое бытие. Как же проявляются эти два начала в самом начале человеческой жизни? Мы родились у наших родителей — у отца и у матери. Мужское начало, проявленное в семени, дало нам структуру и форму: очертания будущего тела, закон его построения, образ, по которому развивается новая жизнь. Мать создала условия для нашего роста в своём чреве: она наполнила эту структуру жизненной энергией и жизненной субстанцией — своей кровью, своим теплом, каждодневным трудом всего своего существа.

И когда семя входило в дом матери — в яйцеклетку, — проявлялся свет жизни, возвестивший о зарождении. Это то самое мгновение, когда Дух воплотился в первом материальном теле — в первой клеточке. Через это и проявляется мужское и женское начало: одно даёт форму, другое даёт наполнение, а вместе они принимают и хранят приходящую Душу. Потому каждый из нас есть живое свидетельство соединения двух начал- мужского и женского.

Здесь нам открывается закон всех миров: форма без жизненного субстрата мертва, как сосуд без воды; субстрат без формы бесформен, как вода без сосуда. Глине нужен горшечник, а горшечнику нужна глина — и ни один не заменит другого. Мужское начало несёт Сознание, смысл, границу, направление. Женское начало несёт Жизнь, силу, наполнение, продолжение. Порознь они — возможности; вместе они — сотворение.

Потому каждое соединение Мужа и Жены есть повторение великого акта Божественного Творения, совершаемого в малом. И потому народ говорит о новорождённом: «в отца пошёл» — про черты лица и склад ума, «в мать пошёл» — про сердце и характер. В одном младенце встречаются два начала и два рода — и встреча эта не случайна: задумаемся, никто из нас не выбирал своего отца и свою мать. Это Род избрал их нам и через них дал форму и жизненную силу, которыми мы живём поныне.

V. Семь-Я.
Школа целостности

Итак, Муж и Жена — половинки, вставшие в чин семейный, — становятся в Семье, в Семь-Я, одним целым. Но Семья не просто кров под одной крышей и не хозяйственный союз. Это школа, в которой каждое из начал воспитывает в другом недостающее. Мужское начало учится строить границы, развивать пространство Жизни, быть открытым сотрудничеству и защите. Живя же рядом с женским, оно учится чувствовать, принимать, нести ответственность не только за себя, но и за свою жену, детей — познаёт всеобъемлемость и величие Духа. Женское начало, живя рядом с мужским, учится строить, решать, держать границу — обретает Сознание. Так оба растут к своей полноте, и ни один учебник мира не заменит им этого живого семейного союза.

Отсюда и народное понимание супружеских даров. Муж — опора и закон дома: он берёт на себя ответственность, защищает, задаёт жизненное направление. Жена — сердце и жизнь дома: она хранит очаг, наполняет дом теплом, принимает, взращивает и оживляет. Дары эти не придуманы людьми — они записаны в самом устройстве нашего рождения: отец дал форму, мать дала наполнение, и в супружестве каждый продолжает своё. Народная присказка говорит: муж — голова, жена — шея; куда шея повернёт, туда голова глядит. В шутливой форме — истина взаимности: сильны они только вместе, а друг без друга — лишь половины.

Высший же закон Семьи славяне звали Ладом. Лад — это стройное согласие начал: небесного и земного, правого и левого, мужского и женского. Дом стоит в Ладу, когда муж и жена друг друга дополняют, а не состязаются; когда каждый чтит в другом иной дар, не требуя себе чужого. И есть состояние противное — Безлад: разрыв связи, распор, разлад струн. Безлад приходит тогда, когда одно начало пытается подавить либо заменить другое: когда дом остаётся без отца или без матери, когда супруги живут соперничеством и счётом обид, когда человек отвергает свою половинку и объявляет, что справится сам.

Плоды Безлада мы видим повсюду в нынешнем мире: одинокие половины, брошенные дети, оторванные от корней люди, не знающие ни прадеда своего, ни собственного предназначения. Это не личная беда отдельных людей — это мировой разлад, начавшийся с разлада в семье. И первое лекарство от него — вернуться к исконному пониманию: целое возможно только во взаимодействии. Один в поле не воин — говорит пословица, и говорит она именно об этом: одинокий даже с самым сильным началом не построит целого.

