Отрепьевы. корона для двух мертвецов

 «ОТРЕПЬЕВЫ. КОРОНА ДЛЯ ДВУХ МЕРТВЕЦОВ»
Сценарий сериала
________________________________________

Пролог
НАТ. УГЛИЧ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ. САРАЙ — ДЕНЬ
Сарай. Полумрак. Пахнет сеном и деревом. Средний план: Богдан сидит на чурбаке. Напротив — Гришка. Мальчику восемь лет. Не по годам серьёзный. Смотрит на отца. Ждёт.
БОГДАН: Кто ты?
ГРИШКА: (выпрямляется. Меняется. Плечи. Взгляд. Голос) Я — Дмитрий. Сын царя Ивана. Наследник престола.
БОГДАН: Докажи.
ГРИШКА: (ровно) Я помню отца. Помню его руки. Помню, как он сажал меня на колени. Помню, как он смеялся. Я помню всё. И я докажу это. Каждым словом. Каждым делом. Я не отступлю. Я не боюсь. Потому что за мной — правда. А правда — сильнее меча.
Крупный план: Богдан. Он смотрит на сына. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно. И — улыбается. Не широко. Краешком губ.
БОГДАН: Хорошо. Хорошо, сын. Ты готов.
Средний план: Гришка расслабляется. Улыбается. По-детски. Светло. Радостно.
ГРИШКА: Батя. А я правильно? Я хорошо сыграл роль царевича?
БОГДАН: (тихо) Хорошо. Ты всё сделал правильно.
ГРИШКА: (чуть наклоняет голову. Смотрит на отца. Долго. Потом — тихо. С надеждой) А ты возьмёшь меня разведчиком в войско?
Крупный план: Богдан. Он смотрит на сына. Долго. Молчит. Потом — твёрдо. Ровно. С верой в голосе.
БОГДАН: Если ты и дальше так же будешь стараться — обязательно возьму.
Средний план: Гришка. Он сияет. По-детски. Светло. Радостно. Кивает. Встаёт. Уходит. Дверь сарая закрывается.
Крупный план: Богдан остаётся один. Смотрит на пустой чурбак, где сидел сын. Долго. Молчит. Потом — медленно — садится обратно. Опускает голову. Смотрит на свои руки. Долго. Молчит. Потом — тихо. Себе. Никому. Только себе.
БОГДАН: Ты станешь — если всё у нас получится — не разведчиком. А царём.
Пауза. Долгая. Он сидит. Не двигается. Потом — встаёт. Выходит из сарая. Тихо. Медленно.
ЗАТЕМНЕНИЕ.
________________________________________
ТИТР: «ОТРЕПЬЕВЫ. КОРОНА ДЛЯ ДВУХ МЕРТВЕЦОВ»

СЕРИЯ 1: «ИСКУССТВО ПОДМЕНЫ»
Время: 1590. Москва, Китай-город.

СЦЕНА 1. МОСКВА. ДВОР РОМАНОВЫХ. УТРО
НАТ. ДВОР РОМАНОВЫХ — УТРО
Солнце стояло уже высоко, и двор боярской усадьбы слепил белизной: каменные стены, выбеленные ворота, даже пыль казалась золотой. Средний план: у крыльца, под навесом, где тень была густой и прохладной, стоял боярин ФЁДОР НИКИТИЧ — в парадном кафтане, тяжёлый от серебряного шитья, но без шлема и лат, только с перевязью поверх рубахи: плечо ещё ныло, и рука слушалась не до конца.
Панорама: вокруг — дворня: холопы, стремянные, приказчики, пара ближних слуг. Все стоят ровно, будто боятся шевельнуться: сегодня не обычный день, сегодня боярин не просто раздаёт милости — он готовится к отъезду в Москву. Сегодня он едет в Кремль на аудиенцию к царю вместе с другими воеводами, вернувшимися с войны со шведами. И это не обычный доклад — это подведение итогов, разбор походов, распределение милостей и опал. В такие дни каждое слово в столице весит тяжелее золота.
Средний план: БОГДАН стоит перед крыльцом, в дорожной одежде, ещё пахнущей конём и пылью. Он не кланяется низко, не гнётся — он кланяется ровно, как равный равному, и в этом поклоне нет дерзости, а есть усталость человека, который сделал дело и не ждёт за него наград.
ФЁДОР НИКИТИЧ
(негромко, но его слышат все)
Подойди. Подойди ближе, Богдан.
Средний план: Богдан делает шаг. Крупный план: его лицо. Он помнит тот день: степной ветер, крики, пыль, которая забивалась в горло, и как Фёдор Никитич пошатнулся от удара, а потом рухнул, будто подрубленное дерево. Помнит, как взвалил его на себя, как тащил, прикрывая щитом, как шептал: «Держись, боярин, держись…» — хотя сам едва держался.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Ты вынес меня с поля, когда все думали, что уже поздно. Когда иные уже поворачивали коней, ты не повернул. За это не платят серебром. Но я всё же должен отдать должное.
Средний план: он делает знак, и ближний слуга подаёт ему резной ларец. Фёдор Никитич открывает его не спеша, будто каждое движение даётся тяжело. Крупный план: внутри — не монеты, не перстни, а вещь простая и дорогая: стальной наруч, покрытый тонкой чеканкой, с ремешками из тёмной кожи.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Это не для парада. Это для дела. Пусть он хранит твою руку, как ты сохранил мою жизнь. Носи и помни: я этого не забываю.
Средний план: Богдан кланяется снова, теперь чуть ниже.
БОГДАН
Спасибо, боярин. Но мне не нужно помнить. Я и так не забуду.
Крупный план: Фёдор Никитич чуть усмехается, и в этой усмешке — усталость и уважение.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Знаю. Потому и даю. Чтобы не ты помнил, а другие видели.
Средний план: он кивает слуге, и тот подаёт Богдану наруч. Богдан берёт его, ощупывает пальцами: металл холодный, тяжёлый, надёжный. Примеряет на левую руку — как раз так, чтобы прикрывать локоть и предплечье. Застёгивает ремешки. Теперь он не просто человек из толпы — он отмечен.
Крупный план: Фёдор Никитич поднимает голос, чтобы слышали все.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Слушайте, люди! Богдан вынес меня с поля боя, когда смерть стояла у плеча. Кто будет говорить худое слово о нём — пусть знает: он мой должник не деньгами, а жизнью. И я этот долг не прощаю никому.
Средний план: дворня переглядывается. Кто-то кивает, кто-то опускает глаза — не от страха, а от тяжести момента. Здесь не любят пустых слов, и когда боярин говорит такое, это значит больше, чем любая грамота.
Средний план: один из стремянных, молодой парень, шепчет другому.
СТРЕМЯННЫЙ
Видал? Не золото, не шубу — наруч. Значит, для дела, а не для хвастовства.
Крупный план: Богдан стоит и чувствует, как металл ложится на руку, будто был сделан именно для него.
Средний план: Фёдор Никитич, уже тише, но так, что Богдан слышит, добавляет.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Сегодня я еду в Москву, на аудиенцию к государю. Со мной едут воеводы, что со шведами стояли, и мне нужно, чтобы рядом был тот, кто не смотрит на спины, когда все бегут. Поедешь со мной. Будешь при мне. Не как слуга, а как тот, на кого можно опереться, если снова станет тесно.
Крупный план: Богдан чуть вздрагивает — не от радости, а от внезапной тяжести нового доверия.
БОГДАН
Я не из тех, кто привык стоять в приёмных палатах, боярин…
ФЁДОР НИКИТИЧ
(перебивает спокойно)
А мне и не нужен тот, кто привык. Мне нужен тот, кто знает, как выглядит настоящая беда. В Кремле её прячут за парчой, но она всё равно пахнет железом и кровью. Пусть она тебя не слепит.
Средний план: Богдан кивает. Не потому что хочет, а потому что не может отказать.
БОГДАН
Хорошо, боярин. Я поеду с тобой.
Крупный план: Фёдор Никитич снова чуть усмехается.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Вот и ладно. Пусть государь увидит не только воеводские шапки, но и того, кто эти шапки с земли поднимал.
Панорама: слуги уже подают коня боярину, рядом ставят стремя. На дворе суета: вьючат сундуки, проверяют упряжь, пересчитывают охрану. Но среди этой суеты есть одна тихая точка: Богдан застёгивает последний ремешок на наруче, чувствует, как сталь ложится на руку, и понимает: он едет не просто в Москву. Он едет туда, где решают судьбы, и теперь у него есть право стоять рядом и смотреть, как это делается.
Затемнение.
СЦЕНА 2. МОСКВА. КРЕМЛЬ. ДВОР ЦАРСКИХ ПАЛАТ. ДЕНЬ
НАТ. ДВОР ЦАРСКИХ ПАЛАТ — ДЕНЬ
Двор перед царскими палатами кипит, но не по-базарно, а по-приказному: всё в делах, всё на учёте. У крыльца переминаются стрельцы в красных кафтанах, у стены дьяки шуршат столбцами и шепчутся, сверяя списки. В воздухе пахнет конским потом, дёгтем и дымом из поварни: даже в Кремле жизнь держится на простых вещах.
По двору ходят строго по чину: бояре держатся кучкой, не смешиваясь с дьяками; дьяки не подходят к стрельцам; стрельцы не смотрят в глаза ближним слугам. Здесь каждый знает своё место, и любое нарушение порядка сразу видно.
Средний план: Фёдор Никитич и Борислав входят во двор. Фёдор Никитич кивает знакомым боярам — коротко, без лишней теплоты: сейчас не время для разговоров. Борислав идёт рядом, не суетится, не глазеет, но всё замечает. На его левой руке — стальной наруч с тонкой чеканкой: вещь не парадная, но дорогая, и вид у неё такой, будто её носили в деле.
И вдруг — голос. Громкий, радостный, будто вырвавшийся из другой, мирной жизни.
ЯРОСЛАВ (кричит, машет рукой, идёт через двор, не глядя, кто перед ним)
Богдан! Богдан Отрепьев! Ты ли это?!
Крупный план: Борислав замирает. Оборачивается. На него идёт молодой человек: одет прилично, кафтан не новый, но добротный, из хорошего сукна, волосы подстрижены по-городскому, не по-деревенски. Улыбается широко, руки раскрыты для объятия.
Ярослав подходит вплотную. Обнимает. Крепко. По-братски. Хлопает по спине.
ЯРОСЛАВ (смеётся)
Не узнал? Ярослав! Ярослав Ярко! Из Углича! Мы же с тобой… Господи, сколько лет прошло! Ты совсем не изменился!
Средний план: Борислав стоит. Не обнимает в ответ. Руки — вдоль тела. Смотрит на Ярослава. Тот отстраняется. Заглядывает в глаза.
ЯРОСЛАВ (чуть тише, но всё ещё радостно)
Ты что? Не помнишь меня? Мы же вместе… На реке. Мальчишками. Я ещё упал в воду. А ты меня вытащил. Ну?
Пауза. Двор притих. Даже дьяки перестали шуршать столбцами: когда в Кремле кто-то кричит, это всегда про что-то важное. Все смотрят. Фёдор Никитич стоит рядом. Молчит. Наблюдает.
БОРИСЛАВ (медленно, ровно)
Помню. Ярослава Ярко помню.
ЯРОСЛАВ (сияет)
Вот! Я же говорил! Я же знал, что ты меня узнаешь!
БОРИСЛАВ (так же медленно)
Помню мальчишку. Худого. Бледного. С длинными волосами. Мать его, Матрёна Васильевна, всё боялась, что он утонет. Потому что он плавать не умел.
ЯРОСЛАВ (кивает, смеётся)
Вот-вот! Это я! Всё правильно!
Крупный план: Борислав смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — коротко кивает. Отворачивается. Всё. Разговор окончен.
Ярослав стоит. Улыбается. Потом пожимает плечами. Идёт дальше. К дьяку. К другим. Он на виду. Он сияет. Он — свой.
Борислав идёт рядом с Фёдором Никитичем. Молчит. Смотрит вперёд. Фёдор Никитич — тоже молчит. Ждёт.
И тут — дьяк. Он стоял в стороне, у стены, где тень и можно спокойно листать столбцы. Всё видел. Всё слышал. Подходит к Фёдору Никитичу. Кланяется не низко, но чинно: дьяк знает цену своему чину.
ДЬЯК (с готовностью, но с ноткой превосходства)
Ярославом Ярко его кличут, боярин. По имеющимся у него грамотам — сын дворянина из Углича, Димитрия Ярко, который служил в Посольском приказе.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Как он сюда попал?
ДЬЯК
Димитрий Ярко был отправлен послом ко двору Бухарского эмира. Но на их караван напали разбойники. Ярослав вместе с отцом попал в плен к хивинцам. Отец сильно заболел и в неволе умер. А самого Ярослава выкупил ойратский владыка. Для дара русскому царю. И на днях его и десяток другой слуг царских ойраты нам передали. Теперь Ярослав по наследству хочет получить место в Посольском приказе. Как отец его.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Молод. Хорош. Грамоты надёжные?
ДЬЯК
Все надёжные, боярин. Ведёт себя как следует. Всем хорош.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Проверяли?
ДЬЯК (с гордостью)
Как же, боярин. Тщательно. Перво-наперво — допросили. Он столько подробностей о жизни Посольского приказа рассказал — никто чужой такого знать не мог. Кто с кем сидит. Кто какие дела ведёт. Кто с кем в ссоре. Всё знает. Потом — свозили его в Углич. К матери. Матрёна Васильевна, мать его, сразу признала. Плакала. Обнимала. Сын, говорит, вернулся. И слуги её подтвердили. И соседи.
ФЁДОР НИКИТИЧ
И всё?
ДЬЯК
Не всё, боярин. Проверили каждую мелочь из его рассказа. Он вспомнил, как в детстве, лет семи, прятал от матери монетки. В горшочке. Под сараем. Так вот. Горшочек тот откопали. Там, где он сказал. Монетки те самые. Медные. Пятнадцать штук. Мать подтвердила. Соседи помнят. Всё сходится. Каждая мелочь.
Крупный план: Фёдор Никитич смотрит на Борислава. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Что скажешь?
БОРИСЛАВ (тихо, только Фёдору Никитичу, и при этом чуть касается пальцами стального наруча, будто проверяя, на месте ли он)
Не понравились мне руки этого бывшего пленника.
ДЬЯК (не понимает)
Что? Что ты сказал?
БОРИСЛАВ (громче, дьяку)
Говорю: не понравились мне руки.
ДЬЯК (усмехается, уголком губ, но в голосе уже не просто насмешка, а обида за свой труд)
Ты нас тут за малых детей считаешь, что ли? Мы проверили этого парня. Всё сходится. Мать признала. Горшочек нашёлся. Соседи подтвердили. Что тебе ещё надо?
БОРИСЛАВ
А надо вот что. Пусть он сейчас возьмёт бердыш у стрельца и попробует сделать три шага в строю. Пусть попробует держать щит так, чтобы не уставала рука. Он держится, будто щит в руке — привычнее, чем кубок. И хватка у него не от работы в приказе. Он привык держать оружие так, что оно становится продолжением руки. А невольник такого не умеет.
ДЬЯК (вспыхивает)
Ты… Ты понимаешь, что говоришь? Я — дьяк Посольского приказа. Я лично проверял этого человека. Я его допрашивал. Я его в Углич возил. Я с матерью его говорил. Я горшочек этот видел. Своими руками. А ты — воин. Телохранитель. Ты что, умнее меня? Ты что, лучше меня знаешь, как проверять людей?
БОРИСЛАВ (спокойно, не повышая голоса, но твёрдо)
Я знаю руки. Ты — нет. Твоя правда — в слезах и горшочке. Моя правда — в том, как человек стоит и как дышит, когда на него смотрят.
Фёдор Никитич молчит. Он смотрит на дьяка. Долго. Потом — на Борислава. Потом — на Ярослава. Тот стоит в стороне. Улыбается. Разговаривает с кем-то из дьяков, легко, будто ему здесь всё знакомо. Рядом с ним дьяк кивает, улыбается в ответ: для них он уже свой.
Пауза. Долгая. Все ждут.
ФЁДОР НИКИТИЧ (медленно, тихо)
Мой человек редко ошибается.
Дьяк открывает рот. Но Фёдор Никитич не даёт ему сказать.
ФЁДОР НИКИТИЧ (твёрдо)
Точнее — ни разу не ошибся, служа мне. Так что лучше отложите аудиенцию парня с царём и назначение в Посольский приказ.
ДЬЯК (потрясённо)
Боярин…
ФЁДОР НИКИТИЧ (жёстко)
И приставьте за ним слежку. Тихо. Чтобы он не знал. Людишек надёжных. Понял?
ДЬЯК (смотрит на Фёдора Никитича. Потом на Борислава. Потом — на Ярослава. Молчит. Долго. Потом — кивает)
Понял, боярин. Отложу. И людишек приставлю.
ФЁДОР НИКИТИЧ
А тем временем я отправлю Борислава домой, в Углич. Чтобы он там провёл дознание.
ДЬЯК (снова вспыхивает)
Дознание? Какое дознание? Я уже провёл дознание! Всё проверено! Мать признала! Горшочек нашёлся! Что ещё проверять?!
ФЁДОР НИКИТИЧ (холодно)
Я сказал. Дознание. Тихо. Без шума. Чтобы никто не знал. Понял?
ДЬЯК (смотрит на него. Долго. Потом — сдаётся. Кивает)
Понял, боярин. Всё сделаю.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Хорошо. Ступай.
Дьяк кланяется. Уходит. Но перед этим — бросает взгляд на Борислава. Взгляд — злой. Обиженный. Он унижен. Его работу проверили. Какой-то воин. И боярин — на стороне воина. Не на стороне дьяка. Это — оскорбление. Это — боль. Это — запомнится.
Средний план: Фёдор Никитич отводит Борислава в сторону. Говорит тихо, почти шёпотом.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Ты понимаешь, что если ты ошибаешься — я буду выглядеть глупцом?
БОРИСЛАВ
Понимаю.
ФЁДОР НИКИТИЧ (смотрит ему прямо в глаза)
Тогда не ошибайся. Ты знаешь, почему я тебе верю? Не потому, что ты никогда не ошибался. А потому, что ты — единственный, кто говорит мне правду. Даже когда она мне не нравится. Даже когда она опасна. Все остальные — врут. Красиво. Удобно. А ты — нет. И потому — я тебя не отдам. Никому. Никогда.
БОРИСЛАВ
Я знаю.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Хорошо. Иди. И вернись с ответом.
Аудиенция начинается. Все идут в палаты. Борислав идёт за Фёдором Никитичем. Оборачивается. Видит: Ярослава вежливо выпроваживают со двора. Тот уходит. Не спорит. Не возмущается. Просто уходит.
Но перед тем как уйти — он оборачивается. Смотрит на Борислава. Долго. Молчит. Потом — кивает. Один раз. Коротко. Как равный — равному.
Крупный план: Борислав смотрит на него. Не кивает в ответ. Просто смотрит. Запоминает.
Ярослав отворачивается. Делает шаг к воротам. И вдруг — останавливается. Секунду стоит. Не двигается. Будто что-то решает. Потом — резко разворачивается. Идёт назад. Прямо к Бориславу. Быстро. Уверенно. Подходит вплотную. Смотрит в глаза. Тихо. Так, чтобы никто не слышал.
ЯРОСЛАВ
Будете в Угличе — кланяйтесь от меня моей матушке. Да скажите ей… что я скоро приеду.
Он смотрит на Борислава ещё секунду. И вдруг улыбается не радостно, а так, будто знает что-то, чего не знает никто. Потом кивает, разворачивается и уходит. Быстро, уверенно, будто у него есть дело, которое нельзя откладывать.
Крупный план: Борислав стоит. Смотрит ему вслед. Молчит. Запоминает.
Фёдор Никитич уходит в палаты. Борислав — за ним. Аудиенция начинается.
Затемнение.
СЦЕНА 3. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. НОЧЬ
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ — НОЧЬ
Поздняя ночь. Двор тих. Только вдалеке брешет собака, да ветер шевелит солому на крыше, будто кто-то осторожно шарит по кровле. В щели между брёвнами тянет холодом. На крыльце — замерзшая лужа: днём её не было, а к ночи вода схватилась тонкой коркой льда.
Средний план: Богдан входит в дом. Стряхивает с плеч иней, проводит ладонью по волосам — с них сыплются мелкие льдинки. В горнице горит лучина, чадит, коптит, и на балке над столом уже чернеет жирный след от копоти. Стол накрыт, но не богато: глиняная миска, деревянная ложка, краюха хлеба, прикрытая холстиной, чтобы не черствела. На полатях дети спят, сбившись в кучу, как цыплята под крылом. Гришка сидит на лавке, ноги свесил, не может уснуть.
Варвара бросается к нему. Обнимает. Крепко. Долго.
ВАРВАРА
Вернулся! Наконец-то! А мы ждали, ждали…
Дети просыпаются. Сползают с полатей. Облепили отца. Гомон. Смех. Малыши хватают за руки, за кафтан. Гришка подходит последним. Стоит. Смотрит. Улыбается сдержанно, как взрослый.
Богдан обнимает всех. Долго. Крепко. Потом достаёт из-за пазухи гостинцы: мешочек с монетами, платки, маленький кинжал в простых ножнах, пряники.
БОГДАН
Держи, жена. Это тебе. А это — Гришке. А это — Марусе. А это — малым.
Дети радостно кричат. Хватают гостинцы. Варвара улыбается, но тут же прячет улыбку, будто стыдится слишком сильной радости. Смотрит на мужа.
ВАРВАРА
Садись. Щи с утра стоят. Каша. Пироги с рыбой. Ты рыбные любишь.
Богдан садится. Она ставит перед ним миску. Он ест молча, не торопясь, но и не растягивая удовольствие: будто делает дело, которое надо сделать. Дети вертятся рядом. Она их отгоняет.
ВАРВАРА
Дайте отцу поесть. Потом. Всё потом.
Дети отходят. Богдан ест. Варвара садится напротив. Смотрит долго. Потом говорит.
ВАРВАРА
Только гляжу я, у тебя, сокол мой ясный, глаза словно другие стали. Словно ты зло какое страшное недавно увидел.
БОГДАН
Устал.
ВАРВАРА
Усталые глаза — они тусклые. А у тебя — тяжёлые. Как у человека, что ношу на плечах несёт. Да не свою.
БОГДАН
Ничего.
ВАРВАРА
Ты всегда так говоришь. А потом уходишь. И не возвращаешься ночами.
Пауза. Она не давит. Отступает на полшага. Садится. Берёт со стола кусок хлеба. Начинает жевать. Молча.
БОГДАН
Что нового произошло в моё отсутствие? Ведь почти полгода дома не был.
ВАРВАРА
У Пелагеи сын родился. Пятый. Мужик её пьёт. Опять.
БОГДАН (кивает)
А ещё?
ВАРВАРА
У Кузьмы корова пала. Лето без молока. Он теперь к нам ходит. За солью. За крупой. Я даю. А он всё не возвращает.
БОГДАН (усмехается, но без веселья)
Кузьма. Он с детства такой.
ВАРВАРА (поворачивается наконец лицом)
Такой. Только теперь у него пятеро детей, и корова пала, и зима впереди. И я не могу ему не дать.
Она говорит это не с упрёком, а как будто извиняется: я делаю то, что должна, даже если это нас истощает.
Пауза. Он поднимает глаза.
БОГДАН
Ты не должна тянуть всех.
ВАРВАРА
А кто должен?
Пауза. Не холодная, а тяжёлая — как будто оба чувствуют, сколько всего стоит за этим «кто должен».
ВАРВАРА
Гришка твой тебя ждал. Каждый день. На дорогу бегал. Смотрел.
БОГДАН (поднимает глаза)
Ждал?
ВАРВАРА
Ждал. Стоял там, где дорога поворачивает, и смотрел, пока солнце не слепило глаза. А потом возвращался, и я видела, как он старается не показывать, что устал ждать.
Крупный план: Богдан смотрит на сына. Гришка опускает глаза, будто его поймали за чем-то стыдным, но в этом стыде — гордость: я ждал, и вот он пришёл.
ВАРВАРА
Он у тебя в последнее время какой-то… не такой.
БОГДАН
Какой?
ВАРВАРА
Молчит много. Смотрит. Как ты. Будто взрослый.
БОГДАН (ровно)
Растёт.
Пауза. Она берёт тряпицу. Водит ею по полке, хотя там чисто.
ВАРВАРА
Ты его не неволь.
БОГДАН (поднимает глаза, уже жёстче)
Что?
ВАРВАРА
Ничего. Ешь.
Она берёт со стола кусок хлеба. Начинает жевать. Молча.
Потом Григорий поднимает голову. Говорит тихо.
ГРИГОРИЙ
Батя. А недавно из Москвы приезжали. Вооружённые люди. Ярослава Ярко опознавали.
БОГДАН (медленно)
Опознавали? И что?
ГРИГОРИЙ
И к нам приходили. Он всё правильно про нас сказал. Показал, что мы сарай перенесли на другую сторону двора. Мама подтвердила, что это и есть Ярослав Ярко.
Богдан смотрит на Варвару. Та кивает.
ВАРВАРА
Да, подтвердила. Слугам царским. Что это Ярослав. И что сарай мы точно перенесли. Он всё правильно сказал.
БОГДАН
И что? Всех обошли?
ВАРВАРА
Да почитай двадцать пять домов. К нам последними приходили. И все подтвердили.
Богдан молчит. Долго. Смотрит не на огонь, а на угол, где на стене висит старый крюк, а на нём — ветхая суконная куртка. Он не моргает. И вдруг делает короткий, почти незаметный жест: касается пальцами наруча под рукавом.
БОГДАН (тихо, почти про себя)
Все подтвердили… И сарай показали…
ВАРВАРА (замечает его жест, но не понимает)
Ты чего?
БОГДАН (возвращается к ней взглядом)
Ничего. Просто думаю. Если двадцать пять дворов обошли, а сарай наш показали… Значит, кто-то им дорогу к нам подсказал. Кто знал, что сарай переносили. Кто знал про эту примету.
Он не говорит «это подозрительно», но Варвара слышит в его словах то, что знает давно: когда Богдан думает, он ищет не совпадения, а следы.
ВАРВАРА
Так ведь дьяк сам говорил: «Мы про детство его всё знаем». Вот и проверяли.
БОГДАН
Проверяли. Да. Но кто им сказал, что сарай — это примета? Кто знал, что про сарай надо спрашивать?
Он встаёт. Не резко, но так, будто принял решение.
БОГДАН
Хорошо. Сейчас спать. А завтра другими делами займёмся.
Варвара встаёт. Убирает со стола. Молча.
Он идёт к двери. Она — за ним. В сени. Он одевается. Она стоит. Смотрит.
ВАРВАРА
Долго?
БОГДАН
Не знаю.
ВАРВАРА
Понятно.
Он выходит. Дверь закрывается. Она стоит. Смотрит на дверь. Долго. Потом крестится. Медленно. Идёт в горницу. К детям. Садится. Берёт шитьё. Начинает шить. Стежки ровные, но слишком тугие.
Затемнение.

СЦЕНА 4. УГЛИЧ. ДВОРЫ КУЗЬМЫ И ПЕЛАГЕИ. ДЕНЬ
НАТ. ДВОР КУЗЬМЫ — ДЕНЬ
Утро. Туман ещё не сошёл, висит над дворами, будто мокрая холстина. Улица пустая, сырая, на заборе и плетне — иней, хотя солнце уже встаёт. По грязи тянутся узкие следы лаптей, кое-где — отпечаток конского копыта: царские люди ездили верхом, не месили грязь.
Средний план: Богдан выходит со двора — без коня, пешком. Идёт по соседям. К тем, к кому приходили царские слуги.
Двор Кузьмы бедный. Плетень покосился, жерди держатся на одной веревке. Куры бродят по грязи, клюют что-то в луже. У сарая Кузьма — мужик лет пятидесяти, борода седая, руки в трещинах и старых шрамах — чинит сеть. Увидел Богдана. Откладывает сеть, вытирает пальцы о портянку.
КУЗЬМА
Богдан. Ты чего? Али случилось что?
БОГДАН
Ничего не случилось. Проведать зашёл.
КУЗЬМА (усмехается, но без злости)
Проведать. Полгода не было, а тут — проведать.
БОГДАН
Вот вернулся. Хожу. Гляжу, как вы тут.
Кузьма кивает. Садится на чурбак. Богдан — рядом. Молчат. Слышно, как где-то рядом скрипит колодезный ворот, а у соседей квохчет курица.
Потом Кузьма сам начинает — будто ждал, кому рассказать.
КУЗЬМА
Слуги-то царские приходили. С Ярославом. Ты знаешь?
БОГДАН
Слышал.
КУЗЬМА
Меня, значит, спрашивают: знаешь ли такого? Я гляжу — парень вроде незнакомый. А он мне: «Дядька Кузьма. А помнишь, как ты мне, мальцу, свистульку вырезал? Из ивы. У тебя тогда нож сломался, ты им палец порезал. Кровь на свистульке осталась. Ты мне сказал: не бери, а то рука заболит». Я как услышал — у меня аж в груди ёкнуло. Я про свистульку эту и забыл давно. А он помнит. Как так?
Богдан не перебивает. Он смотрит не на Кузьму, а на его руки: на пальцах — старые рубцы, а на большом — шрам, будто от ножа. И этот шрам лежит ровно так, как бывает, когда режешь дерево.
БОГДАН (ровно)
И что ты сказал?
КУЗЬМА
Что признаю. Что это Ярослав. И бумагу подписал. И крест поцеловал.
БОГДАН
А не сомневался?
КУЗЬМА (смотрит на него)
В чём?
БОГДАН
Может, ошибся он где? Неточен был? Свистульку-то, может, не он помнил, а ему рассказали?
Кузьма задумывается. Долго. Потом качает головой.
КУЗЬМА
Нет. Не ошибся. Ни в чём. Он и мать мою покойную вспомнил. Как её звали. Как она мне говорила: «Кузьма, ты мужик, тебе не плакать». Он всё сказал. Всё. Как было. Я и подписал. И крест поцеловал. Не потому, что мне велели. А потому, что я сам узнал. Это — он. Ярослав.
Богдан молчит. Смотрит на сеть, которую чинил Кузьма: узлы простые, но крепкие, как у рыбака, который привык, что сеть должна держать. Потом встаёт.
БОГДАН
Спасибо, Кузьма.
КУЗЬМА
Да за что?
БОГДАН
За правду.
Он уходит. Кузьма смотрит ему вслед. Пожимает плечами. Берёт сеть. Продолжает чинить.
________________________________________
НАТ. ДВОР ПЕЛАГЕИ — ДЕНЬ
Двор побогаче. Плетень крепкий, ворота покрашены охрой. Корова стоит у плетня, жуёт. Куры бегают. Пелагея — баба лет сорока, дородная, с усталым лицом — развешивает бельё на жердях. На верёвке уже висит рубаха, на ней — выцветший узор: значит, стирают и сушат здесь каждый день.
Увидела Богдана. Останавливается. Полотенце повисает у неё в руке.
ПЕЛАГЕЯ
Богдан. Ты чего? Что случилось?
БОГДАН
Ничего. Зашёл. Как ты? Как дети?
ПЕЛАГЕЯ (вздыхает)
Да что дети. Пятый родился. Мужик пьёт. Всё как всегда.
БОГДАН
Слуги царские приходили?
ПЕЛАГЕЯ (сразу меняется в лице)
Приходили. С Ярославом. Ты знаешь?
БОГДАН
Слышал.
ПЕЛАГЕЯ
Он меня по имени назвал. Я его вроде и не помню. А он: «Тётя Пелагея. А помнишь, как вы с моей матерью на реку ходили? Бельё полоскали. И я с вами. Мне тогда пять лет было. Я в воду упал. Вы меня вытащили. И закутали в свою рубаху. А мать моя потом вам эту рубаху отдала. Сказала: носи. Она тебя спасла». Я как услышала — у меня руки задрожали. Я про рубаху эту и забыла. А он помнит.
Богдан чуть наклоняет голову. Он смотрит на рубаху, которая висит на верёвке: ткань тонкая, но крепкая, с выцветшим узором. И вдруг замечает: на плече — небольшая заплатка, будто её ставили, чтобы скрыть пятно.
БОГДАН (ровно)
И что ты?
ПЕЛАГЕЯ
Подписала. И крест поцеловала. Что признаю.
БОГДАН
А не сомневалась?
ПЕЛАГЕЯ (смотрит на него)
В чём?
БОГДАН
Может, ошибся он где? Неточен был?
Пелагея задумывается. Долго. Потом качает головой.
ПЕЛАГЕЯ
Нет. Не ошибся. Ни в чём. Он и про отца моего вспомнил. Как его звали. Как он умер. Как я его хоронила. Он всё знал. Всё. Как будто был там. Я и подписала. И крест поцеловала. Не потому, что мне велели. А потому, что я сама узнала. Это — он. Ярослав.
Богдан кивает. Не спорит. Но в его взгляде есть что-то ещё: он смотрит не на Пелагею, а на эту рубаху с заплаткой, будто пытается понять, как Ярослав мог знать про неё.
БОГДАН
Спасибо, Пелагея.
ПЕЛАГЕЯ
Да за что?
БОГДАН
За правду.
Он уходит. Пелагея смотрит ему вслед. Вздыхает. Возвращается к белью.
________________________________________
НАТ. УЛИЦА — ДЕНЬ
Средний план: Богдан идёт дальше. Двор. Ещё двор. Ещё. Везде одно и то же. Люди сами начинают рассказывать. Не он спрашивает — они вспоминают. И пугаются.
БАБА У ПЛЕТНЯ (Богдану, без вопроса)
А я ведь тоже подписала. И крест целовала. А теперь думаю: а вдруг я что не так сказала? А вдруг он не так понял? А вдруг я теперь виновата?
МУЖИК У САРАЯ (другому)
А он и про деда моего вспомнил. Как деда звали. Как он хромал. Я и забыл, что дед хромал. А он помнит. Как так? Может, он и правда — Ярослав? А я что — не признал? Я ведь признал. И подписал.
Рядом мальчишка лет десяти крутит жердь, будто хочет сделать себе палку для игры. Богдан на секунду задерживается. Смотрит, как мальчишка держит палку: не как игрушку, а как оружие — с привычкой.
Крупный план: Богдан идёт мимо. Не вмешивается. Слушает.
Он идёт весь день. От двора к двору. Слушает. Смотрит. Запоминает. И — не находит. Ни одной нестыковки. Ни одного промаха. Всё точно. Всё правильно. Всё — как было.
Но при этом он замечает мелочи: у одного мужика на сарае — свежие следы от сапог, будто кто-то стоял и смотрел; у другой бабы на заборе — обрывок верёвки, будто привязывали коня; в одном дворе — на земле — след от копыта, который не совпадает с остальными: глубже, будто конь стоял долго.
И всё равно улик нет. Только следы. А следов слишком много, и они все ведут в одну сторону: к тому, что Ярослав — это Ярослав.
________________________________________
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
Поздний вечер. В горнице темно, только лучина горит, чадит. На столе — миска, но Богдан не ест. Он сидит, опустив плечи. Устал. Хуже некуда.
Варвара ставит перед ним миску. Он не ест. Смотрит в стол.
ВАРВАРА
Что? Не нашёл?
БОГДАН (тихо)
Не нашёл.
ВАРВАРА
Может, и нет ничего?
БОГДАН (поднимает глаза)
Есть. Я знаю, что есть. Но не вижу. Он всё правильно сказал. Всё. Каждую мелочь. Как будто прожил здесь всю жизнь. Я не могу его поймать. Не могу.
Пауза. Долгая. Варвара садится напротив. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо.
ВАРВАРА
Значит, плохо смотрел.
БОГДАН (резко)
Я смотрел. Весь день. Все дворы обошёл.
ВАРВАРА (ровно, но твёрдо)
Весь день. А он — не день. Он — годами. Может, тебе не день смотреть надо. А ночь. Одна ночь. С ним. Или с тем, кто его учил. Но не дворы. А людей. Тех, кто помнит не слова, а руки. Кто видел, как он ходит. Кто видел, как он дышит.
Она не говорит «ты не справишься», но в её словах есть другое: ты смотришь как воин, а надо смотреть как муж и отец.
Крупный план: Богдан молчит. Смотрит на неё. Долго. Потом — медленно — кивает. Встаёт. Идёт к двери. Останавливается. Не оборачивается.
БОГДАН
Спасибо.
Он выходит. Дверь закрывается. Варвара остаётся. Смотрит на дверь. Долго. Молчит. Потом крестится. И садится шить. Стежки ровные, но слишком тугие.
Затемнение.
СЦЕНА 5. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ДВОР. НОЧЬ.
Ночь. Тишина, только сверчки тонко звенят в траве. Над огородами стелется лёгкий туман, будто пар от остывшей земли. На заборе — иней: к утру прихватит морозом. Луна то выглянет, то спрячется за рваными облаками, выхватывая из темноты покосившийся плетень, угол крыши, тёмный силуэт пня.
Богдан не спит. Выходит во двор, садится на пень, кладёт ладони на колени, будто хочет удержать в себе ту тяжесть, что не даёт уснуть. Долго смотрит на небо, где звёзды рассыпаны как будто без всякого порядка.
Из дома неслышно выходит Григорий. В одной рубахе, босой, ёжится от холода, но ступает твёрдо, по-взрослому. Подходит, садится рядом, не слишком близко — чувствует, что отцу сейчас нужно пространство, но оставлять его одного нельзя.
Молчат. Слышно, как у Богдана тихо скрипит кожа на поясе, когда он чуть наклоняется вперёд.
ГРИГОРИЙ
(тихо, чтобы не спугнуть тишину)
Батя. Что не спишь?
БОГДАН
(не отводя взгляда от неба)
Да не сходится у меня кое-что, сынок. Как будто смотрю на узор, а он кривой. А где кривая нитка — не вижу.
ГРИГОРИЙ
Может, я чем помогу?
Богдан наконец поворачивает голову. Смотрит на сына не как на мальчика, а как на помощника. В этом взгляде и доверие, и просьба не подвести.
БОГДАН
Помоги. Ну-ка вспомни. Не было ли чего необычного с этими Ярко в последнее время? До приезда слуг царских? Может, кто к ним захаживал? Или сами куда ходили?
Григорий задумывается. Морщит лоб, будто перебирает в памяти дни, как бусины на нитке. Потом кивает — нашёл нужную.
ГРИГОРИЙ
Купцы восточные были в городе. Товар у них отменный. Шубы богатые, шапки меховые, кинжалы, посуда из серебра и фарфора. Это они хвалились, когда к нам приходили. Но и цена немалая, которую они просили. Мама по мелочи что-то у них купила. А потом они пошли дальше.
БОГДАН
И что?
ГРИГОРИЙ
А я пошёл вслед за ними. Потом гляжу — они разделились. Один из купцов отправился в дом Ярко. Хозяйка встретила купца у ворот. О чём-то они поговорили. А потом пошли в дом. И долго купец не выходил. Я уж забеспокоился — не сделал ли он женщине чего плохого. Но потом вышел купец. А хозяйка его проводила.
БОГДАН
И что с того? Вон у нас они побывали — вы и не заметили, сколько они были. А со стороны могло показаться, что долго.
ГРИГОРИЙ
Важно не то, что долго. А то, что вышел купец без шубы богатой. И без шапки меховой. И кинжала того, что хвалил, при нём не было. И посуды серебряной — тоже. Я запомнил, потому что он её хвалил. А вышел — пустой. Только с тем, что в котомке было. А не было слыхать прежде, что Ярко сильно разбогатели. А тут столько товара они прикупили за раз. Удивительно это.
Богдан молчит. Смотрит на сына. Долго. Молчит. Потом — встаёт. Медленно. Смотрит на Григория. Долго. Потом — тихо.
БОГДАН
Одевайся. Поедем.
Он идёт к конюшне. Григорий — за ним.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 6. УГЛИЧ. КОРЧМА. НОЧЬ
ИНТ. КОРЧМА — НОЧЬ
Ночь. Корчма ещё не закрыта. Пахнет пивом и дымом. Пьяные голоса, стук костей, смех.
Средний план: Богдан врывается. Идёт через зал. Хватает корчмаря за грудки. Трясёт.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Где купцы? Восточные? Где?
КОРЧМАРЬ
(испуганно)
Уехали!
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Когда?
КОРЧМАРЬ
(запинаясь)
Да почитай неделю уж. Как царские слуги уехали — так и они на следующий день. Вот. Неделя.
Богдан отпускает его. Смотрит. Долго.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
В Москву?
КОРЧМАРЬ
В Москву. Сказали — в Москву.
Богдан молчит. Отходит. Садится за стол. Корчмарь стоит. Дрожит. Потом — подходит. Ставит перед ним чарку. Богдан не пьёт. Смотрит на него.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Что знаешь об этих купцах?
КОРЧМАРЬ
(думает)
Раньше их у нас в Угличе не было. Никогда. А вот с полгода назад приехали. В первый раз. Да и поселились на дворе у вдовицы Семёновой. Долго тут жили. Со всеми познакомились. С многими подружились. Люди они щедрые, обходительные. Любят про жизнь поговорить, повспоминать, о том, как всё было в прошлые годы. Поговорить по душам — мастера.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(тихо)
А об Ярославе Ярко они тебя не спрашивали?
Крупный план: Корчмарь замирает. Смотрит на Богдана. Долго. Потом — крестится.
КОРЧМАРЬ
Ты, Богдан, верно с нечистой силой водишься. Спомнил я. Спрашивали. Как-то и я им рассказал о том, как в детстве этот Ярослав груши в моём саду воровал с другими мальчишками. Я его и поймал. А друзья его успели убежать. Неловок он был.
Богдан молчит. Смотрит на него. Долго.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
А ещё приезжали купцы эти?
КОРЧМАРЬ
Да. Приезжали месяца три назад. Снова остановились на прежнем месте. Снова обходили всех, разговоры вели. Да и товар свой продавали. А в последний раз — за неделю до того, как приехали из Москвы царевы слуги с Ярославом. И уехали на следующий день после их отъезда.
Средний план: Богдан кивает. Медленно. Достаёт монету. Кладёт на стойку. Корчмарь смотрит на монету. Потом — на Богдана. Берёт. Кланяется.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Спасибо, хозяин.
Он выходит. Корчмарь смотрит ему вслед. Долго. Потом — крестится. И возвращается к работе.
________________________________________
НАТ. УЛИЦА — НОЧЬ
Средний план: Богдан идёт к коню. Григорий ждёт его у крыльца. Смотрит на отца. Ждёт.
ГРИГОРИЙ
Батя. Что?
Богдан садится на коня. Молчит. Григорий — за ним. Едут. Медленно. Богдан смотрит перед собой. Долго. Потом — говорит. В сердцах.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Всё теперь ясно. Как мог фальшивый Ярослав столько узнать о прошлом Ярослава Ярко? Конечно, он там у себя сблизился с Ярославом. И многое лично от него узнал. Это бесспорно. Но без поддержки купцов этих Ярослав не смог бы выдержать такую мощную проверку. Они тут полгода жили. Со всеми перезнакомились. Расспрашивали. Вспоминали. Всё выведали. И ему передали.
ГРИГОРИЙ
Так значит, купцы — их люди?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(кивает)
Их люди. Или — чьи-то. Но их. А Ярослав — их человек. И купцы готовили ему почву. Полгода готовили. Чтобы он приехал — и знал всё. Всё. Каждую мелочь.
Пауза. Едут. Молчат. Потом — Богдан говорит. Тихо. С горечью.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Но мне-то теперь всё ясно стало. Только всё равно доказательств у меня нет. Сами по себе купцы и их расспросы — не доказательство. Да и Гриша — малое дитё. Веры его словам будет немного. У больших людей. Нужно получить реальное подтверждение. Что Ярослав — не тот, за кого себя выдаёт.
ГРИГОРИЙ
И где его взять?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(молчит. Долго. Потом — тихо)
Не знаю. Пока не знаю.
Едут дальше. Ночь. Тишина. Только копыта стучат по земле.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 7. УГЛИЧ. ДОМ ЯРКО. УТРО
НАТ. ДОМ ЯРКО — УТРО
Утро. Дом Ярко. Небогатый, но крепкий. Двор чистый. Куры. Служанки снуют. Средний план: Богдан подходит к калитке. Стучит. Служанка открывает. Смотрит на него. Настороженно.
СЛУЖАНКА
Чего надобно?
БОГДАН
К хозяйке. Матрёне Васильевне. Дело у меня к ней. Важное.
Служанка мнётся. Потом — уходит. Возвращается. Кивает. Пропускает.
________________________________________
ИНТ. ГОРНИЦА — УТРО
Горница. Чисто. Иконы в углу. Стол. Лавки. Средний план: МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА — женщина лет пятидесяти. Властная. Сильная. Спина прямая. Смотрит на Богдана. Настороженно. Долго. Молчит. Потом — говорит.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
С чем пожаловал?
БОГДАН
Разговор у меня к тебе. Важный. И тайный.
Матрёна Васильевна смотрит на него. Долго. Потом — оборачивается к служанкам. Машет рукой.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
Ступайте. Все. Во двор. И не входить, пока не позову.
Служанки выходят. Дверь закрывается. Матрёна Васильевна садится. Смотрит на Богдана. Ждёт. Богдан не садится. Стоит. Смотрит ей прямо в глаза. Потом — говорит. Ровно. Твёрдо.
БОГДАН
Почему вы царских слуг обманули? И чужого человека сыном своим признали? Я в этом полностью уверен. Как вы могли так поступить? Ведь дело это самого царя касается.
Крупный план: Матрёна Васильевна вскидывается. Глаза — злые.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
Ты что, ополоумел? С печки башкой упал сегодня? С чего ты взял такую ересь нести?
БОГДАН
(ровно)
Бросьте вы придуриваться. Коль попадёте в руки к царским дознавателям — на дыбе всё им расскажете. У них даже немые языки развязываются. Ведь речь об измене идёт. Это не шутка. Фальшивый сын ваш наровит в Посольский приказ сесть. И там получить доступ к секретам государства нашего. Если правду мне не скажете и не объясните, как было дело, — я ничем вам помочь не смогу. Как верный слуга боярина своего и царя-батюшки.
Пауза. Долгая. Матрёна Васильевна смотрит на него. Долго. Потом — медленно — садится на лавку. Плечи опускаются. Лицо меняется. Голос — треснувший. Неуверенный.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
Всё не так было, как ты думаешь.
Богдан наклоняется к ней. Ближе. Говорит тихо. Почти шёпотом.
БОГДАН
А как оно было?
Матрёна Васильевна молчит. Смотрит в стол. Долго. Потом — говорит. Тихо. Медленно. Как будто каждое слово даётся с трудом.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
Приходил ко мне купец восточный. Якобы товар свой продавать. А сам мне рассказал, что сын и муж мои живы и здоровы. Пригрозил, что сын и муж погибнут, если не признаю я сына своего в их человеке. Показал письмо. Сказал: «Узнаёшь ли ты руку мужа своего?» Я хоть грамоте не обучена, но руку мужа своего сразу узнала. И купец прочёл текст. В котором муж просит ради спасения их жизни меня подтвердить, что человек, которого приведут ко мне, — её сын. И слова все в письме настоящие его, не придуманные. Именно так он и говорит. Я тогда и согласилась. И тогда купец ещё и товара много своего мне оставил. Но товар этот весь я отнесла в церковь. Отдала попам. Но только слугам царским я не солгала. Ярослав действительно мой сын.
Крупный план: Богдан смотрит на неё. Долго. Потом — тихо.
БОГДАН
Как это может быть?
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
(смотрит на него. Прямо)
Это мой сын Ярослав был. Он не просто место указал, где монеты были закопаны. Он обнял меня так, как только он обнимал. Он слова сказал, что я ему говорила, когда на руках носила в детстве. Когда он болел. Это мой сын. Ты вот сам подумай — может ли чужой человек знать столько о нашей жизни? Нет. Не может. Это был Ярослав.
Богдан молчит. Смотрит на неё. Долго. Потом — говорит. Ровно. Без спора.
БОГДАН
Хорошо. Пусть Ярослав — твой сын. Но ведь всё равно он предал царя. И стал служить иноземцам.
Крупный план: Матрёна Васильевна вскидывает голову. Смотрит на него. Долго. И вдруг — в её глазах появляется гордость. Не злость. Не обида. Гордость.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
Плохо ты мужа моего и сына знаешь. Ничто на свете не заставит их предать отечество. Раз играет роль предателя перед чужеземцами сын мой — значит, так надо. Раз письмо такое мне написал муж — значит, так надо. Не было у нас в роду изменников. И не будет никогда. Сам подумай. Сын мой вырвался из рук басурман под предлогом измены. Теперь ему нужно как-то отца своего выручить. Вот он что-то и предпринимает. А отца его басурманы в заложниках держат. Чтобы Ярослав их не обманул. Но сын мой — умница. Он и врагов обманет, и родину не предаст, и отца возвернёт. Вот увидишь — всё у него получится. Ты ведь и сам парень не глупый. Подумай. Разве я не права? Разве не так всё я поняла?
Крупный план: Богдан молчит. Смотрит на неё. Долго. Потом — медленно — кивает. Говорит тихо.
БОГДАН
Князя Дмитрия я хорошо помню. Железной воли и кристальной честности человек. Спасибо, что всё мне объяснили. А то я, грешным делом, о вашем семействе стал уже плохо думать.
Матрёна Васильевна встаёт. Твёрдо. Смотрит на него. Прямо.
МАТРЁНА ВАСИЛЬЕВНА
Верь мне. Ярослав — сын мой. И он родину никогда не предаст.
Богдан кланяется. Медленно. Выходит из дома.
________________________________________
НАТ. ДВОР ДОМА ЯРКО — УТРО
Средний план: Богдан выходит. Останавливается. Смотрит на небо. Долго. Потом — тихо. Почти беззвучно. Себе.
БОГДАН
Господи. Это получается, и родную мать можно обвести вокруг пальца. И она чужака за сына своего примет. И станет его защищать как собственного ребёнка.
Пауза. Он стоит. Долго. Потом — идёт к коню. Садится. Едет. Медленно. Задумчиво.
Затемнение.

