Из жизни землян

- Дядя Лосев, - Верка стирала белье. – Вас интересует жизнь землян?
- Допустим, - академик Лосев отвечал осторожно, опасаясь засады.
- Теперь Земля ваша вторая родина, - Верка выводила Лосева на финишную прямую.
- У меня и первой не было, - Лосев не попался в ловушку.
- Почему вы приземлились на заимку, а не в Вашингтон? – все сначала.
- Когда летишь в полном одиночестве, а холодный бездушный космос бросает звездолет из стороны в сторону, с одного гребня световой волны на другой… - академик Лосев запнулся - текст автора закончился. – Какая чушь!
- Дядя автор, - Верка поняла, откуда ветер дует. Из сортира. – У вас про природу не очень хорошо получается.
- Пигмеи! – раздался голос из сортира. – Пушкина мне!
- Пушкин закончился на прошлой неделе. Остался Толстой – три страницы, - Верка разделяла озабоченность автора. - Самый читающий народишка в мире. Книги глотает на раз.
- Да мне не глотать! – автор взмолился. – Хоть что-нибудь осталось?
- Про рюриков и печенегов…
- Несите!
Принесли полное собрание из настоящей берестяной грамоты вместе с березами.
- Дядя Лосев, - Верка зашла с другого боку. – А что вы сейчас считаете?
- Лиса Патрикеевна, - академик Лосев считал подводы с берестяными грамотами. – Вы действительно хотите это знать?
- Нет, но мне интересно.
- Разное, но предпочитаю юмор.
- Кто это?
- А вы про кого?
- Я про автора и берестяные грамоты.
- А я про телевизор и пропагандонов.
- Это же, как смеяться в храме! – Верка быстро перекрестилась. – Святотатство!
- Да? – Лосев покатился по избе со смеху. – Еще!
- Тогда и мне налейте как у него, - Верка сделала заказ, включила телевизор и стала читать. – Попы обещали захватить Данбас молитвами и крестными ходами… Самозванец поставил задачу Дмитрию Донскому… Среди освященных снарядов и ракет встречаются несознательные, предатели и иноагенты – пролетают мимо детских садов, жилых домов… не хотят нести слово божие… - Верка зажала рот, лицо покраснело, тело затряслось в судорогах.
- Что случилось? – вошла Ирина Васильевна.
Академик Лосев катался по полу, рядом на четвереньках ползала Верка, будто бисер искала.
- Они нашли друг друга, - прокомментировала Ирина Васильевна.
- Что там наши карбонарии говорят? – академик Лосев перестал кататься. – Все пропало?
- Давненько от них весточки не было, - Верка собрала весь бисер.
- Карбонарии учли урок, - Ирину Васильевну интересовали куда более важные проблемы.
- Ну пожалуйста, - умоляли Верка и дядя Лосев.
- Девяносто процентов прогнозов генерала с профессором не сбылось, хотя они не вылезали из кремлевских ночных горшков. А то, что сбылось, устарело еще до того, как сбылось.
- Почему?
- Потому что они все свои планы выкладывали на блюдечке, и контрразведке ничего не оставалось делать. Все было сделано за нее. Трест – два, сам стал жертвой Треста-три. Сейчас они поменяли тактику, убрав щенячий восторг, и что кремлины отдадут им власть, а потом будут умолять поставить их в угол. Теперь нарратив - все плохо, очень плохо, а Украине кирдык.
- Тетя Ира, я как всегда вас не поняла. – Верка обратилась за помощью к дяде Лосеву. – Так они за нас или за вас?
- Не знаю. От всех их планов осталось только уверенность, что расия засияет, если не на следующий год, то на будущий, а через сто лет - точно.
- Это было в ночных горшках кремлинов?
- Это наглядный пример того, как стопроцентный инсайд становится стопроцентным дерьмом. Бог посмеялся над ихними планами. По крайней мере, теперь они стали действовать более хитро и осторожно.
- Значит, Украина засияет?
- В жопе засияет.
- Но режиму уже мало того, что он хотела три года назад? И если бы Украина тогда согласилась…
- Вранье, - Ирина Васильевна надела очки. – Это такая игра преступника с жертвой. Сначала ему надо от жертвы только один воздушный поцелуй и когда та отказывается, или даже, если согласится - следующее задание - поцелуй в губы. Снова отказ или согласие. Новые условия с каждым разом ужесточаются - принести деньги, переписать квартиру и так далее. На первый взгляд, кажется, что жертва каждый раз сама виновата, отказываясь от лучших условий, что приводит к их ухудшению от разу к разу. Но это обычная тактика и схема преступников. Жертва насилия не обязана соглашаться ни в первый, ни в десятый раз, никогда, потому что она не жертва, а если согласится на эту схему, то преступник в конечном итоге заберет все.
- Значит, если останется один куриный хутор в Карпатах – это победа?
- Да.
- А как Запад расценивает эту войну? – Верка полагала, что Ирина Васильевна знает это лучше Запада.
- За годы войны Голливуд снял достаточно сериалов, чтобы это понять, - Ирина Васильевна успевала смотреть сериалы в перерывах между одним бездельем и другим. – Ответ очевиден.
- Кому?
- Мне.
- Давайте начнем сначала? – Верка предложила невидимым гостям сесть.
- Современная война сделала много новых вызовов человечеству, - со стороны могло показаться, что Ирина Васильевна говорит с трибуны ООН. – Но голливудские сериалы четко дают понять, что угроза с Востока сильно преувеличена. Мизерная помощь Запада успешно противостоит всей технической мощи сибирского медведя и сычуаньской панды. Так, в третьем сезоне отважный спецназ Штатов с легкостью нейтрализует лучший спецназ рашии в Техасе, а диктор за кадром как бы ненароком предупреждает, что будет с плохими парнями, теми, кто не любит Америку и с мечом к ним войдет…
- Дядя Александр Невский получил грин-карту?
- Родина там, где задница в тепле – Брат два, - Ирина Васильевна была рада за Невского. – Будет Гудзонским невским ястребом. В целом же западный истеблишмент идет на поводу исторического фейка о Киеве, как матери городов русских, поскольку у самих таких фейков - воз и маленькая тележка. А потому с пониманием относится к действиям противника, типа вернуть свое непосильно нажитое. Лосев, я права?
- Молодой расийской державе нужна была историческая легитимность и ее взоры вместо скалистых фиордов и архангельских рыбных обозов мужичков упали на южный чернозем, что начинался за Смоленском. Прибрать к рукам бесхозное добришко сам бог велел вместе с южными княжескими родословными. И писцы принялись за работу. Потемкинские деревни прорубили окно в потемкинскую Историю. Отстроили, законопатили, убрали лишних свидетелей, закрепили заморскими грамотами и дело в шляпе.
- Значит, украины никогда не было? – какой смысл вложила Верка в свой вопрос и кого не было в таком случае академик Лосев не понял.