VI. Свадебный обряд.
Соединение двух начал

Если зачатие — соединение начал незримое, то свадьба есть его зримое, торжественное священнодействие. Славянская свадьба никогда не была «праздником в честь молодых» в нынешнем смысле слова: соединялись не двое — соединялись два Рода. Оттого и величали жениха с невестой князем и княгиней, оттого и тянулся обряд не один день: такое дело не терпит спешки, ибо решается судьба не двоих, а всего древа, которое от них пойдёт. Именно здесь, в свадебном чине, парень-жених возводился в достоинство Мужа и становился Мужчиной, а девушка-невеста — в достоинство Жены и становилась Женщиной: не по скорому пригляду, а полным чиноположением, перед двумя Родами и перед Богами.

Начиналось всё со сватовства и поручинам - ударили по рукам. Старшие двух Родов сходились, говорили о житье-бытье и, сговорившись, били по рукам — так два Рода давали друг другу слово перед свидетелями. Затем следовал самый сакральный момент — родительское благословение. Отец и мать передавали своё согласие на соединение, и без этого благословения свадьба не мыслилась. Молодые соединялись не своеволием и не вопреки старшим — они соединялись волею Рода, с его ведома и его напутствием.

Кольца, которыми менялись жених и невеста, — это замкнутый круг, знак того, что у союза нет конца, как и у Рода и самой Жизни Каравай, выпеченный в печи, — солнце, сошедшее на землю: его пекли с песнями, украшали колосьями и калиной, а молодые, отломив по куску, вкушали один хлеб — отныне у двух родов одна судьба и одна снедь. Зерном и хмелем осыпали молодых с пожеланием, чтобы дом был полон, как сноп полон зёрна, чтобы жизнь рождала жизнь без скудости.

Особо скажем о девичьей косе. Коса — красота и сила невесты, знак её девичьего состояния; на девичнике её расплетали с причитаниями — прощались с отрочеством. На свадьбе волосы заплетали уже в две косы и прятали под плат или кичку: так женщина переходила из состояния девы в состояние жены, из дома отца — в дом мужа. Переход этот отмечался и огнём, и водой, и порогом дома: невесту вели через всё то, что знаменует границу между старою и новою жизнью.

И когда все ступени были пройдены, рождалась новая ячейка Рода — рождалось новое Семь-Я. Обряд держал эту истину перед глазами молодых: ты соединился не только со своей половинкой — ты вплетён в древо, которое старше тебя на сотни колен и будет продолжаться в твоих детях, в твоих потомках. Потому и берегли свадебный и семейный чин как зеницу ока: в нём мужчина становился Мужем, женщина — Женой, и два начала становились одним целым на глазах у всего Рода, при огне, при хлебе, при благословении старших.

VII. Предки в нас.
Родовые клетки-хранители

Но соединение начал — не событие одного лишь мгновения. Мы несём Род в себе всю жизнь — буквально, на уровне плоти и крови. И современная наука, сама того не намереваясь, подтверждает то, что традиция знала всегда. Эпигенетика — наука о наследуемых изменениях в работе генов — показывает: опыт и условия жизни предков напрямую влияют на здоровье, поведение и реакцию на стресс у потомков. Это то, что мы называем семейными или родовыми программами. Переживания матери во время беременности оставляют устойчивые следы — например, изменения метилирования ДНК, — и следы эти переходят к вынашиваемому ребёнку. Предки не просто «дают» нам гены: они программируют нашу реакцию на мир, передавая через эпигеном и травматические узоры, и ресурсы выживания.