СЦЕНА 8. МОСКВА. ДВОР РОМАНОВЫХ. ДЕНЬ.
День. Богдан подъезжает к воротам. У ворот — сторож. Старик КУЗЬМА. Сидит на лавке. Чинит хомут. Увидел Богдана. Встаёт. Идёт навстречу. Быстро. Оглядывается.
КУЗЬМА
Богдан. Хорошо, что именно я тебя сегодня первым увидел.
БОГДАН
(удивлён)
И в чём дело?
КУЗЬМА
(тихо)
Да как ты уехал — сразу на следующий день земляк твой с Углича приходил. Мол, ты сказал ему, что в Углич собираешься. Вот он и хотел гостинец матери своей с тобой передать. Я ему и сказал, что опоздал он — ты уже уехал.
БОГДАН
(настороженно)
Земляк?
КУЗЬМА
Хороший человек. Пирогом с рыбой меня угостил. И сегодня совсем недавно приходил опять. Снова пирогом угостил. И просил тебе письмо передать.
Кузьма достаёт из-за пазухи пакет. Протягивает Богдану. Богдан берёт. Лицо — серьёзное. Он тут же передаёт коня старику. Заходит в сторожку. Закрывает дверь. Вскрывает пакет. Разворачивает лист.
________________________________________ВСТАВКА — КРУПНЫЙ ПЛАН: ЛИСТ. ТЕКСТ.
«Ты — первый, кто смог раскрыть меня. За все годы. Никто. А ты — смог. Почему? Потому что ты — такой же. Как я. Ты понимаешь. Поэтому прошу. Не отдавай женщину палачам. Она договор исполнила свой. И если я живым доберусь домой — то муж её и сын осенью будут в Угличе. Слово моё верное и кровь моя благородная. Так и будет. Но если вдруг понадобится помощь тебе в каком-нибудь тайном деле — подойди к базарному старосте и скажи ему моё имя. И скажи, что я просил тебе помочь. Прощай. И не дай мне небо снова с тобой встретиться.
Сангаджи-багатур»
Богдан дочитывает. Смотрит на лист. Долго. Молчит. Потом — подходит к печке. Открывает дверцу. Бросает письмо в огонь. Смотрит. Пока бумага не почернеет. Пока не скрутится. Пока не рассыплется пеплом. Долго.
Потом — тихо. Себе. Но так, чтобы слышал огонь. И тот, кто написал.
БОГДАН
Ты пишешь: не дай мне небо с тобой ещё раз повстречаться. А я скажу: не дай мне бог дожить до того, чтобы мне пришлось просить помощи от твоего имени. Но женщину палачам я не отдам.
Пауза. Он смотрит на пепел. Долго. Молчит. Потом — закрывает дверцу. Выходит.
Затемнение.

НАТ. ДВОР РОМАНОВЫХ — ДЕНЬ
Средний план: Богдан идёт через двор. Быстро. К дому. Навстречу — ФЁДОР НИКИТИЧ. И дьяк. Тот самый. Из Кремля. Дьяк мрачнее тучи. Руки дрожат. Мелкой дрожью.
ДЬЯК
(хмурясь)
Прав ты оказался. Признаю свою вину. Не тот оказался Ярослав, за кого себя выдавал. Сегодня вот только что на базаре, что рядом, за ним следили. А он возьми и исчезни. Искали — не нашли. Кинулись к нему — а там все документы его исчезли. Чувствую, пришло моё дурное время. Теперь придётся нести ответственность за всё.
Крупный план: Богдан делает удивлённое лицо. Смотрит на дьяка. Потом — на Фёдора Никитича. Говорит уверенно.
БОГДАН
А что за шум-то на пустом месте вы устроили? Был я в Угличе. Со всеми встретился. И все подтвердили, что это истинно Ярослав. Да я и сам походил по родным местам. Ещё и с матерью Ярослава поговорил. И вспомнил, что это и есть Ярослав.
Крупный план: Фёдор Никитич смотрит на него. Долго. Потом — спрашивает.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Если это Ярослав — что же он скрылся от властей?
БОГДАН
(ровно)
Да я только что прямо у ворот встретил земляка с Углича. Так он видел Ярослава. Он в большой обиде. Говорит: виданное дело — что за мной, за узником бывшим, из плена вернувшимся, и родину свою не предавшим, слежку установили. В душу мне плюнули недоверием своим. Уйду от слежки и поеду в Польшу. Там, может, благородным людям доверяют. Если хочешь — я сейчас же побегу и найду земляка своего. Он не мог далеко уйти.
Средний план: Дьяк быстро смекнул. Смотрит на Богдана. Потом — на Фёдора Никитича. Потом — машет рукой.
ДЬЯК
Не надо никого искать. И без этого всё ясно. Обидели мы зря хорошего человека. Он и обиделся. А то, что он от слежки ушёл — он тем самым нас укорил. Мол, вы сами в службе не сильны, а мне не доверились. Да и чёрт с ним. Тогда всем не угодишь.
Средний план: Фёдор Никитич качает головой. Смотрит на дьяка. Долго. Потом — говорит.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Извини меня, дьяк.
Крупный план: Дьяк буквально вскакивает. Глаза — круглые. Голос — громкий.
ДЬЯК
Не нужно извинений! Мало того — как только ваши люди просто подумают, что есть измена, — тут же прямо сообщайте об этом! Никаких извинений! Только одна благодарность!
Дьяк кланяется. Быстро. Разворачивается. Уходит. Быстро. Почти бегом. Фёдор Никитич смотрит ему вслед. Долго. Потом — поворачивается к Богдану. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. С укором.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Опростоволосился ты, слуга мой верный.
Крупный план: Богдан смотрит на него. Ровно. Спокойно. Потом — говорит.
БОГДАН
И на старуху бывает проруха.
Средний план: Фёдор Никитич молчит. Смотрит на него. Долго. Потом — кивает. Медленно. И идёт к дому. Останавливается. Не оборачивается.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Раньше ты никогда не ошибался. Но это моя вина. Совсем тебя загонял.
Он оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Богдан. Поезжай домой. Да и отдохни в Угличе недельку-другую.
Крупный план: Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
БОГДАН
Понял, Фёдор Никитич.
Фёдор Никитич смотрит на него ещё мгновение. Потом — поворачивается. Уходит в дом. Дверь закрывается. Средний план: Богдан остаётся один. Стоит. Смотрит на дверь. Долго. Потом — идёт к коню. Кузьма уже держит поводья. Богдан берёт. Садится. Едет со двора. Медленно.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 9. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ДЕНЬ
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
День. Средний план: Богдан подъезжает к дому. Спешивается. Варвара уже на крыльце. Увидела. Бежит навстречу. Обнимает. Крепко.
ВАРВАРА
Вернулся! А мы ждали! Гришка! Маруся! Малые! Отец приехал!
Дети выбегают. Облепили. Гомон. Смех. Богдан обнимает всех. Долго. Потом достаёт гостинцы. Платки. Пряники. Кинжал маленький. Раздаёт. Дети радостно кричат.
ВАРВАРА
Садись. Стол накрыт. Щи. Каша. Пироги. Всё, как ты любишь.
Богдан садится. Ест. Семья вокруг. Варвара подкладывает. Дети вертятся. Он улыбается. Но глаза — внимательные. Ищут Григория. Средний план: Григорий сидит напротив. Смотрит на отца. Ждёт.
________________________________________
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ — ПОСЛЕ ОБЕДА
Варвара ушла к соседке. Дети разбежались. Богдан и Григорий остались вдвоём. Сидят за столом. Молчат. Потом Григорий говорит.
ГРИГОРИЙ
Батя. А что с Ярко? Что с Матрёной Васильевной?
Крупный план: Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Скажу только одно. Ни сын Матрёны Васильевны, ни муж её — не изменники.
Пауза. Григорий смотрит на отца. Думает. Долго. Потом — говорит.
ГРИГОРИЙ
Так значит, тот, кто выдавал себя за сына, — шпион ойратский.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Про шпиона ойратского мне ничего не ведомо. Видимо, то дело секретное. Государственное. Потому о нём молчат.
Григорий кивает. Молчит. Потом говорит — тихо, как бы самому себе.
ГРИГОРИЙ
Как странно получилось. Так любого человека заменить можно. Вон ойратского шпиона никто не смог разоблачить.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(смотрит на сына)
Да. Если бы купец не оставил женщине товар. И ты на это не обратил внимание. То не разоблачили бы самозванца.
ГРИГОРИЙ
(думает)
Выходит, это целое искусство — так подменить человека, чтобы никто не догадался. Столько всего предусмотреть. И мать. И дом. И сарай, который перенесли. И горшочек с монетками. И почерк мужа. Всё-всё.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(медленно)
Искусство подмены. Да. Тонкое искусство. Если сделать это с умом — никто не отличит.
Пауза. Долгая. Богдан смотрит на сына. Внимательно. Что-то в его глазах меняется.
ГРИГОРИЙ
А если это искусство — значит, ему можно научиться?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(тихо)
Можно. Если есть учитель. Или если ты сам достаточно умён, чтобы понять, как это делается.
Пауза. Богдан смотрит на сына. Долго. Потом — говорит. Медленно. Веско.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Шпион ойратский — он воин. Он знал, на что шёл. И он не сломался. И ушёл непобеждённым до конца. Я бы хотел, чтобы ты был таким же.
ГРИГОРИЙ
(тихо)
Как он?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Как он. Но на нашей стороне.
Пауза. Григорий смотрит на отца. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
Средний план: Богдан встаёт. Смотрит в окно. Долго.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Ну да хватит разговоров. Иди сходи за матерью. Что-то она долго в гостях засиделась. Пусть поспешит домой.
ГРИГОРИЙ
Уже бегу.
Мальчик выходит. Средний план: Богдан остаётся один. Сидит. Смотрит в окно. Думает. Потом встаёт. Выходит во двор.
________________________________________
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
Средний план: Богдан выходит на крыльцо. Смотрит по сторонам. Видит: со спины — мальчик. Идёт по двору. Похож на Григория. Богдан хмурится.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Да ты что, Гришка, совсем обнаглел? Я что тебе приказал? Почему не исполняешь мой приказ?
Крупный план: мальчишка оборачивается. Смотрит на Богдана. Не Григорий. Похож. Но не он. Смотрит спокойно. Без страха.
МАЛЬЧИШКА
Я не Гришка. И ты мне не приказчик.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(замирает)
Кто ты?
МАЛЬЧИШКА
Я сын царя Ивана.
Крупный план: Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Мальчик поворачивается. Уходит.
Средний план: Богдан стоит. Смотрит ему вслед. Долго. Очень долго. Потом говорит — тихо, самому себе.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Так значит, любого человека подменить можно. И никто не поймёт этого. Если сделать это с умом. Искусство подмены.
Он стоит ещё немного. Потом поворачивается. Уходит в дом.
________________________________________
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
Вскоре возвращаются Варвара и Григорий. Варвара хлопочет по хозяйству. Григорий садится на лавку. Устал. Но доволен.
Средний план: Богдан подходит к сыну. Садится рядом. Смотрит на него.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Гришка. Ты знаешь, кто тебя искал, пока тебя не было?
ГРИГОРИЙ
(пожимает плечами)
Не знаю, батя.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Сын царя Ивана. Дмитрий.
Крупный план: Григорий удивлённо поднимает брови.
ГРИГОРИЙ
Сын царя? Зачем?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Так ты с ним дружишь?
ГРИГОРИЙ
Нет, батя. Мы не дружим. Просто он хотел голубей моих посмотреть. У меня голуби. Красивые. Он увидел. Захотел посмотреть.
Пауза. Богдан смотрит на сына. Долго. Внимательно.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Голубей, значит. Посмотреть.
ГРИГОРИЙ
Да. А что?
Богдан молчит. Потом говорит — медленно, как бы взвешивая каждое слово.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Я хочу, чтобы ты присмотрелся к Дмитрию. Хорошо присмотрелся. Запомнил его. Каждый день будь рядом. Незаметно. Слушай, как он говорит. Смотри, как он ходит. Как ест. Как смеётся. Как злится. Всё запоминай. Каждую мелочь. Каждую привычку. Каждое слово.
ГРИГОРИЙ
Но если я буду рядом — они заметят.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(тихо)
Заметят. Если ты будешь глупым. Если ты будешь на виду. Если ты будешь лезть к нему. Нет. Ты должен быть тенью. Незаметным. Ты должен быть таким, чтобы они привыкли к тебе. Чтобы перестали видеть. Чтобы ты стал частью двора. Как забор. Как дерево. Как собака.
Григорий молчит. Думает.
ГРИГОРИЙ
Я понял. Я буду незаметным.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
У басурман хитростям нужно учиться. Неужто мы не сможем того, что смогли они? Я из тебя разведчика выращу. Тайного слугу государева. Если сможешь себя где-то за друга своего выдать. И допрос выдержать. Мой. Как подрастёшь — попрошу начальство взять тебя в тайные слуги государевы.
ГРИГОРИЙ
(глаза загораются)
Правда?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Правда. Но это тайна великая. Молчи о ней. Никому. Ни матери. Ни братьям. Никому. Понял?
ГРИГОРИЙ
(кивает)
Всё понял, батя. Всё сделаю. Всё выведаю. Всё узнаю. Незаметно.
Крупный план: Богдан смотрит на сына. Долго. Потом кивает.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Хорошо. Иди спать.
Григорий убегает. Средний план: Богдан остаётся один. Смотрит в окно. На Углич. На тот дом. Где живёт сын царя Ивана.
Затемнение.
КОНЕЦ СЕРИИ 1.

СЕРИЯ 2: «ПРИКАЗАНО ВЕРНУТЬСЯ»
Время: 1591. Ранняя весна. Москва, Китай-город.

СЦЕНА 1. МОСКВА. ПАЛАТЫ ФЁДОРА НИКИТИЧА. УТРО.
Богдан входит. Фёдор Никитич стоит у окна. Смотрит на двор. Услышал шаги. Оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Заходи. Садись.
Богдан садится. Фёдор Никитич — напротив. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — встаёт. Подходит к двери. Открывает. Смотрит в коридор. Там — никого. Закрывает. Возвращается. Садится. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Медленно.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Богдан. Ты служишь мне давно. Сколько? Лет десять?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Двенадцать.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Двенадцать. Да. И за эти двенадцать лет — ты ни разу меня не подвёл. Ни разу. Ни в походе. Ни здесь. Ни в тайных делах. Ни в явных.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(ровно)
Служу, как умею.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Не как умеешь. Как надо. Ты — не просто слуга. Ты — мой человек. Тот, кому я верю. Больше, чем братьям. Больше, чем жене. Больше, чем кому-либо.
Пауза. Богдан молчит. Смотрит на него. Долго. Ждёт. Фёдор Никитич встаёт. Подходит к образам. Крестится. Медленно. Потом — оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго. Потом — говорит. Тихо.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Я хочу тебе сказать то, что не говорил никому. То, что я должен сказать. Потому что если не скажу — будет поздно.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(тихо)
Говори.
Фёдор Никитич садится. Смотрит в стол. Долго. Молчит. Потом — поднимает глаза. Смотрит на Богдана. Прямо.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Братья мои. Александр. Иван. Василий. Они... Они готовят убийство. Царевича Дмитрия.
Богдан молчит. Смотрит на него. Долго. Не двигается. Не меняется в лице. Потом — говорит. Ровно. Тихо.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Зачем?
ФЁДОР НИКИТИЧ
Потому что боятся. И у них есть причина. Они хорошо знают Нагих. Знали их ещё при царе Иване. И понимают: если Дмитрий вырастет — он может стать царём. Если у Фёдора не будет сына-наследника. А Фёдор — слаб. И здоровьем, и волей. И сына у него нет. И может не быть. А Дмитрий — сын царя Ивана. Пусть и незаконнорождённый. Но — сын. И Нагие это знают. И будут гнуть своё. А когда Дмитрий сядет на трон — Нагие первыми припомнят всё. И нам. И братьям. И всем, кто был против них. Нам придётся туго. Очень туго.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(тихо)
А если они сделают это без тебя?
Пауза. Долгая. Фёдор Никитич смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Твёрдо.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Тогда я прокляну их. Всех. И они будут знать, что это моё проклятие. И оно их не оставит. Никогда.
Пауза. Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Понял.
Фёдор Никитич встаёт. Подходит к дальней стене палаты. Там — тяжёлый сундук. Он отодвигает его. За сундуком — незаметная дверца. Маленькая. Тайная. Фёдор Никитич открывает её. За дверцей — тёмный проход. Узкий. Фёдор Никитич оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Вот. Тайное место. О нём знаю только я. И теперь — ты. Отсюда слышно всё, что говорится в большой палате. И даже видно — через щель. Немного. Но видно. Я хочу, чтобы ты был там. Вечером. Когда они соберутся. Слушал. Смотрел. Запоминал. Всё. Каждое слово. Каждый взгляд. Каждое движение. Потом — расскажешь мне. Всё. Понял?
Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Понял.
Фёдор Никитич подходит к нему. Кладёт руку ему на плечо. Смотрит в глаза. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Ты — мой человек. Не их. Я тебе доверяю. Больше, чем кому-либо. Ты это знаешь.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(ровно)
Знаю.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Тогда иди. Готовься. Вечером — совет. Ты будешь там. В тайном месте. Слушай. Смотри. Запоминай. А потом — расскажешь мне. Всё. Понял?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Понял.
Фёдор Никитич кивает. Отпускает его плечо. Отворачивается. Идёт к окну. Смотрит на двор. Долго. Богдан встаёт. Идёт к двери. Останавливается. Не оборачивается.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Фёдор Никитич.
ФЁДОР НИКИТИЧ
(не оборачивается)
Что?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Если что-то случится с Дмитрием — я не прощу себя. Никогда. Ты меня понял?
Фёдор Никитич замирает. Медленно оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Почти шёпотом.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Понял.
Богдан выходит. Дверь закрывается. Фёдор Никитич остаётся один. Смотрит на дверь. Долго. Потом — подходит к образам. Крестится. Медленно. Истово. И шепчет. Тихо. Почти беззвучно.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Господи. Дай мне сил. Я не могу убить ребёнка. Но я не могу и допустить, чтобы его убили. Что мне делать?
Он стоит. Долго. Молчит. Свеча горит. Тени пляшут по стенам. За окном — Москва. Весенняя. Тихая. Но в этой тишине — напряжение. Как перед грозой.
Затемнение.

СЦЕНА 2. МОСКВА. ПАЛАТЫ ФЁДОРА НИКИТИЧА — БОЛЬШАЯ ПАЛАТА. ВЕЧЕР.
Фёдор Никитич впускает Богдана в кабинет. Закрывает дверь. Подходит к сундуку. Отодвигает его. За сундуком — тайная дверца. Открывает.
ФЁДОР НИКИТИЧ
(тихо)
Вот. Слышно всё. И видно — через щель. Сиди. Слушай. Смотри. Запоминай. Всё. Понял?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(кивает)
Понял.
Богдан заходит в тайное место. Фёдор Никитич закрывает дверцу. Задвигает сундук. Выходит. Идёт в большую палату.
________________________________________
ИНТ. БОЛЬШАЯ ПАЛАТА — ВЕЧЕР.
Большая палата в доме Романовых. Свечи. Стол. Лавки. Собрались бояре. ФЁДОР НИКИТИЧ РОМАНОВ. Его братья. АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ. ИВАН НИКИТИЧ. ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ. Другие родственники. Старшие. Все хмурые. Молчат. Ждут.
Фёдор Никитич открывает совет. Он не садится во главе стола. Он стоит.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Братья. Родные. Собрались мы. Дело важное. Время тяжёлое.
Он обводит всех взглядом. Продолжает.
ФЁДОР НИКИТИЧ
После смерти отца нашего, Никиты Романовича, жизнь стала сложной. Годунов всё более укрепляется. Царь Фёдор — при нём. Всё при нём. Мы — в стороне. Это плохо.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ — старший из братьев после Фёдора. Говорит не сразу. Смотрит на Фёдора. Долго. Потом — говорит. Медленно.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
Годунов нас не любит. Это известно. Он помнит, что отец наш был ближе к царю Ивану, чем его род. Он боится нас. И он сделает всё, чтобы нас не стало. Как отца. Как всех, кто был до нас. Он ждёт. Только повод.
ИВАН НИКИТИЧ — средний. Говорит резко. Как будто устал ждать.
ИВАН НИКИТИЧ
Боится. Да. И потому давит. Где может. Кого может. И мы — молчим. Смотрим. Ждём. А он — действует. И мы — проигрываем. Каждый день. Каждый час.
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ — младший. Говорит тихо. Но веско. Как человек, который давно всё решил.
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ
И самое главное. Царь Фёдор в последнее время всё больше интересуется делами брата своего. Дмитрия. Незаконнорождённого. Что живёт в Угличе. С родственниками.
Тишина. Все смотрят на него.
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ
(продолжает)
Говорят, хочет царь Фёдор пригласить Дмитрия в Москву. Пусть, мол, тут растёт. Под присмотром. Нашим.
Ропот. Бояре переглядываются. Хмурятся.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
В Москву? Дмитрия? Это опасно.
ИВАН НИКИТИЧ
Очень опасно. Если Дмитрий будет в Москве, Годунов получит его под руку. Или устранит. Или использует.
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ
Или царь Фёдор приблизит его. И тогда у Дмитрия будут права. Больше, чем у нас. Он — сын Ивана. Пусть и незаконнорождённый. Но — сын. Мы — просто родственники.
Тишина. Долгая. Все думают.
ФЁДОР НИКИТИЧ
(тихо)
Вот потому я и позвал вас.
Он смотрит на братьев. Долго. Молчит. Потом — говорит. Ровно.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Я знаю, что вы задумали. Я знаю, что вы хотите сделать. И я знаю, что вы сделаете это за моей спиной, если я не остановлю вас.
Пауза. Братья молчат. Смотрят на него.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Я не дам согласия на убийство. И не прощу вас. Никогда. Если вы сделаете это — я прокляну вас. Всех. И вы будете знать, что это моё проклятие. И оно вас не оставит. Никогда.
Он поворачивается. Идёт к двери. Выходит. Дверь хлопает.
Тишина. Долгая. Братья переглядываются. Молчат.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
(тихо)
Он знает.
ИВАН НИКИТИЧ
(резко)
И что?
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ
(тихо)
Ничего. Он ушёл. Он не помешает.
Пауза. Долгая. Потом — Александр встаёт. Подходит к столу. Наливает вина. Пьёт. Смотрит на Ивана. Говорит тихо. Медленно.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
Ты помнишь, как отец умер?
ИВАН НИКИТИЧ
(ровно)
Помню.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
Он умер в монастыре. Один. Он был добрым. И он умер. А Годунов — жив. И он — злой. И он — жив. Почему?
ИВАН НИКИТИЧ
Потому что он — не добрый.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
Значит, и мы должны быть не добрыми. Если хотим выжить.
Пауза. Василий подходит. Встаёт рядом. Смотрит на обоих. Потом — говорит. Тихо. Как человек, который давно всё решил.
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ
Есть у меня человек. Убьёт Дмитрия и глазом не моргнёт. И исчезнет в тьме неизвестности. Сейчас он не в Москве. Но скоро вернётся. И я его отправлю в Углич.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
Так и решим.
ИВАН НИКИТИЧ
(тихо)
А Фёдору ничего не расскажем. Он слишком мягок. Слишком благороден. А дело требует решимости.
ВАСИЛИЙ НИКИТИЧ
(тихо)
Он нас проклянёт. Если узнает.
Пауза. Александр смотрит на него. Долго. Потом — говорит. Медленно.
АЛЕКСАНДР НИКИТИЧ
Проклянёт. Или убьют нас. Или — мы убьём. Выбор невелик.
Шаги. Бояре расходятся.
________________________________________
ТАЙНОЕ МЕСТО. НОЧЬ.
Богдан лежит. Не двигается. Смотрит в темноту. Долго. Молчит. Потом — тихо. Почти беззвучно. Себе.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Большой волк. Значит, есть у них большой волк. И он — не в Москве. Но скоро вернётся. И его отправят в Углич. Убить Дмитрия.
Он замолкает. Смотрит в темноту. Долго. Потом — медленно — поднимается. Тихо. Бесшумно. Выходит из тайного места.
Затемнение.
Титр:
«Двор Романовых»

СЦЕНА 3. МОСКВА. ПАЛАТЫ ФЁДОРА НИКИТИЧА. НОЧЬ.
Ночь. Кабинет Фёдора Никитича. Свеча. Богдан стоит. Фёдор Никитич сидит. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Говори. Что они сказали. Когда я ушёл.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(ровно)
Александр сказал: «Помнишь, как отец умер?». Иван сказал: «Помню». Александр сказал: «Он был добрым. И умер. А Годунов — злой. И жив. Значит, и мы должны быть не добрыми». Василий сказал: «Есть у меня человек. Убьёт Дмитрия. Исчезнет. Сейчас не в Москве. Но скоро вернётся. Я его отправлю в Углич».
Пауза. Долгая. Фёдор Никитич молчит. Смотрит в стол. Потом — поднимает глаза. Смотрит на Богдана. Прямо. Твёрдо.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Значит, решили.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Решили.
Фёдор Никитич встаёт. Подходит к образам. Крестится. Медленно. Истово. Потом — оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго. Потом — говорит. Тихо. Твёрдо.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Богдан. Я им не дам убить царевича Дмитрия. И ты мне в этом поможешь.
Пауза. Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Понял.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Ты поедешь в Углич. И сделаешь так, чтобы Дмитрий остался жив. Любой ценой. Понял?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(кивает)
Понял.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Я не хочу, чтобы этот грех пал на наш род. На наших детей. На внуков. Я не хочу, чтобы они жили с этим. Я не хочу, чтобы они отвечали за то, что сделали их отцы. Ты меня понял?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо)
Понял.
Фёдор Никитич подходит к нему. Кладёт руку на плечо. Смотрит в глаза. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Ты — мой человек. Не их. Я тебе доверяю. Больше, чем кому-либо. Ты это знаешь.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
(ровно)
Знаю.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Тогда иди. Готовься. Завтра — на рассвете. В Углич. Смотри за царевичем. Смотри за всеми. Особенно за нашими. И если что-то случится — сразу ко мне. Лично. Понял?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Понял.
Фёдор Никитич кивает. Отпускает его плечо. Отворачивается. Идёт к окну. Смотрит на двор. Долго. Богдан встаёт. Идёт к двери. Останавливается. Не оборачивается.
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Фёдор Никитич.
ФЁДОР НИКИТИЧ
(не оборачивается)
Что?
БОРИСЛАВ-БОГДАН
Если что-то случится с Дмитрием — я не прощу себя. Никогда. Ты меня понял?
Фёдор Никитич замирает. Медленно оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Почти шёпотом.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Понял.
Богдан выходит. Дверь закрывается. Фёдор Никитич остаётся один. Смотрит на дверь. Долго. Потом — подходит к образам. Крестится. Медленно. Истово. И шепчет. Тихо. Почти беззвучно.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Господи. Дай мне сил. Я не могу убить ребёнка. Но я не могу и допустить, чтобы его убили. Что мне делать?
Он стоит. Долго. Молчит. Свеча горит. Тени пляшут по стенам. За окном — Москва. Весенняя. Тихая. Но в этой тишине — напряжение. Как перед грозой.
Затемнение.

СЦЕНА 4. МОСКВА. НАТ. ДВОР ДОМА РОМАНОВЫХ — УТРО
Утро. Холодный, прозрачный воздух. Над двором висит лёгкий пар от дыхания людей и лошадей. На камнях — тонкий иней, который уже тает под первыми лучами. Всё тихо, только где-то в людской звякает ведро, да лошадь переступает ногами, будто торопит.
Богдан выходит из дома. Собран. Готов к отъезду. На нём — дорожный кафтан, тяжёлый от подкладки: впереди долгая дорога и холодные ночёвки. Лошадь оседлана, стоит смирно, только изредка фыркает, выдыхая белые клубы. Дорожная сумка у седла туго стянута ремнями.
ФЁДОР НИКИТИЧ выходит на крыльцо. В домашнем, но держится как на приёме: спина прямая, взгляд тяжёлый. Смотрит на Богдана. Спускается по ступеням медленно. Подходит. Оглядывается — никого нет. Молчит. Долго. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Всё, что мог, я тебе сказал. Всё, что мог, я тебе дал. Денег. Людей. Слово. Дальше — ты сам.
Богдан кивает. Молчит. Смотрит на него. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ (тихо)
И ещё. Если увидишь его. Того, кто придёт. Не убивай сразу. Привези его ко мне. Живым.
БОГДАН (смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — ровно)
Зачем?
ФЁДОР НИКИТИЧ
Затем, что мне нужен не труп. Мне нужен человек, который заговорит. Который скажет всё. Кто. Где. Когда. И — сколько. А мёртвый — не скажет.
Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом кивает. Медленно.
БОГДАН
Если Бог поможет. Если будет удача.
ФЁДОР НИКИТИЧ (кивает. Медленно)
Если Бог поможет. Если будет удача.
Фёдор Никитич подходит к нему. Кладёт руку на плечо. Смотрит в глаза. Долго.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Ты — мой человек. Не их. Я тебе доверяю. Больше, чем кому-либо. Ты это знаешь.
БОГДАН (ровно)
Знаю.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Тогда иди. И помни: я буду ждать. Каждый день. Каждую ночь. Пока ты не вернёшься. Или пока не пришлёшь весть.
Богдан кивает. Идёт к коню. Но Фёдор Никитич останавливает его — жестом, не словом. Богдан оборачивается.
ФЁДОР НИКИТИЧ (тихо, ровно)
И ещё. В Угличе — люди Годунова. Они там. Точно. Смотрят за царевичем. За двором Нагих. За всеми, кто приходит. Кто уходит. Они — невидимы. Но они — есть. Найди их. Тихо. Незаметно. И — не дай им себя обмануть. Тем, что лежит на поверхности.
Крупный план: Богдан. Он смотрит на Фёдора Никитича. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
БОГДАН
Понял. Найду.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Их — не один. И не двое. Их — много. Но главный — один. Тот, кто всем заправляет. Тот, кто докладывает Годунову. Вот его — найди первым. А остальные — сами проявятся.
БОГДАН
А как я узнаю, что это — он?
ФЁДОР НИКИТИЧ (тихо, с нажимом)
По рукам. По глазам. По тому, как он молчит. Он — не как все. Он — как ты. Только — на другой стороне.
Пауза. Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно. Тяжело.
БОГДАН
Понял.
Фёдор Никитич кладёт руку ему на плечо. Сжимает. Коротко.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Иди. И — не подведи.
Богдан садится на коня. Берёт поводья. Смотрит на окна дома. Долго. Запоминает. Потом трогает коня. Едет со двора. Медленно.
Фёдор Никитич смотрит ему вслед. Долго. Молчит. Когда фигура Богдана сливается с далью, крестится. Медленно. Истово. И шепчет. Тихо. Почти беззвучно.
ФЁДОР НИКИТИЧ
Господи. Сохрани его. И сохрани Дмитрия. И сохрани нас всех. Потому что если они сделают это — проклятие падёт на всех. И на меня. И на них. И на детей наших. И на внуков.
Он стоит. Долго. Смотрит на дорогу, где скрылся Богдан. Потом поворачивается. Уходит в дом.

Затемнение.

