Здание Морга

Так, стоп, вырубайте эту заунывную музыку на заднем плане, и ты, у экрана да-да, именно ты, замерший с смартфоном в руке спину выпрями, а то заработаешь сколиоз раньше, чем попадёшь ко мне. Думал, сейчас будет очередная готическая драма про «обитель скорби» и «призраков в тумане»? Серьезно? Спойлер: призраков тут нет. Зато есть тонна склизкого кафеля, нержавейка марки триста шестнадцать и конвейер, который работает без перекуров, рад познакомиться, я Здание Морга, и сегодня я твой гид по самой честной локации на этой планете. Мой главный бренд-код это запах, и нет, это не духи от Шанель, это ядрёный, въевшийся в бетон коктейль из формальдегида, хлорной извести, едкого аммиака и лёгкого, приторно-сладкого шлейфа... ну, ты понял. Запах настолько липкий, что если ты посидишь тут час, твоя куртка будет пахнуть вечностью до третьей стирки. Ты сейчас сидишь там у себя, дышишь чистым воздухом и думаешь: «Фу, ну и гадость, ладно, дочитаю и закрою». Не-а, дружище . Твои рецепторы уже поймали этот триггер, чувствуешь, как в горле слегка запершило и слюна стала металлической на вкус? Сюрприз! Это психосоматика и капелька моего формалина. Весь этот экшен начинается у разгрузочного пандуса. Бум! Это борта спецмашин бьются о резиновые отбойники. Санитары в тяжелых прорезиненных фартуках (стиль «кровавый кутюрье») подхватывают серые пластиковые мешки. Вжик поехала молния, обнажая окоченевшую плоть цвета сырой курицы с синюшными трупными пятнами на спине. Здесь не церемонятся, у нас тут утилитарная логистика, детка. На большой палец ноги наживую, со скрипом наматывают капроновый шпагат с клеёнчатой биркой. Чёрный маркер оставляет три цифры. Бам и у тебя новый никнейм! Кстати, посмотри на свой большой палец на правой ноге. Давай, пошевели им, красивый, чистый, с аккуратным ногтем. Мои ребята оценят. Когда-нибудь этот маркер выведет там твой персональный номер. Не переживай, это бесплатная опция для каждого, кто умеет дышать. Пока ещё умеет. Дальше у нас по курсу холодильный блок. Огромный стальной шкаф с фреоновыми компрессорами, которые круглые сутки утробно хрипят и вибрируют так, что дрожат стены. Внутри стабильные плюс четыре, сырость и кромешная тьма, с потолочных балок, покрытых инеем, срывается ледяной конденсат. Тюк. Тюк. Прямо по натянутому на лица пластику мешков. Чуваки там лежат рядами, штабелями, тихо и мирно. Никто не жалуется на холодную вентиляцию, тесноту или отсутствие вай-фая. Твоё место, кстати, компьютерная система уже забронировала в угловой ячейке. Ну а что? Заранее надо планировать, тайм-менеджмент! А теперь святая святых, секционный зал! Бьющий по глазам люминесцентный свет чисто как в дешевом супермаркете, только вместо колбасы на стальных столах с наклоном лежат... ну, ты понял. Из кранов непрерывно фигачит ледяная вода, чтобы смывать темно-бурые, желеобразные сгустки крови прямо в зияющее сливное отверстие под столом. И тишины тут нет, забудь этот миф! Тут постоянно идёт грязный, громкий движ: шаркают резиновые сапоги по склизкому полу, скрипят инструменты. Хрусь! О, это характерными кусачками-рёберными ножницами вскрыли грудную клетку. Пссс... а это с характерным свистом вышел застоявшийся воздух из легких при нажатии. Лаборант шлёпает извлечённые органы единым комплексом прямо на чашу весов, как хабалистая продавщица на рынке: «Опа, печень кило шестьсот, селезёнка двести десять, сердце четыреста сорок, миокард дряблый, оригинальный владелец явно любил фастфуд и пивасик по пятницам». Слышь, ты, любитель чипсов и энергетиков у экрана, намёк понял? Секционный нож уже ждёт твою аорту. В конце этого анатомического стендапа начинается суровая рутина, внутренности закидывают обратно в полости (как попало, если честно, пазл собирать никто не будет, мозг вообще отправляется в брюшину) и санитар берёт огромную цыганскую иглу с суровой нитью. Шурх, шурх пошла строчка по бледной коже, быстро, грубо, матрасным швом, чтобы не текло на выдаче. Потрогай свой идеальный пресс, покачайся. Потрогал? Для этой иглы любая кожа как старый мокрый брезент, она шуршит и рвётся с одинаковым звуком. Ну и финальный штрих перед выдачей бьюти-процедуры! Родственники приносят пакеты с вещами, санитары пытаются натянуть твой любимый дорогой бренд на окоченевшие, неподатливые руки. Суставы хрустят, не влезает? Фигня, подрежем рукава и воротник сзади ножницами, в гробу-то никто не увидит! На лицо тонну театрального грима, маскирующей пудры, в нос и уши ватные тампоны, челюсть на подвязку, чтоб рот не разевался. И вуаля, ты выглядишь «как живой, просто прилёг отдохнуть». Твой лучший костюм, который ты бережешь для свадьбы, юбилея или важного собеседования, скорее всего, сыграет свой главный бенефис именно на моём подиуме под удушливый запах восковых свечей и дешевых пластмассовых венков. А за стеной в это время сопли, слёзы, корвалол, водка из пластиковых стаканчиков и родственники, бьющиеся головой о мой траурный постамент. Но мне на них вообще фиолетово, мои стены хрен прошибёшь У меня тут свой вайб и свой вечный, монотонный звук механический гул компрессора. Так что давай, закрывай вкладку, иди попей водички, проверь пульс, попробуй выкинуть меня из головы. Но помни: мой холодильник работает круглосуточно, и я прямо сейчас настраиваю температуру в камере специально под твои параметры. До скорой встречи, пупсик!