Ещё поразительнее феномен, который исследователи назвали микрохимеризмом: в теле человека на всю жизнь остаются клетки, полученные от близких — от матери, отца, братьев и сестёр, детей, а через них и от более далёких Предков. Находят эти клетки в сердце, лёгких, печени, в мозге и в иммунной системе; они участвуют в заживлении тканей и в защите организма. Я, как исследователь народной традиции, предлагаю звать их не «чужеродными», а родовыми клетками-хранителями: они хранят память Рода, поддерживают целостность организма не только биологически, но информационно, и служат мостом между поколениями на уровне самой плоти. Каждый из нас — живой архив Рода, священное переплетение клеток семьи, Предков и потомков.
Есть и дальнейший, тонкий план. Все живые клетки испускают слабое световое излучение — биофотоны; оно образует когерентное информационное поле организма, которое наука соотносит с тем, что зовётся биополем. Исследования показывают: состояние этого поля зависит от наших эмоций и намерений — благодарность, любовь и сострадание повышают его стройность и силу, страх и злоба — разрушают. Оттого ритуал поминовения есть не обращение к неведомому, а осмысленная работа с собственным полем: благодарность, произнесённая вслух Предкам, перестраивает наше собственное свечение — а через него и состояние всего Рода.

Отсюда и суровое предостережение. Отвергая Предков, человек отвергает часть самого себя — ту, что живёт в его сердце и мозге в виде родовых клеток-хранителей. И если сознание объявляет: «Предков моих не помню» или «отвергаю», — тело продолжает нести их живую суть; в этом расколе иммунитет, не зная, кому верить, начинает обороняться против собственного организма. Не оттого ли нынешний век столкнулся с невиданным распространением аутоиммунных недугов? Отрыв от корней — это Безлад, дошедший до клеточного уровня. А поминовение — путь к исцелению этого внутреннего раскола: оно возвращает человеку целостность и принадлежность к чему-то большему, чем его отдельная жизнь. Но зададим себе вопрос: клетка-хранитель хранит — но она же и возвещает. Весть о чём? И весть от кого? Чтобы ответить, вслушаемся в ещё одно великое слово нашего языка — слово «совесть».

VIII. Со-Весть.
Совместная весть Рода

Совесть — слово, которое мы произносим с самого детства: «поступай по совести», «совесть чиста», «грызёт совесть». Но что такое сама совесть, задумываемся мы редко. Между тем в этом слове сокрыт один из глубочайших ответов нашей традиции. Прочитаем его по-родовому, раздельно: Со-Весть. Со — значит вместе; весть — послание, известие, слово, посланное нам. Со-Весть есть совместная весть. И тогда встаёт вопрос, на который отвечает вся традиция: весть от кого?

Теперь, узнав о клетках-хранителях, мы можем ответить точно: весть эта — от нашего Рода, от наших Предков. Родовые клетки-хранители, живущие в нашем сердце, в мозге, в крови, несут в себе память всех поколений, из которых мы сотканы. Они суть живые вестники — весть Рода, воплощённая в самой плоти. И совесть, стало быть, не общественная условность и не выученное правило, а орган восприятия родовой вести: способность человека слышать то, что сообщает ему Род. «Поступай по совести» — значит: поступай так, чтобы весть Предков проходила через тебя неискажённой. Чистая совесть — чистый канал между человеком и Родом. А когда совесть грызёт — это весть о том, что человек нарушил строй, вышел из Лада, предал послание, вручённое ему при зачатии.

И вот когда это становится понятым и прочувственным каждой клеткой, нам открывается целый словарь родового слова — все слова с приставкой Со-. Все они говорят об одном: о совместности нашего бытия, о том, что человек не живёт и не мыслит поодиночке. Со-Бытие — совместное бытиё: мы существуем не сами по себе, но вместе с Предками и Потомками. Недаром и слово «событие» читается как со-бытие — то, что бытийствует вместе. Со-Бор — собранные вместе - единое собрание живых и ушедших; потому и место общего делания зовётся собором, и на Деды мы становимся со-бором Рода. Со-Вместно — все вместе, в одном доме, в одном деле, у одного стола. Со-Знание — совместное знание - то ведание, которое общее у нас с нашим Родом и которое течёт к нам через века и через клетки-хранители. Со-Творчество — совместное творчество - человек не творит один — он со-творит вместе с Родом и с Творцом всего сущего. И есть в этом ряду другие слова: со-страдание — умение нести боль вместе, со-действие — помогать делом, со-участие — делить с другими и радость, и труд.