СЦЕНА 5. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ДВОР И САРАЙ. ДЕНЬ
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
Солнце стоит высоко, но не жаркое — осеннее, прозрачное. На заборе греются куры. В углу двора мальчишка-пастушок чинит верёвку, не замечая, как рядом ходит петух и сердито трясёт головой. На перекладине сушится бельё: рубахи, полотенца, детские порты. От ткани пахнет дымом и полынью — так Варвара выветривает сырость.
Богдан идёт через двор. Он не спешит, но и не расслаблен: плечи чуть приподняты, взгляд цепкий. Он замечает всё: новую щепку на крыльце, сбитую петлю на калитке, след от телеги, который ещё не размыло дождём.
Из сеней выбегает Варвара. На ней тёмный сарафан, поверх накинута полотняная душегрея. Волосы убраны под платок, но выбилась прядь, и она машинально заправляет её, а потом уже бросается к нему.
Обнимает крепко, будто хочет убедиться, что он настоящий, не видение. Прижимается щекой к его плечу и тут же отстраняется, оглядывает: цел ли? Нет ли свежей царапины, не ссутулился ли от усталости?
ВАРВАРА (быстро, будто боится, что голос дрогнет)
Живой. Слава Богу.
И тут же из дома вылетают дети. Двое младших повисают на нём сразу: один тянет за рукав, второй пытается залезть на пояс. Старшая девочка держится чуть позади, делает вид, что ей уже не до обнимашек, но глаза сияют.
МАЛЬЧИК
Батя, ты мне привёз? Ты обещал!
ДЕВОЧКА (строго, но с улыбкой)
Не дёргай! Дай ему хоть вздохнуть.
Богдан смеётся — и этот смех звучит искренне, потому что он сам не знал, как сильно хотел услышать их голоса. Он опускается на колено, чтобы быть с ними на одном уровне, и достаёт из сумки гостинцы.
Сначала — старшей: ленту алую, тонкую, с серебряной нитью. Она вспыхивает на солнце, и девочка прижимает её к груди, счастливая, но старается не прыгать, чтобы казаться взрослой.
Младшим — пряники в форме птичек, с глазурью. Те сразу начинают грызть, даже не дослушав, и крошатся у них на пальцах.
Ещё — медный крестик на шнурке для сына соседа, который болел всё лето. И мешочек сушёных яблок для старухи, что живёт на краю посада и никому не нужна.
Раздав всё, Богдан выпрямляется. И только теперь позволяет себе глубоко вдохнуть.
Он оглядывает двор. Не как хозяин, а как человек, который знает: этот покой может кончиться в любой миг. И в эту секунду его взгляд наконец находит Григория.
Григорий стоит в дверях сеней. Не выбежал вместе с остальными. Стоит спокойно, руки по швам, будто уже готов к тому, что сейчас будет не про пряники. Он смотрит на отца и ждёт.
Пауза. Между ними — двор, солнце, гомон детей. Но они видят только друг друга.
БОГДАН (негромко, так, чтобы услышали только свои)
Пойдём. Поговорим.
Григорий кивает. Не спрашивает «о чём». Он знает.
Они идут через двор к сараю. Дети продолжают смеяться, старшая девочка примеряет ленту, младшие бегают друг за другом. Варвара смотрит им вслед, потом — на мужа. В её взгляде мелькает тревога, но она не останавливает. Она давно поняла: если Богдан зовёт «поговорить», значит, надо.
________________________________________
ИНТ. САРАЙ — ДЕНЬ
Сарай пахнет сеном, смолой и старым железом. В щели крыши падают косые столбы света, в них кружатся пылинки. По стенам висят хомуты, на гвозде — моток верёвки. На полу — опилки, примятые в тех местах, где часто ходят. Слышно, как где-то в углу шуршит мышь.
Дверь закрывается. Внутри — тишина и полумрак.
И вдруг — Богдан хватает сына. Резко. Скручивает руки. Заламывает за спину. Прижимает к стене. Лицо — вплотную. Голос — сиплый, злой, как у степного разбойника.
БОГДАН (шипит)
Я — татарин. Пришёл тебя резать. Если ты не Дмитрий, сын царя Ивана. Ты кто? Дмитрий? Или Гришка Отрепьев?
ГРИГОРИЙ (ошарашен, но не кричит, только дышит быстро)
Батя, ты что?
БОГДАН (сильнее заламывает руки, но не до боли — до предела)
Не батя я тебе сейчас. Отвечай. Ты кто?
ГРИГОРИЙ (понимает: это проверка. И играет. Но голос всё равно дрожит)
Дмитрий. Я Дмитрий.
БОГДАН
Дмитрий? Докажи. Кто твой дядя?
ГРИГОРИЙ
Михаил. Нагой.
БОГДАН
Какой Михаил? Их двое.
ГРИГОРИЙ
Михаил Фёдорович. Старший.
БОГДАН
Любит водку?
ГРИГОРИЙ
Любит. Очень. Каждый вечер пьёт. С Афанасием. С Афанасием Нагим. Они вместе пьют. Всегда.
БОГДАН
С кем ещё?
ГРИГОРИЙ
С дьяком Григорием. Из приказа. Они друзья.
БОГДАН
Кто тебя учит грамоте?
ГРИГОРИЙ
Дьяк. Семён. Он приходит по утрам.
БОГДАН
Что ты ешь на завтрак?
ГРИГОРИЙ
Кашу. С мёдом. Или с маслом. И квас. Всегда квас.
БОГДАН
Что делаешь, когда злишься?
ГРИГОРИЙ
Молчу. Сжимаю кулаки. Ногти в ладони.
БОГДАН
Как зовут служанку, что за тобой ухаживает?
ГРИГОРИЙ (думает, лоб морщится — и вдруг запинается)
Марфа… Нет. Аграфена. Аграфена. Она старая. Ещё есть… — пауза, слишком долгая — …Дарья. Молодая. Дарья.
БОГДАН (замечает заминку — и на секунду его голос становится резче, злее)
Ты не знаешь. Ты забыл. Ты — не Дмитрий. Ты — самозванец. И я тебя сейчас…
ГРИГОРИЙ (перебивает — не от страха, от отчаяния)
Дарья! Дарья, которая приносит воду по утрам. У неё шрам на левой руке — от серпа. Она мне рассказала. Она мне всегда рассказывает. Она добрая. Она… — останавливается, понимает, что сказал лишнее.
Богдан медленно ослабляет хватку. Отступает. Смотрит на сына. Долго. Молчит. Потом — тихо, ровно, почти без выражения.
БОГДАН
Вот теперь — знаешь. Не потому, что я тебе сказал. А потому, что ты сам увидел. Запомнил. Понял.
Он отпускает руки сына. Отходит к стене. Прислоняется. Смотрит на Григория. Долго.
БОГДАН (тише)
А теперь — главное. Скажи мне то, что знаешь о матери. Что-то, что видно только близко. Что-то, что она прячет.
Крупный план: Григорий молчит. Секунду. Две. Видно, как он борется с собой: хочется сказать «не знаю», но он помнит — и это его пугает.
ГРИГОРИЙ
У неё на груди. Снизу. Большая чёрная родинка. Левая сторона.
Богдан замирает. Отпускает руки сына. Отступает на полшага. Смотрит на него долго. В глазах — не только удовлетворение, а ещё и тяжесть: он сам это придумал, и сам же заставил сына это знать.
Потом улыбается. Впервые за всё время — искренне, но коротко. Игра окончена.
БОГДАН
Молодец, сын. Хорошо смотришь. Хорошо слушаешь. Хорошо запоминаешь. Допрос выдержал.
Пауза. Богдан отходит к стене. Прислоняется. Смотрит на сына. Долго. Молчит. Потом — тише. Ровно. Но в голосе — не просто похвала. Что-то большее. Удовлетворение мастера, который видит, что ученик сделал работу.
БОГДАН
И не только допрос. Ты ведь не просто отвечал. Ты следил. Каждый день. Незаметно. За двором. За людьми. За самим Дмитрием. Кто приходит. Кто уходит. Когда. С кем. Что говорят. Что делают. И никто тебя не заметил. Ни стража. Ни дядьки. Ни дворня. Ни сам царевич. Никто.
Он делает шаг вперёд. Смотрит на Григория. Долго. Потом — кивает. Медленно. Веско.
БОГДАН
Это — не допрос. Это — работа. Настоящая. Тайная. Та, которой я тебя учил. И ты её выполнил. Так, как надо. Так, как я и хотел. Вот за это — молодец. Не за ответы. За дело.
Крупный план: Григорий. Он стоит. Не улыбается. Не радуется. Смотрит на отца. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно. Но в голосе — не гордость. Усталость.
ГРИГОРИЙ
Батя. Раз я выдержал. Раз я всё сделал. Раз я следил. И никто не заметил. Может… может, хватит?
БОГДАН (чуть наклоняет голову)
Что — хватит?
ГРИГОРИЙ
Играть. В эту игру. В Дмитрия. Я устал, батя. Я очень устал. Каждый день — следить. Слушать. Запоминать. Быть не собой. Быть им. А он мне вовсе не друг. И двор его — не мой. И люди его — чужие. Я хочу просто… — замолкает, подбирает слова — …просто играть с ребятами. Как все. Бегать. В городки. На реку. Как раньше. До всего этого.
Пауза. Долгая. Богдан смотрит на сына. Молчит. Лицо — каменное. Но в глазах — что-то. Не гнев. Не разочарование. Что-то другое. Тяжёлое.
БОГДАН (тихо. Медленно)
Как все. Да. Ты хочешь — как все. Но разве все смогут стать разведчиками в царском войске? Нет. Ими станут только лучшие из лучших. И поэтому ты продолжишь следить за Дмитрием и его двором.
Он делает шаг вперёд. Кладёт руку на плечо сына. Сжимает. Не сильно. Но так, чтобы Григорий почувствовал.
БОГДАН
Потому что иначе — не быть тебе таким разведчиком и воином, как ойратский шпион. И мне тогда не гордиться тем, что растёт у меня в доме будущий герой.
Крупный план: Григорий. Он смотрит на отца. Долго. Молчит. Потом — медленно — кивает. Не потому, что согласен. А потому, что понял: выбора нет. Ни у отца. Ни у него.
ГРИГОРИЙ (тихо. Почти беззвучно)
Понял.
БОГДАН (отпускает плечо. Отходит. Говорит уже обычным голосом. Ровно. По делу)
Вот и хорошо. А теперь — иди. Мать ждёт. И завтра — снова к нему. Как обычно. Незаметно.
Григорий кивает. Идёт к двери. Но у самого порога — останавливается. Не оборачивается. Говорит тихо, ровно, будто самому себе.
ГРИГОРИЙ
Батя. А что делают с теми нашими разведчиками, кого враги разоблачат? Их наверно жестоко мучают и убивают.
Пауза. Богдан смотрит на его спину. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Ровно. Без утешения. Но и без страха.
БОГДАН
Да. Смерть их бывает ужасной. Но хорошего разведчика трудно разоблачить. А если и раскрывают — они успевают скрыться. Вон ойратский шпион — хоть за ним и следили — смог уйти живым и здоровым в свои степи. Так что бывает, что разведчики уходят.
Пауза. Григорий стоит. Не оборачивается. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно. Как будто принял к сведению.
ГРИГОРИЙ
Понял.
Он выходит. Дверь сарая закрывается.
________________________________________
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
Средний план: Григорий выходит из сарая. Идёт через двор медленно, будто ноги стали тяжелее. Останавливается у колодца. Смотрит в воду. Долго. Видит своё отражение: мальчик. Восемь лет. Ищет в нём «Дмитрия». Не находит. Потом отворачивается.
Подходит к голубятне. Голуби сидят на крыше, воркуют. Григорий смотрит на них долго, будто хочет запомнить, как выглядит простая жизнь.
ГРИГОРИЙ (тихо, себе)
Вы — счастливые. Вам не надо быть никем. Вы просто — голуби. А я — не голубь. Я — кто-то. Но я не знаю — кто.
Он берёт палку. Кидает в голубей. Они взлетают, кружат, кричат. Григорий смотрит, как они мечутся, и ему становится стыдно. Он не хотел их пугать — он хотел почувствовать, что может что-то изменить.
Потом — уходит. Молча.
________________________________________
ИНТ. САРАЙ — ДЕНЬ
Богдан остаётся в сарае. Сидит на чурбаке. Смотрит в стену. Долго. Слышно, как за стеной в доме смеются дети.
Он встаёт. Подходит к дальней стене. Нажимает на доску. Доска подаётся тяжело — видно, её давно не открывали. Он нажимает сильнее. Доска отходит. В темноте — узкий лаз. Сырой запах земли и плесени. Богдан наклоняется. Смотрит внутрь. Долго. Молчит. Потом — забирается внутрь. Исчезает в темноте.
________________________________________
ИНТ. ТАЙНЫЙ ХОД — ДЕНЬ
Темнота. Только узкая полоска света сзади — из сарая. Богдан идёт на ощупь. Стены — земляные, крепкие, но давно не трогались рукой. Пахнет сыростью, мышами, старым деревом. Где-то капает вода. Тихо. Очень тихо.
Он идёт медленно. Считает шаги. Запоминает повороты. Вот — раз. Вот — два. Вот — три. Ход идёт под землёй, под двором, под забором. Выводит за пределы двора.
И вдруг — свет. Узкая щель. Дверь. Старая. Деревянная. Обита железом. Петли — ржавые. Дверь чуть приоткрыта. Сквозь щель — трава. Высокая. Заросла. Давно не открывали.
Богдан подходит. Толкает дверь. Она скрипит. Резко. Громко. Как будто кричит. Он замирает. Слушает. Тишина. Только ветер в траве. Никого.
Он выглядывает. Снаружи — пустырь. За двором. Никто не видит. Никто не слышит. Идеально. Но — запущено. Трава по пояс. Дверь скрипит. Петли ржавые. Если понадобится уходить быстро — эта дверь станет ловушкой. Скрип услышат. Трава задержит. Нужно исправить. Сейчас.
Он возвращается в сарай. Быстро. Не закрывая лаз. Берёт с полки кузнечное масло — маленький горшочек, что стоит у стены. Берёт тряпку. Берёт нож. Возвращается в ход.
________________________________________
ИНТ. ТАЙНЫЙ ХОД — ДЕНЬ
Богдан у двери. Смазывает петли. Тщательно. Не торопясь. Каждую. Верхнюю. Нижнюю. Среднюю. Масло тёмное, густое, пахнет железом. Петли начинают блестеть. Скрип уходит. Тишина. Хорошо.
Он толкает дверь. Открывается легко. Беззвучно. Проверяет ещё раз. Закрывает. Открывает. Закрывает. Тишина. Идеально.
Потом — трава. Он выходит наружу. Смотрит по сторонам. Пустырь. Никого. Ножом срезает траву у самой двери. Аккуратно. Не под корень — чтобы не было видно, что резали. Просто убирает то, что мешает. Проход должен быть чистым. Но не заметным.
Он отходит на шаг. Смотрит. Дверь в траве. Не видно. Хорошо. Слишком хорошо — если сам не знаешь — не найдёшь. Это — правильно. Пусть так и будет.
Он возвращается в ход. Закрывает дверь изнутри. Проверяет засов. Ходит туда-сюда. Засов ходит легко. Но не болтается. Хорошо.
________________________________________
ИНТ. САРАЙ — ДЕНЬ
Богдан выбирается из лаза. Закрывает доску. Привычно. Отряхивает колени. Смотрит на руки — земля, масло, следы работы.
Садится на чурбак. Смотрит в стену. Молчит. Потом — тихо. Себе.
БОГДАН
Готово. Теперь есть куда уйти. Если что. И куда прийти. Если надо.
Пауза. Смотрит на доску в стене. Долго. Молчит. Потом — тише. С теплом.
БОГДАН
Спасибо, дед. Ты ход этот сделал. Мне одному показал. Даже отец не знал. Я тут мальчишкой бегал — от матери, от отца, от всего. В поле. К реке. А теперь — опять пригодился. Уже не от матери. От беды.
Пауза. Встаёт. Подходит к доске. Кладёт ладонь на дерево. Долго. Молчит. Потом — тихо. Медленно.
БОГДАН
Ты много мне дал, дед. Жизнь. Разум. Ход этот. И имя — Отрепьев. Тряпка. Прах. Но ты научил: не тряпка. Зубы. Зубы дракона. И я — научу. Сына. Как ты — меня. Не словом. Делом.
Пауза. Он отходит от стены. Смотрит на доску. Долго. Молчит. Потом — тихо. Почти беззвучно.
БОГДАН
Спасибо, дед. За всё.
Он выходит из сарая. Тихо. Медленно. Как тень.
________________________________________
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
Двор живёт обычной жизнью. Варвара развешивает бельё. Дети играют в пыли. Петух ходит по двору, важно трясёт головой.
Богдан подходит к жене. Садится на скамью. Смотрит на неё долго. Потом говорит ровно, будто между делом.
БОГДАН
А Матрёна Васильевна как? Ярко? Что-то давно её не видно. Хочу зайти. Проведать.
Варвара оборачивается. Смотрит на него. В её взгляде — не просто вопрос, а настороженность: она знает, что «проведать» у Богдана — это почти всегда «выяснить».
ВАРВАРА
Опоздал ты. Она ещё осенью заходила. Прощаться.
БОГДАН (чуть наклоняет голову)
Прощаться?
ВАРВАРА
Да. Велела кланяться тебе. В ноги. От всей семьи. Сказала — всё к ней вернулось. И сказала — ты знаешь, о чём она.
Пауза. Богдан молчит. Смотрит на жену.
ВАРВАРА (чуть прищуривается)
Ты ей что — нагадал что-то? И оно сбылось?
Богдан чуть улыбается — одними губами. Без веселья. Смотрит в сторону.
БОГДАН
Сбежала от неё любимая кошка. Вот она и печалилась. А я ей и сказал — нагуляется. И с приплодом к ней вернётся.
Варвара секунду смотрит на него, потом смеётся. Громко. От души. Так смеются, когда шутка снимает с сердца камень.
ВАРВАРА
Кошка! Господи, Богдан. Кошка!
Она смеётся, качает головой, возвращается к белью.
ВАРВАРА
А хорошо ведь, когда то, что любишь, к тебе возвращается. Пусть даже кошка. Да ещё с приплодом.
Богдан смотрит на неё. Долго. Потом тихо, ровно.
БОГДАН
И уехала?
ВАРВАРА (не оборачиваясь)
Уехала. Куда-то к дальним родственникам. Тут всё продала. Дом. Двор. Всё. Сказала — нечего мне тут больше делать. И уехала.
Богдан кивает. Медленно. Смотрит на дорогу. Туда, где пыль ещё хранит следы колёс.
Потом встаёт. Идёт в дом. Ни слова больше.
Варвара смотрит ему вслед. Долго. Молчит. Потом пожимает плечами. Возвращается к белью. Обычный день. Обычная жизнь.
Но — крупный план: её руки. Они дрожат. Она слышала что-то в его голосе. Что-то, что не про кошку. И она боится спросить.
Затемнение.

СЦЕНА 6. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. САРАЙ. НОЧЬ
ИНТ. САРАЙ — НОЧЬ
Средний план: Богдан остаётся в сарае. Сидит на чурбаке. Смотрит в стену. Тишина. Только сверчки. Свеча догорает. Тени пляшут по стенам.
Он устал. Глаза слипаются. Он прислоняется к стене. Закрывает глаза. Дремлет.
Крупный план: в полудрёме — голос. Его собственный. Тихий. Внутренний.
БОГДАН (голос)
Что делать? Что мне делать? В целом мире — никого. Сыновья малы. Братьям веры нет. Фёдору Никитичу всего не расскажешь. Один я. Совсем один.
Тишина. Он дышит ровно. Сон. И вдруг — свет. Тусклый. Мерцающий. Как от свечи. Но свеча погасла.
Богдан открывает глаза. И видит — не сарай. Горницу. Тесную. Свечи в глиняных плошках. Тени на стенах. За окном — дождь. Он здесь. Но не здесь. Он — в прошлом.
Средний план: на кровати мечется МАТЬ БОГДАНА. Молодая. Лицо мокрое от пота. Рядом — три ПОВИТУХИ. Одна держит её за руку. Вторая готовит воду. Третья принимает роды.
МАТЬ БОГДАНА (кричит)
Господи... помоги... сил нет... не могу больше...
ПОВИТУХА-СТАРШАЯ
Терпи, милая. Терпи. Сейчас, сейчас. Ещё немного.
ПОВИТУХА-ПРИНИМАЮЩАЯ (бормочет)
Иди, иди, родненький... Иди...
Мать кричит громче. Потом — тишина. Потом — детский крик. Громкий. Яростный. Свечи дрогнули.
ПОВИТУХА-ПРИНИМАЮЩАЯ
Слава богу... Мальчик. Крепкий...
Она поднимает младенца. Оборачивает тряпицей. Смотрит на него. И замолкает. Лицо меняется. Сначала — недоумение. Потом — ужас.
ПОВИТУХА-ПРИНИМАЮЩАЯ (шёпотом)
Господи... Пресвятая Богородица...
ПОВИТУХА-СТАРШАЯ
Что там? Что случилось?
Принимающая повитуха медленно поворачивает младенца к свету. Крупный план: мы видим его лицо. Красное. Сморщенное. Кричащее. И — два крошечных белых зуба на нижней челюсти. Они блестят в свете свечей.
Тишина. Только крик младенца и шум дождя.
ПОВИТУХА-ВТОРАЯ (в ужасе, крестится)
Свят, свят, свят... Это знак! Это нечистый! Сатанинское отродье!
ПОВИТУХА-СТАРШАЯ (отшатываясь)
С зубами... С зубами родился... Это к беде. Это к смерти!
ПОВИТУХА-ВТОРАЯ (с жаром)
Надо избавиться от него! Немедленно! Пока не поздно! Утопить в проруби или... или в печи сжечь! Нельзя оставлять это в доме!
МАТЬ БОГДАНА (слабым, но твёрдым голосом)
Не смейте... Не смейте трогать моего сына...
ПОВИТУХА-ВТОРАЯ
Да ты посмотри на него! Он с зубами! Это знак дьявола! Он сожрёт нас всех!
Мать пытается приподняться, но силы оставляют её. Она падает обратно на подушки. Повитухи переглядываются. Старшая делает шаг к младенцу.
В этот момент дверь с грохотом распахивается. В горницу входит СТАРИК — ДЕД ИГНАТИЙ. Ему лет шестьдесят, но он ещё крепок. Седые волосы, длинная борода, пронзительные глаза.
МАТЬ БОГДАНА (слабо, но с облегчением)
Батюшка... Игнатий Иванович... Слава богу...
Игнатий подходит к ней. Кладёт руку на лоб. Смотрит на младенца.
ИГНАТИЙ (громко)
Что за шум? Что за крики? Я слышал вас с другого конца двора!
ПОВИТУХА-СТАРШАЯ (указывая на младенца)
Батюшка... Ребёнок... Он родился с зубами! Это нечистый!
ПОВИТУХА-ВТОРАЯ
Мы говорим, надо избавиться от него! Пока не поздно!
Средний план: Игнатий медленно подходит к младенцу. Повитухи расступаются. Он берёт ребёнка на руки. Смотрит на него долго. Младенец замолкает, словно чувствуя взгляд деда.
Игнатий проводит пальцем по крошечным зубам. Его лицо не выражает ужаса. Напротив — что-то похожее на узнавание. На понимание.
ИГНАТИЙ (тихо, почти шёпотом)
Вот оно... Начало...
ПОВИТУХА-СТАРШАЯ (с надеждой)
Что, батюшка? Что ты говоришь?
Игнатий поднимает голову. Смотрит на повитух.
ИГНАТИЙ
Ничего странного в этом нет. Я сам родился с зубами. И отец мой родился с зубами. И дед мой. Это... это наша кровь. Наша порода.
ПОВИТУХА-ВТОРАЯ (недоверчиво)
Как же так? С зубами?
ИГНАТИЙ (пожимает плечами)
А ты думала, почему нас Отрепьевыми прозвали? Думаешь, только из-за того, что великий князь прогневался? Нет. Наша кровь — особая. Мы — не как все. И это не проклятие. Это... знак.
Он снова смотрит на младенца. В его глазах — странный огонь.
ИГНАТИЙ
Знак того, что мы не сгинем. Что мы восстанем. Что мы... отнимем то, что у нас отняли.
Средний план: повитухи переглядываются. Они не понимают, но что-то в голосе деда заставляет их замолчать.
ИГНАТИЙ (обращаясь к повитухам)
А ну, пошли вон отсюда. И чтобы ни одна из вас не смела языком трепать о том, что здесь видела. Если услышу — сами знаете, что будет.
Повитухи быстро кланяются и выбегают. Игнатий остаётся один с младенцем на руках. Он подходит к окну. Смотрит на дождь.
ИГНАТИЙ (тихо, младенцу)
Ты не знаешь ещё, кто ты. Но я знаю. Я ждал тебя всю жизнь. Слышал от отца. Отец мой слышал от своего отца, Давида. А Давид слышал от старушки. Пророчество... Оно не о короне для нас. Оно о короне для тебя. Ты — зубы дракона, что вырастут из праха. Ты — тот, кто отнимет.
Младенец смотрит на него. Молчит. Игнатий улыбается.
ИГНАТИЙ
Они будут бояться тебя. Они будут ненавидеть тебя. Они будут пытаться убить тебя. Но ты выживешь. Потому что ты — не тряпка. Ты — зубы дракона.
Он передаёт младенца матери. Та прижимает сына к груди. Игнатий кладёт руку на голову младенца.
ИГНАТИЙ (торжественно)
Имя тебе — Богдан. Богдан Отрепьев. И однажды ты будешь тем, кого будут бояться цари.
И тут — он оборачивается. Смотрит прямо на Богдана. На взрослого Богдана. Который стоит в дверях сарая. Во сне. Или не во сне.
Крупный план: Игнатий смотрит на него. Долго. Потом говорит — тихо, но так, что Богдан слышит каждое слово.
ИГНАТИЙ
И помни. Ты — не один. За тобой — весь род. И я. И те, кто был до меня. И те, кто будет после. Мы ждали тебя. Мы верили в тебя. Не подведи.
Свет мерцает. Горница исчезает.
________________________________________
ИНТ. ДОРОГА — ДЕНЬ
Дорога. Телега. Игнатий правит лошадью. Рядом — маленький Богдан. Укутан в тулуп. Бледный. Слабый. Дождь. Грязь. Долгая дорога.
________________________________________
ИНТ. ХУТОР — ДЕНЬ
Хутор. Богатый. Стол. Дед Тарас. Объятия. Слёзы.
________________________________________
ИНТ. ДОМ ДЕДА ПЕТРО — ДЕНЬ
Дед Петро. Странный. С глазами — один чёрный, другой голубой. Смотрит на Богдана. Долго. Потом кладёт руку на лоб. Закрывает глаза.
ДЕД ПЕТРО (смотрит на Богдана. Долго. Потом — тихо)
Он не просто болеет. Его изнутри жжёт. Сила в нём. Большая. А выхода нет. Потому и мается. Потому и сохнет.
ИГНАТИЙ (тихо)
И что делать?
ДЕД ПЕТРО (берёт Богдана за руку. Смотрит на него. Долго)
Открыть её надо. Силу. Тогда выживет. Не откроем — сгорит. Я такое видел. Один раз. Давно. У одного человека. Он умер. Не выдержал.
ИГНАТИЙ
А он? Выдержит?
ДЕД ПЕТРО (смотрит на Богдана. Долго. Потом — усмехается)
Он — выдержит. В нём силы больше, чем в том было. Намного больше. Он — характерник. Как я. Только сильнее. Намного сильнее.
________________________________________
ИНТ. ОБРЯД — НОЧЬ
Свечи. Травы. Дым. Богдан лежит на столе. Голый по пояс. Дед Петро ходит вокруг. Что-то шепчет. В руках — нож. Огонь. Вода.
Он останавливается. Кладёт ладонь на грудь Богдана. Закрывает глаза. Долго молчит. Потом — тихо. Ровно. Как приговор.
ДЕД ПЕТРО
Сила — не в том, чтобы уметь. Сила — в том, чтобы быть. Ты будешь. С этого дня. Не станешь. А будешь. Потому что иначе — сгоришь. А тебе — нельзя сгореть. Тебе — царя создавать.
Он убирает руку. Отходит. Богдан открывает глаза. Смотрит на него. Молчит. Но в его глазах — уже не детское. Что-то другое. Взрослое. Страшное.
________________________________________
НАТ. ДВОР ХУТОРА — УТРО
Утро. Солнце. Богдан выходит из дома. Идёт по двору. Не бегает. Идёт. Ровно. Спокойно. Как человек, который знает себе цену. Игнатий смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
ИГНАТИЙ
Ну вот. Теперь — ты не ребёнок. Теперь — ты характерник. Как я. Как Петро. Как все мы.
БОГДАН (ровно. Без радости. Как факт)
Знаю. Я чувствую. Всё чувствую. Ветер. Землю. Воду. И людей. Кто чего боится. Кто чего хочет. Всё.
ИГНАТИЙ (кивает. Медленно)
Хорошо. Тогда — поедем. В степь. К казакам. Там — проверим. Что ты можешь. Чего стоишь.
________________________________________
ИНТ. ДОМ ДЕДА ПЕТРО — ВЕЧЕР
Игнатий и дед Петро за столом. Говорят тихо.
ДЕД ПЕТРО
Он — не просто характерник. Он — мститель. Сын его станет царём.
ИГНАТИЙ
Сын? Не он сам?
ДЕД ПЕТРО
Сам он — мститель. Он создаст царя. А царём станет сын его. Или внук. Тот, кто отнимет корону.
________________________________________
НАТ. УГЛИЧ. ДВОР — ВЕЧЕР
Углич. Дом. Игнатий и Богдан. Мальчик идёт по двору. Ровно. Спокойно. Вечер. Садится рядом с дедом.
БОГДАН
Деда. А почему мы — Отрепьевы? Почему нас так зовут?
ИГНАТИЙ
Потому что великий князь Иван хотел нас унизить. Давно. Когда прадед мой, Давид, служил ему. И князь дал ему это имя. Отрепьев. Тряпка. Прах. Чтобы мы помнили своё место. Навсегда.
БОГДАН
Но мы не тряпки. Мы — воины. Казаки. Характерники.
ИГНАТИЙ (улыбается)
Верно. Мы — не тряпки. И однажды придёт время, когда мы это докажем. Но не сейчас. Сейчас ты должен учиться. Расти. Становиться сильнее.
БОГДАН
А когда?
ИГНАТИЙ
Когда придёт время. Я скажу тебе. Обещаю.
Он кладёт руку на голову внука.
ИГНАТИЙ
А пока — помни, кто ты. Не Отрепьев. Не тряпка. Ты — зубы дракона. И однажды ты укусишь.
________________________________________
НАТ. СТЕПЬ — ДЕНЬ
Степь. Запорожская Сечь. Кони. Казаки. Костры. Песни. Сабли. Игнатий и Богдан едут верхом. Богдану восемь. Он держится в седле уверенно.
________________________________________
НАТ. БОЙ — ДЕНЬ
Бой. День. Яростный. Татары. Казаки. Сабли. Крики. Кровь. Богдан на коне. Лук в руках. Стрела. Он натягивает тетиву. Не долго. Одно мгновение. Выпускает.
Стрела летит. Враг падает. Молодой татарин. Рыжие волосы. Борода. Глаза налиты кровью. Стрела торчит из груди.
Крупный план: Богдан смотрит на него. Не отводит глаз. Запоминает.
Рядом — ещё один татарин. Замахивается саблей. Богдан разворачивает коня. Уклоняется. Вынимает саблю. Рубит. Татарин падает.
Игнатий видит это. Не ахнет. Не кричит «молодец». Он просто кивает. Медленно. Спокойно. Как человек, который ждал этого и дождался.
ИГНАТИЙ (тихо. Себе. Но так, чтобы Богдан услышал)
Характерник. Настоящий. Не ученик. Не мальчишка. Вои.
________________________________________
НАТ. КОСТЁР — НОЧЬ
Костёр. Ночь. Казаки сидят вокруг. Едят. Пьют. Смеются. Богдан сидит рядом с дедом. Смотрит на огонь. Молчит.
ИГНАТИЙ
Первый враг — самый трудный. Потом легче.
БОГДАН
Я запомнил его. Рыжий. Борода. Глаза красные.
ИГНАТИЙ
Запомни. Всех запоминай. Воин без памяти — не воин.
Богдан кивает. Смотрит на свои руки. Потом на деда.
БОГДАН
Деда. Я хочу ещё в поход.
ИГНАТИЙ (улыбается)
Будет ещё. Много будет. Пока жив — буду тебя учить.
Пауза. Он смотрит на внука. Долго. Потом — тихо. Коротко.
ИГНАТИЙ
Вспомни, что тебе наказал твой хозяин перед отъездом.
Свет мерцает. Всё исчезает.
________________________________________
ИНТ. САРАЙ — УТРО
Средний план: Богдан открывает глаза. Он в сарае. Один. Свеча погасла. Утро. Свет пробивается через щели. Тишина.
Он сидит. Смотрит в стену. Долго. Потом — тихо. Себе. Медленно. Как будто вспоминает чужие слова.
БОГДАН
«В Угличе — люди Годунова. Они там. Точно. Смотрят за царевичем. За двором Нагих. За всеми, кто приходит. Кто уходит».
Пауза. Он хмурится. Думает. Потом — тише. Медленнее.
БОГДАН
«Найди их. Тихо. Незаметно. И — не дай им себя обмануть. Тем, что лежит на поверхности».
Пауза. Долгая. Он смотрит в стену. Потом — медленно — кивает. Себе.
БОГДАН
Значит, искать. Тихо. Смотреть. Слушать. Кто — первый. Кто — второй. Кто — главный.
Он встаёт. Выходит.
Затемнение.
________________________________________
КОНЕЦ СЕРИИ 2.

СЕРИЯ 3: «ТЕНИ УГЛИЧА»

СЦЕНА 1. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ГОРНИЦА. ВЕЧЕР
ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
В горнице тихо. Потрескивают угольки в печи. Свет лучины ложится неровными пятнами на брёвна. На столе — остывшая миска с кашей. Ложка положена боком.
НАТ. ДВОР ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР (короткая перебивка)
Сумерки. Богдан входит во двор. Медленно. Устало. Он был в городе весь день. Обошёл пристань. Рынок. Задворки. Церковь. Смотрел. Слушал. Запоминал. Снимает шапку. Вытирает лоб. Смотрит на дом. Долго. Молчит. Потом — идёт к двери.
ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР (продолжение)
Богдан входит. Устало. Садится на лавку. Снимает сапоги. Молчит.
Варвара выходит из-за печи. Смотрит на него. Долго. Потом — тихо. С тревогой.
ВАРВАРА
Ты весь день где пропадал? Я ждала. Место себе не находила.
БОГДАН
Везде. На пристани. На рынке. В задворках. У церкви. Смотрел. Слушал. Спрашивал.
ВАРВАРА
И что?
БОГДАН
Ничего. Всё тихо. Все — как всегда.
Пауза. Варвара смотрит на него. Потом — тихо.
ВАРВАРА
Есть будешь?
БОГДАН (кивает)
Буду.
Варвара идёт к печи. Достаёт горшок. Ставит перед ним. Хлеб. Ложку. Он ест. Молча. Варвара садится напротив. Смотрит. Долго.
ВАРВАРА
Муж мой. Ты в последние годы приезжал не часто. И надолго дома не задерживался. А сейчас — я гляжу — ты и не думаешь к боярину спешить. Уж не случилось ли чего? Не прогнал ли тебя боярин со службы? Душа моя разрывается. Расскажи мне честно. Я — жена твоя. И я имею право знать.
Богдан поднимает глаза. Смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
БОГДАН
Не прогнал меня боярин. Не случилось ничего дурного. Я делаю то, что должен. Но это — не моя тайна. Это тайна моего боярина. Сказать не могу. Потому что если ты не знаешь — ты в безопасности. А если узнаешь — тоже будешь в опасности. Как я. Как он. Как все, кто рядом со мной. Ты этого хочешь?
Пауза. Варвара смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо. Твёрдо.
ВАРВАРА
Я и так в опасности. Потому что я — твоя жена. И мать твоего сына. И что бы ты ни делал — это уже моя жизнь. Хочешь ты того или нет.
Богдан смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — медленно — кивает.
БОГДАН
Я знаю. Но сказать не могу. Прости.
Пауза. Долгая. Варвара смотрит на него. Молчит. Потом — отворачивается. Встаёт. Идёт к печи. Берёт горшок. Ставит на место. Молча.
Богдан отодвигает миску. Смотрит на Варвару. Тихо. Ровно.
БОГДАН
Варвара! Принеси мне шахматы. Дедовы. Из липы. Те самые.
Варвара выходит из-за печи. Смотрит на мужа. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Без упрёка. Но с тяжестью.
ВАРВАРА
Опять?
БОГДАН
Не спрашивай. Принеси.
Варвара не уходит. Стоит. Смотрит на него. Долго. Потом — говорит. Ещё тише.
ВАРВАРА
Ты с ним разговариваешь. С дедом.
Крупный план: Богдан замирает. Смотрит на неё. Долго. Молчит.
ВАРВАРА
Я слышала. Ночью. Ты говоришь с пустой лавкой. Как будто он живой.
БОГДАН (ровно)
Он — живой. Для меня.
ВАРВАРА (тихо)
А для меня — ты живой? Или ты тоже — только тень? Приходишь. Уходишь. Ночью. Днём. Говоришь с мёртвыми. А с живыми — не говоришь. Со мной — не говоришь.
Пауза. Долгая. Богдан смотрит на неё. Молчит. Потом — отводит взгляд.
БОГДАН
Принеси шахматы. Варвара.
Она смотрит на него ещё мгновение. Потом — отворачивается. Уходит. Возвращается с деревянной коробкой — старой, потёртой, с резьбой по краям. Ставит на стол. Не резко. Но и не мягко.
Варвара качает головой. Идёт к детям. Останавливается. Не оборачивается.
ВАРВАРА
Гришка тебя ждал. Весь день. На дорогу бегал. Смотрел.
Крупный план: Богдан молчит. Смотрит на коробку. Варвара ждёт. Долго. Потом — уходит. К детям. Дверь в горницу закрывается.
Богдан остаётся один. Смотрит на коробку. Долго. Молчит. Потом — встаёт. Берёт коробку. Выходит во двор.
Затемнение.

