Тень утраченной любви. Гл 10 Знакомство с Кириллом

С Кириллом Лиза встретилась на корпоративе, который организовал друг отца Виктор Сергеевич. Знаменский — отец уважительно назвал его фамилию, и Лизе стало понятно, что они хорошие друзья.

Торжественное мероприятие состоялось в Москве. Банкет устроили в ресторане «Арагви» на Тверской. Лиза бывала в Москве и раньше, но в такое пафосное место попала впервые. Ей сразу бросились в глаза высокие потолки с лепниной, тяжёлые портьеры цвета бордо и хрустальные люстры, от которых свет дробился на сотни острых бликов. Пахло дорогими духами, сигарами и чем-то сладковато-пряным — наверное, так пахнет чужая, красивая жизнь.

Гости выглядели так, как будто сошли с картины «Вечерний бал»: мужчины в тёмных костюмах, женщины в вечерних платьях, с золотом на шее и запястьях. Лиза невольно одёрнула рукав своего платья — оно вдруг показалось ей слишком простым.

Отец взял её под руку и наклонился:

— Не волнуйся, Лиза. Немного непривычно, правда?

Лиза кивнула и постаралась придать лицу скучающее выражение. Но внутри всё дрожало от восторга.

Виктор Сергеевич стоял в глубине зала, окружённый людьми. Он не просто разговаривал — он принимал. Люди подходили, склоняли головы, ловили каждый его жест. Он слушал их снисходительно, иногда кивал, иногда бросал короткую фразу, и собеседник тут же расплывался в подобострастной улыбке.

Лиза заметила, как один солидный мужчина, судя по виду — из начальников, всё время поправлял галстук, ожидая, когда Виктор Сергеевич обратит на него внимание. Другой, помоложе, напряженно смотрел, не мигая, и держал бокал двумя руками, словно боялся уронить.

— Папа, а кто этот человек? — шёпотом спросила Лиза, хотя сама уже знала ответ.

— Виктор Сергеевич Знаменский, мой хороший друг, я тебе о нем говорил, — сдержанно ответил отец. — Очень влиятельный человек. Будь с ним вежлива.

— Конечно, папа, — улыбнулась Лиза.

Но про себя она уже решила: этот человек и есть представитель того самого нового мира, в который она хочет войти. И она сделает всё, чтобы остаться в нём, в этом мире, навсегда.

Лиза никогда раньше не встречала людей такого высокого уровня. Она наблюдала и оценивала. Видела, как лебезят перед бизнесменом все участники банкета. И неудивительно — ведь на нем был костюм от Версаче и золотая цепь в палец толщиной. А держался он так, как будто все присутствовавшие были у него в подчинении.

— Дядечка явно из самых высших кругов, — подумала Лиза.

Он возбуждал её интерес. Ведь папа никогда не носил золотых цепей и не смотрел на людей так, словно они ему должны. Он вообще был другой породы — старой, советской, где силу доказывали делами, а не понтами.

Ей вспомнился недавний разговор с отцом, когда к выпускному балу он вручил ей в подарок изумрудный гарнитур, роскошный, красивый и дорогой. Лиза тогда ахнула, не в силах сдержать восторга, а отец сказал:

— Только не хвастайся им, и ни с кем не говори о его стоимости. Это дурной тон.

Лиза тогда фыркнула:

— Пап, ну кто так сейчас говорит? Все давно уже оценивают вещи по деньгам, которые в них вложены. Даже шмотки сейчас модно носить этикеткой наружу.

Отец покачал головой:

— Уважение людей, Лиза, зарабатывается не тем, что у тебя в шкатулке. А тем, как ты себя ведёшь. Мы с мамой всю жизнь старались, чтобы нас уважали за поступки, а не за бумажник. Мы вели себя порядочно и были честными, а это самое главное в жизни.

Лиза не стала спорить. Но про себя подумала: «Старомодный ты у меня, папа. Кому сейчас нужны честность и порядочность?»

И вот теперь, глядя на Виктора Сергеевича, на его костюм, на цепь, на то, как люди вжимают головы в плечи, когда он проходит мимо, Лиза вдруг поняла: она хочет именно такой жизни. Где всё решают деньги и страх. Где не нужно притворяться скромницей. Где можно просто взять то, что принадлежит тебе по праву.

— Вот это уровень, — прошептала она, не заметив, что улыбается.

Папа, конечно, другой. Он живёт по навсегда установленным правилам, а не по понятиям, и превыше всего на свете ценит честь. Но папа остался в старом мире. А Лиза собирается жить в новом.

Она оглядывалась по сторонам. И тут увидела, как папа на другом конце зала здоровается за руку с каким-то парнем. Стильно одетый молодой человек сразу привлек ее внимание.