Задумаемся о том, что язык наш весь устроен соборно. Стоит человеку возомнить, что он «сам» и «один», — а родовое слово то и дело поправляет его: нет человека самого по себе, есть человек в совместности. Каждое слово с приставкой Со- — малое напоминание о великой истине: мы — звено живой цепи Рода. Нынешний же мир, оторвавшись от корней, утратил приставку Со-: он говорит о каждом «самом по себе» — и всё чаще не находит ни со-вести, ни со-знания, ни со-бытия. Человек, оторванный от Рода, — как слово без корня: звучит, а смысла нет.

Теперь и о клетках-хранителях мы можем сказать слово точное: они суть Со-Весть Рода, воплощённая в плоти. Через них организм знает, что он не один; через них течение нашей жизни согласовано с течением жизни всех наших Предков. Оттого отвергать Предков — значит отвергать весть, разрывать со-знание и губить со-бытийность жизни: тело, потеряв согласие внутри себя, начинает воевать само с собою. Поминовение же, напротив, восстанавливает весь Соборный ряд-: на Дедах мы снова в совместном бытии, соборно, снова принимаем весть от Рода и Предков — и совесть наша становится чистой и светлой, как осеннее небо над поминальным огнём. Как же совершается этот живой обмен вестью между мирами — об этом наш следующий рассказ.

IX. Осенние Деды.
Праздник и ритуал, которые держит Лад

Осенние Деды празднуются на сороковой день после осеннего равноденствия. Выбор времени не случаен. К концу октября сбор урожая завершён: последняя еда, оставляемая на могиле, — знак того, что год завершён и мы делимся плодами с теми, кто нам это позволил. Природа готовится ко сну, всё живое умолкает. И в это время граница между Явью и Навью делается тонкой и проходимой. Это не время страха — это время возможности: обычные барьеры между мирами проницаемы, и Предки могут прийти к домам, которые их помнят.

Огонь, что горит в доме и на могиле, служит дважды: он согревает ожидаемых гостей и указывает им дорогу — как факел в ночи. Возжечь свечу — значит сказать: «Мы здесь. Мы помним. Мы готовы к общению». Еда на столе и на могиле — не дар мертвецам, а передача жизненной силы и благодарности. Кутья, главное блюдо трапезы, читается как целая книга: пшеница есть зародыш, изюм — солнце внутри зародыша, мак — бесчисленное множество Предков, мёд — сладость жизни, ими дарованной, орехи — их мудрость. Каждый продукт в трапезе — слово благодарности за ту или иную сторону жизни, полученной от Рода.

Обмен этот двусторонний. Живые делятся памятью, благодарностью и энергией; Предки в ответ передают живым свою силу, мудрость и благословение, нужное для выживания в суровое время зимы. Трапеза эта — со-бытие и со-бор в прямом смысле слова: совместное бытие и общий сбор живых и ушедших, обмен вестью между мирами. Разговоры за поминальной трапезой ведут только о Предках — об их жизни, об их делах, о том, как они отозвались в нашей судьбе. Это не ностальгия — это деятельная работа по поддержанию родового поля: энергия памяти создаёт связное поле, объединяющее души живых и ушедших в единое целое.

Чтобы понять масштаб того, к кому мы обращаемся, довольно взглянуть на наше родовое древо. В седьмом поколении за каждым из нас стоят сто двадцать восемь родичей; в десятом — тысяча двадцать четыре; к пятнадцатому — тридцать две тысячи семьсот шестьдесят восемь; а к двадцать первому — более двух миллионов прямых Предков, живших всего пять столетий назад. Сложим все колена вместе — выйдет более четырёх миллионов кровных родичей. Их опыт выживания в голод, мор и войны записан не только в ДНК, но и в родовых клетках-хранителях, живущих в нашем сердце и памяти. Это наш родовой тыл, наша глубинная сила, наш биологический и энерго-информационный иммунитет.