СЦЕНА 2. УГЛИЧ. ДВОР ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ. ВЕЧЕР
НАТ. ДВОР ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
Сумерки сгустились. Богдан садится на лавку у забора. Открывает коробку. Достаёт фигуры. Расставляет. Белые — его. Чёрные — деду. Но деда нет. Он играет один.
Крупный план: его лицо. Усталое. Сосредоточенное. Он делает ход. Потом — другой. За деда.
БОГДАН (тихо, себе)
Вот. Пешкой. Потому что сначала нужно построить игру. Пешки — это глаза и уши. Без них ни коню, ни ладье не вырваться. Ферзь — последний. Ферзь — это когда всё готово.
Пауза. Он смотрит на доску. Долго. Молчит. Потом — тише. Медленнее.
БОГДАН
Я знаю, дед. Ты бы сказал: «Не торопись. Но и не мешкай». Верно. Человек Годунова уже здесь. Я его видел. Один раз. В корчме. Чистые руки. Московская речь. Слишком гладкий для Углича.
Пауза. Он хмурится. Смотрит на доску. Потом — качает головой. Медленно.
БОГДАН
Может, и не он. Может, просто купец. Из Москвы. С чистыми руками. Мало ли. Но руки у него были не купецкие. И речь — не углицкая. И глаза — не как у всех. Я такие глаза видел. У характерников. У шпионов. У тех, кто смотрит, а не видит. Или — видит, но не говорит.
Пауза. Он берёт чёрного коня. Вертит в пальцах. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — ставит. Резко. На доску.
БОГДАН
Но если это он — почему он здесь? Один? Без охраны? Без своих? Не сходится. Значит — либо не он. Либо — он, но не главный. А главный — где-то ещё. Или — главный и есть он. А те, кто с ним, — не люди Годунова, а так. Свои. Местные. Которых он купил. Или — не купил. А — обманул.
Пауза. Он смотрит на доску. Долго. Молчит. Потом — тише. Медленнее.
БОГДАН
А ещё — пруссак. Из Немецкой слободы. Купец. Только купец — не купец. Сукно продавал — и не окупил дорогу. Значит, приехал смотреть. Смотреть на Дмитрия. На двор. На Нагих. И уплыл в Москву — докладывать. Кому? Вот вопрос. Годунову? Или кому-то другому? В Немецкой слободе много хозяев. Не все они — Годуновы.
Пауза. Он качает головой. Медленно. С досадой.
БОГДАН
Или — не шпион. А просто — дурак. Купец. Который не умеет торговать. И приехал — потому что услышал, что в Угличе — можно дёшево купить лён. А лён — не купил. И уехал. И всё. И никакой он не шпион. А я — сижу и думаю. И не знаю. И не могу проверить. Потому что — один. Совсем один.
Он делает ход. Белым. Потом — чёрным, за деда. Игра идёт. Но Богдан говорит не о шахматах.
БОГДАН
Всё связано. Углич. Москва. Немецкая слобода. Романовы. Годунов. И я — посередине. Один. И не знаю — где правда. Где — догадка. Где — страх. Где — просто усталость. Всё смешалось. И я — как в тумане. Иду. И не вижу. И не знаю — куда.
Средний план: скрип двери. Варвара выходит на крыльцо. Стоит. Смотрит на мужа. Долго. Молчит. Не подходит. Не окликает. Просто — смотрит.
Крупный план: Богдан не оборачивается. Но чувствует. Он знает: она там. Он делает ход. Медленно. Потом — говорит. Не ей. Себе. Но так, чтобы она слышала.
БОГДАН
Ещё немного, Варвара. Ещё немного. И я всё исправлю. Всё. Обещаю.
Средний план: Варвара стоит. Смотрит. Долго. Потом — отворачивается. Уходит. Дверь закрывается. Тихо.
Богдан остаётся один. Смотрит на доску. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. С благодарностью. Но — с горечью.
БОГДАН
Хоть тебе я могу сказать, что у меня на уме. Ты — молчишь. Не перебиваешь. Не осуждаешь. С тобой — можно. А с живыми — нельзя. С живыми — нельзя.
Пауза. Он смотрит на пустую лавку напротив. Долго. Молчит. Потом — встаёт. Собирает фигуры. Кладёт в коробку.
Затемнение.
СЦЕНА 3. УГЛИЧ. КОРЧМА. ДЕНЬ
ИНТ. КОРЧМА — ДЕНЬ
Шумная корчма на торговой стороне Углича. Полдень. Пахнет пивом, дымом и кислой капустой. Низкий потолок. Закопчённые балки. Свет из щелей режет полумрак. Печь в углу жарит — от неё несёт хлебным духом и застарелым жиром.
Панорама: за столами — стрельцы в потёртых кафтанах, торговые люди, работники с пристани. Кто-то играет в зернь — кости стучат по столу. Кто-то спорит, тыкая пальцем в грудь соседу. Пёс спит под скамьёй, лапой прикрывая морду.
Средний план: за дальним столом сидит БОГДАН. Но другой Богдан — не тот, что в Москве. Растрёпанный. Рубаха нараспашку, грудь голая, волосатая. Волосы всклочены, будто спал в стогу. Сапоги — разные, один расшнурован. Глаза мутноватые — выпил, но не пьян, а будто пьян. Рядом — пустая чарка. Он громко рассказывает историю двум работягам, которые хохочут.
БОГДАН
...и тут литвин этот мне: «Ты кто такой?» А я ему: «А ты кто такой?» А он: «Я из Немецкой слободы!» А я: «А я из Углича, и мне на твою слободу начихать!» Ну, он за нож. А я — за чарку. Выпил. И ушёл. А он стоит с ножом. И не понимает, что случилось.
Работяги ржут. Один — бьёт кулаком по столу, чара подпрыгивает. Второй — вытирает слёзы. Богдан хлопает одного по плечу, подзывает корчмаря, заказывает ещё. Щедро платит. Слишком щедро для простого мужика. Но никто не замечает. Все видят рубаху-парня, весельчака, щедрого, беззаботного.
Крупный план: глаза Богдана. На секунду — трезвые, цепкие, холодные. Скользят по корчме. По стрельцам. По дьяку в углу — один, с чаркой, смотрит в стол. По торговцам. И — останавливаются.
Средний план: в стороне, у стены — двое. ФЁДОР и ВЛАС. Братья. Фёдор — постарше, лет тридцати пяти. Широкий, как сруб. Шрам через бровь — старый, белый, давно заросший. Руки — как лопаты. Сидит ровно. Ест хлеб. Пьёт пиво. Не торопится. Не разговаривает. Рядом — ВЛАС. Помоложе, лет двадцати пяти. Рыжее пятно на щеке — родимое. Бородатый, лохматый. Крепкий, как бык. Сидит, облокотившись на стол. Чешет затылок. Смотрит в стену. Скучает.
Оба — неопрятные. Рубахи грязные. Сапоги стоптаны. Но от обоих — сила. Та, которую чувствуешь за два стола. К ним не подходят. К ним не подсаживаются. Место вокруг них — пустое, как вырубка в лесу.
Крупный план: глаза Богдана — снова мутнеют. Маска на месте. Он отталкивается от стола. Встаёт. Шатается. Чуть не роняет скамью. Идёт через корчму — к братьям. Задевает плечом стрельца. Тот ворчит, но молчит. Богдан не извиняется. Идёт дальше. Подходит к их столу. Ладонь — на край. Давит. Чара Власа звякает.
БОГДАН
(пьяным голосом, громко)
А ну… признавайтесь… турки вы или нет?
Тишина. Не во всей корчме — за их столом. Работяги за дальним столом — затихли. Пёс поднял голову. Крупный план: Фёдор медленно поднимает голову. Смотрит на Богдана. Снизу вверх. Лицо — каменное. Влас — поднимает взгляд. Брови рыжие, сросшиеся. Смотрит. Не понимает.
ФЁДОР
(спокойно)
Ты чего, Богдан?
БОГДАН
(ещё громче)
Турки! Точно турки! Я их в походе сотнями рубил. А вы — вылитые. Особенно ты, Влас. Борода как у янычара.
Средний план: Влас медленно отставляет чару. Кладёт ладони на стол. Широкие. Тяжёлые. Стол скрипит. Работники с пристани — обернулись. Перестали жевать. Стрельцы — тоже. Один — отодвинул скамью. Тихо. Чуть-чуть. Плечом к двери. На всякий случай.
ВЛАС
(тяжело, медленно)
Сам-то ты кто такой? А?
БОГДАН
Я? Я — воин! Я в походе был! На турок ходил! Сотнями их рубил! Вот этой рукой!
Замахивается кулаком — показывает. Кулак — большой, мозолистый. Промахивается мимо стола. Чуть не падает. Хохочет.
БОГДАН
(продолжает, кричит)
И вы — на турок похожи! Точно вам говорю! Турки!
ФЁДОР
(медленно, с угрозой)
Ты что, мужик, совсем сдурел? Какие мы тебе турки?
БОГДАН
(напирает, тычет пальцем в Власа)
Турки! Я знаю! Я их на запах чую! У тебя — турецкий запах! И борода — турецкая! И руки — турецкие!
ВЛАС
(вскидывается, встаёт)
Да сам ты турок! С такими глазами — сам турок и есть!
Средний план: голос Власа — низкий, тяжёлый. Как будто бочка прогудела. Он — выше Богдана. Шире. Тень падает на стол.
БОГДАН
(кричит, отступает на шаг)
Я — турок?! Да я тебя сейчас… Иди за мной! В переулок! Я тебе там объясню, как меня турком называть! Идём! Оба идёмте!
Размахивает руками. Кричит. Голос — на всю корчму. Все слышат. Все видят. Все понимают: пьяный дурак лезет на двух медведей.
Средний план: Влас — шаг к двери. Кулаки — сжаты. Фёдор — встаёт. Медленно. Спокойно. Будто нехотя. Вытирает рот тыльной стороной ладони. Смотрит на Богдана — оценивающе. Недолго.
ФЁДОР
(ровно)
Ладно. Пойдём. Поговорим.
Богдан разворачивается. Идёт к выходу. Спотыкается о скамью. Ругается. Пинает дверь. Выходит. Влас — за ним. Фёдор — последним. Неторопливо. Будто идёт не драться, а воротить заблудшую овцу.
Средний план: народ в корчме — выдыхает. Кто-то качает головой. Кто-то хмыкает. Стрелец — толкает соседа локтем.
СТРЕЛЕЦ
(тихо, соседу)
Гляди-ка. Зря этот человек нарывается. Эти двое его в переулке в лепёшку раскатают.
СОСЕД
Сам виноват. Не лезь на людей — не получишь.
Средний план: дьяк в углу — допил чарку. Поставил. Встал. Вышел. Тихо. Незаметно. Никто не проводил его взглядом.
Панорама: камера — на пустом столе братьев. Две чары. Недопитое пиво. Крошки. Тишина.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 4. УГЛИЧ. ПЕРЕУЛОК ЗА КОРЧМОЙ. ДЕНЬ
НАТ. ПЕРЕУЛОК ЗА КОРЧМОЙ — ДЕНЬ
Узкий, кривой переулок. Заборы — высокие, серые от дождей. Лужи — чёрные, маслянистые. Куры копошатся в грязи. Тишина — тяжёлая, слышно, как скрипит доска на ветру.
Средний план: Богдан заходит первым. Останавливается. Влас за ним — кулаки сжаты. Фёдор — последним. Медленно.
ВЛАС
(шёпотом, зло)
Ты что творишь? Мы с тобой в детстве вместе на парней с соседней улицы ходили! А ты сейчас — как чужой!
БОГДАН
(тихо, быстро)
Признал. Дело мне к вам есть.
И тут же — громко, на весь переулок:
БОГДАН
(орёт)
Ну что, струсили, турчата?!
ФЁДОР
(тихо)
Как платить станешь?
И тут же — громко:
ФЁДОР
(орёт)
Сейчас мы тебя самого в капусту порубим!
БОГДАН
(тихо)
Не обижу.
И — громко:
БОГДАН
(орёт)
Кого ты порубить собрался?! Непобедимого рыцаря?! Да я сто таких турок за день убивал, как вы!
ВЛАС
(тихо)
Если так — мы на любое дело согласны.
И — громко:
ВЛАС
(орёт)
Да я тебя одним пальцем зашибу, доходяга хренов!
БОГДАН
(тихо)
Тогда надо драку изобразить.
И — тут же, с диким криком, выхватывает меч:
БОГДАН
(рёв)
ЗАРУБЛЮ!!!
Средний план: кидается на братьев. Фёдор — увернулся, схватил жердь с забора. Влас — подсел, толкнул Богдана в бок. Богдан замахнулся мечом — мимо, будто пьяный не попадает. Фёдор жердью — по руке. Меч — в грязь. Влас — сцепил Богдана, повалил. Богдан упал. Братья навалились.
Пинают. Злобно, с оттяжкой — но мимо. Сапог свистит у уха, удар в грязь рядом с головой. Вляпывается. Ещё удар — в землю у рёбер. Грязь брызжет. Со стороны — будто лупят всерьёз. Крики, мат, тяжёлое дыхание.
ФЁДОР
(кричит)
Всё, готов! Тащи!
Влас хватает Богдана за руки. Фёдор — за ноги. Волокут по грязи. Богдан висит между ними, голова мотается, лицо в грязи. Крупный план: глаза Богдана — трезвые, цепкие. На секунду встречаются с глазами Фёдора. Короткий кивок. Без слов.
Они выволакивают Богдана из переулка. Улица. Люди. Кто-то смотрит. Кто-то отворачивается. Никто не вмешивается.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 5. УГЛИЧ. КОРЧМА. ДЕНЬ
ИНТ. КОРЧМА — ДЕНЬ
Средний план: дверь распахивается. Фёдор и Влас швыряют Богдана на пол. Он падает тяжело, неловко — и морщится, будто от настоящей боли. Лицо в грязи, губа разбита, рубаха порвана на плече.
ФЁДОР
(со смехом)
Забирайте своего рыцаря непобедимого! Смотрите, чтобы он не простудился на полу!
ВЛАС
(хохочет)
Рыцарь! Турок его за руку хватал — он и упал!
Братья выходят. Дверь хлопает. Смех за дверью затихает.
Средний план: народ за столами посмеивается. Кто-то хлопает ладонью по столу. Кто-то качает головой. Корчмарь вздыхает, ставит рядом тряпку и миску с водой.
Богдан лежит. Не двигается. Потом медленно шевелит пальцами, собирает рассыпанные монеты, прячет в кулак. Садится. Вытирает лицо тряпкой. Встаёт — и тут же морщится, хватается за плечо. Делает шаг — и подгибается, будто нога не держит.
БОГДАН
(сквозь зубы, негромко, но так, что слышно)
Эх… В этой драке мне плечо вывихнули, а ногу будто подбили. Кость не кость, а ступить больно. Кто тут кости вправляет? К кому все ходят?
КОРЧМАРЬ
(вытирая стол)
К Микифору иди. К кузнецу. Он тут лучший костоправ. Кому руку, кому ногу — всех правит.
БОГДАН
(кидает медяк на стол)
Спасибо, хозяин.
Корчмарь подбирает медяк, кивает.
БОГДАН
Да только вот беда — сам я сейчас не дойду. Кто бы довёл… Я б денежку дал.
Средний план: в углу — пьяница. Мелкий. Юркий. Сидит, прижавшись к стене. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — что-то в его глазах меняется. Он узнал. Или — догадался. Или — просто ждал этого.
И тут он подскакивает. Глаза горят.
ПЬЯНИЦА
(быстро, тараторя)
Я доведу! Я мигом! Тут недалеко, я знаю короткую тропу!
Хватается за локоть Богдана — крепко, но не грубо. Помогает встать, подставляет плечо. Богдан опирается — не слишком сильно, но достаточно, чтобы было видно: идти сам не может.
ПЬЯНИЦА
Пойдём, пойдём! К Микифору! Он живо всё поправит!
Они выходят. Дверь за ними закрывается.
Средний план: народ в корчме сдержанно посмеивается.
СТРЕЛЕЦ
(тихо, соседу)
Пришёл сюда героем, а отсюда за руку выводят.
СОСЕД
Зато щедрый. Медяк за то, что до двери довести, не каждый даст.
Крупный план: камера задерживается на пустом месте, где лежал Богдан. На тряпке — тёмное пятно грязи и крови. На полу — одна монета, которую никто не заметил.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 6. УГЛИЧ. УЛИЦА. ДЕНЬ
НАТ. УЛИЦА — ДЕНЬ
Средний план: Пьяница ведёт Богдана. Тот обвис на его плече. Идут медленно. Пьяница оглядывается. Смотрит по сторонам. Потом — на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Чтобы слышал только Богдан.
ПЬЯНИЦА
Богдан. А я тебя помню. Ты — из Углича. Воин. Полгода тебя не было. А теперь — вернулся. И сразу — драка. С турками. Которых тут нет.
БОГДАН
(пьяно, мутно)
Какие турки? Я их… я их…
ПЬЯНИЦА
(тихо)
Не надо. Я не спрашиваю. Я просто говорю. Помню.
Крупный план: Богдан молчит. Смотрит на него. Долго. Потом — отворачивается.
Крупный план: Богдан не отвечает. Они идут дальше. Молча.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 7. УГЛИЧ. КУЗНИЦА МИКИФОРА. ДЕНЬ
ИНТ. КУЗНИЦА МИКИФОРА — ДЕНЬ
Кузница на краю города. Тяжёлый запах железа, дыма, горячего угля. Над горном — густой жар, воздух дрожит. На стене — молоты, клещи, топоры. На верстаке — подковы, гвозди, куски железа. Средний план: у наковальни — МИКИФОР. Лет сорока пяти. Широкий, жилистый. Руки — в шрамах и мозолях. Лицо — тёмное от копоти, лоб — в каплях пота. Бьёт молотом по раскалённому металлу — звон разносится по двору.
В дверях появляется ПЬЯНИЦА — тянет за собой Богдана: тот обвис на его плече, ноги заплетаются, лицо перекошено от «боли».
ПЬЯНИЦА
(тараторит, будто оправдывается)
Эй, Микифор! Тут вот… человек еле на ногах стоит! Я ему дорогу показал — он сам-то пути сюда не ведает. Да и помог дойти: глянь, совсем плох!
Микифор резко перестаёт бить молотом. Поднимает голову. Смотрит — сначала на пьяницу, потом на Богдана. Крупный план: глаза на секунду чуть сужаются: узнаёт. Но лицо — каменное, ничего не выдаёт. Откладывает молот. Вытирает руки о фартук.
МИКИФОР
(строго, по-хозяйски)
Кто такие? Чего надо?
ПЬЯНИЦА
(торопливо, машет рукой на Богдана)
Да вот, привёл! Он из корчмы… там его здорово помяли. Еле дошёл. Может, посмотришь, а?
Микифор делает шаг вперёд, присматривается к Богдану уже внимательнее. Видит грязь, порванную рубаху, разбитую губу — и всё равно понимает: Богдан играет. Но виду не подаёт.
МИКИФОР
(бурчит, будто ворчит на пьяницу)
Заходи. Посмотрим, что там у тебя.
Средний план: Богдан, кряхтя и охая, переступает порог, потом садится на лавку у стены — будто каждое движение даётся с трудом. Микифор подходит. С важным видом осматривает плечо — щупает, давит, поворачивает. Богдан морщится, стискивает зубы — играет на совесть. Микифор качает головой, цокает языком.
МИКИФОР
Да, брат… Сильно тебя поколотили. Живого места на тебе нет.
Пауза. Пьяница стоит у порога. Мнётся. Не уходит.
МИКИФОР
(не оборачиваясь, всё так же строго)
Ты чего ждёшь?
ПЬЯНИЦА
Так я помогу до дома довести доброго человека. Ему ж одному не дойти.
БОГДАН
(кряхтя, достаёт монету)
Спасибо, добрая душа. Вот тебе ещё монетка. Сбегай ко мне во двор — пусть Гришка на телеге за мной сюда приедет.
ПЬЯНИЦА
(хватает монету, расплывается в улыбке)
И то верно! Что вам мучиться пешком идти! Не волнуйтесь — я мигом туда сбегаю! А оттуда уже — в кабак. Извините меня, дальше помочь не смогу.
МИКИФОР
Да иди уже.
Пьяница исчезает. Топот по грязи — стихает.
Тишина. Только угли потрескивают в горне. Средний план: Микифор стоит над Богданом. Секунда. Две. Маски падают — у обоих.
МИКИФОР
(спокойно, но с прищуром, уже называя по имени)
А теперь рассказывай, Богдан, что тебе на самом деле от меня нужно. Ведь помощь костоправа тебе не нужна — ты цел и невредим.
БОГДАН
(ровно, тихо — не оправдывается, просто ставит факт)
Дело у меня к тебе. Да не простое.
Пауза. Микифор смотрит на него. Молчит. Ждёт.
БОГДАН
Опасное. Тихое. Одному не вытянуть. Нужен человек, которому верю. Как тебе.
МИКИФОР
Давно не виделись. Откуда знаешь, что я не соглашусь помогать тебе?
БОГДАН
Не знаю. Потому и прошу, а не требую. Если не хочешь — скажи сейчас. Тут нет обиды. Тут есть риск. Не хочу тянуть за собой того, кто не готов.
Микифор отходит к наковальне. Ворочает клещами угли — думает. Молчит. Богдан не торопит.
МИКИФОР
(не оборачиваясь)
Опасное — это как?
БОГДАН
Если узнают не те — плохо будет всем. И тебе в первую очередь. Ты тут живёшь. Но мы сделаем всё так, что никто ничего не узнает. Ты меня знаешь — я калач тёртый. Да и ты мужик не простой.
Микифор кладёт клещи. Поворачивается. Смотрит на Богдана — долго, пристально.
МИКИФОР
Ладно. Допустим, я в деле. Сколько платить станешь?
БОГДАН
Обсудим позже. Но точно — платой ты останешься доволен.
Микифор чуть усмехается — не радостно, а так, будто взвешивает: и риск, и слово старого знакомого, и монеты. Потом кивает.
МИКИФОР
Хорошо. Рассказывай.
Богдан встаёт. Распрямляется — будто и не было никакой боли. Подходит ближе, говорит тихо, почти шёпотом.
БОГДАН
Не здесь. Завтра вечером. Приходи к старой иве ниже пристани. Там и расскажу.
Микифор кивает. Коротко.
БОГДАН
Спасибо. И за вид. И за остальное.
Пауза. Делает паузу, будто что-то ещё крутится в голове.
БОГДАН
А пьяница этот… Кто он? Что-то я его не помню.
Микифор задумывается. Пожимает плечами — неторопливо, с видом человека, который привык замечать мелочи, но тут мелочь слишком мелкая.
МИКИФОР
Да кто же эту теребень кабацкую знает… Несёт их ветром по матушке-Руси. Видимо, и этого пьяницу ветром к нам занесло. Может, отстал от каравана. Может, беглый крестьянин. Не знаю, короче.
БОГДАН
Попробуй узнай о нём. Но так, чтобы тихо. Как ты умеешь. До встречи нашей.
МИКИФОР
Разузнаю.
БОГДАН
Руки у него сильные. И не дрожат нисколько. Да и прав ты — никто на теребень кабацкую внимания не обращает. А зря.
НАТ. ДВОР КУЗНИЦЫ — ДЕНЬ
Слышен скрип колёс, топот копыт. Шум подъезжающей телеги нарастает.
Средний план: дверь распахивается. На пороге — ГРИГОРИЙ, мальчик лет восьми, серьёзный не по годам, в большой отцовской рубахе. Рядом — ПЬЯНИЦА, довольный, будто день удался.
Григорий стоит в дверях. Смотрит на отца. Долго. Не бросается к нему. Не спрашивает: «Что случилось?» Он знает: это — игра. Он подходит. Молча. Останавливается рядом.
ПЬЯНИЦА
(с широкой ухмылкой)
Матушка, жена ваша, поднесла мне штоф зелёного вина и велела помочь сыну вашему малолетнему привезти вас домой!
БОГДАН
(к пьянице, со слезами на глазах — играет до конца)
Спасибо, добрый человек. Мир не без добрых людей…
Пьяница сияет.
МИКИФОР
(Григорию, важно, с хозяйской уверенностью)
Матери передай: кости я вправил мужу вашему, завтра ему станет намного лучше. Но пусть лежит всё равно сутки, а ещё лучше двое. И только потом начинает ходить.
Григорий кивает — мол, передам. Но перед этим — смотрит на Микифора. Долго. Запоминает.
Пьяница помогает Богдану взобраться на телегу, сам садится рядом, болтает ногами, будто мальчишка. Григорий забирается на козлы. Скрип, рывок — телега трогается.
Богдан оборачивается к Микифору. Кивает — один раз, коротко, без лишних слов.
Телега уезжает. Пыль оседает.
Средний план: камера — на Микифора. Он провожает их напряжённым взглядом. Стоит неподвижно, пока грохот колёс не стихает вдали. Потом медленно поднимает клещи, ворошит угли. Пламя вспыхивает ярче. Он смотрит на огонь. Долго. Молчит. Потом — откладывает клещи. Идёт в дом.
ИНТ. ДОМ КУЗНЕЦА — ДЕНЬ
Жена — на пороге. Смотрит на него. Долго. Потом — спрашивает.
ЖЕНА
Кто это был?
МИКИФОР
Человек, которому я обязан жизнью.
ЖЕНА
Ты не должен.
МИКИФОР
Должен. Он спас меня в степи. Татары хотели меня убить. Он убил их. И сказал: «Ты — мой. Навсегда». Я не понял тогда. Теперь — понимаю.
Пауза. Жена смотрит на него. Долго. Потом — тихо.
ЖЕНА
Это не сильно опасно для тебя? Если тебя не станет — как мне жить без тебя?
МИКИФОР
Богдан всегда был хорошим командиром. В нашем десятке ни один боец за всю ту войну не погиб. Все живые вернулись домой. Зря рисковать моей жизнью Богдан не станет.
ЖЕНА
(пауза. Смотрит на него. Долго. Потом — кивает)
Ну, тебе виднее. Раз так…
Она отходит. Идёт к печи. Достаёт горшок. Ставит на стол. Начинает кормить детей. Как всегда. Как будто ничего не сказал. Он смотрит на неё. Долго. Потом — подходит. Садится. Ест. Молча.
Затемнение.

СЦЕНА 8. МОСКВА. ТАЙНАЯ ПАЛАТА В КРЕМЛЕ. НОЧЬ
ИНТ. ТАЙНАЯ ПАЛАТА — НОЧЬ
Тёмная палата. Свеча — одна. Пламя дрожит. Стол. Два кресла. Окно занавешено тяжёлой тканью. В углу — образа, едва различимые. Тишина. Слышно, как воск стекает по подсвечнику.
БОРИС ГОДУНОВ сидит за столом. Усталый. Глаза — острые, цепкие. Смотрит на дверь. Ждёт. Не шевелится.
Дверь тихо открывается. Входит ПРОКОФИЙ — старшина со двора Романовых. Пожилой, но крепкий. Борода седая, спина прямая. Оглядывается. Кланяется — коротко.
ГОДУНОВ (тихо, ровно)
Садись.
Прокофий садится. Смотрит на Годунова. Не торопится.
ГОДУНОВ
Говори.
ПРОКОФИЙ
Бояре Романовы отправили в Углич своего человека.
Крупный план: Годунов не моргает.
ГОДУНОВ
Кого?
ПРОКОФИЙ
Борислава-Богдана Отрепьева.
Крупный план: имя повисает в воздухе. Годунов медленно поднимает глаза. Смотрит на Прокофия. Долго.
ГОДУНОВ
Отрепьев? Тот, что из Углича?
ПРОКОФИЙ
Да. Тот самый.
ГОДУНОВ
Что о нём знаешь?
Прокофий чуть наклоняет голову. Говорит неторопливо, взвешивая каждое слово.
ПРОКОФИЙ
Немного. Но то, что знаю — важно. Он — воин. Лучший боец, каких я видел. Ловкий. Сильный. Хитрый. Характерник.
ГОДУНОВ (нахмурившись)
Характерник? Это что ещё? Колдун, что ли? В волка может превратиться? Или в лису?
Крупный план: Прокофий чуть улыбается. Без веселья. Скорее — с уважением.
ПРОКОФИЙ
Нет, Борис Фёдорович. Не колдун. И в волка не превращается. Характерник — это такой воин. Особый. У него сила внутри. Не колдовская. Другая. Он чувствует то, что другие не чувствуют. Видит то, что другие не видят. Слышит то, что другие не слышат. Где опасность. Где ложь. Где слабое место. Он может держать удар. Может держать поле. Может держать людей. Одним словом. Одним взглядом. Не потому, что колдун. А потому, что внутри у него — сила. И он её не боится. И другие — чувствуют. И боятся. Или — идут за ним.
ГОДУНОВ (тихо)
И много таких?
ПРОКОФИЙ
Мало. Очень мало. Запорожцы говорят: один на тысячу. А может — и того меньше. И этот — из таких. Он — настоящий.
Годунов молчит. Смотрит в стол. Пальцы едва заметно сжимаются. Потом — встаёт. Подходит к сундуку. Открывает. Достаёт старую грамоту. Смотрит. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
ГОДУНОВ
Игнатий Отрепьев. Казак. Характерник. Я знал его. Давно. Один раз. Отряд наш зашёл в лес. Сутки идём — и нет ему конца и края. Понимаем — кружит нас. Не можем сами выйти. И тут Игнатий этот неожиданно появился из чащи. Говорит: «Тесть ваш Малюта Скуратов велел найти вас и помочь, если понадобится помощь». И ведь вывел нас тогда. Больше правда мне с этим воином встречаться не приходилось. Но про тот случай я у себя грамотку храню.
Он кладёт грамоту обратно. Закрывает сундук. Возвращается. Садится.
ГОДУНОВ
Так значит, этот Борислав-Богдан — его внук?
ПРОКОФИЙ
Внук. Сын сына его.
ГОДУНОВ (тихо, почти себе)
Вот оно что. Отрепьев. Внук Игнатия. Характерник. В Угличе. Рядом с Дмитрием.
Пауза. Он смотрит на Прокофия. Долго. Молчит. Потом — тихо.
ГОДУНОВ
Что ещё?
ПРОКОФИЙ
Он — опасный человек. Очень опасный. Не просто воин. Он — умный. Смотрит. Слушает. Запоминает. Всё. Каждую мелочь. И молчит. Никогда не скажет лишнего. Никогда не покажет, что знает.
ГОДУНОВ (тихо)
Это плохо.
ПРОКОФИЙ
Это очень плохо. Потому что он не просто смотреть будет. Он будет искать. Тихо. Незаметно. Он — тень. Его не видно. Но он — везде.
Годунов встаёт. Подходит к окну. Не открывает, не отодвигает занавеску — просто стоит, будто прислушиваясь к тишине за ней. Молчит. Долго.
ГОДУНОВ
Что ему нужно в Угличе?
ПРОКОФИЙ
Фёдор Никитич приказал ему смотреть за царевичем. За Нагими. За всеми, кто приезжает. Кто уезжает. О чём говорят.
Годунов оборачивается. Взгляд — тяжёлый.
ГОДУНОВ
И что? Он знает о моём человеке?
Прокофий пожимает плечами. Не от равнодушия — от того, что не может дать ответа, который бы успокоил.
ПРОКОФИЙ
Не знаю. Но он ищет. Это точно. И если он найдёт — будет плохо.
ГОДУНОВ (садится, смотрит Прокофию прямо в глаза)
Что ещё?
ПРОКОФИЙ
Он — из Углича. Родом. Знает город. Знает людей. Нагих знает. Всех. Он там — свой. Это опасно. Потому что он может войти в круг. Стать другом. Пить с ними. Слушать. И они сами всё расскажут. Потому что не будут его бояться. Он — не чужак. Он — свой.
ГОДУНОВ (тихо, почти шёпотом)
Свой. Который ищет.
ПРОКОФИЙ
Да.
Пауза. Пламя свечи вздрагивает. Годунов смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо.
ГОДУНОВ
Что делать?
ПРОКОФИЙ
Это не моё дело. Я сказал, что знаю. А решать — тебе.
Годунов кивает. Без лишних слов. Потом — тихо. Ровно.
ГОДУНОВ
Ты служишь Романовым. Тридцать лет. И всё это время — мне. Почему?
Крупный план: Прокофий замирает. Смотрит на Годунова. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Без обиды. Без пафоса. Просто — факт.
ПРОКОФИЙ
Потому что они — забыли. Что я — человек. А ты — помнишь.
Пауза. Долгая. Годунов смотрит на него. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
ГОДУНОВ
Иди. И дальше делай то, что делал. Тихо. Как всегда. А в Угличе я сам разберусь. Своими людьми. Если что узнаешь новое — срочно сообщи.
Прокофий коротко кивает. Встаёт. Идёт к двери. Останавливается. Будто слово застряло в горле.
ПРОКОФИЙ
Борис Фёдорович.
ГОДУНОВ
Что?
ПРОКОФИЙ
Он — не простой воин. Он — характерник. И он верит, что его род — особый. Что он должен что-то доказать. Не знаю что. Но он в это верит. И это его ведёт.
Крупный план: Годунов смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
ГОДУНОВ
Значит, внук Игнатия. Характерник. И верит, что род — особый. Что ж. Это опасно. Очень опасно.
Пауза. Он встаёт. Подходит к окну. Смотрит в занавеску. Долго. Молчит. Потом — оборачивается.
ГОДУНОВ
Иди. И дальше делай то, что делал. Тихо. Как всегда. А в Угличе я сам разберусь. Своими людьми. Если что узнаешь новое — срочно сообщи.
Прокофий кивает. Встаёт. Идёт к двери. Выходит.
Годунов остаётся один. Смотрит в свечу. Пламя тянется вверх. Потом — тихо. Себе. Будто признаётся в чём-то, что боится произнести громко.
ГОДУНОВ
Характерник. В Угличе. Рядом с Дмитрием. Рядом с моим человеком. Плохо. Очень плохо.
Встаёт. Делает шаг к столу. Пальцы ложатся на край. Потом резко, одним движением гасит свечу.
Панорама: темнота накрывает палату. Ни огонька. Ни звука. Только дыхание Годунова — тяжёлое, собранное, как перед боем.
Затемнение.
КОНЕЦ СЕРИИ 3.

СЕРИЯ 4: «ДРАКОН ПОКАЗЫВАЕТ ЗУБЫ»
________________________________________
СЦЕНА 1. УГЛИЧ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ. ВЕЧЕР
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
Сумерки сгущаются. Двор уже в полутени, только из окон дома льётся тёплый свет. Средний план: слышен скрип колёс, топот копыт. Телега въезжает во двор — с шумом, с грохотом, с пьяными криками.
Средний план: на козлах — ГРИШКА, мальчик лет восьми, серьёзный не по годам. Рядом — ПЬЯНИЦА, довольный, разгорячённый, размахивает руками. В телеге, на охапке сена, лежит БОГДАН. Лицо в грязи, губа разбита, рубаха порвана. Он стонет. Или делает вид, что стонет.
Средний план: на крыльцо выбегают МАЛЫЕ ДЕТИ — трое, мал мала меньше. Глядят на отца. Испуганно. Жалко. ВАРВАРА выходит следом. Всплёскивает руками. Подбегает к телеге.
ВАРВАРА
Батюшки! Что случилось?! Кто тебя так?!
БОГДАН
(хрипло, с трудом)
В корчме… подрался… с турками…
ВАРВАРА
(всплёскивает руками)
С какими турками?! Господи, да тут живого места нет!
Она хватается за голову. Смотрит на пьяницу. Тот сияет — как будто совершил великое дело. Гришка спрыгивает с козел, помогает отцу подняться. Богдан охает, хватается за плечо, сползает с телеги. Дети облепили его, хнычут.
ВАРВАРА
(пьянице)
Спасибо тебе, добрый человек! Выручил! Век тебя не забуду!
Она убегает в дом. Возвращается со штофом водки и медной монеткой. Протягивает пьянице.
ВАРВАРА
Вот. Выпей за здоровье. И вот ещё — на хлеб.
Пьяница берёт штоф. Открывает. Нюхает. Блаженно зажмуривается. Пьёт. Долго. Потом вытирает рот рукавом.
ПЬЯНИЦА
(с чувством)
Спасибо, хозяйка! Дай Бог тебе здоровья! И мужу твоему — поправки! А я пойду. Дела.
Он кланяется. Берёт монетку. Уходит со двора. Шатается. Но доволен. Средний план: камера провожает его — до калитки. Он выходит на улицу. И исчезает в сумерках.
Средний план: Варвара смотрит ему вслед. Потом поворачивается к мужу. Богдан стоит, ссутулившись, будто плечо и правда ноет. Дети жмутся к нему.
ВАРВАРА
(тихо, но твёрдо)
Пойдём в дом. Я тебе постелю.
БОГДАН
(резко, чуть хрипло)
В дом не пойду. Там дети будут бегать, кричать. Я сейчас любого зашибу, если тронут. Не до нежностей мне.
ВАРВАРА
(вздыхает, но не спорит — знает этот его настрой)
Ну ладно… хоть похлёбку принесу. Ты же голодный, небось.
БОГДАН
(кривится, будто от одной мысли мутит)
Не надо. Меня сейчас от еды мутит. Только хуже станет.
Средний план: он делает шаг к сараю, нарочно спотыкается, опирается на косяк. Играет на совесть: будто ноги не держат. Но крупный план: глаза — холодные, цепкие. Он сканирует двор: нет ли чужого взгляда, не прячется ли кто в тени.
ГРИШКА
(робко, почти шёпотом, смотрит на отца так, будто не узнаёт)
Батя… ты что, совсем? Я же просто рядом посижу. Вдруг тебе что понадобится…
Крупный план: Богдан резко вскидывает голову. На секунду маска срывается: в его взгляде мелькает настоящая боль — не от побоев, а от того, что приходится отталкивать сына. Но он тут же прячет её за злостью.
БОГДАН
(ещё резче, почти рычит, чтобы голос звучал как у побитого, озлобленного мужика)
Никого не надо! Я сказал — не беспокоить! Если сейчас кто-то рядом будет крутиться — я не ручаюсь за себя! Слышишь? Уходи!
Средний план: Гришка вздрагивает. Глаза у него становятся большими, будто он вот-вот заплачет, но держится. Он не понимает: отец всегда был строгим, но никогда не прогонял вот так, с такой злостью. Он медленно опускает сено на землю, будто оно вдруг стало слишком тяжёлым.
ГРИШКА
(шёпотом, в грудь, не поднимая глаз)
Ладно… я уйду.
Средний план: Варвара кладёт руку ему на плечо, тянет к дому. Но Гришка — не сразу. Он останавливается. Оборачивается. Смотрит на отца. Долго. Молчит. Крупный план: и в этом взгляде — не обида. Не страх. Что-то другое. Будто он уже понял: отец не просто устал. Отец играет. И Гришка — не должен мешать. Он отворачивается. Уходит.
Варвара уводит сына. Дверь в дом закрывается. Но перед этим — Варвара оборачивается. Смотрит на мужа. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Чтобы слышал только он.
ВАРВАРА
Ты играешь. Я знаю. Играй. Но сына не обижай. Он — моя надежда.
Она закрывает дверь. Средний план: Богдан остаётся один. Смотрит на дверь. Долго. Молчит.
Богдан ждёт ровно столько, чтобы они точно ушли и не выглянули. Потом резко выпрямляется. Боль исчезает из движений. Он заходит в сарай, закрывает дверь.
ИНТ. САРАЙ — ВЕЧЕР
Внутри полумрак. Пахнет сеном и деревом. Средний план: Богдан не ложится. Быстро снимает кафтан, рубаху. Из одежды делает небрежный ком, укладывает на лежанке. Сверху накидывает плащ так, чтобы в щели окна угадывался силуэт человека.
Потом надевает другой плащ — тёмный, с глубоким капюшоном. Подходит к дальней стене. Там, почти у самого пола, в досках — незаметная щель. Крупный план: Богдан нажимает на доску, и она плавно отходит, открывая узкий лаз.
Тесно, пахнет землёй и плесенью. Лаз идёт под углом, потом резко поворачивает. Это старый ход, ещё от прадеда: он выходит к забору, в глухую щель между брёвнами, откуда видно и двор, и улицу.
Богдан выбирается, тихо задвигает доску. Остаётся в тени. Смотрит.
Пауза. Тишина двора. Где-то скрипит доска. Ветер шевелит сухую траву.
И тут Богдан делает следующий шаг. Он не садится в засаду. Он идёт прямиком к корчме. Потому что если пьяница — тот, за кого себя выдаёт, то он либо там, либо крутится где-то рядом.
Средний план: камера следует за Богданом. Он двигается уже не как побитый пьяница, а как охотник: бесшумно, экономно, без лишних движений.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 2. УГЛИЧ. КОРЧМА. ВЕЧЕР
ИНТ. КОРЧМА — ВЕЧЕР
Зал почти полон. Пахнет пивом, дымом и жареным мясом. Панорама: корчмарь протирает столы — тряпка ходит по дереву медленно, обстоятельно. Стрельцы в углу играют в кости — стук, смех, ругань. Кто-то спорит у стойки. Кто-то дремлет, уронив голову на стол. Пёс под лавкой жуёт кость — тихо, сосредоточенно.
Пьяницы нет.
Средний план: дверь тихо открывается. Богдан останавливается в проёме — будто просто заглянул. Не входит. Просто стоит. Никто не обращает на него внимания — для них он всё тот же шумный, грубый мужик, которого сегодня поколотили и уволокли за руку. Он чуть щурится. Сканирует зал. Медленно. По углам. По столам. По лицам.
Крупный план: его глаза — трезвые, цепкие. Ни следа хмеля. Ни следа усталости. Только холодный, оценивающий взгляд охотника.
Взгляд скользит дальше — и останавливается. В дальнем углу, за столом, у самой стены — двое. ФЁДОР и ВЛАС. Сидят, как всегда. Не разговаривают. Пьют пиво. Фёдор ест хлеб. Влас смотрит в стену. Скучает.
Крупный план: Богдан чуть усмехается — одними губами. Не идёт к ним. Остаётся у двери. Ждёт.
Фёдор поднимает голову. Смотрит на дверь. Видит Богдана. Не сразу узнаёт — тот в тени, лица не видно. Но что-то в фигуре, в позе — знакомое. Фёдор толкает Власа локтем. Влас поднимает голову. Смотрит. Хмурится.
Богдан делает едва заметный знак — кивком. На улицу. Братья переглядываются. Медленно встают. Выходят.
Средний план: камера следует за ними.
________________________________________
НАТ. УЛИЦА — ВЕЧЕР
Сумерки. Пусто. Только ветер гонит пыль по мостовой.
Средний план: братья выходят из корчмы. Останавливаются. Оглядываются. Никого. Только тёмная фигура у стены — в плаще с капюшоном. Лица не видно.
Фёдор делает шаг вперёд. Настороженно. Влас — за ним. Кулаки сжаты.
ФЁДОР
(тихо, с угрозой)
Кто ты? Чего звал?
Фигура молчит. Потом медленно поднимает руку. Откидывает капюшон. Крупный план: лунный свет падает на лицо. Богдан. Смотрит на них. Спокойно.
ФЁДОР
(выдыхает)
Ты? Мы думали, ты уже дома. Отлёживаешься.
БОГДАН
Отлёживаюсь. Но не всё время.
Пауза. Братья переглядываются.
БОГДАН
Пьяницу не видели?
ВЛАС
(хмурится)
Какого пьяницу?
БОГДАН
Того, что меня до дома вёл. С монеткой. Со штофом.
ФЁДОР
(качает головой)
Не было. Не видели.
ВЛАС
Как вместе с тобой ушёл — так и не возвращался.
Богдан кивает. Молчит. Думает.
БОГДАН
Хорошо.
Пауза. Он смотрит на братьев. Долго. Потом говорит — тихо, ровно.
БОГДАН
Живёте там же?
ФЁДОР
Там же.
ВЛАС
(кивает)
Там же.
БОГДАН
Тогда ждите меня сегодня в гости. К себе.
Братья переглядываются. Фёдор чуть прищуривается. Влас — пожимает плечами. Но не спорят. Знают: если Богдан говорит «ждите» — значит, придёт. И значит, дело есть.
БОГДАН
Никому. Ни слова.
ФЁДОР
Знаем.
Богдан накидывает капюшон. Поворачивается. Уходит в темноту. Братья смотрят ему вслед. Долго. Потом молча возвращаются в корчму.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 3. УГЛИЧ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ. НОЧЬ
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — НОЧЬ
Темнота. Луна прячется за облаками. Собаки спят у будки, прижавшись друг к другу. Тихо. Только ветер шевелит солому на крыше сарая.
Средний план: Богдан возвращается домой. Не через двор. Через тот самый лаз — в дальнем углу, за сараем. Выбирается. Задвигает доску. Остаётся в тени.
Он не идёт в сарай. Он идёт в другое место. Туда, где его никто не увидит. Но откуда он видит всё.
Это старое место. Ещё дед Игнатий показал. Старый дуб — в углу двора, у самого забора. Дупло в нём. Большое, сухое. Дед Игнатий вычистил его давно, сделал сиденье внутри. Незаметное. Снаружи — просто дуб. Внутри — укрытие. Оттуда видно весь двор. Каждый угол. Каждую тень. А того, кто внутри, — не видно. Никто не подумает, что в дупле может кто-то быть.
Средний план: Богдан забирается туда. Устраивается. Спиной к стволу. Ноги — на земле. Смотрит в щель между досками — самодельную, широкую. Видно всё.
Он ждёт.
Тишина. Только ветер шевелит солому. Где-то скрипит колодец. Далёкий лай собаки.
И тут — движение. У забора. Тень.
Крупный план: Богдан замирает. Смотрит.
ПЬЯНИЦА. Тот самый. Двигается ловко, по-кошачьи. Не шатается. Не спотыкается. Идёт ровно, бесшумно, экономно. Так ходят те, кого учили ходить неслышно.
Крупный план: Богдан чуть улыбается — одними губами. Не двигается. Наблюдает.
Пьяница подходит к забору с подветренной стороны — собаки не чуют. Перебирается бесшумно, ни одна доска не скрипнула. Оказывается во дворе. Замирает. Слушает. Смотрит. Собаки спят. Не почуяли.
Он крадётся к окну сарая. Прислушивается. Потом осторожно заглядывает в щель.
Средний план: Богдан в дупле. Смотрит. Ждёт. Пьяница — у сарая. Ищет. Ищет того, кто там должен быть. Но там никого нет. Только лежанка. Пустая.
Пьяница чуть наклоняет голову. Что-то его смущает. Слишком тихо. Слишком пусто.
И тут Богдан — не поднимаясь, не выходя — бросает маленький камешек. Через щель. Прямо к будке. Тихо. Незаметно.
Средний план: собаки вскидываются. Уши торчком. Нос ловит воздух. И вдруг — рык. Они видят чужака. Срываются с места. Свора свирепых псов несётся через двор — чёрные, быстрые, злые.
Пьяница оборачивается слишком поздно. Собаки уже рядом. Он бросается к забору. Перескакивает. Но один пёс успевает вцепиться в ногу — зубы рвут штанину. Другой — в рукав. Пьяница вскрикивает. Зажимает рот рукой. Дёргается. Вырывается. Убегает, прихрамывая. Растворяется в темноте.
Тишина. Собаки ещё рычат у забора. Потом успокаиваются.
Средний план: Богдан вылезает из дупла. Не спеша. Идёт к забору. Собаки видят его. Виляют хвостами. Приветливо машут. Он треплет одну по загривку.
БОГДАН
Молодцы.
Потом наклоняется. Смотрит в щель между досками. Видит — пьяница удаляется. Прихрамывая. Быстро. Прочь от дома.
БОГДАН
(вслух, спокойно, с усмешкой)
Иногда лучше в кабаке водку пить…
Пауза. Он чуть склоняет голову, будто слушает голос из прошлого.
БОГДАН
(уже тише, с уважением)
Прав ты был, дед. Первым делом нужно было узнать, кто тут глаза и уши Годунова. И вот эти глаза и уши сами к нам на двор пожаловали. Да собаки наши их покусали…
Он отходит от забора. Смотрит на собак. Те смотрят на него. Ждут.
БОГДАН
(им, тихо)
Завтра костей вам дам.
Собаки виляют хвостами. Богдан возвращается в дуб. Забирается внутрь. Устраивается. Но не спит. Смотрит в щель. На двор. На забор. На темноту.
Крупный план: камера задерживается на его лице. Спокойное, собранное. Никакой радости — только холодный расчёт.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 4. УГЛИЧ. ДОМ БРАТЬЕВ. НОЧЬ
ИНТ. ДОМ БРАТЬЕВ — НОЧЬ
Небольшая изба на окраине Углича. Низкий потолок, закопчённые стены. Печка в углу — тлеет, даёт жар. На столе — пустая миска, корка хлеба, нож. Тесно. Бедно. Но чисто.
Средний план: Фёдор сидит на лавке, точит нож. Влас — на полу, спиной к печке, ноги вытянуты. Молчат. Ждут. Знают, что Богдан придёт — сказал «ждите», значит, придёт.
Стук в дверь. Тихий. Особый. Два коротких, один длинный.
Фёдор вскидывает голову. Влас — мгновенно на ногах. Фёдор открывает.
Средний план: Богдан. Капюшон откинут. Лицо в тени от свечи. Входит молча. Оглядывает избу. Быстро. Привычка. Потом — кивок братьям.
БОГДАН
Сядем.
Садятся за стол. Свеча между ними. Трое мужчин в тусклом свете. Тишина. Только угли потрескивают.
Крупный план: Богдан достаёт из-за пазухи мешочек. Тяжёлый. Ставит на стол. Развязывает. Изнутри — серебро. Монеты. Не медяки — серебро.
Крупный план: Фёдор замирает. Нож в руке — забыл, что точил. Влас — уставился. Рот приоткрыт. Потом закрыл. Сглотнул.
Богдан делит монеты на две кучки. Ровно. Аккуратно. Двигает — одну к Фёдору, вторую к Власу.
БОГДАН
Это — за то, что уже сделали. И за то, что сделаете.
Средний план: Фёдор медленно берёт монету. Подносит к свече. Смотрит. Трёт пальцем. Настоящая. Подносит к зубам — прикусывает. Настоящая. Поднимает глаза на Богдана.
ФЁДОР
(хрипло, будто голос сел)
Это… за один день?
Влас вообще не берёт. Смотрит на кучку. Потом на Богдана. Глаза — как у голодного пса, которому бросили кость. Но не верит. Ждёт подвоха.
БОГДАН
За один. Будет ещё. Если сделаете, что скажу.
Фёдор сгребает монеты. Прижимает к груди. Влас — наконец берёт свою кучку. Пересчитывает пальцами. Губы шевелятся.
ВЛАС
(тихо, почти шёпотом)
Мне за столько пришлось бы год горбатиться. На пристани. Таская брёвна.
ФЁДОР
(собрался, голос уже твёрже)
Спасибо, Богдан. Не забудем.
Богдан кивает. Коротко. Без улыбки. Без тепла. Просто — принято.
И тут меняется всё. Он чуть наклоняется вперёд. Крупный план: глаза — те самые, чёрный и голубой. В свете свечи — как два разных человека смотрят из одного лица. Голос — тихий, ровный, но в нём появляется вес. Не дружеский — командный.
БОГДАН
Ладно. Теперь — дело.
Средний план: братья затихают. Монеты ещё в руках, но уже забыли про них. Смотрят на Богдана. Внимательно.
БОГДАН
Завтра — в корчме. Оба. Как обычно. Сядете. Пиво. Хлеб. Ничего особенного. Ждёте моего знака.
ФЁДОР
Какого знака?
БОГДАН
Я подойду к стойке. Закажу чарку. Выпью. Поставлю чарку на стойку — вот так.
Крупный план: показывает — переворачивает воображаемую чарку, ставит донышком вверх.
БОГДАН
Вот это — знак. Как только поставил — начинаете.
ВЛАС
Что — начинаем?
БОГДАН
Драку. С братьями Нагих.
Пауза. Фёдор медленно кладёт монеты на стол. Влас хмурится.
ФЁДОР
С Нагими? С какими Нагими?
БОГДАН
В корчме бывают. Молодые. Горячие. Из двора Михаила Нагого. Родня Марии Фёдоровны. Сидят, пьют, шумят. Вы их видели.
ФЁДОР
Видели. Трое. Или четверо. Шумные.
ВЛАС
(хмурится)
И что — мы на них полезем?
БОГДАН
Не полезете. Спровоцируете. Они — горячие. Им повода не надо. Заденьте кого-то. Толкните. Слово скажите. Они сами полезут.
ФЁДОР
(прищурился)
И ты?
БОГДАН
Я буду там. Как только драка начнётся — я встану. На их сторону. На сторону Нагих. И выгоню вас из корчмы.
Тишина. Фёдор смотрит на Богдана. Долго. Понимает.
ФЁДОР
(медленно)
Ты хочешь… чтобы Нагие увидели, как ты за них заступаешься.
БОГДАН
(кивает, коротко)
Именно.
ВЛАС
(морщится)
То есть нам в морду, а ты — герой?
БОГДАН
(ровно, без раздражения)
Вы — не в морду получаете. Вы — драку изображаете. Как тогда, в переулке. Помните? Только теперь — в корчме. На глазах у людей.
ФЁДОР
(тихо)
И Нагие тебя запомнят.
БОГДАН
Запомнят. И захотят поговорить. Потому что я — местный. Потому что я за них встал. Потому что я не побоялся. А Нагим сейчас нужны люди, на которых можно опереться. Свои. Проверенные.
Пауза. Фёдор качает головой — не от отказа. От уважения. От того, что план простой, жёсткий и чистый. Влас — кусает губу. Думает.
ВЛАС
А если Нагие не полезут? Если промолчат?
БОГДАН
Полезут. Я знаю этих. Молодые. Гордые. Царевич при них. Чувствуют себя хозяевами города. Никто им не указ. Вы заденете — они ответят. Точно.
Средний план: Влас трёт щёку — родимое пятно. Смотрит на брата. Фёдор смотрит на монеты. Потом на Богдана. Потом снова на монеты.
ФЁДОР
(тихо)
Ладно. Сделаем.
ВЛАС
(кивает, нехотя)
Сделаем. Только… Богдан. Если меня кто-то из Нагих по-настоящему ударит — я не выдержу. Вскачу. И тогда…
БОГДАН
(спокойно, но твёрдо)
Выдержишь. Ты — Влас. Ты — бык. Ты выдержишь. Потому что я тебе говорю. А я — не прошу. Я — плачу.
Он кивает на монеты. Влас замолкает. Опускает глаза.
ФЁДОР
(Власу, тихо)
Брат. Соберись.
Влас вздыхает. Кивает.
Средний план: Богдан встаёт. Монеты остаются на столе — две кучки. Он не трогает их. Это — братьев.
БОГДАН
Завтра — корчма. Как обычно. После полудня. Ждёте знака.
ФЁДОР
Понял.
ВЛАС
Понял.
Богдан накидывает капюшон. Подходит к двери. Открывает дверь. Темнота. Холодный ветер. Он выходит. Дверь закрывается.
Средний план: братья остаются. Смотрят на серебро. Молчат.
Фёдор первым берёт свою кучку. Ссыпает в ладонь. Пересчитывает. Улыбается — криво, скупо, но от души.
ФЁДОР
(тихо)
Ну, брат. Вот это человек.
Влас сидит. Смотрит на свои монеты. Не трогает. Потом — медленно, бережно, как будто яйца, сгребает в тряпку. Завязывает. Прячет за пазуху.
ВЛАС
(тихо, серьёзно)
Человек-то — дракон. Я тебе говорю. Ты видел его глаза? Когда он план рассказывал? Один — чёрный. Другой — голубой. Будто два разных человека. Один — платит. Другой — приказывает.
Фёдор молчит. Кивает. Потом — говорит. Тихо. Медленно.
ФЁДОР
Он — не наш. Он — выше. Он — дракон. И мы — его зубы. Сегодня — мы. Завтра — другие. Но пока он платит — мы работаем.
ВЛАС
(тихо)
А если нас убьют?
ФЁДОР
(ровно)
Тогда — убьют. Но не сегодня. Сегодня — мы живые. И у нас — серебро.
Влас молчит. Смотрит на брата. Долго. Потом — кивает. Медленно. Фёдор гасит свечу. Темнота.
Затемнение.