Что и говорить — этому красавцу в подметки не годился ни Артур, ни кто-либо другой из прежнего Лизиного окружения. Высокий, красивый, с королевской осанкой, одет так, словно только что вышел из салона, где шьют только для избранных, а на вещь вешают бирку: «эксклюзив».

Лиза мысленно похвалила себя за то, что вовремя избавилась от Артура. Теперь, благодаря ее предусмотрительности, можно без помех строить новую, счастливую, жизнь. К ее неотразимой красоте должен прилагаться спутник, соответствующий ее стандартам. Король и Королева.

Осталось только узнать, что же это за молодой человек, и какими ресурсами он обладает.

Папа, заметив, что Лиза на него смотрит, помахал ей рукой, делая знак подойти. Лиза одёрнула платье, поправила волосы и двинулась через весь зал, чувствуя, как присутствующие оборачиваются ей вслед. Она знала, что выглядит отлично — сегодня на ней было тёмно-синее платье, которое папа специально для мероприятия привёз из Москвы, и мамины серебряные серьги с подвесками. Десятисантиметровые каблуки уверенно зацокали по паркету.

— А вот и моя дочь, — сказал Игорь Владимирович с гордостью. — Лиза, познакомься. Это Кирилл, сын Виктора Сергеевича. Кирилл — это Лиза, моё единственное сокровище.

— Наслышан, наслышан, — Кирилл улыбнулся. Улыбка у него была обаятельная, белозубая — такая, от которой девушки наверняка сразу тают. Карие глаза лучились светом обаяния — тёплым, как вино в бокале. Лиза не сразу заметила, что этот свет не согревает, а только слепит.

— И что же вы слышали? — спросила Лиза, чуть склонив голову. Она умела задавать вопросы так, чтобы мужчина чувствовал себя польщённым.

— Что вы — самая красивая девушка за пределами МКАДа, — ответил Кирилл, не моргнув глазом. — Но я вижу, что слухи явно преуменьшили.

Лиза рассмеялась — легко, искренне.

«А он умеет говорить комплименты. Интересно, где такому учат».

— Кирилл учится в МГИМО, — пояснил Игорь Владимирович, как будто бы догадался, о чём думает дочь. — Будущий дипломат.

— Международные отношения? — переспросила Лиза с интересом и уважением.

Место учебы предполагаемого спутника крайне важно: МГИМО — это статус. Это связи. Это элитная Москва.

— Именно, — Кирилл чуть прищурился. — А вы, я слышал, тоже собираетесь в Москву? Надеетесь ее покорить?

— Да, надеюсь, — Лиза едва заметно улыбнулась. — Папа обещал мне квартиру и полную самостоятельность. Буду поступать на учёбу.

— В какой институт?

Лиза на секунду замешкалась. Она ещё не решила. Вернее, решила, что решит потом. Но вслух сказала:

— Ещё выбираю. Экономический, наверное. Или что-то гуманитарное, связанное с образованием.

— В Москве выбор огромный, — Кирилл кивнул. — Если нужна будет помощь — обращайтесь. Я в системе образования ориентируюсь, как рыба в воде. К тому же, родился и вырос в Москве, могу показать вам все достопримечательности столицы.

— Непременно воспользуюсь, — ответила Лиза и взяла с подноса бокал шампанского.

Отец, видя, что молодые люди нашли общий язык, отошёл — у него были ещё дела. Лиза проводила его взглядом, и они остались вдвоём. Впервые за вечер ей стало легко, они с Кириллом наслаждались обществом друг друга.

Кирилл смотрел на неё так, словно не было ни зала, ни гостей, ни отца. Он много рассказывал о Москве — о ресторанах, о тусовках, о том, какие люди решают в столице судьбы мира.

Лиза слушала и думала о том, что этот парень — именно то, что ей нужно. Красивый, богатый, с перспективами. Его глаза, лучившиеся обаянием, очаровали ее. И ей понравилось, как цепко он на нее смотрел. Это возбуждало интерес.

— Значит, вы хотите стать моим проводником в столичной жизни? — спросила она, когда молодой человек закончил очередную историю.

— Сочту за честь, — Кирилл поднял бокал. — За знакомство? Надеюсь, оно будет долгим и приятным.

— За знакомство.

Они чокнулись. Лиза сделала глоток и вдруг поймала себя на мысли, что Кирилл смотрит на неё не как на красивую девушку. Скорее — как на интересное приобретение.

Лиза немного насторожилась, она привыкла, что на нее смотрят с восхищением, а не с целью приобретения в собственность как красивую добычу.

Но ей стало любопытно: а что, если они и правда смотрят друг на друга одинаково?

Она оценивает его как альфа-самца, он оценивает её как девушку, которая должна принадлежать альфа-самцу. Пожалуй, они с Кириллом очень похожи и стоят друг друга.