Потому Деды — не карнавал страха и не задабривание тёмных сил, как поддерживает нынешняя мода, празднуя Хэллуин. Это ритуал любви, памяти и продолжения жизни, основанный на почтении и взаимной поддержке. Он говорит каждому: «Ты не один. Ты часть бесконечной цепи, и эта цепь, как до тебя, так и после тебя, нуждается в твоём внимании и благодарности». Ритуал возвращает живых в русло вечной спирали жизни Рода — даёт опору в прошлом для строения будущего.

X. Слово заключительное.
Семья, как путь Рода в Безсмертие.

Подведём итог. Мужское и женское начало — не бытовое распределение обязанностей и не предмет для споров о превосходстве одного над другим. Это ось, на которой держится Род человеческий. В зачатии соединяются отцовская форма и материнское наполнение — и вспыхивает свет жизни нового поколения. Мужская и женская половинки, вставшие в семейный чин, становятся Мужем - Мужчиной и Женой  - Женщиной— и обретают целостность, которую порознь им не достичь. В Семье — в Семь-Я — соединение Мужа и Жены и их Родителей, мужское Сознание познаёт Дух, женский Дух обретает Сознание. В свадебном обряде два Рода сплетаются в один. Свадебные кольца, и каравай, родительское благословение запечатлевают рождение Семьи. Следуя традициям Предков Семья продолжает наши Рода через века. Мы носим Род в своей плоти — в родовых клетках-хранителях, слышим его весть тихим голосом Со-Вести и возжигаем ему огонь на Деды.

Семья, стало быть, есть образ мира, а Семейный Лад — закон сохранения мира. Пока мужское и женское дополняют друг друга — цветёт Жизнь и стоит Род. Где одно начало подчиняет либо упраздняет другое — начинается Безлад, и разлад этот расползается от очага до каждой клетки наших тел. Потому верность своему началу и почтение и уважение к противоположному — не старомодная условность, а условие самого биологического выживания нас, наших Семей, наших Родов и Народа. Мужчина и женщина нужны друг другу не по слабости, а по природному замыслу: цельность сотворяется только двумя руками – мужской- правой и женской-левой.

Завтра начинается Дедова неделя - седьмица. Каждый день из этой недели мы вспоминаем одно из колен наших Предков. От понедельника, когда мы вспоминаем своих Родителей — отца и мать, выражая им наше уважение, любовь и благодарность. Именно они, наши Родители, породившие нас, рождённые от своих Родителей, ведут нас в вечность нашего бессмертного Рода, через себя соединяя нас с дедами и бабушками — вплоть до пра-пра-пра-прадедов и прабабок. У каждого из нас будет возможность исполнить то, о чём мы говорили ранее, в дни празднования Дедовой недели и сам праздник Осенние Деды: приготовить трапезу, возжечь свечу, позвать своих Предков к столу и сказать слова благодарности. Сделайте это с семьёй, с детьми, с внуками — чтобы цепь преемственности Рода не прерывалась.

Скажите же им: «Я вас помню. Я вас благодарю. Я с вами». И тогда — не мистически, а реально, на клеточном и энергетическом уровне — вы услышите в ответ: «Мы здесь. Мы с тобой. Мы благословляем тебя».

Ибо Предки наши не ушли в Небытие — они живая часть нас, а мы их продолжение, их безсмертие. Их сила — наша сила, их память и опыт — наша опора в Жизни. Пусть же соединение мужского и женского начала — в каждом доме, в каждой семье  — будет основанием, на котором вечно растёт наше потомство и крепнет наш Род.

Живите по Со-Вести и в Ладу с Природой.
С Предками Потомки воедино.
И есть то Коловращение Жизни.
Безсмертной Жизни Родов да Душ наших!

Слава нашим Предкам!
Слава нашим Родам!

Ладомир/ Эдуард Эдуардович Детко-Пеннер