СЦЕНА 5. УГЛИЧ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ. РАННЕЕ УТРО
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — РАННЕЕ УТРО
Рассвет уже не серый, а золотой. Солнце ползёт по крышам, и двор будто стряхивает с себя ночную тень. Куры бродят, клюют зёрна. Собака лениво потягивается у будки.
Средний план: Богдан возвращается. Идёт уверенно, плечи расправлены. В нём нет суеты — есть удовлетворение от того, что всё складывается, как надо. Он заходит во двор — и сразу видит: в окне мелькнуло лицо. Варвара не спала. Ждала.
Средний план: из дома она вылетает, будто её подтолкнули изнутри: быстро, но старается не бежать — чтобы не выдать, как сердце колотилось всю ночь.
ВАРВАРА (торопливо, с упрёком, но в нём — только тревога)
Где ты был? Я тут с ума схожу… думала, тебя уже и в живых нет…
БОГДАН (спокойно, чуть устало, но без раздражения)
Всё хорошо. Дела были. Важные.
ВАРВАРА (машет рукой, будто отмахивается от его «дел», и тут же переключается на привычное)
Ладно, ладно… сейчас хоть поешь. Я мигом пищу подогрею, на стол всё поставлю. Ты только сядь, отдохни.
БОГДАН (чуть усмехается, уже спокойнее)
Вот это хорошо. Поесть — самое время.
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ — РАННЕЕ УТРО
Он заходит в дом. Тепло. Запах хлеба, тёплого молока, вчерашней похлёбки. Варвара суетится: ставит горшок на печь, достаёт глиняные миски, торопится, будто если всё сделает быстро — беда уйдёт сама.
ВАРВАРА
Ты посиди, я сейчас. Только займи себя чем-нибудь, чтоб не мешал.
Богдан кивает. Садится за стол. Смотрит в стену. Долго. Молчит. И вдруг — замирает. Прислушивается. К себе. К сердцу.
Крупный план: его лицо. Спокойное. Потом — чуть меняется. Брови сходятся. Он кладёт руку на грудь. Долго сидит так. Молчит.
БОГДАН (тихо, себе)
Что это? Сердце… Ноет. Будто что-то не так. Будто беда где-то. Рядом.
Пауза. Он смотрит на свою руку. На пальцы. Медленно сжимает в кулак. Разжимает. Смотрит на ладонь. Долго. Молчит.
ВАРВАРА (ставит* перед ним чашку с *водой)
На. Выпей. Ты бледный.
Богдан берёт чашку. Подносит ко рту. И — замирает. Смотрит в воду. Долго. Молчит.
Крупный план: в чашке — вода. Чистая. Но на поверхности — тонкая красная нить. Кровь. Или — тень от света? Непонятно. Но Богдан видит это.
БОГДАН (тихо, почти шёпотом)
Кровь.
ВАРВАРА (не понимает)
Что?
БОГДАН (резко ставит чашку на стол)
Ничего.
Он встаёт. Резко. Стул отъезжает. Грохочет.
ВАРВАРА (пугается)
Ты куда?!
БОГДАН (уже у двери, голос твёрдый, но не злой — просто дело)
Надо. Сейчас. Не жди.
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — РАННЕЕ УТРО
Он выходит во двор. Зовёт коня. Конюх уже тут — будто знал, что понадобится: держит поводья, конь нетерпеливо переступает. Богдан садится одним движением — привычно, легко, будто и не было ни побоев, ни бессонной ночи.
Конь срывается с места. Копыто бьёт по земле.
Средний план: Варвара стоит в дверях. Смотрит вслед. Руки сжимают край миски. Долго. Молчит. Потом — тихо. Почти шёпотом. Будто не ему, а себе.
ВАРВАРА
Опять. Уехал. И когда вернётся — не сказал.
Она смотрит на дорогу. Долго. Потом — поворачивается. Уходит в дом. Ставит миску на стол. Садится. Смотрит на чашку с водой. На тонкую красную нить на поверхности. Долго. Молчит. Потом — медленно — берёт чашку. Выливает воду в лохань. Ставит чашку обратно. Смотрит на неё. Долго. Молчит.
Панорама: камера медленно отъезжает: дом, двор, Варвара у стола. И тонкая линия — след от копыт, уходящий за калитку, в город.
Затемнение.

СЦЕНА 6. УГЛИЧ. ДОМ ДЬЯКА КОЛЫЧЕВА. РАННЕЕ УТРО
ИНТ. ДОМ КОЛЫЧЕВА. ВЕРХНЯЯ КОМНАТА — РАННЕЕ УТРО
Большая комната на верхнем этаже. Окно распахнуто — в комнату льётся холодный утренний воздух, пахнет сырой землёй и дымом из труб. Первые лучи солнца ещё не добрались до этой стороны дома — в углах держится сизая тень. Отсюда, с пригорка, отлично виден двор Нагих: калитка, крыльцо, дорожка к сараю. Каждый, кто выходит, тут как на ладони.
Средний план: Елисей Иванович сидит на лавке у окна. Лицо в ссадинах, над бровью — глубокая царапина, губа распухла. Он растирает по ранам тёмный бальзам из глиняного горшочка — морщится, но не стонет. Движения резкие, уверенные. Никакой слабости.
Дверь резко распахивается. В комнату влетает дьяк Колычев — плащ распахнут, волосы взъерошены, будто бежал всю дорогу. При виде ран Елисея Ивановича он всплёскивает руками.
КОЛЫЧЕВ (взволнованно)
Что такое с вами случилось, дорогой мой Елисей Иванович?!
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (не глядя на него, продолжая втирать бальзам)
Ничего страшного.
Крупный план: камера задерживается на лице Елисея Ивановича. Ещё секунду назад перед нами был помятый, потрёпанный пьяница — а теперь черты будто стали твёрже, взгляд — холоднее. В нём нет ни растерянности, ни боли — только расчёт.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Рвань собачья — Отрепьев. Собак на меня спустил. Ничего. Придёт время — за всё посчитаюсь.
Он отставляет горшочек, берёт с сундука богатый халат — тяжёлый, с тесьмой, явно не для простого люда. Накидывает на плечи. Ткань ложится по-хозяйски, уверенно.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
А ты куда ходил, Сашка?
КОЛЫЧЕВ
Так в управу меня срочно вызвали, прямо среди ночи. Письмо от хозяина нашего, Бориса Фёдоровича, вам, Елисей Иванович.
Протягивает свиток. Елисей Иванович берёт его, ломает печать, разворачивает. Читает быстро, не шевеля губами. Крупный план: и чем дальше читает, тем темнее становится его лицо.
Дочитав, он опускает письмо. Потом вдруг начинает тихо, горько причитать.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Плохо-то как… плохо-то…
КОЛЫЧЕВ (настороженно)
А что плохо-то?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Да сообщает хозяин наш, что Отрепьев послан Романовыми за Нагими присматривать тайно. И что станет он обязательно меня искать среди всего люда угличского. Ох… опоздало письмо. Нашёл он меня. Теперь точно это ясно.
Пауза. Он сжимает свиток в кулаке.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Коль пришло бы письмо раньше — я бы затаился и близко бы к Отрепьеву не подошёл. А теперь… что делать?
КОЛЫЧЕВ
Может, исчезнуть вам? А потом под новой личиной появиться в Угличе. Вам-то это сделать не сложно будет…
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Место я хорошее себе выбрал. В корчму все, кто приехал в Углич, первым делом приходят. Всех можно под надзором держать. Да и устроился я там хорошо. Жаль такое место теперь бросать.
КОЛЫЧЕВ
Это верно. Жаль такого большого труда — всё это стоило нам…
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Дай подумать…
Средний план: садится за стол. Опирается локтями, сжимает виски пальцами. Сидит неподвижно, только глаза бегают. Тишина. Колычев стоит у двери, молчит, ждёт.
Крупный план: и вдруг лицо Елисея Ивановича просветляется. Он выпрямляется, кладёт ладони на стол — твёрдо, как ставит печать.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Ничего. Пусть знает, что я — человек Годунова. Тут уж ничего не поделаешь.
КОЛЫЧЕВ (неуверенно)
Может… убьём его?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Смысла нет. Пришлют другого — ищи его потом.
Пауза. Он смотрит в стол. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
У него есть люди. Те, кто ему нужен. Братья Фёдор и Влас — его руки в корчме. Кузнец Микифор — его человек. Он его прикрыл. Сказал — кости вправил. А какие там кости? Богдан тот на самом деле цел и невредим оказался. Сидел в засаде. И собак на меня спустил. А кузнец сказал — кости вправил. Будто бы он раненый был. Значит, и он в сговоре. Прикрыл его.
КОЛЫЧЕВ
И что с ними делать?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Убить. Всех. Братьев — и кузнеца с семьёй. А я на следствии сообщу — в виде пьяницы, каким меня все в корчме знают, — что кузнец и Богдан смертельно поругались. И Богдан грозил убить кузнеца и всю его семью. А разбираться с делом приедет из Ярославля наш человек — либо сам воевода, либо его дьяк. Они будут держать следствие в своих руках. И тогда Богдану, чтобы свою шкуру спасти, придётся самому на цепь к нам сесть. И делать всё, что мы ему прикажем.
КОЛЫЧЕВ
А может, семью кузнеца пощадить?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Невозможно. Из-за двух драчунов, которых убили, никто и следствие открывать не станет. А если открыть — всем станет слишком подозрительно. Боярин Фёдор рявкнет — и все мы тут заткнём рты. А вот если в один день ещё и семья целая кузнеца под нож будет пущена, а кузнец в городе известен как ещё и костоправ — тут дело самое что ни на есть полное право открыть будет иметь ярославский воевода. И боярин Фёдор поостережётся рычать.
КОЛЫЧЕВ (кивает. Медленно)
Понял. Что же делать-то будем?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Поезжай срочно в Ярославль. Найди там Степана Ильича. Пусть даст тебе самых отпетых своих головорезов. Привезёшь их сюда — и как вернёшься, сразу же пусть они и братьев, и кузнеца со всей его семьёй жестоко жизни лишат.
КОЛЫЧЕВ
Всё исполню.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Прямо сейчас собирайся в дорогу. Каждая минута дорога.
Средний план: Колычев кивает, резко разворачивается, хватает плащ. Вылетает за дверь. Шаги по лестнице — быстрые, тяжёлые. Хлопает входная дверь внизу.
Средний план: Елисей Иванович остаётся один. Подходит к окну. Смотрит вниз, на двор Нагих. Там суетятся слуги, мальчишки гоняют кур. Всё кажется обычным. Но он знает: игра пошла быстрее.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (тихо, себе под нос, холодно)
Ничего. Посмотрим, кто кого переиграет.
Панорама: камера медленно скользит по комнате, задерживается на письме Бориса Годунова — оно лежит на столе, развёрнутое, с печатью. Потом — на халате, небрежно брошенном на спинку лавки. И наконец — на окне, за которым город живёт своей жизнью, не зная, что над ним уже сгущается буря.
Затемнение.

СЦЕНА 7. УГЛИЧ. ДОМ КУЗНЕЦА. РАННЕЕ УТРО
НАТ. ДОМ КУЗНЕЦА — РАННЕЕ УТРО
Низкое солнце бьёт косыми лучами в узкие окна, ложится золотыми полосами на потемневшие доски пола. В кузнице ещё тихо — угли в горне едва тлеют, будто не хотят просыпаться. Но в доме уже суета: жена кузнеца складывает в холщовый мешок хлеб, вяленое мясо, свёрток с травами.
Средний план: Микифор стоит у порога — плечи напряжены, брови нахмурены. Он явно не ждал гостя так рано.
МИКИФОР
(встревоженно, понизив голос, чтобы не услышала жена)
Что так рано принесло тебя, Богдан? Мы ведь договаривались вечером встретиться…
БОГДАН
(без предисловий, твёрдо)
Дело у меня срочное к тебе.
МИКИФОР
А я ведь успел кое-что про пьяницу узнать. Сказать тебе, где он устроился?
БОГДАН
Погоди, не спеши. Дай я угадаю. В доме, что стоит на пригорке возле двора Нагих.
Крупный план: Микифор замирает. На секунду в его взгляде мелькает досада — будто обидно, что его старания оказались лишними. Потом он кивает, словно смиряясь: раз Богдан и так всё знает, значит, дело и правда не в сплетнях.
МИКИФОР
Зачем поручал узнавать, раз уже знал?
БОГДАН
Всё это теперь не важно. Я вам денег принёс. Прямо сейчас же собирайтесь всей семьёй — и пока солнце ещё достигнет зенита, чтобы вы уже были в Борисоглебске, у брата жены твоей. Иначе вас предадут смерти — всех, ужасной и страшной.
Крупный план: Микифор хмурится, будто хочет огрызнуться, но тут же осекается. Смотрит на Богдана — и вдруг понимает: тот не пугает, не торгуется, не просит. Он приказывает, как человек, который уже всё просчитал и видит то, чего кузнец пока не видит.
МИКИФОР
(зло, но уже без прежней уверенности)
Вот ты и на мою голову вернулся…
Богдан не отвечает на колкость. Просто протягивает ему тяжёлый мешочек. Ткань плотная, но сквозь неё проступают очертания серебряных монет.
Крупный план: Микифор берёт мешочек. Ощущает вес. И лицо его меняется: злость уходит, её сменяет страх — холодный, трезвый, тот, что приходит, когда понимаешь: шутки кончились.
МИКИФОР
Значит, дело настолько серьёзно?
БОГДАН
Очень серьёзно. Встретился я за доской с игроком, который игру не хуже меня понимает.
Пауза. Микифор сжимает мешочек в кулаке. Кивает — коротко, резко.
МИКИФОР
Ладно.
Он поворачивается к жене, уже не шепчет — говорит твёрдо, по-деловому.
МИКИФОР
Быстро собирайтесь. Берём с собой только всё ценное. И предупреди соседку, чтобы коров наших доила. Скажи ей, что к брату поедем в Борисоглебск.
ЖЕНА
(не спрашивает «почему». Не спрашивает «куда». Просто — смотрит на него. Долго. Потом — кивает)
Поняла.
Средний план: она поворачивается. Идёт к детям. Начинает собирать. Быстро. Без суеты. Как будто делала это всю жизнь. Микифор смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — отворачивается.
БОГДАН
(тихо, наклоняясь ближе)
Так все узнают, куда вы уехали.
МИКИФОР
Мы поедем в Рыбинск. Друг там у меня давно просил к себе перебраться — кузня у него, помощник нужен. Езжай спокойно. Следы запутаем — никто нас не найдёт. В обед уже в Рыбинске будем.
БОГДАН
Ну, добро.
Средний план: Богдан кивает, разворачивается, идёт к коню. Уже у седла замирает — будто что-то тянет назад. В голове крутится мысль: ехать ли предупреждать братьев?
Но тут же сам себе отвечает.
БОГДАН
(внутренний монолог)
Нет, не стану я пугать братьев. Мне они нужны пока, а после драки — тогда я и предупрежу. Время у меня есть.
Садится в седло. Конь переступает, чуя нетерпение хозяина. Богдан трогает поводья — и выезжает со двора, не оглядываясь.
Панорама: камера задерживается на доме кузнеца: дверь приоткрыта, из неё торопливо выходит жена с мешком, следом — мальчишка лет десяти, тащит тяжёлый свёрток. Микифор выходит последним, оглядывает двор — будто прощается с местом, где прожил столько лет. Потом решительно захлопывает дверь.
И они идут к калитке — не той, что ведёт на главную улицу, а боковой, в проулок, где редко ходят люди.
Затемнение.
КОНЕЦ СЕРИИ 4.

СЕРИЯ 5: «ТЕНЬ ДРАКОНА»
СЦЕНА 1. ЯРОСЛАВЛЬ. ДОМ СТЕПАНА ИЛЬИЧА. ДЕНЬ
ИНТ. ПОКОИ СТЕПАНА ИЛЬИЧА — ДЕНЬ
Просторные, богато убранные покои. Панорама: на стенах — медвежьи шкуры, резные полки с кубками, в углу — сундук на кованых петлях. За широким дубовым столом — СТЕПАН ИЛЬИЧ: осанистый, с тяжёлым взглядом, в кафтане с серебряной тесьмой.
Средний план: перед ним — КОЛЫЧЕВ. Уставший. Пыльный. Держится прямо, но видно: дорога была долгой. Он подаёт письмо. Степан Ильич берёт его, пробегает глазами по строкам. И — замирает. Читает медленнее. Потом ещё раз. Крупный план: пальцы сжимают край листа. Он поднимает глаза на Колычева. Долго. Молчит. Потом — кивает. Без лишних слов. Но в этом кивке — не готовность. Обречённость.
СТЕПАН ИЛЬИЧ (спокойно, весомо — но голос чуть глуше, чем надо)
Сделаю всё, что просит уважаемый Елисей Иванович.
Он подзывает служку. Коротким движением пальца.
СТЕПАН ИЛЬИЧ
Ступай в сени, скажи, чтобы пятеро, что я велел держать наготове, седлали коней. Пусть будут здесь через десять минут.
Служка кланяется и исчезает за дверью.
Средний план: в этот момент в комнату входят слуги — несут блюда: жареного гуся, пироги, соленья, ставят кувшины с мёдом и брагой. Степан Ильич не спеша разливает по серебряным чаркам. Подливает одну за другой Колычеву — и при этом смотрит пристально, будто пытается сквозь хмель разглядеть правду.
СТЕПАН ИЛЬИЧ
Ну, рассказывай, Александр, что творится в Угличе? Почему Елисею Ивановичу понадобились такие люди — не простые стражники, а именно те, кто дело знает?
КОЛЫЧЕВ (улыбается, будто разговор ему приятен, но глаза — насторожённые)
Да что там Углич… Лучше про другое расскажу. Недавно удалось мне одну молодую вдовушку соблазнить — так ловко, что и муж покойный бы не устыдился. А потом у знакомого попа поросёнка украли — так тот кричал на всю округу, будто самого Христа обокрали…
Степан Ильич слушает. Не перебивает. Но крупный план: в глазах — лёгкое раздражение: байки ему неинтересны. Он снова подливает. Колычев пьёт — уже не так ровно, плечи чуть опустились, язык стал свободнее, но суть не выдаёт.
СТЕПАН ИЛЬИЧ (тихо, будто между делом)
А Елисей Иванович всё такой же? Всё так же… горяч?
КОЛЫЧЕВ (чуть медлит. Смотрит на Степана. Потом — улыбается. Криво)
Елисей Иванович — человек дела. Что ему скажут — то он и сделает. А что он сам задумал — того даже я не знаю. Я — исполнитель. Мне сказали — я делаю.
Степан Ильич молчит. Смотрит в чарку. Долго. Потом — поднимает глаза. Смотрит на Колычева. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо.
СТЕПАН ИЛЬИЧ
А ты не боишься? С ним работать?
Крупный план: Колычев замирает. Чарка в руке. Смотрит на Степана. Долго. Потом — ставит чарку. Ровно. И — говорит. Тихо. Медленно.
КОЛЫЧЕВ
Боюсь. Но не его. А того, что будет, если я откажусь.
Пауза. Долгая. Степан Ильич смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно. И — подливает ему ещё.
Проходит ещё немного времени. Колычев уже заметно пьян: движения стали размашистее, речь — чуть тягучей. Но хитрость в нём ещё держится. Он продолжает сыпать историями — про ярмарку, про драку в корчме, про то, как один купец пытался продать дохлую лошадь как молодую кобылицу.
И вот, когда терпение Степана Ильича, кажется, вот-вот лопнет, Колычев вдруг резко ставит чарку на стол. Она звенит о дерево. Он чуть покачивается, но смотрит прямо.
КОЛЫЧЕВ (уже не шутливо, а твёрдо, хоть и с хрипотцой)
Спасибо за угощение, Степан Ильич, да только ждать мне нельзя. Начальник мой в Угличе ждёт — и дело неотложное. Если опоздаю — спрос будет большой.
Степан Ильич замирает. Потом медленно кивает — не от доброты, а потому что понял: тут не до расспросов.
СТЕПАН ИЛЬИЧ (резко, но без злости)
Люди давно ждут тебя в сенях. Хоть сейчас готовы в путь.
КОЛЫЧЕВ (кивает, старается держаться ровно)
Тогда спасибо за гостеприимство.
Он встаёт — не твёрдо, но уверенно. Делает шаг к двери, потом ещё один.
ИНТ. СЕНИ — ДЕНЬ
Средний план: в сенях его уже ждут пятеро всадников: суровые, молчаливые, в простых кафтанах, но с мечами у пояса — видно, что не для парада.
СТЕПАН ИЛЬИЧ (громко, вслед, чтобы слышали все)
Самых лучших даю! Скажи Елисею Ивановичу — Степан Ильич лучших не жалеет!
Колычев кивает. Выходит. Дверь закрывается.
ИНТ. ПОКОИ СТЕПАНА ИЛЬИЧА — ДЕНЬ
Средний план: Степан Ильич остаётся один. Смотрит на дверь. Долго. Молчит. Потом — подходит к окну. Смотрит вслед. Долго. Молчит. Потом — поворачивается. Подходит к образам. Крестится. Медленно. Истово. И шепчет. Тихо. Почти беззвучно.
СТЕПАН ИЛЬИЧ
Господи, прости мой грех. На злое дело я людей отправил. Но…
Он замолкает. Стоит. Долго. Молчит. Свеча горит. Тени пляшут по стенам. За окном — Ярославль. День. Тихий. Но в этой тишине — напряжение. Как перед грозой.
Затемнение.
________________________________________

СЦЕНА 2. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ДЕНЬ
ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
В горнице полутемно: косые столбы света падают сквозь узкие окна, в них кружатся пылинки, будто застывшие в воздухе. Пахнет воском, старым деревом и дымом — тишина здесь какая-то напряжённая, будто дом сам прислушивается к каждому слову.
Средний план: у стола стоит Богдан — прямой, собранный, взгляд цепкий, не отпускает Григория ни на секунду. Тот стоит напротив, плечи чуть приподняты, но глаза твёрдые: он не просто отвечает — он держит роль до конца, даже если внутри всё дрожит.
БОГДАН
Как зовут твоего крёстного отца?
ГРИГОРИЙ
(не моргнув)
Князь Мстиславский.
БОГДАН
Где ты родился?
ГРИГОРИЙ
В Москве. В Кремле.
БОГДАН
Когда?
ГРИГОРИЙ
Девятого октября. 1582 года.
БОГДАН
Кто был на крестинах?
ГРИГОРИЙ
(думает секунду — ровно столько, чтобы это было похоже на воспоминание, а не на заученный ответ)
Бояре. Дьяки. Родня. Мать. Крёстный. Много людей.
БОГДАН
Что ты носишь на груди?
ГРИГОРИЙ
(не колеблясь)
Наперсный драгоценный крест. Тонкой работы.
БОГДАН
Кто тебе этот крест подарил?
ГРИГОРИЙ
Мне при крещении крест этот подарен крёстным отцом. Князем Мстиславским.
Пауза. Богдан смотрит на сына. Долго. Не торопится. В этом молчании — не проверка, а признание: он видит, что Григорий не просто повторяет слова, он верит в эту роль. Потом Богдан кивает — медленно, весомо. И впервые за весь допрос улыбается. Не широко, не радостно — так, как улыбаются, когда видят, что ученик наконец дотянулся до нужной планки.
БОГДАН
Молодец, сынок.
Он встаёт, отходит к окну. За стеклом — двор, пыльная дорога, мальчишка гонит гусей. Обычная жизнь, будто ничего не грозит. Но Богдан не смотрит на эту обыденность — он будто сверяет её с тем, что сейчас прозвучало в комнате.
Григорий стоит, не шевелясь. Он ждёт ещё вопросов, ещё уточнений — будто боится, что, если остановится, маска сползёт. Но Богдан больше не спрашивает.
БОГДАН
(уже обычным голосом, без напряжения)
Иди. Продолжай свою тайную службу.
Средний план: Григорий замирает на долю секунды — и тут же кивает. Разворачивается и выбегает за дверь, чуть не сбив плечом косяк. Хлопает дверь, и эхо пробегает по комнатам.
ИНТ. КОРИДОР — ДЕНЬ
Григорий не бежит дальше. Он останавливается. Прислоняется к стене. Закрывает глаза. Дышит. Глубоко. Медленно. Потом — вытирает лоб. Крупный план: ладонь дрожит. Он смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — сжимает в кулак. И идёт дальше. Молча.

ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
Средний план: Богдан остаётся один. Улыбка сходит с лица, будто её и не было. Он подходит к сундуку. Откидывает крышку. Внутри — одежда. Простая. Дорожная. Он достаёт старый кафтан, потёртый, с чужого плеча. Надевает поверх рубахи. Смотрит на себя в тусклое зеркало. Долго. Молчит. Потом — снимает. Кладёт обратно. Берёт другой — тёмный, с широким поясом. Надевает. Снова смотрит. Кивает. Себе.
Крупный план: его лицо. Спокойное. Собранное.
Он выходит из дома. На улице — солнце. Он идёт в сторону корчмы. Шаг уверенный. Не быстрый. Так ходят люди, у которых есть дело. Но не спешат.
Затемнение.

СЦЕНА 3. УГЛИЧ. КОРЧМА. ДЕНЬ
ИНТ. КОРЧМА — ДЕНЬ
В корчме шумно, душно, тесно. Запах горячего хлеба и кислой капусты висит в воздухе, как туман. По углам шепчутся, за столами хохочут, кто-то бьёт кружкой по столу — будто сам воздух здесь наэлектризован, ждёт повода сорваться.
Средний план: у дальнего стола сидят ФЁДОР и ВЛАС — братья. С юности вместе дрались, вместе прятались от стражи, вместе делили последний кусок. Фёдор — плечистый, с лицом, будто вырубленным из камня. Влас — юркий, быстрый, с вечной усмешкой, которая появляется раньше, чем он успевает подумать. Они нарочно ведут себя шумно: хохочут, нарочно толкают соседей, будто хотят, чтобы на них обратили внимание. Но глаза у обоих — насторожённые. Они ждут знака.
Средний план: у стойки, в полутени, стоит Богдан. Он не садится, не пьёт — только смотрит. Его взгляд скользит по залу, цепляется за каждого: за троих молодых парней в добротных кафтанах — это братья Нагих, родня Марии Фёдоровны, из двора Михаила Фёдоровича Нагого. Старший — Пётр Михайлович Нагой: плечи широкие, взгляд тяжёлый, будто он уже сейчас решает, кого сегодня поставить на место. Рядом — двое младших: один всё время щурится, высматривая повод для драки, второй держится чуть позади, но пальцы у него всё время сжимаются и разжимаются — как у того, кто привык первым бросаться в бой. В углу, за отдельным столом, сидит дьяк — будто бы считает ложки, а на самом деле всё видит.
Богдан делает шаг к стойке. Корчмарь кивает, наливает чарку. Богдан берёт её, подносит к губам, делает один короткий глоток — ровно столько, чтобы никто не подумал, что он пьян. Потом ставит чарку на стойку — донышком вверх. Точно так, как показывал.
Крупный план: Фёдор видит знак. Кивает Власу — коротко, едва заметно.
ФЁДОР
(громко, нарочно задевая плечом Петра Михайловича)
Эй, подвинься, что ли! Места мало, что ли?
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(вскидывается мгновенно — будто только этого и ждал)
А ты не толкайся! Тут не твой двор!
ВЛАС
(усмехается, будто ему весело)
Да ладно, чего ты… Просто сесть негде.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
Ты мне тут не усмехайся! Мы — из двора Михаила Фёдоровича Нагого! Нам тут никто не указ!
И тут начинается.
Средний план: первый удар летит в лицо Власу. Влас уходит в сторону, как змея, и тут же бьёт снизу — в живот. Пётр сгибается, хрипит. Второй брат бросается на Фёдора — тот встречает его тяжёлым ударом кулака. Стол трясётся, кружки падают, кто-то кричит, кто-то хохочет — для толпы это просто очередная драка, развлечение на полдня.
Драка идёт ровно так, как задумано: Фёдор и Влас не убивают, не калечат — держат оборону, дают понять, что с ними шутки плохи, но не переходят черту. Это не бой насмерть — это спектакль.
А Богдан уже в движении. Он выходит из полутени — не спеша, но твёрдо. Подходит к дерущимся, хватает Фёдора за плечо, дёргает назад.
БОГДАН
(резко, громко, перекрывая шум)
Хватит! Вы что творите?!
Он не тянет Фёдора к выходу — он отталкивает его, будто в гневе. И тут же поворачивается к братьям Нагих.
БОГДАН
Вы что, не видите — эти двое уже не стоят на ногах! Оставьте!
Средний план: братья Нагих замирают — не от страха, а от неожиданности. Никто не ожидал, что местный парень встанет на их сторону. Что он не просто разнимает драку, а защищает их честь.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(хрипло, всё ещё злой, но уже слушает)
Да они первые полезли!
БОГДАН
(кивает, будто соглашается, но голос твёрдый)
Пусть так. Но сейчас хватит. Не позорьте двор Михаила Фёдоровича дракой в корчме.
Пауза. Пётр Михайлович смотрит на Богдана. В его взгляде — уважение. Не к Фёдору и Власу, а к Богдану: он не побоялся встать между ними. Он показал, что для него Нагие — не просто шумные парни, а люди, за которых стоит заступиться.
Крупный план: Богдан резко кивает Фёдору и Власу — так, чтобы видели только они.
БОГДАН
(тихо, сквозь зубы)
Уходите. Сейчас. Через чёрный ход. И не оглядываться.
ФЁДОР
(шёпотом, сквозь зубы)
А ты?
БОГДАН
Я их задержу. У вас пять минут. Потом — бегите из Углича. До Ярославля. Дальше — разберёмся.
Средний план: Влас хочет что-то сказать, но Фёдор хватает его за плечо. Кивает — мол, понял. Они делают шаг назад, ещё один — и, пользуясь тем, что толпа всё ещё шумит, скользят к двери в подсобку. Дверь хлопает. Их нет.
Теперь Богдан остаётся один на один с братьями Нагих и с теми, кто наблюдал. Крупный план: дьяк в углу чуть наклоняет голову — будто запоминает. Пётр Михайлович смотрит на Богдана уже не как на случайного заступника, а как на человека, который сделал выбор.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(медленно, уже без крика)
Спасибо, что не дал им нас унизить.
БОГДАН
(спокойно, будто это самое обычное дело)
Не за что. Вы — люди Михаила Фёдоровича. Тут таких не бьют без причины.
Крупный план: Пётр Михайлович кивает. В этом кивке — приглашение. Не словами, а взглядом: «Ты теперь свой».
Пётр Михайлович медленно кивает в сторону лавки напротив себя.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
Садись. Раз уж ты за нас вступился, посиди с нами.
Богдан чуть медлит — ровно настолько, чтобы не выглядеть жадным до милости. Потом садится — не вплотную, не на край, а посередине: не проситель, но и не хозяин.
Корчмарь приносит миску жаркого, краюху хлеба, кружку кваса. Видно, что Пётр распорядился.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
Ешь. После драки живот сам просит.
Богдан кивает, берёт хлеб. Делает первый укус спокойно, без суеты.
Средний план: Богдан сидит. Ест. Улыбается. Слушает. Но глаза — холодные. Он считает. Он думает. О том, что будет. О том, что уже началось. Он смотрит на братьев Нагих. На дверь. На дьяка в углу. Он запоминает. Всё. Каждую мелочь.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(чуть наклоняет голову)
Откуда ты знаешь, как вести себя в таких делах? Не каждый рискнёт встать между нами и теми парнями. Да ещё и так — будто знал, когда и как сказать.
Пауза. Богдан поднимает глаза. Не оправдывается, не отводит взгляд.
БОГДАН
Это не про науку. Это про характер.
МЛАДШИЙ БРАТ НАГИХ
(недоверчиво)
Характер? Это как?
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(коротко бросает на младшего брата взгляд — мол, помолчи)
Он знает, что говорит. Продолжай.
БОГДАН
Меня не учили «гасить драки». Меня учили держать поле. Когда входишь в комнату — видеть, кто готов ударить. Кто сжимает кулак, кто отводит глаза, кто уже решил, что будет драться, и просто ищет повод. И понимать: если ты сейчас не скажешь ровно то слово, которое удержит, — будет кровь. А если скажешь вовремя, спокойно, твёрдо — поле меняется. Те, кто хотел драться, вдруг понимают: перед ними не тот, кто кричит, а тот, кто сделает, если придётся.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(задумчиво, будто примеряет это к тому, что видел)
То есть ты не просто заступился. Ты знал, что можешь удержать.
БОГДАН
Знал. Потому что я — характерник.
Крупный план: слово повисает в воздухе. Пётр Михайлович чуть прищуривается — не с недоверием, а с уважением. Для него это не пустое хвастовство: «характерник» — значит, умеет держать вес, умеет быть тем, на кого смотрят и затихают.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
И что, это правда? Не байка?
БОГДАН
(ровно, без пафоса)
Правда. Не колдун, не знахарь. Просто умею видеть и держать. Если рядом назревает беда — я её чувствую раньше, чем она ударит.
Пауза. В ней уже нет недоверия. Пётр Михайлович смотрит на Богдана иначе — как на человека, у которого не просто смелость, а сила особого рода: та, что не кричит, а держит.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
Ты дворянин?
БОГДАН
Да. Из мелкого рода, но дворянского. А характер — не по роду даётся. Его держат.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
(медленно кивает)
Хорошо. Пусть будет так.
Он делает глоток кваса, потом снова смотрит на Богдана.
ПЁТР МИХАЙЛОВИЧ
Если вдруг увидишь, что где-то снова назревает — скажи. Не обязательно лезть самому. Просто скажи. У нас во дворе Михаила Фёдоровича ценят тех, кто умеет видеть, где беда начинается.
БОГДАН
Скажу. Если увижу.
Средний план: камера задерживается на их взглядах: Пётр Михайлович ещё проверяет, ещё не до конца верит, но уже допускает, что перед ним может быть полезный человек. А Богдан спокоен — он не выдал лишнего, но дал ровно столько, чтобы звучать как свой.
По залу скользит тень дьяка: он встаёт из угла, поправляет кафтан, будто собирается уйти — но перед этим ещё раз смотрит на стол, где сидят братья Нагих и Богдан. Запоминает.
Затемнение.
________________________________________
СЦЕНА 4. УГЛИЧ. ДОМ КОЛЫЧЕВА. ДЕНЬ
ИНТ. ДОМ КОЛЫЧЕВА — ДЕНЬ
Небольшой, но крепкий дом на тихой улице: ставни закрыты, во дворе — ни души, только сторожевой пёс спит под лавкой. Внутри — просто и строго: чистый стол, скамья, в углу — образ с тусклой лампадкой.
Средний план: ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ сидит у стола, привалившись к стене. Вид у него неважный: лицо серое, под глазами — тёмные круги, левая рука перевязана, повязка на груди проступает пятнами — раны ещё не затянулись. Но глаза живые, жёсткие — будто боль живёт в теле, а голова работает отдельно, холодно и точно.
Напротив него — ФРОЛ. Невысокий, сухой, с узким лицом и быстрыми глазами. Одет просто, неприметно. Держится ровно, без суеты.
ФРОЛ
Драка в корчме была. Притворная. Разыграна чисто.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (хмурится — не от боли, от нетерпения)
Кто?
ФРОЛ
Двое — Фёдор и Влас. Друзья Отрепьева, ещё по юности. Сидели за столом, ждали знака. Отрепьев стоял у стойки, выпил чарку, поставил донышком вверх — и они начали. Задели братьев Нагих, те полезли. Отрепьев тут же встрял — разнимает, кричит, на сторону Нагих встал. Те и рады: местный парень за них заступился. Позвали к столу, усадили, угостили.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (прищуривается)
И что, прям так — усадили?
ФРОЛ
Прям так. Старший у них — Пётр Михайлович Нагой. Горячий, но не дурак. Разглядел Отрепьева, спросил, кто таков. Тот ответил — дворянин, мелкий род, местный. А потом сказал такое слово…
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Какое?
ФРОЛ
Характерник.
Крупный план: ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ вздрагивает.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Что?
ФРОЛ
Характерник. Сказал так, будто это не хвастовство, а факт. Что умеет видеть, где беда начинается, и держать поле. Пётр Михайлович аж притих. Тут это слово знают. И уважают.
Елисей Иванович молчит. Долго. Пальцы здоровой руки медленно барабанят по столу. Потом:
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Значит, он уже у Нагих.
ФРОЛ
Уже. Пётр Михайлович сказал: «Если увидишь, что назревает — скажи». Это прямое приглашение. Он теперь для них — свой.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (тихо, почти себе)
Быстро работает, собака.
ФРОЛ
Быстро. План у него был готов заранее. Эти двое — Фёдор и Влас — не просто так в корчме оказались. Он их поставил, как фигуры на доске. Разыграли драку — и вышли. Я видел, как они ушли через чёрный ход. После того, как Отрепьев им шепнул что-то.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Шепнул?
ФРОЛ
Не расслышал. Но они после этого сразу ушли. Быстро. Без оглядки.
Елисей Иванович снова молчит. Барабанят пальцы. Потом — резко останавливается.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
А кузнец?
ФРОЛ
Кузнеца нет. Дом пустой. Уехал ещё вчера — к родне, погостить. Жена с детьми уехала с ним. Горн остыл, инструмент брошен. Уехали торопливо, но не паникой — собрались спокойно, будто и правда в гости.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (машет рукой)
Чёрт с ними, пока. Не до кузнеца. Кузнец — это завтра. Сегодня — другое.
Крупный план: он наклоняется вперёд, и на лице его проступает та самая жёсткость.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Фёдор и Влас. Где они?
ФРОЛ
Ушли из корчмы. Куда — не знаю. Но в Угличе они ещё. Не успели уехать.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Люди твои где?
ФРОЛ
Во дворе. Ждут.
Средний план: Елисей Иванович чуть прикрывает глаза, будто собирается с силами, потом резко кивает.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Бери их. Идите за Фёдором и Власом. Тихо. Незаметно. Смотрите, куда пойдут. С кем встретятся. Где остановятся. Но если вдруг попытаются покинуть Углич — сразу ко мне. Понял?
ФРОЛ
Понял.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Иди.
Средний план: Фрол кивает — коротко, по-военному. Поворачивается к двери. Выходит. Дверь закрывается.
Елисей Иванович остаётся один. Закрывает глаза. Лицо морщится — боль проступает. Но он тут же выпрямляется, хватает край стола — и держится.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (тихо, себе под нос, холодно)
Характерник… Посмотрим, как ты запоёшь, когда я тебе крылья подрежу.
Он смотрит на свечу. Долго. Молчит. Потом — гасит её. Темнота. Тишина. Только дыхание — тяжёлое, собранное, как перед боем.
Затемнение.

СЦЕНА 5. УГЛИЧ. УЛИЦА. ВЕЧЕР
НАТ. УЛИЦА — ВЕЧЕР
Узкая улица за торговой площадью: тут пахнет дымом, конским потом и кислым хлебом. По бокам — низкие избы, над воротами скрипят потемневшие от дождей вывески. Солнце уже садится, тени вытягиваются, и в этих тенях мелькают быстрые фигуры — не просто прохожие, а те, кто знает, куда идти и зачем.
Средний план: Фёдор и Влас идут не спеша, будто им некуда торопиться, но шаги у них быстрые, почти вприпрыжку — это не шаг людей, которые бегут, это шаг людей, которые только что поняли, что выиграли.
ФЁДОР
(тихо, чтобы слышал только Влас, но голос звенит от азарта)
Дешево он нас использовал. Дешево.
ВЛАС
А мы и не спорили. Мы и рады были.
ФЁДОР
Рады… А теперь погляди: он уже у Нагих. Уже свой. А скоро, шепчут, Дмитрий может и на трон сесть. И тогда все его люди — на самое небо.
ВЛАС
(ухмыляется, потирает подбородок)
А мы тут в стороне стоим. «Скройся, говорит, чтоб глаза не мозолили». Боится, что мы сами к Нагим подойдём, всё поймём да и без него устроимся.
ФЁДОР
Хитёр. Но и мы не лаптем щи хлебаем.
ВЛАС
Вот именно. Зачем нам бежать из города, как он велел? Зачем прятаться? У нас теперь карта счастливая выпала.
ФЁДОР
Да. Мы за горло его держим.
Средний план: они останавливаются у угла, смотрят друг на друга — и в этом взгляде нет обиды, есть расчёт и весёлое злорадство.
ФЁДОР
Скажем ему: «Богдан, ты нас дёшево использовал. Теперь плати больше. Или мы перед братьями Нагими тебя на чистую воду выведем».
ВЛАС
Или ещё лучше — сами к Нагим придём. Скажем: «Вот он, ваш Дмитрий. Вот как он людей крутит». И денег с них возьмём.
ФЁДОР
(кивает, довольный)
Точно. Не побежим. Останемся. Сначала — повеселимся.
Пауза. Фёдор останавливается. Смотрит на Власа. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Уже без азарта.
ФЁДОР
Влас. А если он нас убьёт?
ВЛАС
(смотрит на него. Долго. Потом — ровно)
Кто? Богдан?
ФЁДОР
Да.
ВЛАС
Не убьёт. Мы — нужны ему.
ФЁДОР
Пока нужны. А потом?
Крупный план: Влас молчит. Смотрит на него. Долго. Потом — говорит. Тихо. Медленно.
ВЛАС
Тогда — убьёт. Но не сейчас. Сейчас — мы живые. И у нас — карта. И деньги. И девки. Пойдём.
Фёдор смотрит на него ещё мгновение. Потом — кивает. И они идут дальше.
ВЛАС
Куда пойдём?
ФЁДОР
В дом свиданий. Там девки весёлые, вино сладкое. Посидим, попируем, а потом — к делу.
Они смеются — громко, чуть вызывающе, будто бросают городу вызов: «Мы тут. Мы не прячемся». И поворачивают к низкому, приземистому дому с резными наличниками, из-под которых льётся тёплый свет и доносится смех.

СЦЕНА 6. УГЛИЧ. ДОМ КОЛЫЧЕВА. ВЕЧЕР
ИНТ. ДОМ КОЛЫЧЕВА — ВЕЧЕР
Небольшая горница. Свеча на столе. Елисей Иванович сидит в кресле у окна. Лицо бледное, рука на перевязи. Глаза — тяжёлые, усталые, но цепкие. Он смотрит на дверь. Ждёт.
Дверь открывается. Входит ХОЗЯЙКА дома свиданий — женщина лет сорока, дородная, в тёмном платье, с хитрыми глазами. Кланяется низко. Но без подобострастия. Она знает себе цену.
ХОЗЯЙКА
Батюшка, Елисей Иванович. Прости, что беспокою. Да ты сам велел — обо всём подозрительном сразу докладывать.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (ровно)
Говори.
ХОЗЯЙКА
Пришли ко мне двое. Братья. Фёдор и Влас. Знаешь таких?
Крупный план: Елисей чуть прищуривается. Но не подаёт виду.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Знаю. И что?
ХОЗЯЙКА
А то, батюшка, что серебро у них. Много. Целый кошель. Я видела. Они платили. Щедро платили. А сами — рвань. Рубахи грязные. Сапоги стоптанные. Где ж им серебро взять? Как не украсть? Или ограбить кого?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (тихо)
И что ты хочешь?
ХОЗЯЙКА
Дык, батюшка. Ты ж велел — обо всех подозрительных людях тебе тотчас докладывать. Вот я и докладываю.
Крупный план: Елисей смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — медленно — кивает.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Правильно, что пришла. Теперь слушай меня. Прикажи девкам своим — пусть не выпускают братьев этих. Поят их. Забавляют. Делают так, чтобы им весело было. Чтобы они и думать забыли, что можно уйти. До тех пор, пока я не скажу, что дальше делать. Поняла?
ХОЗЯЙКА (кивает. Быстро)
Поняла, батюшка. Всё сделаю, как велишь. Никуда эти жирные перепела из ловушки твоей не выперхнут.
Крупный план: Елисей чуть наклоняется вперёд. Голос — тихий. Но в нём — сталь.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Иди. И смотри у меня. Не исполнишь того, что я велел, — лично с тебя шкуру спущу. Поняла?
ХОЗЯЙКА (кланяется. Быстро)
Поняла, батюшка. Всё сделаю. Не сомневайся.
Она пятится к двери. Выходит. Дверь закрывается.
Елисей остаётся один. Смотрит на свечу. Долго. Молчит. Потом — тихо. Себе.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Ну что ж. Пусть попьют. Пусть повеселятся. Пока.
Он гасит свечу. Темнота.
Затемнение.

СЦЕНА 7. УГЛИЧ. У КУЗНЕЦА, У ДОМА ФЁДОРА И ВЛАСА. ВЕЧЕР
НАТ. У КУЗНИЦЫ — ВЕЧЕР
Солнце клонится к закату, тени ложатся поперёк улиц, воздух густеет — будто город ждёт чего-то тяжёлого. Средний план: Богдан едет спокойно, но взгляд цепкий: считывает каждый угол. Сначала — к кузнецу: тот должен был осмотреть его после вчерашнего лечения.
У кузницы тихо. Дверь приоткрыта, внутри — ни звона, ни запаха раскалённого железа, только пыль кружится в косых лучах. Богдан спешивается, заглядывает — пусто. Выходит, оглядывается. Из соседнего дома выглядывает СОСЕДКА — старая, в тёмном платке.
БОГДАН (спокойно, но с нажимом)
Кузнеца не видала?
СОСЕДКА
Уехал он. К брату жены. Ещё вчера собрались да и уехали. Тихо так, без крика.
БОГДАН
Много ли народу кузнеца искали?
СОСЕДКА
Да приходили. Трое или четверо. Всё выспрашивали, куда да когда.
Средний план: Богдан чуть хмурится. Трое-четверо — это уже не случайность. Он смотрит на пустую кузницу. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно. Он сделал дело. Кузнец — спасён. Теперь — другие.
Он садится на коня, трогает поводья. Дальше — к дому Фёдора и Власа.
НАТ. У ДОМА ФЁДОРА И ВЛАСА — ВЕЧЕР
Дом стоит тихий, будто вымерший. Средний план: Богдан стучит — сначала спокойно, потом сильнее. Никто не открывает. Он замирает, прислушивается — внутри ни шороха.
Крупный план: Богдан отходит на шаг. Смотрит на окна. Тёмные. На дверь. Заперта. Он хмурится. Долго. Молчит. Потом — тихо. Себе.
БОГДАН
Уехали. Не стали ждать. Ну и ладно. Теперь можно и домой.
Он поворачивается. Идёт к коню. Садится. Трогает поводья. Едет прочь — не оглядываясь.
Затемнение.
СЦЕНА 8. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ВЕЧЕР
ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
В горнице тепло. Пахнет хлебом и травами. Варвара у печи. Что-то делает. Быстро. Но не суетливо. Богдан входит. Устало. Садится на лавку. Снимает сапоги.
ВАРВАРА (не оборачиваясь)
Знаю. Мне уже сказали.
БОГДАН (ровно)
Что сказали?
ВАРВАРА
Что в корчме драка была. И что ты за Нагих вступился. Против своих же.
Пауза. Богдан молчит. Смотрит на её спину. Долго.
БОГДАН
Не против своих. Против дураков. А дураки — они везде. И у своих, и у чужих.
ВАРВАРА (оборачивается. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо)
Богдан. Дружба с Нагими до добра не доведёт. Они — опальные. За ними — Годунов смотрит. А ты — к ним. Что будет, если Годунов узнает?
БОГДАН (усмехается. Мягко. Без злости)
А что он узнает? Что я в корчме подрался? Так об этом весь Углич уже знает. И ничего. Живём.
ВАРВАРА
Не шути. Я не про драку. Я про то, что ты к ним в круг вошёл. Тебя уже с ними видели. И не раз.
БОГДАН (встаёт. Подходит к ней. Кладёт руку на плечо)
Варвара. Я знаю, что делаю. И знаю, чем это может кончиться. Но если я буду прятаться от всех — ничего не изменится. Ни для нас. Ни для сына. Ни для всех.
ВАРВАРА (тихо. С тревогой)
А если что-то случится?
БОГДАН (смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — тихо. Мягко)
Тогда я буду рядом. Что бы ни случилось. Обещаю.
Пауза. Варвара смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — отворачивается. Идёт к печи. Берёт горшок. Ставит на стол.
ВАРВАРА
Есть будешь?
БОГДАН (садится)
Буду.
Она ставит перед ним миску. Хлеб. Ложку. Садится напротив. Смотрит, как он ест. Долго. Молчит.
ВАРВАРА (тихо. Почти себе)
Ох, Богдан. Не сносить тебе головы.
БОГДАН (не поднимая глаз. С усмешкой)
Может, и не сносить. Но пока — она на месте. И это — уже хорошо.
Затемнение.

СЦЕНА 9. УГЛИЧ. ДОМ КОЛЫЧЕВА. ДЕНЬ
ИНТ. ДОМ КОЛЫЧЕВА — ДЕНЬ
Небольшая горница. Стол. Свеча. Елисей Иванович сидит в кресле. Лицо бледное, рука на перевязи. Глаза — цепкие. Он смотрит на дверь. Ждёт.
Дверь открывается. Входит КОЛЫЧЕВ. Уставший. Пыльный. За ним — пятеро: суровые, молчаливые, в простых кафтанах, с мечами. Останавливаются у стены.
КОЛЫЧЕВ (кланяется. Коротко)
Елисей Иванович. Привёл. Пятеро. Лучших. Степан Ильич не поскупился.
Крупный план: Елисей смотрит на пятерых. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Хорошо. Садись, Александр. Рассказывай. Как встретил тебя ярославский воевода?
Колычев садится. Вытирает лоб. Говорит. Ровно. По делу.
КОЛЫЧЕВ
Встретил — как и ожидал. С честью. Но и с опаской. Письмо прочитал. Долго молчал. Потом сказал: «Передай Елисею Ивановичу — сделаю всё, что в моих силах. Но и вы там — не подведите». И дал пятерых. Тех, кого я просил.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (прищуривается)
Тех, кого просил? Или тех, кого он хотел сплавить?
КОЛЫЧЕВ (чуть медлит)
Тех, кого хотел сплавить. Но они — не мальчики. Дело знают. В драке — первые. В тихом деле — тоже. Не подведут.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Хорошо. Пусть пока побудут здесь. Во дворе. Скоро понадобятся.
Колычев кивает. Встаёт. Выходит. Пятеро — за ним.
Елисей остаётся один. Смотрит на свечу. Долго. Молчит. Потом — зовёт.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (громко)
Фрол!
Входит ФРОЛ. Кланяется. Коротко.
ФРОЛ
Звал, Елисей Иванович?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Пошли кого-нибудь за хозяйкой дома свиданий. Пусть придёт. Сейчас же.
ФРОЛ
Она только что пришла сама, Елисей Иванович. Ждёт во дворе.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Тогда зови её сюда.
Фрол кивает. Выходит. Дверь закрывается. И тут же — открывается снова. Входит ХОЗЯЙКА. Кланяется. Низко. Но без страха. Она знает себе цену.
ХОЗЯЙКА
Батюшка, Елисей Иванович. Я хотела узнать — не будут ли новые указания? Что мне с братьями делать? Они у нас вторые сутки отдыхают.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Хорошо, что пришла. Теперь слушай. Вот. Возьми.
Он протягивает ей маленький горшочек. Тёмный. Запечатанный воском.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Это — сонное зелье. Как станет темнеть — подлей им. В вино. Или в брагу. Чтобы уснули. Крепко.
Крупный план: Хозяйка берёт горшочек. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — поднимает глаза на Елисея.
ХОЗЯЙКА
Поняла, батюшка.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Как уснут — выйди во двор. И дай знак. Чтобы мои люди знали, что всё готово. Поняла?
ХОЗЯЙКА
Поняла. Всё сделаю.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Иди. И помни: если что-то пойдёт не так — ты знаешь, что будет.
ХОЗЯЙКА (кланяется. Быстро)
Знаю, батюшка. Не сомневайся.
Она пятится к двери. Выходит. Дверь закрывается.
Елисей остаётся один. Смотрит на свечу. Долго. Молчит. Потом — гасит её. Темнота.
Затемнение.

СЦЕНА 10. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ГОРНИЦА. ВЕЧЕР
ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР
В горнице тихо. Потрескивают угольки в печи. Свет лучины ложится неровными пятнами на брёвна. На столе — остывшая миска с кашей. Ложка положена боком.
НАТ. ДВОР ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР (короткая перебивка)
Сумерки. Богдан входит во двор. Медленно. Устало. Он снова был в городе весь день. Обошёл пристань. Рынок. Задворки. Церковь. Смотрел. Слушал. Запоминал. Снимает шапку. Вытирает лоб. Смотрит на дом. Долго. Молчит. Потом — идёт к двери.
ИНТ. ГОРНИЦА ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ВЕЧЕР (продолжение)
Богдан входит. Устало. Садится на лавку. Снимает сапоги. Молчит.
Варвара выходит из-за печи. Смотрит на него. Долго. Потом — тихо. С тревогой.
ВАРВАРА
Ты опять весь день где пропадал? Я ждала. Место себе не находила.
БОГДАН
Я был занят важным делом. Смотрел. Слушал. Спрашивал.
ВАРВАРА
И что?
БОГДАН
Ничего. Всё тихо.
Пауза. Варвара смотрит на него. Потом — тихо.
ВАРВАРА
Есть будешь?
БОГДАН (кивает)
Буду.
Варвара идёт к печи. Достаёт горшок. Ставит перед ним. Хлеб. Ложку. Он ест. Молча. Варвара садится напротив. Смотрит. Долго. Потом — тихо. С тревогой.
ВАРВАРА
Что-то на душе у меня неспокойно.
Крупный план: Богдан перестаёт есть. Ложка замирает на полпути ко рту. Он поднимает глаза. Смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
БОГДАН
Так значит, и у тебя тоже?
ВАРВАРА (не понимает)
Что — тоже?
БОГДАН
Целый день на душе неспокойно у меня. Будто что-то не так. Будто беда где-то. Рядом. Я ходил. Смотрел. Слушал. Но ничего не нашёл. А теперь ты говоришь — и у тебя то же. Значит, не показалось.
Он резко встаёт. Ложка падает на стол. Стул отъезжает. Грохочет.
ВАРВАРА (пугается)
Ты куда?!
БОГДАН (уже у двери. Голос твёрдый. Но не злой — просто дело)
Поеду я ещё раз по городу. Может, что и упустил. Пока не стемнело.
ВАРВАРА
Богдан…
БОГДАН (оборачивается. Смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — тише. Мягче)
Не жди. Ложись. Я вернусь.
Он выходит. Дверь закрывается.
Варвара остаётся одна. Смотрит на дверь. Долго. Молчит. Потом — тихо. Себе.
ВАРВАРА
Ох, Богдан. Не сносить тебе головы.
Она медленно садится на лавку. Берёт ложку. Кладёт на стол. Ровно. Смотрит на неё. Долго. Молчит.
Затемнение.

СЦЕНА 11. УГЛИЧ. ДОМ СВИДАНИЙ. ВЕЧЕР
ИНТ. ДОМ СВИДАНИЙ — ВЕЧЕР
Внутри — тесно, жарко, пахнет духами, мёдом и дымом. В общем зале — шум, песни, звон чаш. В дальних углах, за плотными занавесками, скрыты небольшие закутки — там Фёдор и Влас уединились с девками, смеются, шепчутся, чувствуют себя хозяевами положения. Шум общего зала надёжно глушит любые лишние звуки.
Хозяйка подзывает девок. Говорит тихо. Чтобы не слышали лишние.
ХОЗЯЙКА
Возьмите этот горшочек. В нём сонное зелье. Подольёте его братьям в вино. Как уснут — сразу мне скажите. Поняли?
Девки кивают. Берут горшочек. Уходят.
ИНТ. ГОРНИЦА — ВЕЧЕР
Пьяные братья сидят на лавках. Девки входят. Улыбаются.
ДЕВКА 1
А вот и мы! Не успели соскучиться?
ФЁДОР (смеётся)
Ждали вас с нетерпеньем.
ДЕВКА 2
А хозяйка сегодня у нас добрая. Вина вам велела принести. Угостить дорогих гостей.
Девки наливают вино в чаши. Незаметно вливают сонные капли. Подают братьям.
Фёдор и Влас пьют. Смеются. Потом — замолкают. Сидят. Некоторое время. Потом — оседают, будто у них разом пропали кости. Падают на лавки. Сползают на пол.
Крупный план: Фёдор — перед тем, как сознание гаснет — успевает поднять голову. Смотрит на Власа. Долго. И в этом взгляде — не страх. Понимание. «Нас не убьют. Нас куда-то везут. И это — хуже».
Девки молча наблюдают. Потом выходят. Идут к хозяйке.
ДЕВКА 1
Готово, хозяйка. Уснули.
Хозяйка кивает. Выходит во двор. У ворот ждёт Колычев. С ним — бойцы.
ХОЗЯЙКА
Готово. Забирайте.
Колычев кивает. Поднимает руку — один короткий жест. Бойцы расходятся веером. Никто не кричит, не ломится в двери — они знают своё дело.
ИНТ. ГОРНИЦА — ВЕЧЕР
Бойцы входят. Фёдор и Влас спят. Бойцы подхватывают их — не церемонясь, просто берут, как мешки. Тащат к выходу.
КОЛЫЧЕВ (негромко, ровно)
Не отравили ли вы их насмерть?
ХОЗЯЙКА (спокойно, без суеты)
Не извольте беспокоиться. Руки у моих девок верные. Не в первый раз они сонные капли используют по приказу начальника вашего. Придут в память, ребята, как только до места их доставим.
Колычев кивает. Бойцы выходят. Хозяйка остаётся. Смотрит им вслед. Долго. Молчит. Потом — крестится. Медленно.
Затемнение.

НАТ. У КРЫЛЬЦА ДОМА СВИДАНИЙ — ВЕЧЕР
У крыльца ждёт телега — простая, грубая, с высокими бортами, на скрипучих колёсах. Бойцы закидывают Фёдора и Власа внутрь, один поверх другого — без бережности, но и без злобы, просто потому что так быстрее. Сверху накидывают грубую рогожу — чтобы не видно было, чтобы не дёргались, если вдруг очнутся раньше времени.
Один из бойцов хлопает возницу по плечу.
БОЕЦ
Гони. К дому Колычева. И без лишних остановок.
Возница кивает, щёлкает кнутом. Лошадь дёргает оглобли, телега скрипит и медленно трогается с места, покачиваясь на неровностях мостовой.
В доме свиданий снова звенит смех, будто ничего и не было.
Панорама: камера медленно отъезжает от окна, где мелькает удаляющаяся телега. Её силуэт растворяется в темноте переулка, только скрип колёс ещё слышно какое-то время — и потом тишина.
Затемнение.

СЦЕНА 12. УГЛИЧ. У ДОМА ФЁДОРА И ВЛАСА, У ДОМА СВИДАНИЙ. ВЕЧЕР
НАТ. У ДОМА ФЁДОРА И ВЛАСА — ВЕЧЕР
Дом стоит тихий, будто вымерший. Средний план: Богдан стучит в ворота — сначала спокойно, потом сильнее. Никто не открывает. Он замирает, прислушивается — внутри ни шороха. И тут по коже пробегает тот самый холодок, который он привык слушать: неладное.
Богдан оглядывается — улица пуста. Отходит в тень, проверяет, не следит ли кто, потом ловко перемахивает через невысокий забор, идёт вдоль стены, заглядывает в окно — темно. Дверь не заперта: её либо оставили так в спешке, либо уже открывали до него. Богдан входит бесшумно.
ИНТ. ДОМ ФЁДОРА И ВЛАСА — ВЕЧЕР
Внутри всё на месте: лавка, стол, грубый сундук, иконы в углу. Вещи не разбросаны — будто хозяева просто вышли и вот-вот вернутся. Но Богдан знает: если всё слишком ровно — это тоже знак. Он подходит к иконам, отодвигает их — за ними, в нише, спрятан тайник. И там — большая часть серебряных монет, которые он дал Фёдору и Власу вчера.
Крупный план: Богдан смотрит на тайник. Долго. Молчит. Потом — тихо, почти без интонации.
БОГДАН
Чую, вам, ребята, эти монеты больше не пригодятся.
Задвигает осторожно иконы обратно. Выходит так же тихо, садится на коня. Сидит минуту, думает. Фёдор и Влас не из тех, кто бросит деньги и сбежит. Значит, они не ушли из города — скорее всего, где-то в Угличе, с частью денег, решили пересидеть и заодно повеселиться. А где? В корчму они не пойдут — там шумно, людно, глаза мозолить. Значит, вероятнее всего — в дом свиданий. Это самое тихое место для веселья, где можно спрятаться от лишних взглядов.
Богдан трогает коня и едет к дому свиданий — не потому что знает наверняка, а потому что это самое вероятное место.

НАТ. ПЕРЕУЛОК — ВЕЧЕР
По дороге ему встречается небольшой отряд: шестеро крепких парней сопровождают телегу. Средний план: Богдан видит их раньше, чем они его, и успевает свернуть в переулок, прижаться к стене. Телега скрипит колёсами, проходит мимо. В ней — что-то тяжёлое, накрытое рогожей. Богдан не пытается гнаться и не лезет в драку: он один, а их шестеро. Он просто ждёт, пока они проедут.
Телега уходит в сторону управы. Крупный план: Богдан отмечает это про себя — не как имя, а как направление: управа значит официальные люди, значит, дело серьёзное.
Ждёт, пока отряд уйдёт, потом снова выезжает на улицу. До дома свиданий недалеко, но Богдан не подъезжает прямо к крыльцу. Останавливается у дома напротив, спешивается, идёт пешком. У крыльца стоит СТАРИК, греется на последних тёплых лучах.
БОГДАН
(негромко, будто просто прохожий)
А не видел ты, дед, чего интересного недавно?
СТАРИК
(качает головой, смотрит в сторону)
Ничего не видал. Ничего не знаю.
Средний план: Богдан вынимает медную монету — старик делает вид, что не замечает. Тогда Богдан достаёт серебряную — и старик тут же протягивает руку. Богдан вручает монету. Старик вздыхает, будто сдаётся.
СТАРИК
Недавно видел. Хозяйка из дома свиданий бегала. В сторону управы. Быстро. Потом оттуда шестеро всадников приехали. Крепкие. С мечами. Встали у ворот. Ждут. Вышла хозяйка. Что-то им сказала. Они спешились. Пошли за ней. Во двор. А позже эти шестеро крепких парней вынесли двух бугаёв. Да не как гостей — а как мешки. Бросили в телегу да увезли в сторону управы.
Крупный план: Богдан не моргает. Лицо остаётся спокойным, но внутри всё сжимается.
БОГДАН (тихо, почти себе)
Зря вы меня не послушались… Пропали теперь ваши головы.
Он отходит, садится на коня. Едет не спеша, но мысли летят быстрее: Фёдор и Влас схвачены, телега шла к управе — значит, ими занялись официальные люди. Это уже не уличная разборка, а большая игра. И теперь надо не бросаться в бой, а просчитать следующий ход, чтобы самому не угодить в ту же ловушку.
Панорама: камера медленно отъезжает от одинокой фигуры на коне, который сворачивает в переулок и растворяется в сгущающихся сумерках.
Затемнение.
СЦЕНА 13. УГЛИЧ. ПОДВАЛ ДОМА КОЛЫЧЕВА. НОЧЬ
ИНТ. ПОДВАЛ ДОМА КОЛЫЧЕВА — НОЧЬ
Подвал сырой, низкий, с толстыми брёвнами в стенах и земляным полом, который тянет холодом даже сквозь сапоги. В центре — грубое приспособление, похожее на дыбу: перекладина, верёвки, крюки.
Средний план: Фёдора и Власа привязали так, что руки у них скручены за спиной, а верёвку тянут вверх, выворачивая плечи. Они упираются головами в землю, стискивают зубы, но боль уже лезет под кожу, делает слова неизбежными.
Средний план: в углу, почти в тени, стоит КОЛЫЧЕВ — в тёмном кафтане, с лицом, будто выточенным из камня. Он смотрит на пленников. Долго. Молчит. Потом — отводит взгляд. Ему не нравится это. Но он — исполнитель. И он делает, что велено.
А позади, накинув капюшон так, что лица почти не видно, стоит ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ. Он молчит, слушает, впитывает каждую интонацию.
КОЛЫЧЕВ (ровно, без злости — как будто спрашивает про погоду)
Значит, драка была не настоящей?
ФЁДОР (хрипло, сквозь стиснутые зубы)
Да… Да, не настоящей… Мы… почти не били… Он сам… сам стонал, сам падал… Мы только… только вид делали…
Верёвка дёргается — Влас взвывает, потом сглатывает крик, выдавливает:
ВЛАС
Это Богдан… Он велел… С братьями Нагими… Чтобы шум был… Чтобы все видели… Кровь… крики… Чтобы выглядело… будто нас там чуть не убили…
ФЁДОР (торопливо, будто если скажет быстрее — боль не вернётся)
А потом его… его к Нагим повели… Будто он их и спас… Будто они теперь ему обязаны…
Колычев чуть наклоняет голову. Верёвка снова натягивается — Влас стонет, Фёдор зажмуривается.
ФЁДОР
Мы всё расскажем! Всё! Можем прямо сейчас к Нагим пойти, всё выложить — кто такой Богдан, как всё подстроено… Пусть сами с ним разбираются!
ВЛАС (почти плачет, голос срывается)
Только не надо больше… Мы всё скажем…
Колычев не отвечает. Он смотрит на пленников, потом делает короткий жест — верёвку чуть ослабляют. Фёдор и Влас вздыхают, будто впервые за долгое время могут нормально вдохнуть.
Средний план: Колычев отходит к Елисею Ивановичу, наклоняется к нему, говорит тихо, чтобы слышали только они двое.
КОЛЫЧЕВ
Может, и правда будет полезно. Пусть разоблачат Богдана перед Нагими — и дело с концом.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (качает головой, голос тихий, но твёрдый)
Нет. Разоблачить — что убить, разницы для нас никакой. Романовы всё равно пришлют другого. А этот, может, будет хитрее, опытнее — и тогда придётся напрягаться, искать его, выслеживать. Да ещё и Нагие после такого станут в десять раз осторожнее. Начнут проверять каждого, кто рядом окажется. И мы сами можем под удар попасть — не нужно нам это.
Колычев слушает, не спорит. Потом коротко кивает, будто ставит точку.
КОЛЫЧЕВ
Значит, интереса эти парни для тебя не представляют.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Никакого.
Крупный план: он делает шаг вперёд, теперь его голос звучит для всех.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Фрол, поезжай к ним домой. Привези мне серебро — то, что Богдан им дал.
Фрол молча кивает и исчезает за тяжёлой дверью. Проходит несколько долгих минут. Он возвращается, держа в руках тряпку, туго перевязанную узлом. Разворачивает — внутри серебро. Монеты. Много.
Крупный план: Фрол смотрит на серебро. Потом — поднимает глаза на Елисея.
ФРОЛ
Елисей Иванович. Серебро. Всё на месте. В тайнике лежало. За иконами.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно)
Значит, не соврали братья. Действительно серебром им Богдан заплатил.
Колычев смотрит на это без удивления, будто ждал подвоха.
КОЛЫЧЕВ (тихо)
Что делать с ними будем?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Богдана нужно сломать окончательно и заставить подчиниться нашей воле. Пока он ума не набрался.
КОЛЫЧЕВ
Как это — ума нет у Богдана? Ведь воин он отменный. Все об этом говорят.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Тайная служба — это не про то, чтобы с шашкой врагов рубить налево и направо. Наша служба шума не любит. К чему было Богдану комедию устраивать с поддельной дракой с братьями? Войди ты тихо и незаметно. Знак подай, чтобы вышли. И я бы, может, это и не заметил. Но он же ещё и местный. И братьев знает с детства. Зачем тебе с тайными своими людьми при народе, где много глаз, встречаться? Встреть их возле дома — и там точно никто ничего бы не увидел, кто не надо.
КОЛЫЧЕВ
Это верно подмечено. К тому же нашёл Богдан себе помощников таких, что его готовы тут же продать просто за право лишний раз глотнуть воздух.
Крупный план: Елисей Иванович кивает. Медленно. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Окончательно я убедился в том, что Богдан — дурак, после того как Фрол серебро принёс. Этим бугаям цена — ломаный грош в базарный день. Если ты платишь людям легко столько, сколько они точно не стоят, то люди тебе не благодарны. Они тебя начинают считать за глупца и презирают в душе. А Богдан думал, что купил верность братьев. Но нельзя купить того, чего нет.
КОЛЫЧЕВ
Но самую главную ошибку Богдан допустил, когда собак на вас спустил.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Ты прав. Но дело тут не в том, что я на него осерчал. Дело в том, что если уж ты начал играть в игру — играй её до конца честно. Раз уж прикинулся, что весь покалечен, — лежи и стони всю ночь напролёт. А так, как он сделал, — он сразу выдал всех своих помощников и себя самого с головой. Так что будем добивать Богдана. Отрубите головы братьям и подбросьте их во двор Отрепьевым. Это должно окончательно сломать Богдана. Я это увижу по его лицу.
КОЛЫЧЕВ
А если Богдан не сломается?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Тогда убьём его. И дело с концом.
КОЛЫЧЕВ
А с кузнецом? Пустить по его следам погоню?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Да чёрт с ним. Да и нет его здесь. Плюнем на него и забудем.
Колычев коротко кивает. Двое дюжих парней выходят вперёд.
Крупный план: Фёдор и Влас смотрят на них, и в их глазах наконец-то не злость и не надежда — только пустота перед концом.
Средний план: Колычев смотрит на них. Долго. Молчит. Потом — отворачивается. И выходит. Не оборачивается.
Затемнение.
ПЕРЕХОД. НАТ. ДВОР ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — РАННЕЕ УТРО
Рассвет ещё не наступил, но небо уже сереет, будто стирает ночь по краям. Во дворе у дома Отрепьевых тихо, только собаки вдруг начинают выть — сначала одна, потом подхватывают остальные, и звук ползёт по улице, тревожный, звериный.
Средний план: ВАРВАРА просыпается от этого воя. Она садится на лавке, прислушивается, хмурится. Потом встаёт, накидывает платок и выходит во двор.
На земле, прямо у порога, лежит чёрный мешок. Тяжёлый, неровный, будто внутри что-то угловатое. Она замирает, не решаясь подойти. Собаки не лают — они воют, отступая, будто знают, что это не для них.
Она делает шаг. Потом ещё. Наклоняется, дрожащими пальцами дёргает узел. Мешок раскрывается.
Крупный план: камера замирает на её лице — на нём нет крика, нет слёз. Только мгновенное понимание, которое тяжелее любого вопля.
Затемнение.
КОНЕЦ СЕРИИ 5.

СЕРИЯ 6: «КРОВЬ И ПЕПЕЛ»
________________________________________
СЦЕНА 1. УГЛИЧ. ДОМ БОГДАНА — УЛИЦА — ДВОР ДОМА НАГИХ. РАННЕЕ УТРО
НАТ. ДВОР ДОМА БОГДАНА — РАННЕЕ УТРО
Туман ползёт по Угличу, липнет к крышам, стелется по земле, будто город ещё не проснулся, но уже чувствует беду. Средний план: во дворе дома Богдана тихо, только собаки воют, отступая к заборам, и этот вой бьёт по нервам.
Средний план: ЖЕНА БОГДАНА вбегает в дом — дыхание сбито, глаза расширены, в них не слёзы, а чистый, ледяной ужас. На пороге её встречает сам БОГДАН. Взгляд у него настороженный, цепкий — он сразу видит: это не крик, не истерика, это что-то хуже. Он не спрашивает, не торопит — просто смотрит на неё, давая выдохнуть.
Она только произносит, едва слышно, будто слова царапают горло:
ЖЕНА БОГДАНА
Там…
Богдан не переспрашивает. Он молча следует за ней, выходит во двор — и сразу видит чёрный мешок. Тяжёлый, неровный, лежащий прямо у порога, будто кто-то нарочно положил его так, чтобы первым делом на него наткнуться.
Крупный план: Богдан замирает на секунду — ровно настолько, чтобы понять: это не ошибка, не случайность. Это послание. Он делает ещё шаг, наклоняется, дёргает узел. Мешок раскрывается.
Он не вздрагивает, не отшатывается. Лицо остаётся каменным, но в глазах мелькает что-то острое — не гнев, а холодная, расчётливая ярость. Он знает эти лица. Знает, кому они принадлежали.
БОГДАН
(тихо, жене, почти шёпотом — но в этом шёпоте сталь)
Ты ничего не видела.
Средний план: жена смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно. И отворачивается. Идёт в дом. К детям.
Богдан выпрямляется, смотрит на мешок, потом — на улицу, будто видит не туман, а всю цепочку: кто, зачем, кому это выгодно. Он не тратит время на проклятия. Он действует.
Резко, без лишних слов, уходит к конюшне. Седлает коня — быстро, привычно, пальцы не дрожат. Возвращается, подхватывает мешок — не брезгливо, не осторожно, а как вещь, которая сейчас станет оружием. Закидывает его поперёк седла.
И трогает поводья.
Конь идёт шагом, но Богдан уже не здесь — он просчитывает каждый поворот, каждый взгляд из-за угла. Улица пуста, будто люди сами попрятались, почувствовав, что сейчас по ней едет не просто всадник, а человек, который решил ударить первым.
Средний план: жена Богдана стоит во дворе. Смотрит вслед. Долго. Молчит. Потом — крестится. Медленно. Идёт в дом. К детям.
________________________________________
НАТ. ДВОР ДОМА НАГИХ — РАННЕЕ УТРО
Через несколько минут он подъезжает к дому Нагих. У ворот — СТРАЖНИКИ: двое крепких, в добротных кафтанах, с бердышами на плече. Они видят Богдана ещё издалека, напрягаются, кладут руки на оружие.
СТРАЖНИК 1
Стой! Кто таков? Чего надобно?
Средний план: Богдан не тормозит. Он подъезжает вплотную, смотрит на них прямо, без страха и без вызова — просто как человек, у которого нет времени на вежливые слова.
БОГДАН
Это подарок для Михаила Фёдоровича. От верного ему человека. Пусть все знают: кара постигнет всякого, кто на его людей посмеет руку поднять.
С этими словами он резким движением сбрасывает мешок к ногам стражников. Тот падает с глухим стуком, ткань расползается, и из него показывается самое страшное.
Крупный план: стражник, который стоял ближе, наклоняется — и тут же в ужасе роняет мешок, будто обжёгся. Отшатывается, крестится, голос срывается:
СТРАЖНИК 2
Господи… Да что же это…
Средний план: Богдан не ждёт ответа. Не смотрит на их лица. Он уже разворачивает коня — спокойно, уверенно, будто только что не бросил перед воротами кровавое предупреждение.
БОГДАН
(тихо, себе под нос, но так, чтобы слышали)
Пусть знают.
Поворачивает коня и скачет прочь — не галопом, не спасаясь, а ровно так, чтобы каждый в этом дворе запомнил: он не убегал. Он ставил точку.
Панорама: камера задерживается на распахнутых воротах, на мешке у ног оцепеневших стражников, на их лицах, где ужас медленно сменяется пониманием: игра вышла на новый уровень. И теперь ни у кого не получится остаться в стороне.
Затемнение.

СЦЕНА 2. УГЛИЧ. ДОМ КОЛЫЧЕВА. РАННЕЕ УТРО
ИНТ. ДОМ КОЛЫЧЕВА — РАННЕЕ УТРО
В доме Колычева ещё темно и тихо. Фрол идёт быстро. Распахивает дверь в горницу.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ лежит на жёсткой лавке, укрытый простым кафтаном. Но спит так, будто каждую секунду готов вскочить. Едва Фрол делает шаг, как глаза Елисея Ивановича уже открыты.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (сразу, без «что такое»)
Что случилось?
ФРОЛ
Отрепьев. Тот мешок с головами — Фёдора и Власа — привёз к воротам дома Нагих. Бросил стражникам. Что-то сказал. Те подняли — и выронили, будто ошпарились. А он поскакал к себе. А у Нагих суета: людишки снуют, кричат, ворота хлопают. Может, перестарались мы. Может, Богдан умом тронулся?
Крупный план: Елисей Иванович. Смотрит на Фрола. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Может быть, и тронулся умом Богдан. Но главное в том, что он не сломался. Продолжает играть. А раз так — то с ним нужно кончать. И чем скорее, тем лучше.
ФРОЛ
Может, пока бойцы здесь — отправим его на тот свет? Тихо. Без шума.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (резко, но не повышая голоса)
Это надо обдумать. И не твоё это дело. Ты своим займись. Ты же вхож к Михаилу Фёдоровичу. Встреться с ним. Скажи: «Встретил тут в корчме старого знакомого. А он делает вид, что не узнаёт».
ФРОЛ
А если спросит: «Кто таков?»
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Ответь: «Отрепьев. Он у Романовых служит. Тайными делами боярскими ведает. Фёдор Никитич — его благодетель».
Фрол кивает. Выходит.
Дверь тихо отворяется. Входит КОЛЫЧЕВ.
КОЛЫЧЕВ
В чём дело?
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Отрепьев не устрашился голов своих дружков. Он их же и использовал, чтобы ещё сильнее приблизиться к Нагим. Привёз головы, бросил как подарок. Теперь он якобы кровью связал себя с родом Нагих. Может стать их доверенным человеком. Этого допустить нельзя.
КОЛЫЧЕВ
Он и так много узнал. А если станет верховодить в доме Нагих — дорогу туда закроет навсегда.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Вот именно. Я думал, что он устрашится и сломается. А он не смирился и не сломался. А значит — от него нужно срочно избавиться.
КОЛЫЧЕВ
Бойцы наготове. Прикажи — штурмом возьмём дом. Голову принесём.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ (качает головой)
Штурмом — не нужно. Шум поднимем. Нагих насторожи;м. Нужно тихо. Как тех парней. Выкрасть Богдана. В подвал привезти. Дальше я сам решу.
КОЛЫЧЕВ
Всё исполню.
Он выходит. Елисей Иванович снова подходит к окну. Смотрит. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ
Завтра ты будешь у меня в подвале. И тогда — поговорим.
Затемнение.

СЦЕНА 3. УГЛИЧ. ДОМ МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА НАГОГО. ДЕНЬ
ИНТ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА — ДЕНЬ
Горница просторная, строгая — не для пиров, а для решений. Средний план: у окна стоит МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ НАГОЙ, глава рода. На груди — тяжёлая серебряная цепь, знак власти, но сам он в простом кафтане: сейчас не время для блеска. Взгляд спокойный, но цепкий.
Перед ним, чуть склонив голову, стоит КОРЧМАРЬ. Он знает: здесь ценят не красноречие, а точность.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (ровно)
Ты про Отрепьева что знаешь? Только то, что сам видел. Без слухов.
КОРЧМАРЬ
Видел я его дважды, и оба раза дело было у меня на виду. В первый день он в корчму зашёл, кружку взял — и сразу пить начал, да не тихо, а напоказ. Хвастался, слова кидал громко, будто хотел, чтобы все его заметили. А потом и вовсе разошёлся: слово за слово — и обозвал Фёдора да Власа турками. Те терпеть не стали. Не стали даже ругаться — сразу потащили его в закоулок за задней стеной.
Средний план: Михаил Фёдорович чуть наклоняет голову — ему важна не сама драка, а то, как она выглядела со стороны.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Дальше.
КОРЧМАРЬ
Братья его там и приложили. Да не просто побили — а сделали так, чтобы унизить. Волоком притащили обратно в корчму и прямо на пол швырнули, будто мешок с тряпьём. Он упал, ударился, а потом еле приподнялся — видно было, что не притворяется: плечо вывернуто, бок отбитый, на ноге встать толком не может. Лицо белое, но ни стона, ни крика. Только посмотрел на них. Не зло, а так… будто теперь он точно знает, кто они такие и как с ними можно, а как нельзя.
Средний план: Михаил Фёдорович слушает, не перебивая.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
А дальше?
КОРЧМАРЬ
Дальше… тут как раз тот самый пьяница, что у меня в корчме постоянным посетителем стал, не прошёл мимо. Сам еле на ногах стоял, а Богдана под руку взял, на себя тяжесть перетянул и потащил. «К костоправу надо, — говорит, — пока не застыло». И потащил.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Пьяница? Какой пьяница?
КОРЧМАРЬ
Да тот, что всегда у меня сидит. Не местный. Из Москвы. Говорит складно. Всё выспрашивает. Всё высматривает.
Крупный план: Михаил Фёдорович чуть прищуривается. Но не перебивает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Дальше.
КОРЧМАРЬ
Второй раз он и вовсе не за собой стоял, а за другими. Дети твои, Михаил Фёдорович, тогда по улице бегали, мимо корчмы шли. А за ними трое городских парней увязались — хотели посмеяться, палки в руки взяли. Я уж думал, сейчас беда будет. А тут Отрепьев как раз из дверей вышел. Увидел, шагнул вперёд — и не кулаками, а голосом остановил. Сказал ровно, без крика: «Здесь не место для забав». И так это сказал, что парни палки бросили и разошлись. А он детей до ворот проводил, убедился, что дошли, и только потом ушёл.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
И всё? Больше ничего не видел?
КОРЧМАРЬ
Больше ничего. Только эти два случая. Один — когда он сам беду на себя накликал, а потом молча принял удар. Второй — когда он за слабых вступился.
Средний план: Михаил Фёдорович делает короткий вдох, будто примеряет эти два образа друг к другу.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Спасибо. Это важнее, чем десять донесений. Теперь иди. И помни: об этом разговоре — ни слова.
КОРЧМАРЬ (тихо, с коротким поклоном)
Я умею молчать.
Он пятится к двери. Выходит. Дверь закрывается.
Михаил Фёдорович остаётся один. Смотрит в окно. Долго. Молчит. Потом — тихо. Себе. Ровно. Без пафоса.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Пьяный дурак. Заступник. Два разных человека. Или — один. Который умеет быть разным. Надо посмотреть. Сам.
Он отходит от окна. Садится за стол. Берёт бумагу. Перо. Пишет. Долго. Молчит.
Затемнение.
ИНТ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА — ДЕНЬ
(фрагмент — после ухода корчмаря)
Михаил Фёдорович стоит у окна. Пальцы чуть сжимают подоконник. Он всё ещё держит в голове картину: волоком, швырок на пол, Богдан, который еле поднялся, и тот самый «пьяница», что помог ему уйти.
Дверь снова приоткрывается. На пороге — ФРОЛ. В поклоне не просто почтительность, а напор: он пришёл не доложить, а убедить.
ФРОЛ
Прости, что без промедления, Михаил Фёдорович. Знаю, времени у тебя в обрез. Но молчать нельзя.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (не садясь, ровно, без раздражения)
Времени и правда нет. Если есть что сказать — говори прямо.
ФРОЛ
Про Отрепьева. Я его видел раньше. В Москве. При дворе Романовых. И знаю, на кого он служит.
Средний план: Михаил чуть хмурится — не от страха, а от привычки сразу отсекать пустую панику.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Дальше.
ФРОЛ
Он тайный человек бояр Романовых. Тех самых, что против Нагих стоят. И всё, что он делает сейчас, — не случайность. То, что за твоих детей вступился, — чтобы в доверие войти. То, что с Фёдором да Власом схлестнулся, — чтобы казаться простым, горячим, своим. А на деле он подбирается к вам, чтобы потом сделать зло и вам, и вашему воспитаннику — сыну царя Ивана.
Пауза. Михаил не перебивает. Он слушает не ради любезности — он проверяет, есть ли в словах Фрола сталь или только ветер.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Ты это не по слухам говоришь. Ты говоришь, что видел его раньше.
ФРОЛ
Видел. И видел, как он работает. Он умеет казаться тем, кем надо. Сегодня он за детей заступается, завтра он тебе в спину ударит — и сделает это так, будто ты сам ему дверь открыл.
Средний план: Михаил отходит от окна на два шага, будто примеряется к этому имени, как к тяжёлому предмету: можно опереться, а можно и пораниться.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Корчмарь только что мне другое рассказывал. Что его волоком притащили, швырнули на пол, он еле поднялся. И руку помощи ему подал какой-то пьяница, что в корчме околачивался. Не очень похоже на расчётливого человека, который всё подстроил.
ФРОЛ
Именно так и похоже, Михаил Фёдорович! Он и не должен быть безупречным. Он должен быть «своим»: горячим, дерзким, обиженным. Чтобы люди думали: вот он, простой, честный, его обидели, надо пожалеть. А потом, когда доверие войдёт, он ударит туда, где больнее.
Пауза. Михаил смотрит на Фрола не с гневом, а с холодной внимательностью. Он не верит слепо, но и не отметает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Ты хочешь, чтобы я его убрал. Или не подпускал к дому. Скажи прямо.
ФРОЛ
Я хочу, чтобы ты не обманывался. Чтобы не думал, что он просто горячий парень, которого обидели. Он — оружие Романовых. И если он тянется к тебе, значит, Романовы хотят ударить через тебя.
Средний план: Михаил кивает — не в знак согласия, а в знак того, что услышал.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Ладно. Ты доложил. Я услышал. Но спешить не будем. Если он и правда играет, то пусть играет дальше — пока не покажет свои настоящие карты. А мы будем смотреть, куда ведут его шаги.
Крупный план: Фрол чуть опускает взгляд — не от страха, а от понимания: спорить с решением главы рода не время.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Иди. И помни: об этом разговоре — ни слова. Никому.
Фрол коротко кланяется и выходит так же быстро, как вошёл. Дверь тихо закрывается.
Средний план: Михаил Фёдорович остаётся один. Теперь у него две картины одного человека: рассказ корчмаря — про унижение и руку помощи, и слова Фрола — про тайную службу Романовым и расчётливый путь к доверию.
Крупный план: его лицо. Спокойное. Собранное. Он не гадает. Он решает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (тихо. Ровно. Себе)
Посмотрим. Дела покажут.
Панорама: камера медленно отъезжает, показывая его одинокую фигуру в тихой горнице.
Затемнение.

СЦЕНА 4. УГЛИЧ. КОРЧМА. ДЕНЬ
ИНТ. КОРЧМА — ДЕНЬ
В корчме шумно, но для Богдана этот шум будто идёт откуда-то издалека. Средний план: он сидит у дальнего стола, не ест — ломает хлеб на куски. Перед ним миска с солёными грибами, краюха, кружка вина. Он не притрагивается к вину.
Средний план: к нему, кланяясь чуть ли не до пола, подходит ПЬЯНИЦА: кафтан засаленный, борода всклокоченная, глаза красные. Только взгляд у него не мутный, а острый, как лезвие. Это ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ, тайный человек Годунова.
ПЬЯНИЦА (голос нарочно хриплый, бодрый)
Поздравляю вас, господин хороший! Вы, говорят, сегодня посчитались с обидчиками своими — Фёдором да Власом. Головы их подарили Михаилу Фёдоровичу Нагому. Вот это дело! Вот это справедливость!
Крупный план: Богдан даже не вздрагивает. Он знает, кто перед ним.
БОГДАН (резко, высокомерно)
Не твоего ума дело, харя кабацкая. Что я тебя вчера тут не видел?
ПЬЯНИЦА
А я, господин, денежки-то все в корчме и пропил. Да не рассчитал немного: сильно много водки выпил.
Крупный план: Богдан смотрит на него ровно секунду. Потом достаёт из кошеля монетку и кидает на стол.
БОГДАН
На тебе. Похмелись. И пшёл отсюда.
Крупный план: Пьяница хватает монетку. На долю мгновения в его глазах вспыхивает огонь — ненависти. Огонь гаснет. Пьяница снова сгибается в поклоне.
ПЬЯНИЦА
Спасибо, господин. Век не забуду.
Он пятится, но не уходит. Останавливается. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно. Без всякой кабацкой хрипоты.
ПЬЯНИЦА
Я — человек Годунова. И я дал приказ моему человеку. Он всё о тебе рассказал. Что ты человек Романовых. И враг Нагим. Михаилу Фёдоровичу рассказал.
Крупный план: Богдан. Лицо — каменное. Но в глазах — что-то. Не гнев. Что-то другое.
ПЬЯНИЦА
А ещё — братья твои, Фёдор и Влас, перед смертью признались. Они собирались шантажировать тебя. Донести на тебя Нагим, если ты откажешься платить отступные. И потом постоянно вымогать деньги. Тебя предали те, кому ты доверял. Они хоть и сами были дорожной пылью, но презирали тебя и считали дураком.
Пауза. Долгая. Богдан молчит. Смотрит на него. Долго.
ПЬЯНИЦА
Так что твои карты биты. Мало того — если ты будешь упорствовать, то мы и с тобой, и с твоей семьёй разберёмся. Так что либо ты с нами, либо тебе конец. Подумай. Хоть не о себе — так о детях и жене своей.
БОГДАН (тихо. Ровно)
Понял.
ПЬЯНИЦА
Вечером я буду ждать тебя в кабаке. С ответом. Не придёшь — решим по-своему.
Он отворачивается. Уходит. Исчезает в толпе.
Средний план: Богдан провожает его взглядом. Потом берёт кусок хлеба, сжимает в кулаке — и отпускает. Крошки просыпаются на стол.
Он резко отодвигает миску, встаёт. Лавка с грохотом отъезжает назад. Плащ дёргает за плечо, застёгивает на ходу.
Идёт к выходу. Толпа перед ним расступается. Дверь хлопает.
НАТ. УЛИЦА — ДЕНЬ
На улице светлее и холоднее. Ветер треплет край плаща. Богдан останавливается на пороге, щурится от солнца, оглядывается быстро, привычно — нет ли хвоста.
Улица кажется пустой, но он знает: пустота — это тоже ловушка. Он идёт. Быстро. Не оглядываясь. К дому Нагих.
Затемнение.

СЦЕНА 5. УГЛИЧ. ДОМ НАГИХ. ДЕНЬ
ИНТ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА — ДЕНЬ
Горница Михаила Фёдоровича Нагого. Та же строгая комната, где он принимал корчмаря и дьяка Фрола. Утро. Свет падает через узкое окно. Средний план: Михаил Фёдорович сидит за столом. Перед ним — бумаги. Он читает. Медленно. Внимательно. Но мысли его не здесь. Мысли его — там. С Отрепьевым. С тем, кого он пока не видел. Но о ком уже столько слышал.
Входит СЛУГА. Кланяется. Негромко говорит.
СЛУГА
Михаил Фёдорович. К тебе просится Богдан Отрепьев. Говорит — дело важное. Говорит — не задержит.
Средний план: Михаил Фёдорович откладывает бумагу. Медленно. Смотрит на слугу. Долго. Потом — на окно. Потом — снова на слугу. Он думает. Он всегда думает. Он не спешит. Спешка — это роскошь для тех, у кого нет ответственности. У него — есть. Он молчит. Долго. Потом — говорит. Ровно. Спокойно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Хорошо. Зовите его сюда.
Слуга кланяется. Выходит. Средний план: Михаил Фёдорович остаётся один. Он смотрит на дверь. Ждёт.
И — входит БОГДАН ОТРЕПЬЕВ. Молодой. Прямой. В простом кафтане. На лице — ни страха, ни заискивания. Он входит. Останавливается. Кланяется. Не низко. Но почтительно. Ровно. Как кланяются тому, кого уважают. Но не боятся.
Средний план: Михаил Фёдорович смотрит на него. Долго. Изучающе. Потом — указывает на стул.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Садись.
Богдан садится. Молча. Спина прямая. Взгляд — спокойный. Он не опускает глаз. Он не отводит их. Он смотрит на Михаила Фёдоровича. Как равный. Как человек, который знает себе цену. Но без вызова. Без дерзости. Просто — знает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Зачем пришёл?
БОГДАН
Сказать тебе правду. Пока её тебе не сказали другие. И пока ты не поверил им.
Средний план: Михаил Фёдорович чуть наклоняет голову. Он не удивлён. Он ждал чего-то подобного. Он ждал, что Отрепьев придёт. Рано или поздно. Но он не ожидал, что так прямо. Так сразу. Он смотрит на Богдана. Долго. Потом — говорит. Тихо. Но так, чтобы Богдан понял: он слушает. По-настоящему слушает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Говори.
БОГДАН
Про меня говорят разное. Что я служу Романовым. Что я тайный человек. Что я пришёл к тебе, чтобы втереться в доверие. А потом — ударить. В спину. В самый нужный момент. Это говорят. Я знаю. Я слышал. И ты это слышал. Может быть, от дьяка Фрола. Может быть, от кого-то ещё.
Средний план: Михаил Фёдорович молчит. Он не перебивает. Он слушает. Он смотрит на Богдана. Долго. Потом — говорит. Спокойно. Без гнева. Без насмешки.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
А если то, что мне про тебя наговорили, — не ложь?
Пауза. Долгая. Богдан не отводит глаз. Он смотрит на Михаила Фёдоровича. Прямо. Твёрдо. И — говорит. Без запинки. Без оправданий. Без страха.
БОГДАН
Я не враг тебе. Я — человек. Который пришёл сказать тебе правду. Потому что ты — единственный, кто может её услышать. И потому что я — единственный, кто может её сказать.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Так говори свою правду.
Крупный план: Богдан смотрит на него. Долго. Потом — говорит. Тихо. Но так, чтобы каждое слово было услышано. Чтобы каждое слово упало. Как камень. В воду. И оставило круги.
БОГДАН
Правда в том, что я действительно тайный слуга бояр Романовых. И служу у Фёдора Никитича. И меня действительно прислали сюда бояре Романовы. Присматривать за вашим домом. Да и за всем, что творится в Угличе.
Тишина. Долгая. Очень долгая. Михаил Фёдорович не двигается. Не меняется в лице. Он смотрит на Богдана. Долго. Потом — откидывается на спинку стула. Медленно. И — говорит. Тихо. Но с той же твёрдостью, с которой он говорил всё это время.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Значит, Фрол не соврал. Значит, ты — их человек. Их глаза. Их уши. Их рука. Здесь. В моём доме. В Угличе. Рядом с сыном царя Ивана. Рядом с тем, кого я поклялся защищать. И ты пришёл. Сам. Сказать мне это. В лицо. Почему? Почему ты не продолжал играть? Почему не ждал? Почему не ударил, когда придёт время?
БОГДАН
А нас тут точно никто не сможет подслушать?
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Тимошка! Кто-то есть рядом чужой?
ТИМОШКА
(за дверью, негромко)
Никого, батюшка. Дьяк Фрол тут крутиться вздумал, так мы его давно выпроводили со двора.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
(кивает, снова смотрит на Богдана)
Говори смело.
БОГДАН
Пришёл я к тебе потому, что против меня Романовы начали грязную игру.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Что за игра?
БОГДАН
Пойми. На самом деле Фрол, дьяк Колычев и один большой злодей, что прячется под маской пьяницы в корчме, — это всё люди Романовых. И они играют в очень хитрую и коварную игру.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Что это за игра?
БОГДАН
Меня готовят сделать козлом отпущения за то злодеяние, что задумали Романовы.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Подробно объясни, в чём суть их игры.
Средний план: Богдан чуть наклоняется вперёд. Голос — ровный, но в нём появляется та самая тяжесть, которая бывает у человека, который говорит правду, зная, что она опасна.
БОГДАН
Суть в том, что Романовы приняли решение убить малолетнего царевича Дмитрия.
Крупный план: Михаил Фёдорович встаёт с кресла. Медленно. Истово крестится. Трижды. Смотрит на Богдана. Долго. Молча.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Свят, свят… И ты готов обо всём поведать перед ликом царя Фёдора? Под присягой? И крест поцеловать, что слова твои правдивы?
БОГДАН
Готов. Только смысла в этом нет.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
(медленно садится. Кивает)
Это верно. Отопрутся Романовы. Доказательств-то нет никаких. Дураками нас выставят.
БОГДАН
Но я о замысле Романовых ещё не всё рассказал.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
(с необычным интересом. Наклоняется вперёд)
Рассказывай.
БОГДАН
План, что Романовы придумали, не просто хорош. Он дьявольски хорош. Мне они подготовили подход к вашим детям. Сначала я вроде бы дерусь со злобными местными забияками — и от них получаю крепко. А потом эти забияки пытаются напасть на ваших детей. И я за них заступаюсь. И становлюсь вхож в ваш дом. Мало того. Было решено убрать Фёдора и Власа. Тех самых забияк. Потому что они могли лишнее наболтать.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
(хмурится)
Так это не ты эти головы отрубил?
БОГДАН
Да, конечно, не я. Можете людям своим дать приказ проверить. Схватили двух забияк ночью Колычев со своими ребятами. В доме свиданий. Они их в подвале дома Колычева умертвили. А их головы привёз мне сам Колычев. На рассвете.
Пауза. Михаил Фёдорович смотрит на него. Долго. Молча. Потом — говорит. Медленно. Взвешивая каждое слово.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
А зачем тогда Фрол мне про тебя столько всего рассказал? Что ты служишь Романовым. Что ты их тайный человек. Что ты пришёл сюда, чтобы втереться в доверие. А потом — ударить.
БОГДАН
А могли ли вы, опытный человек, поверить в то, что какой-то дьяк знает, кто тайными делами у Романовых занимается? Не могли. Фрол вроде и не врёт, но и доказательств у него никаких нет. А в то же время подозрение уже посеяно. И после убийства царевича сразу вся вина легко ляжет только на мои плечи. И ещё, признаюсь честно: я почему спросил, не подслушивают ли нас? Дело в том, что я подслушал с чердака тайный разговор бояр Романовых.
Крупный план: Михаил Фёдорович вскочил с места. Резко. Крикнул — громко, на весь дом.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Тимошка! Ну-ка глянь, нет ли кого на чердаке!
Тишина. Шаги. Скрип лестницы. Проходит минута. Потом — голос Тимошки сверху. Глухо.
ТИМОШКА
(с чердака)
Проверил. Никого там нет.
Средний план: Михаил Фёдорович медленно садится. Смотрит на Богдана. Долго. Молча. Потом — кивает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Продолжай.
БОГДАН
Беда в том, что все они — и Колычев, и Фрол, и пьяница в корчме — все они второстепенные фигуры. Все они готовят приезд главного персонажа.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Кто это?
БОГДАН
Это большой волк. Великий мастер тайных дел. Ничего больше о нём не знаю. Это самый тайный из людей Романовых. И эти все — Колычев, Фрол и пьяница — готовят поле для него. Чтобы он разом засадил его, дождался всходов и собрал кровавый урожай.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
(медленно, тихо)
Я слышал, что есть такой человек у Романовых.
БОГДАН
Он может уже завтра прибыть сюда. И тогда ничто царевича не спасёт.
Пауза. Долгая. Михаил Фёдорович смотрит на Богдана. Не отводит глаз. Потом — говорит. Ровно. Твёрдо.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Что ты предлагаешь?
БОГДАН
Есть один способ. Но он очень опасен. И требует большой дерзости от вас. Не решаюсь даже об этом начинать речь.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
(чуть подаётся вперёд)
Говори. Дерзости и смелости мне не занимать.
БОГДАН
Надо разом покончить со всеми. С Колычевым. С Фролом. С пьяницей. И с их бойцами. И тогда большому убийце ничего не останется, как прямо или косвенно выйти на меня. И тогда у нас появится шанс его ликвидировать.
Средний план: Михаил Фёдорович молчит. Долго. Потом — говорит. Медленно. Взвешивая каждое слово.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Дьяки — люди государевы. Это не чернь вроде тех бедолаг, что вчера убили и которыми никто и не интересуется. Смерть дьяков обязательно будет расследована. А это может мне навредить.
БОГДАН
Я сделаю так, что никакого расследования не будет. Дайте только мне трёх отчаянных парней, которые крови не боятся. И пусть они помнят: за двором из дома Колычева постоянно наблюдают.
Средний план: Михаил Фёдорович смотрит на него. Долго. Потом — встаёт. Подходит к двери. Открывает. Кричит.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Тимоша!
Входит крепкий мужчина. Немолодой. Сухой. С руками, которые привыкли к оружию.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Возьмите с собой Митрофана и Данилу. И слушайтесь этого человека так, словно это я вам приказы отдаю.
Средний план: Тимоша молча кивает. Смотрит на Богдана. Долго. Изучающе. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
ТИМОША
Я слышал о тебе. Ты — характерник. И ты — воин. Я пойду с тобой. Но если ты предашь — убью.
БОГДАН
(смотрит на него. Долго. Потом — кивает)
Справедливо.
Тимоша кивает ещё раз. Коротко. И выходит.
Средний план: Михаил Фёдорович остаётся один. Смотрит на дверь. Долго. Молчит. Потом — подходит к образам. Крестится. Медленно. Истово. И шепчет. Тихо. Почти беззвучно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Господи. Я поверил ему. Дай мне сил не ошибиться. Потому что если он врёт — погибнет всё. И царевич. И род наш. И я.
Он стоит. Долго. Молчит. Свеча горит. Тени пляшут по стенам. За окном — Углич. День. Тихий. Но в этой тишине — напряжение. Как перед грозой.
Затемнение.

СЦЕНА 6. УГЛИЧ. ДОМ СВИДАНИЙ — КОРЧМА — БАНЯ НА ОТШИБЕ. ДЕНЬ — НОЧЬ
ИНТ. ДОМ СВИДАНИЙ — ДЕНЬ
Дом свиданий. Тот самый. Где недавно схватили Фёдора и Власа. Средний план: ХОЗЯЙКА — женщина лет сорока, дородная, с хитрыми глазами. Рядом — две девки. Семь всего. И двое охранников — крепкие, молчаливые, у дверей.
Входит БОГДАН. Спокойно. Уверенно. Не как гость — как хозяин. Смотрит на хозяйку. Долго. Потом — говорит. Ровно. Тихо.
БОГДАН
Михаил Фёдорович Нагой, несмотря на то, что его пытались оклеветать, всё же назначил меня главным смотрителем. И теперь это я хочу отметить. Шумной гулянкой. С девками. В бане. Во владениях Нагих. На отшибе. Большая каменная баня. Там и будет гулянка.
Средний план: хозяйка слушает. Кивает. Глаза — хитрые. Но лицо — почтительное.
БОГДАН
Так что все девки. Все семь. И ты сама. И двое охранников. Должны срочно отправиться в баню. И начинать готовиться. Баню растопить. Столы накрыть. Всё. Поняла?
ХОЗЯЙКА
Поняла, батюшка. Всё сделаем.
БОГДАН
Сначала я сам приеду. Проверю, как идут дела. Нет ли проблем. А потом уже поеду за детьми. Братьями Нагими. Но всё это нужно сделать в полнейшей тайне. Чтобы никто не узнал. Никто. Поняла?
ХОЗЯЙКА
(истово крестится)
Клянусь, батюшка. Никто не узнает.
Средний план: Богдан кивает. Достаёт мешочек. Серебро. Кладёт на стол. Хозяйка смотрит на мешочек. Глаза загораются. Рука тянется. Богдан накрывает её своей. Держит. Смотрит в глаза.
БОГДАН
Аванс. Остальное — после.
Крупный план: хозяйка кивает. Быстро. Подобострастно. Богдан отпускает. Выходит. Хозяйка остаётся. Смотрит на мешочек. Потом — на девушек. Потом — на охранников. И — кивает им. Едва заметно.
________________________________________
НАТ. УЛИЦА — ДЕНЬ
Средний план: ДАНИЛА — один из трёх помощников Богдана. Молодой. Быстрый. Незаметный. Он следит за домом свиданий. Видит: хозяйка выходит. Оглядывается. Идёт не в баню. Не к девкам. А огородами. Быстро. К дому Колычева.
Данила следует. Тенью. Незаметно. Видит: хозяйка входит в дом Колычева. Через минуту выходит. Довольная. Бежит обратно.
Средний план: Данила возвращается к Богдану. Докладывает. Тихо. Без эмоций.
ДАНИЛА
Хозяйка сама побежала огородами к дому Колычева. Сообщила наверно о том, где будет гулянка.
Крупный план: Богдан кивает. Молчит. Долго. Потом — усмехается. Одними губами. Без веселья.
БОГДАН
Хорошо. Пусть. Так даже лучше.
________________________________________
НАТ. У КОРЧМЫ — НОЧЬ
Ночь. Тихо. У корчмы — телега. Простая. С рогожей. Средний план: в телеге — Богдан. Тимоша. Митрофан. Затаились. Ждут.
Из корчмы выходит ФРОЛ. Один. Оглядывается. Ищет кого-то. Крупный план: Тимоша — из тени. Голос — тихо. Вкрадчиво.
ТИМОША
Фрол. Пойдём. Хозяин зовёт.
Средний план: Фрол хмурится. Но идёт. В закоулок. Там — темно. Богдан. Один. Без оружия. Ждёт. Фрол входит. Открывает рот. Хочет что-то сказать. Богдан — шаг вперёд. Короткий удар. Рукой. По шее. Хруст. Фрол падает. Мёртв. Быстро. Без шума.
Тимоша и Митрофан берут тело. Кладут в телегу. Накрывают рогожей. Всё.
Средний план: телега едет дальше. Мимо корчмы. Медленно. Спокойно. Из корчмы выходит ЕЛИСЕЙ ИВАНОВИЧ. В образе пьяницы. Пьяный. Шатается. Идёт по улице. Телега проезжает мимо. Поравнялись. Короткий глухой удар. Тело затаскивают в телегу. Сильные руки. Быстро. Никто не видит. Никто не слышит.
Телега направляется к бане.
________________________________________
НАТ. БАНЯ НА ОТШИБЕ — НОЧЬ
Большая каменная баня. На отшибе. Тёмная. Только свет из щелей. Средний план: внутри — девки. Хозяйка. Охранники. И — бойцы Колычева. Шесть человек. Четверо — внутри. Колычев и один боец — снаружи. Караулят. Смотрят на дороги. Две дороги. Два подхода. Всё как надо.
Телега останавливается в отдалении. Богдан выходит. Тихо. Митрофан — навстречу. Докладывает. Шёпотом.
МИТРОФАН
Всего бойцов шесть. Колычев и пять головорезов. Четверо — внутри бани. Колычев и один — снаружи. Караулят. Смотрят на обе дороги.
Средний план: Богдан кивает. Смотрит на баню. Долго. Изучает. Потом — говорит. Тимоше. Тихо.
БОГДАН
Я с бойцом разберусь. А вы с Колычевым займитесь. Главное — без шума и крови обойдитесь.
Тимоша кивает. Митрофан кивает.
Средний план: Богдан идёт к бойцу. Тот стоит. Смотрит на дорогу. Не видит. Не слышит. Богдан — за спиной. Шаг. Рука. Шея. Хруст. Боец падает. Тишина.
Тимоша и Митрофан — к Колычеву. Тот стоит. Смотрит. Но не туда. Не в ту сторону. Они — сзади. Двое. Быстро. Один — за плечи. Другой — за горло. Душат. Колычев дёргается. Хрипит. Затихает. Тихо. Без крови. Без шума.
Средний план: Богдан — на крыше. Быстро. Ловко. Прислоняется к трубе. Замирает. Слушает.
Крупный план: его лицо. Сосредоточенное. Ни одной эмоции.
Снизу — голос хозяйки. Тихий. Но слышно каждое слово.
ХОЗЯЙКА (за кадром)
Как войдёт Богдан — окружите его. Со всех сторон. С песнями. С улыбками. Чтобы и опомниться не успел. Поднесите бокал вина. Да не простого. С каплями. Как я вас учила. И не выпускайте из круга. Пока не выпьет. Поняли?
ДЕВКИ (за кадром, хором)
Поняли, хозяйка.
ХОЗЯЙКА
Тогда идите. И смотрите у меня. Если он заподозрит — всё пропало. Всё делайте так, чтобы он ничего не понял. Весело. Легко. Будто вы его давно ждали. Будто вы ему рады.
Крупный план: Богдан. Медленно — улыбается. Одними губами. Без веселья. Потом — отползает от трубы. Тихо.  Перекрывает дымоходы. Один. Другой. Весь угарный газ идёт внутрь. В баню. К тем, кто там. Четверо бойцов. Девки. Хозяйка. Охранники. Все.
Двери подпирают железными ломами. Снаружи. Плотно. Никто не выйдет.
Митрофан остаётся сторожить баню. И телегу. Богдан. Тимоша. Данила. Втроём — обратно. В Углич.
________________________________________
НАТ. ДОМ КОЛЫЧЕВА — НОЧЬ
Дом Колычева. Тот самый. Где недавно была ставка Елисея Ивановича. Средний план: там — охрана. Двое. Молодые. Сонные. Тимоша и Данила устраивают ссору. Громкую. На улице. Прямо перед домом. Кричат. Ругаются. Хватают друг друга за грудки. Охрана выходит. Смотрит. Отвлекается.
Средний план: Богдан — в это время. Через заднюю дверь. В дом. Быстро. Тихо. В горницу. Где шкатулки. С бумагами. Важными. Две шкатулки вскрывает ножом. Забирает часть писем. Прячет под плащ. Выходит. Так же тихо.
Возвращается к своим. Ссора заканчивается. Тимоша и Данила расходятся. Охрана — обратно в дом. Никто ничего не заметил.
Втроём — обратно. К бане.
________________________________________
НАТ. БАНЯ — НОЧЬ
Баня. Тихо. Двери подпёрты. Митрофан у двери. Ждёт. Видит: идут. Богдан. Тимоша. Данила. Богдан кивает. Помолясь, открывают двери.
Средний план: внутри — тишина. Никого живого. Все мертвы. Угарный газ. Без крови. Без ран. Просто спят. И не проснутся. Четверо бойцов. Девки. Хозяйка. Охранники. Все.
Средний план: Богдан заходит. Смотрит. Долго. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
БОГДАН
Теперь — сцена.
Средний план: они принимаются за работу. Быстро. Умело. Тела перекладывают. Позы меняют. Всё должно выглядеть как оргия. Похабная. Позорная. Девки — в объятиях. Бойцы — рядом. Вино. Разбросанные вещи. Всё. Сцена ужасающая. И — позорная.
Крупный план: Тимоша работает молча. Но когда он переворачивает тело одного из бойцов — он останавливается. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Себе.
ТИМОША
Молодой. Совсем молодой. Глупый. И — вот.
БОГДАН
(не оборачиваясь)
Все — молодые. Все — глупые. И все — здесь.
Средний план: Тимоша молчит. Смотрит на Богдана. Долго. Потом — кивает. Медленно. И продолжает работать.
Уходят под утро. Тихо. Быстро. Никто не видит. Богдан бросает последний взгляд на тело Елисея Ивановича.
БОГДАН
Прощай. Встретимся мы теперь в аду.
________________________________________
НАТ. БАНЯ — УТРО
Утро. Средний план: СМОТРИТЕЛЬ Нагих — немолодой. Седой. Хмурый. Идёт к бане. Проверить. Дверь открыта. Заходит. И — замирает. Видит. Всё видит. Похабную. Позорную. Ужасающую картину. Мертвые. Раздетые. В позах. Вино. Всё.
Он выходит. Бледный. Крестится. Идёт к Михаилу Фёдоровичу. Докладывает. Средний план: Михаил Фёдорович слушает. Молчит. Долго. Потом — говорит. Тихо. Твёрдо.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Дела не возбуждать. Слишком позорно. Пусть всё тихо будет. Скажи — случайность. Угар. И — всё.
Смотритель кивает. Уходит. Средний план: Михаил Фёдорович остаётся один. Смотрит в окно. Долго. Молчит.
________________________________________
ИНТ. ПАЛАТА В КРЕМЛЕ — ДЕНЬ
Средний план: ГОДУНОВ. В палате. Один. Читает донесение. Медленно. Лицо — каменное. Потом — меняется. Что-то дрожит. Он откладывает бумагу. Смотрит в стену. Долго. Молчит.
ГОДУНОВ
(тихо, почти шёпотом)
Позор… Какой позор…
Он закрывает лицо руками. Долго. Молчит. Потом — встаёт. Подходит к окну. Смотрит на Москву. Молчит.
Затемнение.
КОНЕЦ СЕРИИ 6.

СЕРИЯ 7: «ТЕНЬ НА СТЕНЕ»

СЦЕНА 1. УГЛИЧ. ДОМ НАГИХ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА. УТРО
ИНТ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА — УТРО
Просторная горница. Дубовые доски. Тяжёлые лавки. На стене — образ Спаса в серебряном окладе. Пахнет воском и старым деревом.
Средний план: у окна стоит МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ. Спиной к двери. Смотрит на город. Не двигается.
Средний план: входит БОГДАН. Останавливается у порога. Не идёт дальше. Ждёт.
Пауза. Долгая. Только где-то в сенях скрипит половица. И снова — тишина.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (не оборачиваясь)
Здрав будь.
БОГДАН
И вы будьте здоровы, Михаил Фёдорович.
Средний план: Михаил Фёдорович медленно оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — идёт к столу. Садится. Указывает на лавку напротив.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Садись.
Средний план: Богдан подходит. Садится. Спина прямая. Руки на коленях. Взгляд — спокойный.
Средний план: Михаил Фёдорович берёт со стола чарку. Наливает. Пьёт. Медленно. Не предлагает Богдану.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Правильно делал, что не появлялся несколько дней. Суета. Толчея. Дело громкое. Сам знаешь — столько народа погибло. Вот и ехали в эти дни дьяки. Приказные. Сыскари. Каждый с вопросом. Каждый с новостью. А ты — в стороне. Это хорошо. Это правильно.
БОГДАН
Я был в городе. Смотрел. Слушал. Чтобы знать, что говорят. А к вам не шёл, потому что знал: у вас и без меня дел хватает.
Средний план: Михаил Фёдорович кивает. Медленно. Ставит чарку. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
По тому делу. В бане. Что говорят?
БОГДАН
Я слышал разное. Больше говорят, что Бог наказал распутников. И что туда им всем и дорога. Прямо в ад. Но это всё бабские пересуды. А вы ведь с дьяками говорили. С приказными. Что они решили? Какое мнение высказали?
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Никто не усомнился в том, что был несчастный случай. Угар. Пьяная оргия. Сами виноваты. Дело закрыли. От позора.
БОГДАН
Вот и слава богу.
Пауза. Долгая.
Средний план: Михаил Фёдорович откидывается на спинку лавки. Смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Ровно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Люди серьёзные приезжали. Многих я хорошо знаю. Они всё осмотрели. И баню. И трупы. Внимательно. Не нашли ничего подозрительного. Уехали. И вот я и подумал…
Пауза. Он смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно. Без перехода.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
А не ты ли и есть тот самый «большой волк», о котором ты мне сам рассказывал? Говорил, что у Романовых такой есть — человек, который приходит и исчезает, будто его и не было. Ты сейчас показал редкое мастерство: убрал врагов, и никто ничего не заподозрил. Даже следствия открывать смысла не было. Как у зверя, что не оставляет следов.
Крупный план: Богдан чуть склоняет голову — не в поклоне, а чтобы лучше видеть лицо Михаила Фёдоровича.
БОГДАН
И я о том же. Сами видели, господин хороший, сколь я силён и умел. Да не поставили на меня Романовы. Решили не как мастера использовать, а как обманную фигуру на доске шахматной — мной пожертвовать. Что же за зверь такой у них есть, что я против него — лишь тень перед светом?
Средний план: Михаил Фёдорович наконец поворачивается. В его взгляде нет подозрения, но есть расчёт и горькое понимание.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (после паузы, ровно)
Я думаю, дело связано с тем, что хозяин твой, Фёдор Никитич, не дал бы тебе приказ убить царевича. Он человек богобоязненный. Не стал бы он поручать такое дело тому, кто может и не исполнить из совести.
БОГДАН (сразу, без раздумий)
Верно. Он не дал мне приказа готовить покушение на царевича.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (кивает, будто ставит точку)
В этом вся и суть. Не в том, что ты плох, а в том, что нельзя было тебе поручить убийство царевича из-за Фёдора Никитича. Всё верно. Всё сходится.
Пауза. Михаил Фёдорович смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Медленно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Я всю ночь не спал. Всё думал. О бане. О том, что там было. Мужики, солдаты — ладно. Они — воины. Они знали, на что шли. Но девки? Гулящие? За что их? Хозяйка? Охранники? Они — не воины. Они — просто люди. И они — мертвы. И это — грех. Страшный грех.
Средний план: он отходит к образам. Смотрит на Спаса. Долго. Молчит. Потом — оборачивается. Смотрит на Богдана. Долго.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Я не давал разрешения на такое злодеяние. Ты меня не спрашивал. Ты просто сделал. А теперь я должен с этим жить. Как? Как мне теперь жить?
Средний план: Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит. Ровно. Тихо. Без оправданий.
БОГДАН
Да. Я сделал. Без вашего разрешения. Потому что вы бы не разрешили. А царевич бы погиб. И вы бы жили с этим. А теперь — живу с этим я. И нет на вас греха. Весь грех — мой.
Пауза. Долгая. Михаил Фёдорович смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — говорит. Тихо. Медленно. С горечью.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Я думал — ты человек. А ты оказался драконом.
Средний план: Богдан не отвечает. Смотрит на него. Спокойно.
Средний план: Михаил Фёдорович отворачивается. Подходит к окну. Смотрит на город. Долго. Молчит. Потом — говорит. Не оборачиваясь.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Значит, «большой волк» — не ты. Но он есть. И он придёт не для того, чтобы драться. Он придёт, чтобы сделать так, что мы сами себя погубим.
БОГДАН
Он придёт, когда мы решим, что всё хорошо. И сделает шаг. Тихий. Такой, что никто не услышит. Пока не грянет.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Ты знаешь, как действуют такие люди. Расскажи мне, чего ждать.
Пауза. Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — честно. Без прикрас.
БОГДАН
Не знаю. Я — воин. Я, конечно, могу заманить врагов в засаду, убить их так, что следов моих не останется. Этому я научился на войне. А такие люди — они не воины. Они тайным промыслом убийств себе на жизнь деньги зарабатывают. Я с такими не сталкивался. Но могу сказать то, что знаю по службе. И то, что подсказывает чутьё.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Говори.
БОГДАН
Проверять посты. Не по отчётам, а своими глазами. Пройти по стенам. Посмотреть, где стража стоит. Где спит. Где нет никого. Проверить ворота. Все. Даже те, что заперты. Особенно те, что заперты. Потому что убийца полезет не в главные. А в те, где не ждут. Потом — рынок. Пристань. Церковь. Везде, где много людей. Слушать. Смотреть. Кто новый. Кто слишком тихий. Кто задаёт вопросы. Кто не задаёт. А царевича — держать среди людей. Не за стенами. А там, где его видно. Где жизнь — там труднее подобраться незаметно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
И всё?
БОГДАН
И всё. Больше я ничего не знаю. Врать не буду.
Средний план: Михаил Фёдорович смотрит на Богдана. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Ты поможешь в этом деле?
БОГДАН
Помогу.
Средний план: Михаил Фёдорович кивает. Медленно. Встаёт. Подходит к двери. Открывает. Кричит.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Тимошка!
Средний план: входит ТИМОША. Крепкий. Немолодой. Сухой. С руками, которые привыкли к оружию. Кланяется. Коротко.
ТИМОША
Звал, батюшка?
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Возьми Митрофана и Данилу. И слушайтесь этого человека так, словно это я вам приказы отдаю. Он вам скажет, где встать. Где смотреть. За кем следить. Проверите все посты. Все ворота. Рынок. Пристань. Церковь. Везде, где много людей. Чтобы ни один чужой не прошёл незамеченным. Понял?
Средний план: Тимоша молча кивает. Смотрит на Богдана. Долго. Изучающе. Но ничего не говорит. Просто ждёт.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Идите. И займитесь делом прямо сейчас. Нечего время попусту терять.
Средний план: Тимоша кивает ещё раз. Коротко. И выходит. Богдан — за ним.
Средний план: Михаил Фёдорович остаётся один. Смотрит на дверь. Долго. Молчит. Потом — подходит к столу. Садится. Берёт бумаги. Но не читает. Смотрит на них. Долго. Потом — откладывает. Встаёт. Подходит к окну. Смотрит на город. Долго. Молчит.
Затемнение.
СЦЕНА 2. УГЛИЧ. ДВОР НАГИХ, УЛИЦЫ, ДОМ НАГИХ. ДЕНЬ
НАТ. ДВОР ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Двор. Крепкий. Пустой. Только стража у ворот. И дворня: холопы, работники. Снуют. Не смотрят друг на друга.
Средний план: БОГДАН выходит из дома Нагих. С ним — ТИМОША. Богдан зол. Смотрит на дворню.
БОГДАН
Здорово, хлопцы. С сегодняшнего дня начинаем жить так, как должны жить люди. А не медведи в берлоге. Слушайте меня. Ты — у ворот. Смотреть в оба. Кто приходит. Кто уходит. Запоминать. Ты — у сарая. Чтобы ни одна живая душа мимо не прошла. Ты — на заднем дворе. Глаз не спускать. И если кто-то чужой появится — сразу к стражникам. Или к Тимоше. Поняли?
Средний план: дворня кивает. Молча.
БОГДАН (Тимоше)
Поехали. Сами посмотрим.
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ГОРНИЦА — ДЕНЬ
Средний план: ГРИГОРИЙ. Восемь лет. Сидит на лавке. Смотрит в стену. Молчит. Рядом — ВАРВАРА. Что-то делает по хозяйству.
ВАРВАРА
Ты чего сидишь? Иди погуляй. На улице день. Солнце.
Средний план: Григорий не отвечает. Смотрит в стену.
ГРИГОРИЙ (тихо. Себе)
Отец вернётся. Снова допрос устроит. Спросит, что видел. А я не был. Не видел. Он опять скажет — плохо. Плохо стараешься. Надо идти.
Средний план: он встаёт. Медленно. Идёт к двери.
ВАРВАРА
Куда?
ГРИГОРИЙ
Погулять.
НАТ. УЛИЦА — ДЕНЬ
Средний план: Богдан едет на коне. Рядом — Тимоша.
БОГДАН
Митрофан на пристани?
ТИМОША
С утра. Говорит, тихо. Лодки все свои. Никого нового.
БОГДАН
Данила?
ТИМОША
На задворках. Ничего.
БОГДАН
К рынку.
НАТ. У ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Средний план: Григорий подходит к дому. Останавливается. Смотрит. У ворот — стража. Двое. Злые. Смотрят по сторонам.
Крупный план: Григорий. Лицо. Он боится. Хочет уйти. Делает шаг назад.
ГРИГОРИЙ (тихо. Себе)
Отец велел. Он сказал — каждый день. Незаметно. Он будет спрашивать. Надо.
Средний план: он обходит дом с другой стороны. Ищет место, где можно перелезть.
НАТ. РЫНОК — ДЕНЬ
Средний план: Богдан идёт через толпу. К нему подходит Данила.
ДАНИЛА
На задворках тихо. Но у сарая — след. Кто-то ходил.
БОГДАН
Кто?
ДАНИЛА
Не знаю. Мальчишка. Босой. Небольшой.
Крупный план: Богдан. Лицо. Что-то ёкает внутри. Но он не показывает.
БОГДАН
Смотри дальше.
НАТ. ЗАБОР У ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Средний план: Григорий у низкого забора. Смотрит по сторонам. Никого. Подтягивается. Лезет.
Крупный план: из-за сарая выходит ЧЕЛОВЕК БОГДАНА (один из дворни). Видит Григория. Замирает. Потом бежит к стражникам.
НАТ. ДВОР ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Средний план: стражники стоят у ворот. К ним подбегает человек.
ЧЕЛОВЕК
Там! У забора! Кто-то лезет!
СТРАЖНИК 1
Где?
ЧЕЛОВЕК
У сарая! Быстрее!
Средний план: стражники бегут к сараю. Григорий уже на заборе. Перекидывает ногу.
СТРАЖНИК 1
Стой!
Средний план: Григорий вскрикивает. Прыгает вниз. Но поздно. Стражники хватают его.
СТРАЖНИК 2
Попался!
НАТ. РЫНОК — ДЕНЬ
Крупный план: Богдан. Лицо. Бледнеет. Рука тянется к груди.
ТИМОША
Богдан? Что с тобой?
БОГДАН (тихо)
Сын…
Средний план: он разворачивается. Бежит к коню.
НАТ. ДВОР ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Средний план: стражники тащат Григория к крыльцу. Мальчик упирается. Плачет. Псы лают.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ (с крыльца)
Стойте!
Средний план: старик. Сгорбленный. С палкой. Седые волосы. Белая борода.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
Что за шум?
СТРАЖНИК 1
Лазутчик, батюшка! Через забор лез!
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ (смотрит на Григория. Долго)
Как звать-то тебя?
ГРИГОРИЙ (сквозь слёзы)
Гриша…
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
Гриша. А чего плачешь? Обидели?
Средний план: Григорий кивает.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ (стражникам)
Отпустите его.
СТРАЖНИК 2
Но, батюшка…
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
Я сказал — отпустите. Мальчишка это. Игрушку потерял. А вы его — цап-царап. Испугали.
Средний план: стража отпускает Григория. Мальчик падает на колени.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
Пойдём-ка. Провожу тебя до ворот.
НАТ. У ВОРОТ ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Средний план: старик и Григорий у ворот. Старик лезет за пазуху. Достаёт леденец.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
На. Держи. Да не трясись ты так. Я же вижу — испугался. Оно и понятно. Псы лают. Люди кричат. Кто угодно испугается. А ты — малец. Тебе сколько? Восемь?
Средний план: Григорий кивает.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
Вот. Восемь. А они на тебя — как на татя. Эх. Ну, бывает. Иди домой. Матери скажи — задержался. А про это — не говори. Никому. Понял?
Средний план: Григорий кивает. Смотрит на старика.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
И ещё. Приходи ко мне в гости. В любой день. Я люблю с малыми детьми возиться. А стражников больше не бойся. Скажи им: «Я к дедушке Фёдору Фёдоровичу». Пусть только попробуют не пустить.
Средний план: Григорий смотрит на него. Долго. Потом — тихо.
ГРИГОРИЙ
Спасибо, дедушка.
Крупный план: старик кладёт руку на голову мальчика. Гладит.
ФЁДОР ФЁДОРОВИЧ
Беги. И больше не плачь. Не стоит оно того.
Средний план: Григорий кивает. Разворачивается. Бежит. Не оглядываясь.
НАТ. УЛИЦА У ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Средний план: Богдан подбегает к воротам. Задыхается. Смотрит. Видит: Григорий идёт по улице. Плачет. Громко. Леденец в руке.
Крупный план: Богдан. Глаза. В них — слёзы. Он идёт к сыну.
БОГДАН (тихо)
Гриша…
Средний план: Григорий поднимает голову. Видит отца. Всхлипывает. Бежит к нему. Обнимает.
Крупный план: Богдан обнимает сына. Крепко. Глаза закрыты. Слёзы текут по щекам.
БОГДАН (шёпотом)
Прости. Прости меня. Я не подумал. Не предупредил. Это моя вина.
Затемнение.

СЦЕНА 3. УГЛИЧ. ДОМ НАГИХ. ГОРНИЦА И ДВОР. ДЕНЬ
ИНТ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА — ДЕНЬ
Горница. Дубовые лавки. Тёмные образа в углу. На столе — карта города, испещрённая пометками. Свет из узкого окна падает на стол, высвечивая чернильные крестики и кружки.
Средний план: Михаил Фёдорович сидит. Перед ним — Богдан. Стоит. Руки за спиной. Спина прямая.
БОГДАН
Пристань. Митрофан держит с утра. Один странник. Не местный. Пришёл пешком. Сказал — к святым местам. Но шёл не по дороге, а берегом. Я велел за ним присмотреть.
Крупный план: рука Михаила Фёдоровича. Палец медленно скользит по карте. Останавливается на пристани. Ставит точку.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
А на рынке?
БОГДАН
Данила с утра там. Нашли одного — торговец из Твери. Вчера приехал. Говорит — сукно привёз. Но не продаёт, ходит. Смотрит. Я велел не терять его из виду.
Крупный план: палец Михаила Фёдоровича. Скользит к рынку. Ставит вторую точку.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Хорошо. Работа идёт. Но этого мало. Надо смотреть не только вокруг дома, но и в самом доме. Ты видел, как он устроен? Где ворота? Где стены? Где окна? Откуда можно подойти?
Средний план: Богдан. Молчит. Опускает глаза. Потом — поднимает.
БОГДАН
Нет. Не видел.
Средний план: Михаил Фёдорович встаёт. Медленно. Подходит к окну. Смотрит во двор. Долго. Молчит. Потом — оборачивается. Резко.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Тогда посмотри. Осмотри всё. Каждый угол. Каждую щель. Потому что если он не снаружи, то он уже здесь. Внутри. Среди нас.
Средний план: он идёт к двери. Открывает. Кричит. Громко. На весь дом.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Настасья!
Средний план: дверь открывается. Входит НАСТАСЬЯ. Высокая. Дородная. Женщина средних лет. Спокойная. Останавливается у порога. Смотрит на Богдана. Оценивающе. Потом — на Михаила Фёдоровича. Преданно.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Покажи ему дом. Снаружи и внутри. Всё. Но так, чтобы он ни с кем не разговаривал. Ни со слугами. Ни с домочадцами. Ни с кем. И недолго. Поняла?
Крупный план: Настасья. Кивает. Медленно. Без улыбки.
НАСТАСЬЯ
Поняла, батюшка.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ (Богдану. Не оборачиваясь)
Иди. Смотри. Запоминай. Потом расскажешь.
Средний план: Богдан кланяется. Коротко. Выходит. Настасья — за ним. Дверь закрывается.
НАТ. ДВОР ДОМА НАГИХ — ДЕНЬ
Двор. Большой. Крепкий. Кони. Телеги. Люди. Где-то ржёт лошадь. Где-то стучит молоток.
Средний план: Настасья идёт быстро. Богдан — за ней. Не отстаёт. Ровно.
НАСТАСЬЯ (не оборачиваясь)
Ворота. Днём двое. Ночью четверо.
БОГДАН
Калитка. В углу.
Средний план: Настасья останавливается. Резко. Оборачивается. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — шаг навстречу. Близко. Так, что чувствует его дыхание.
НАСТАСЬЯ (тихо. В упор)
Хозяйская. Ключ — у меня.
Крупный план: Богдан. Не отступает. Не отводит глаз. Улыбается. Одними губами. Без веселья.
БОГДАН
У кого ещё?
НАСТАСЬЯ (не моргнув)
У меня. Только у меня. Если не веришь мне — можешь сразу меня в застенок тащить и там на дыбу вздёрнуть.
Средний план: пауза. Долгая. Богдан смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — тихо. Ровно.
БОГДАН
А я гляжу — скорей уж вы меня в застенке на дыбу вздёрнете. Такая уж вы, оказывается, властная женщина.
Крупный план: Настасья. Усмехается. Криво. С вызовом.
НАСТАСЬЯ
Да уж. Я точно не подарок. Особенно тем, кто мне грозить посмеет.
Средний план: пауза. Они смотрят друг на друга. Долго. Потом — Богдан чуть кивает. Медленно. Без улыбки. Но с уважением.
БОГДАН
Показывай.
Средний план: Настасья. Отворачивается. Идёт дальше. Быстро. Но не убегает.
БОГДАН (в спину. Ровно)
А ты сама где живёшь?
Средний план: Настасья не оборачивается. Но шаг замедляет.
НАСТАСЬЯ
За кухней. Своя комната.
БОГДАН
Одна?
Средний план: Настасья останавливается. Оборачивается. Смотрит на него. Долго. Потом — усмехается. Криво.
НАСТАСЬЯ
А что? Хочешь предложить компанию?
Крупный план: Богдан. Не ожидал. Но не отступает.
БОГДАН
Я хочу предложить дело. А ты уже про другое подумала.
НАСТАСЬЯ (чуть улыбается)
Ну, попробуй. Предложи.
БОГДАН
Ты много знаешь. Каждый угол. Каждый ключ.
НАСТАСЬЯ
Моя работа.
БОГДАН
И это — власть. Ты знаешь дом лучше хозяина.
НАСТАСЬЯ (в упор)
А ты кто такой? Почему тебя Михаил Фёдорович к себе приблизил?
БОГДАН
Потому что я тоже смотрю. Только снаружи. А ты — внутри.
Средний план: он делает ещё шаг. Близко. Слишком близко. Настасья не отступает. Дышит часто.
БОГДАН (шёпотом)
Если что-то увидишь. Странное. Скажи мне. Не хозяину.
НАСТАСЬЯ (шёпотом. В упор)
Почему тебе?
БОГДАН
Потому что я пойму быстрее. И потому что тебе могут не поверить. А я — поверю.
Крупный план: Настасья. Молчит. Смотрит. Долго. Потом — отступает. Первая. Отводит взгляд. Тихо.
НАСТАСЬЯ
А если я не захочу говорить?
БОГДАН
Тогда не говори. Но если увидишь что-то страшное — подумай. Прежде чем молчать.
Средний план: Настасья. Кивает. Едва заметно. Отворачивается. Идёт дальше. Не оглядываясь.
Затемнение.

СЦЕНА 4. УГЛИЧ. САРАЙ ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ. ДЕНЬ
ИНТ. САРАЙ — ДЕНЬ
Сарай. Полумрак. Пахнет сеном и деревом. Свет пробивается через щели в досках — косые полосы пыли.
Средний план: Богдан сидит на чурбаке. Перед ним — ГРИГОРИЙ. Мальчику восемь лет. Лицо серьёзное, не по годам. Но сейчас — отводит взгляд. Молчит.
БОГДАН
Ты как? После того?
Средний план: Григорий молчит. Смотрит в стену. Потом — тихо.
ГРИГОРИЙ
Нормально.
БОГДАН
Я видел, как ты плакал.
ГРИГОРИЙ (резко)
Не плакал.
Средний план: Богдан смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо.
БОГДАН
Я тебя не предупредил. Не сказал, что у дома Нагих теперь другая стража. Это моя вина.
Средний план: Григорий молчит. Смотрит в стену. Потом — тихо. С обидой.
ГРИГОРИЙ
Ты всегда не думаешь. Ты только приказываешь. И допрашиваешь.
Средний план: Богдан. Молчит. Не оправдывается. Потом — ровно.
БОГДАН
Ты прав. Я приказываю. И допрашиваю. Потому что иначе нельзя. Но сегодня — не допрос. Сегодня — разговор. Хочешь — уйди. Скажи «не хочу» — и я не буду.
Средний план: Григорий смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо.
ГРИГОРИЙ
Я не хочу. Но останусь. Потому что если уйду — ты опять будешь думать, что я плохо стараюсь.
БОГДАН (кивает. Медленно)
Хорошо. Тогда — начнём. Но не как допрос. Как игра. Ты — Дмитрий. Я — тот, кто тебя проверяет. Но если ты устанешь — скажи. И мы закончим.
Средний план: Григорий кивает. Медленно. Выпрямляется. Собирается.
БОГДАН
Кто твой духовник?
ГРИГОРИЙ
Отец Феодосий. Из Чудова монастыря.
БОГДАН
Особые приметы. На теле. На лице. Что-то такое, что знает только тот, кто видел тебя близко. Говори.
Средний план: Григорий задумывается. На секунду. Две. Потом говорит — ровно.
ГРИГОРИЙ
Бородавка. На лице. Слева. У носа. Небольшая. Но заметная, если смотреть вблизи.
Крупный план: Богдан замирает. Смотрит на сына. Долго. Потом встаёт. Подходит. Близко. Смотрит на его лицо. Ищет. И находит. Бородавка. Слева. У носа. Он смотрит на неё. Долго. Он никогда не обращал на неё внимания. Она была. Всегда была. Но он не замечал. А теперь — видит.
БОГДАН (тихо)
Дальше.
ГРИГОРИЙ
Родимое пятно. На левой лопатке. Тёмное. Как земля.
Крупный план: Богдан снова замирает. Смотрит на сына. Потом — медленно — подходит к нему. Кладёт руку на плечо. Разворачивает. Смотрит. Под рубахой. На левой лопатке. Тёмное пятно. Как земля. Он смотрит на него. Долго. Молчит.
БОГДАН (шёпотом)
Ещё.
ГРИГОРИЙ
Плечо. Одно выше другого. Левое выше. Немного. Но если приглядеться — видно.
Средний план: Богдан отступает. Смотрит на сына. Долго. В его глазах — что-то новое. Он смотрит на мальчика. На бородавку. На плечо. На всё. И понимает. Тогда. В темноте. Когда он спутал Дмитрия с Григорием. Тогда он подумал: «Похож». А теперь — видит: не просто похож. Похож так, что в темноте не отличить.
БОГДАН (тихо, почти себе)
Вот оно… То, что дед говорил… Начинает сбываться…
Средний план: Григорий смотрит на отца. Не понимает. Но что-то в его голосе заставляет его замолчать. Запомнить.
БОГДАН
Молодец, сын. На сегодня хватит.
Средний план: Григорий встаёт. Кивает. Идёт к двери. Но у порога — останавливается. Не оборачивается. Говорит тихо.
ГРИГОРИЙ
Батя. А ты… Ты правда думаешь, что я — Дмитрий?
Крупный план: Богдан. Молчит. Смотрит на его спину. Долго. Потом — тихо. Ровно.
БОГДАН
Я думаю, что ты — мой сын. А Дмитрий — это то, что ты должен сделать. Не потому, что ты родился им. А потому, что ты сможешь им стать. Если захочешь. Если выдержишь.
Средний план: Григорий. Молчит. Потом — кивает. Едва заметно. Выходит. Дверь сарая закрывается.
НАТ. ДВОР ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
Средний план: Григорий не бежит дальше. Он останавливается. Прислоняется к стене сарая. Закрывает глаза. Дышит. Глубоко. Медленно. Потом — вытирает лоб. Крупный план: ладонь дрожит. Он смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — сжимает в кулак. И идёт дальше. Молча.
ИНТ. САРАЙ — ДЕНЬ
Средний план: Богдан остаётся один. Смотрит в стену. Долго. Потом — шепчет. Тихо. Почти беззвучно.
БОГДАН
Ты — похож. Сильно похож. Это твоё оружие. Им ты возьмёшь корону. И мы возвысимся. Как дед говорил.
Он встаёт. Выходит из сарая. Ночь. Тишина. Только звёзды. Он смотрит на небо. Долго. Потом — уходит в дом.
Затемнение.

СЦЕНА 5. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ, УЛИЦЫ, ПРИСТАНЬ — КОМНАТА НАСТАСЬИ. ВЕЧЕР — НОЧЬ
ИНТ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. ГОРНИЦА — ВЕЧЕР
Вечер. В горнице горит лучина. На столе — остывшая миска. Варвара у печи. Что-то делает. Быстро. Но не суетливо.
Средний план: Богдан входит. Уже собран. Дорожный кафтан. Пояс. Нож. Он не смотрит на жену. Идёт к сундуку. Достаёт плащ.
ВАРВАРА (не оборачиваясь)
Куда?
БОГДАН
Проверить посты. Сам.
Средний план: Варвара оборачивается. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо.
ВАРВАРА
Что-то на душе у меня неспокойно.
Средний план: Богдан. Останавливается. Смотрит на неё. Долго. Молчит. Потом — ровно.
БОГДАН
Вернусь — расскажу.
Средний план: он идёт к двери. Варвара — за ним. Останавливается на пороге. Смотрит. Долго.
ВАРВАРА
Богдан.
Средний план: он оборачивается. Смотрит на неё. Молчит.
ВАРВАРА
Ты бы поел сначала.
БОГДАН
Потом.
Средний план: он выходит. Дверь закрывается. Варвара остаётся одна. Смотрит на дверь. Долго. Молчит. Потом — крестится. Медленно. И возвращается к печи.
НАТ. ПРИСТАНЬ — ВЕЧЕР
Пристань. Вечер. Солнце садится. Пахнет рекой, тиной и рыбьей чешуёй. У причала покачиваются лодки. Грузчики заканчивают работу. Где-то ржёт лошадь. Где-то ругается лодочник.
Средний план: Митрофан сидит на перевёрнутой лодке. Чинит сеть. Руки привычные. Движения медленные. Но точные. Он не просто чинит — он смотрит. На всех.
Средний план: Богдан подходит. Не спеша. Останавливается рядом. Смотрит на реку.
БОГДАН
Нового кого-нибудь видел?
МИТРОФАН (не отрываясь от сети)
Нет. Всё те же. Купцы. Рыбаки. Странник.
БОГДАН
Странник?
МИТРОФАН
Всё ещё здесь. Ходит по берегу. Молится. Но не уходит. Уже третий день.
Средний план: Богдан смотрит на берег. Вдалеке — фигура. Сгорбленная. В тёмном. Медленно идёт по кромке воды. Останавливается. Крестится. Идёт дальше.
БОГДАН
Пусть ходит. Пока.
Средний план: он отходит. Смотрит на небо. Солнце клонится к закату. Тени удлиняются. Пора.
БОГДАН (будто между делом)
Пойду по городу пройдусь. Проверю посты.
МИТРОФАН (кивает. Не поднимая глаз)
Добро.
Средний план: Богдан уходит. Митрофан смотрит ему вслед. Долго. Потом — возвращается к сети. Но что-то в его взгляде меняется. Он что-то заметил. Но не сказал.
НАТ. УЛИЦЫ УГЛИЧА — ВЕЧЕР
Средний план: Богдан идёт по городу. Один. Без помощников. Но он не смотрит на посты. Он смотрит на небо. На тени. Ждёт, когда стемнеет.
Средний план: он проходит мимо рынка. Лотки закрываются. Торговцы собирают товар. Богдан не останавливается. Идёт дальше.
НАТ. ЗАДВОРКИ — ВЕЧЕР
Средний план: Данила сидит на заборе. Болтает ногами. Богдан проходит мимо. Не останавливается. Данила чуть кивает. Богдан чуть кивает в ответ. Всё.
НАТ. ДОМ НАГИХ. КАЛИТКА В УГЛУ — ВЕЧЕР
Вечер. Город затихает. Тени становятся длиннее.
Средний план: Богдан идёт к дому Нагих. Но не к главному входу. К калитке в углу. Хозяйская калитка. Та, что всегда заперта. Ключ — только у Настасьи.
Средний план: он оглядывается. Улица пуста. Он стучит. Тихо. Три раза. Ждёт.
Дверь открывается. Крупный план: Настасья. Смотрит на него. Долго. Потом отступает. Пропускает.
НАСТАСЬЯ (тихо)
Чего пришёл?
БОГДАН
Поговорить.
НАСТАСЬЯ
Ночью? В такое время?
БОГДАН
Ночью лучше всего говорить. Днём — все смотрят.
Средний план: она молчит. Смотрит на него. Потом — закрывает дверь. Идёт впереди. Он — за ней. В дом. Мимо кухни. В её комнату.
ИНТ. КОМНАТА НАСТАСЬИ — НОЧЬ
Маленькая. Чистая. Кровать. Стол. Свеча. Образа в углу.
Средний план: она ставит свечу на стол. Оборачивается. Смотрит на него. Долго. Молчит.
БОГДАН
Ты видела дом. Каждый угол. Каждую тень. Ты знаешь всех. Кто где ходит. Кто где спит. Кто где прячется. Ты — глаза этого дома. А я — глаза снаружи. Мы оба одни. Только ты — внутри. А я — снаружи.
НАСТАСЬЯ
Не одинаковые. Ты пришёл оттуда. Из Москвы. От бояр. А я здесь родилась. И умру здесь.
БОГДАН
Не умрёшь. Если будешь умной.
Средний план: он смотрит на неё. Долго. Не отводит взгляд. Она — не отводит свой. Молчит.
БОГДАН
Ты одна. В целом доме. Среди чужих. Мужчин. Слуг. Все смотрят на тебя. Кто — как на хозяйку. Кто — как на бабу. Ты держишься. Гордо. Но одна. Всегда одна.
НАСТАСЬЯ (тихо)
Тебе-то что?
БОГДАН
Мне — всё. Потому что я тоже один. Среди чужих. В чужом городе. С чужими людьми. Я делаю вид, что я свой. Но я — не свой. Я — тень. Как и ты.
Средний план: он встаёт. Подходит. Близко. Не касается. Но так, чтобы она чувствовала.
БОГДАН (шёпотом)
Ты можешь остаться одна. И тогда тебя сломают. Рано или поздно. Или ты можешь быть со мной. И тогда мы вместе будем сильнее.
НАСТАСЬЯ (смотрит в глаза)
Ты меня соблазняешь?
БОГДАН
Да.
Средний план: он не улыбается. Не играет. Он говорит это так же, как говорит о деле. Прямо. Честно. Она смотрит на него. Долго. Потом — встаёт. Идёт к образам. Крестится. Медленно. Потом оборачивается.
НАСТАСЬЯ
Если я соглашусь… Что будет?
БОГДАН
Ты будешь знать всё. Что в доме. Что вокруг. Ты будешь моими глазами. И ушами. А я — твоей защитой. Твоей силой.
НАСТАСЬЯ
Ты меня используешь.
БОГДАН
Да. Но я не вру тебе про это. А тебя и так все используют. Только врут. А я — нет.
Крупный план: она смотрит на него. Долго. В её глазах — что-то. Не страх. Не расчёт. Что-то другое. Давнее. Спрятанное. Она всегда была одна. В этом доме. Среди чужих. Мужчин. Слуг. Все смотрели на неё. Кто — как на хозяйку. Кто — как на бабу. Она держалась. Гордо. Но одна. Всегда одна. А он — не смотрел. Как на хозяйку. Или как на бабу. Он смотрел. Как на равную. Как на тень. Как на себя.
НАСТАСЬЯ (шёпотом)
Я не жду. Я выбираю.
Средний план: он не отвечает. Он делает шаг вперёд. Берёт её за плечи. Не грубо. Но твёрдо. Она не отстраняется. Смотрит в глаза. Дышит часто. Он наклоняется. Целует. Не нежно. Властно. Она отвечает. Сначала робко. Потом — сильнее. Руки её поднимаются. Ложатся ему на грудь. Потом — на шею. Она прижимается. Всем телом. Он чувствует, как она дрожит. Не от страха. От желания.
Средний план: он подхватывает её. Одним движением. Она лёгкая. Сильная. Она обхватывает его ногами. Он несёт её к кровати. Кладёт. Свеча горит. Тени пляшут по стенам. Она смотрит на него снизу. Глаза тёмные. Губы приоткрыты.
НАСТАСЬЯ (выдох)
Не жалей меня.
Крупный план: он не жалеет. Он снимает с себя кафтан. Рубаху. Она смотрит. На его тело. На шрамы. На руки. На то, как он двигается. Он накрывает её. Собой. Она вскрикивает. Тихо. Потом — замолкает. Только дышит. Часто. Глубоко. Ногти впиваются ему в спину. Он не замечает. Или замечает. Но не показывает.
Средний план: свеча горит. Тени движутся. Быстрее. Резче. Потом — замирают. Тишина. Только дыхание. Два. Одно — его. Одно — её. Ровное. Глубокое.
Крупный план: она лежит. Глаза закрыты. На губах — улыбка. Не широкая. Но настоящая.
НАСТАСЬЯ (не открывая глаз)
Ты женат?
БОГДАН
Да.
НАСТАСЬЯ
Дети есть?
БОГДАН
Есть.
Пауза. Она поворачивает голову. Смотрит на него.
НАСТАСЬЯ
И что ты им скажешь, когда вернёшься?
БОГДАН
Правду. Что я делал то, что должен был.
НАСТАСЬЯ
А мне что скажешь?
БОГДАН
То же самое.
Средний план: она молчит. Потом — тихо усмехается. Горько. Но не обидно.
НАСТАСЬЯ
Хороший ты человек, Богдан. И плохой. В одном.
БОГДАН (не оборачиваясь)
Я не всегда горжусь тем, что делаю. Но я делаю то, что должен. Чтобы все мы были живы. И дом этот стоял.
НАСТАСЬЯ
У кого?
БОГДАН
У тебя.
Крупный план: она молчит. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо усмехается. Горько. Но не обидно.
НАСТАСЬЯ
Красиво врёшь.
БОГДАН (не оборачиваясь)
Я не вру. Я просто не говорю всего.
Средний план: он встаёт. Одевается. Быстро. Без лишних движений.
НАСТАСЬЯ
Уходишь?
БОГДАН
Да. Утром меня не должно быть здесь. Никто не должен знать. Никто.
НАСТАСЬЯ
Никто не узнает.
Средний план: он подходит к двери. Останавливается. Не оборачивается.
БОГДАН
Если что-то увидишь. Что-то не то. Кто-то новый. Кто-то странный. Скажи. Через мальчишку у пекарни. Он знает.
Он выходит. Дверь тихо закрывается.
Крупный план: Настасья остаётся одна. Смотрит в потолок. Долго. Потом — встаёт. Подходит к окну. Смотрит на двор. Долго. Молчит. Потом — говорит тихо. Себе.
НАСТАСЬЯ
Он сильный. Он опасный. Мне с ним страшно. Но мне нравится ему подчиняться.
Она возвращается к кровати. Садится. Смотрит на свечу. Долго. Потом — берёт со стола траву. Сжимает в кулаке. И закрывает глаза.
Затемнение.

СЦЕНА 6. УГЛИЧ. ДОМ ОТРЕПЬЕВЫХ. КОМНАТА БОГДАНА. НОЧЬ
ИНТ. КОМНАТА БОГДАНА — НОЧЬ
Тесная комната. Стол. Свеча. Окно занавешено тяжёлой тканью. В углу — образа, едва различимые в полумраке. Пахнет воском и старой бумагой.
Средний план: Богдан входит. Устало. Садится на кровать. Снимает сапоги. Потом — встаёт. Подходит к дальней стене. Нажимает на доску. Доска отходит. В тайнике — оружие. Меч. Кинжал. Пара метательных ножей. Он проверяет каждый клинок. Проводит пальцем по лезвию. Убеждается, что остриё острое. Что рукоять не скользит. Движения чёткие. Отработанные. Без суеты.
Средний план: он закрывает тайник. Потом — снова открывает. Достаёт оттуда стопку бумаг. Ту самую. Из дома Колычева. Вертит в руках. Смотрит. Долго. Молчит. Потом — машет рукой. Досадливо.
БОГДАН (тихо, себе)
А. Уже смотрел их. Ничего в них нет. Зря только лазил в дом Колычева. Можно уже и сжечь их. От греха подальше.
Средний план: он садится за стол. Кладёт стопку перед собой. Берёт верхний лист. Подносит к свече. Бумага занимается. Он смотрит. Как огонь пожирает строки. Потом — второй. Третий. Четвёртый.
Крупный план: его рука замирает. Над огнём — последний лист. Бумага плотнее остальных. Почерк другой. И — странные знаки. Не буквы. Цифры. Столбцы. Ряды. Исчерканные каракули.
Средний план: Богдан смотрит на лист. Долго. Молчит. Потом — медленно — отводит руку от огня.
БОГДАН (тихо, себе)
А вдруг это не каракули?
Средний план: он кладёт лист на стол. Разглаживает. Смотрит. Долго. Потом — встаёт. Подходит к тайнику. Открывает. Достаёт дедову шахматную коробку. Ставит на стол. Открывает. Фигуры. Доска. Он вынимает фигуры. Под ними — дно. Двойное. Богдан поддевает ножом. Дно поднимается. В тайнике — сложенный лист. Старый. Пожелтевший.
Крупный план: Богдан разворачивает лист. Это — трафарет. С прорезями. Он кладёт его на письмо. Смотрит. Хмурится.
Крупный план: через прорези видны буквы. Бессмысленный набор. «КРВЛМНЩТ». Богдан качает головой. Не то.
Средний план: он берёт второй трафарет. Кладёт. Смотрит.
Крупный план: через прорези — снова бессмыслица. «ПРФДСХБ». Богдан хмурится. Откладывает.
Средний план: он берёт третий трафарет. Кладёт. Смотрит. И — замирает.
Крупный план: через прорези видны слова. Чёткие. Ровные. Богдан читает. Медленно. Губы шевелятся. Но он не произносит ни звука.
ТЕКСТ НА ЭКРАНЕ (через прорези трафарета):
«Фёдор Романов отправил в Углич своего человека. Имя — Борислав-Богдан Отрепьев. Родом из Углича. Характерник — зубы дракона. Очень опасен. Послан смотреть за Нагими. Он знает, что вы в Угличе, и имеет приказ найти вас. Будь осторожен с ним. Борис Годунов».
Крупный план: Богдан. Лицо. Ни одной эмоции. Только глаза. Холодные. Как лёд.
Средний план: он медленно кладёт письмо на стол. Разглаживает ладонью. И — не сжигает. Берёт со стола пустой лист бумаги. Кладёт рядом. Смотрит на оба. Потом — медленно, тщательно — складывает письмо Годунова вчетверо. Прячет за пазуху. Ближе к телу. Чтобы не потерять.
БОГДАН (тихо, почти беззвучно)
Это — не бумага. Это — измена. И её нельзя жечь.
Средний план: он встаёт. Подходит к окну. Отодвигает край ткани. Смотрит на двор. Ночь. Тишина.
БОГДАН (ровно, без выражения)
Кто-то из своих. Кто знал меня. Кто знал, что я поеду в Углич. Кто знал всё. И молчит. И пишет. Годунову. За спиной Фёдора Никитича.
Средний план: он опускает ткань. Возвращается к столу. Садится. Смотрит на пепел в плошке. Молчит. Потом — встаёт. Задувает свечу. Темнота. Только пепел в плошке ещё тлеет. Красные искры. Как глаза. Богдан выходит из комнаты. Тихо. Закрывает дверь.
Затемнение.

СЦЕНА 7. УГЛИЧ. ДОМ НАГИХ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА. УТРО
ИНТ. ГОРНИЦА МИХАИЛА ФЁДОРОВИЧА — УТРО
Утро. Свет падает через узкое окно. На столе — бумаги. Михаил Фёдорович сидит. Читает. Медленно. Внимательно.
Средний план: входит СЛУГА. Кланяется. Негромко говорит.
СЛУГА
Михаил Фёдорович. К тебе Богдан Отрепьев. Говорит — дело важное. Говорит — не задержит.
Средний план: Михаил Фёдорович откладывает бумагу. Медленно. Смотрит на слугу. Долго. Потом — на окно. Потом — снова на слугу. Он думает. Он всегда думает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Зови.
Слуга кланяется. Выходит. Средний план: Михаил Фёдорович остаётся один. Смотрит на дверь. Ждёт.
И — входит БОГДАН. Молодой. Прямой. В простом кафтане. На лице — ни страха, ни заискивания. Он входит. Останавливается. Кланяется. Не низко. Но почтительно.
Средний план: Михаил Фёдорович смотрит на него. Долго. Изучающе. Потом — указывает на стул.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Садись.
Богдан садится. Молча. Спина прямая. Взгляд — спокойный.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Зачем пришёл?
БОГДАН
Должен отправиться в Москву. Доложить о том, как погибли Колычев, Фрол и Елисей Иванович. И заодно попробую узнать что-то об убийце. Тем более что с охраной царевича всё в порядке. Здесь я пока не нужен.
Средний план: Михаил Фёдорович кивает. Медленно. Смотрит на Богдана. Долго. Потом — откидывается на спинку стула.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Хорошо. Поезжай.
Пауза. Михаил Фёдорович чуть наклоняет голову. Будто вспомнил что-то. Или — будто только сейчас решил спросить.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
А ребята мои сегодня вспомнили и мне ещё рассказали. Что ты тайно залез в дом Колычевых в тот день. Зачем это?
Средний план: Богдан чуть медлит. Ровно настолько, чтобы это выглядело естественно. Потом — будто смутившись — опускает взгляд. Лезет за пазуху. Достаёт тяжёлый кошель. Кладёт на стол. Кошель увесистый. Ткань плотная. Серебро.
Крупный план: Михаил Фёдорович смотрит на кошель. Потом — на Богдана. Молчит.
БОГДАН (негромко, будто оправдываясь)
Да вот решил, что парням этим деньги-то больше не понадобятся. А мне они точно не помешают.
Пауза. Долгая. Михаил Фёдорович смотрит на кошель. Потом — на Богдана. Долго. Молчит. Потом — кивает. Медленно. Без улыбки. Без осуждения. Просто — принимает.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Понял.
Средний план: он берёт кошель. Взвешивает в руке. Смотрит на него. Долго. Потом — кладёт обратно на стол. Не считает. Не пересчитывает. Просто — отодвигает бумаги.
МИХАИЛ ФЁДОРОВИЧ
Хорошо. Поезжай. Мы тут к царевичу беду не допустим.
Средний план: Богдан встаёт. Кланяется. Коротко. Поворачивается. Идёт к двери. Михаил Фёдорович смотрит ему вслед. Долго. Потом — берёт кошель. Взвешивает в руке. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — кладёт в сундук. Закрывает. Возвращается к столу. Садится. Берёт бумаги. Читает. Будто ничего и не было.
ИНТ. КОРИДОР ДОМА НАГИХ — УТРО
Средний план: Богдан выходит из кабинета. Закрывает дверь. Идёт по коридору. Медленно. Останавливается. Прислоняется к стене. Смотрит в потолок. Долго. Молчит. Потом — тихо. С досадой.
БОГДАН
Остаток денег, что Фёдор Никитич давал, пришлось отдать. Да и чёрт с ними.
Средний план: он отталкивается от стены. Идёт дальше. Быстро. Не оглядываясь.
Затемнение.

СЦЕНА 8. УГЛИЧ — ДОРОГА В МОСКВУ. ДЕНЬ
НАТ. ДВОР ДОМА ОТРЕПЬЕВЫХ — ДЕНЬ
День. Солнце. Двор Отрепьевых. Богдан выводит коня из конюшни. Конь оседлан. Дорожная сумка приторочена. Сам Богдан — в дорожном кафтане. Собран. Спокоен.
Средний план: на крыльцо выходит ВАРВАРА. Смотрит на него. Долго. Молчит. Потом — тихо.
ВАРВАРА
Надолго?
БОГДАН
Не знаю. Как получится.
Средний план: она подходит. Близко. Смотрит в глаза. Долго.
ВАРВАРА
Ты бы поел на дорогу.
БОГДАН
Поел уже.
Средний план: она кивает. Медленно. Потом — лезет за пазуху. Достаёт маленький узелок. Протягивает.
ВАРВАРА
На. В дорогу. Хлеб. Соль. И ладанка. От матери моей. Пусть хранит.
Средний план: Богдан берёт узелок. Смотрит на него. Долго. Потом — прячет за пазуху. Ближе к телу.
БОГДАН
Спасибо.
Средний план: он садится на коня. Смотрит на неё сверху. Долго. Молчит. Потом — тихо.
БОГДАН
Береги детей.
ВАРВАРА
Берегу.
Средний план: он трогает поводья. Конь идёт. Медленно. Через двор. К воротам. Варвара смотрит вслед. Долго. Не двигается.
НАТ. ГОРОДСКИЕ ВОРОТА — ДЕНЬ
Средний план: Богдан подъезжает к воротам. Стража. Двое. Смотрят. Он кивает. Ему кивают в ответ. Конь выходит за ворота. Дорога. Поле. Лес вдалеке.
Средний план: Богдан останавливает коня. Оборачивается. Смотрит на город. Долго. Молчит. Потом — тихо. Себе.
БОГДАН
Ну что ж. Пора.
НАТ. ДОРОГА — ДЕНЬ
Дорога. Поле. Лес вдалеке. Солнце высоко. Пыль. Тишина. Только копыта стучат по сухой земле.
Средний план: Богдан едет один. Конь идёт ровной рысью. Богдан чуть покачивается в седле. Смотрит вперёд. Долго. Молчит. Потом — наклоняется. Гладит коня по шее.
БОГДАН
Ну что, друг. Одни мы с тобой. Ты — не выдашь. Ты — не проболтаешься. Тебе ведь всё равно, кто я. Большой волк или обычный человек. Ты просто конь. И тебе нужен только овёс. А мне нужен кто-то, кто выслушает.
Средний план: конь фыркает. Богдан улыбается. Криво. Без веселья.
БОГДАН
С того дня, как я принял посвящение и стал характерником, я будто поделён на двух разных людей. Один — Богдан. Обычный. Почти всегда ошибающийся. Другой — большой волк. Он прячется. Или спит. Внутри. До момента, когда большая опасность не нависнет над ним. И тогда уже не Богдан действует. А большой волк. Он просыпается. И делает.
Средний план: он замолкает. Смотрит на лес вдалеке. Долго. Молчит. Потом — тише.
БОГДАН
Вот к примеру. Умом я ничего не знал. А большой волк внутри подал мне сигнал. Через страх. Через тревогу. Что семье Микифора и братьям смерть грозит. Микифор со мной вместе на войне был. И знал: если я предчувствую зло — я никогда не ошибаюсь. Нужно срочно убегать. Не оглядываясь. Я успел предупредить Микифора. Он собрался и уехал с семьёй. А Фёдор и Влас — не послушались. Остались. И погибли. Умом я не знал. А волк знал. И я знал через него.
Средний план: он замолкает. Смотрит на дорогу. Долго. Потом — снова гладит коня.
БОГДАН
Или взять последние события. Я ничего не планировал. Ничего не готовил. Сам до сих пор не пойму, как удалось заставить поверить осторожного и трусливого Михаила Фёдоровича. Как я смог таких опытных людей уничтожить? Так, что ни одного следа не осталось. И никто следствие открывать не стал. Это — не я. Это — он. Большой волк. Он проснулся. И сделал.
Средний план: он выпрямляется в седле. Смотрит вперёд. Долго. Молчит. Потом — тихо. Твёрдо.
БОГДАН
Я хотел бы стать ровней своему внутреннему большому волку. Добиваться того же, что и он. Но своим умом. А не внутренним даром. Для этого мне нужно найти большого волка. Прежде всего — в себе самом. Не того, что спит. А того, что может думать. Планировать. Выбирать. Без страха. Без тревоги. Просто — умом.
Средний план: он замолкает. Смотрит на дорогу. Долго. Потом — трогает поводья. Конь идёт быстрее.
БОГДАН
Ну что, друг. Поехали. Найдём его. В себе. И в Москве.
Средний план: конь фыркает. Богдан улыбается. Криво. Но — с надеждой. Они едут дальше. Дорога уходит вдаль.
Затемнение.