Три жизни. Часть 71. Глава 118

Два уставших человека.

 Мои тяжёлые, безрадостные думы внезапно прервал глухой стук закрывшейся двери заводской проходной. Тимо вскоре вернулся. Ещё когда он только подходил к машине, по его поникшим плечам и излишне сосредоточенному лицу удалось сразу понять: мужчина серьёзно расстроен. Важные деловые переговоры на рыболовецком заводе имени Кирова явно пошли совсем не так, как ему изначально хотелось.
Однако стоило ему открыть переднюю дверцу и сесть со мной рядом, как он тут же заметно переменился в лице и опять мягко улыбнулся мне своей неизменной доброй, подкупающей улыбкой. Он принципиально не хотел перекладывать эти свежие деловые проблемы на мои хрупкие плечи.

В этот самый миг пришло отчётливое, глубокое осознание: внутри этой роскошной машины сейчас сидят два бесконечно уставших человека. У него оставались свои нелёгкие, тяжёлые мысли о бизнесе в этом совершенно непредсказуемо новом мире, а у меня — свои, глубокие материнские тревоги и вечный страх за будущее детей. Мы оба молча несли по жизни каждый свой собственный груз, но его чистая улыбка согревала салон «Форда» в этот час лучше любого весеннего солнца.
Машина плавно развернулась и мягко поехала обратно в сторону Таллинна.

  — Таня, я предлагаю заехать в какое-нибудь уютное кафе, перекусить, — нарушил затянувшееся молчание Тимо, уверенно ведя автомобиль сквозь майский день. — А потом мне нужно будет обязательно съездить на Тоомпеа. Там сейчас находится наш основной офис.

Мне ничего не оставалось, кроме как тихо согласиться. Однако мой беспокойный характер — вечная привычка что-то делать, куда-то непрерывно спешить и всё контролировать — решительно не давал расслабиться. Пришлось снова внутренне съёжиться, уходя встревоженными мыслями в свои бесконечные заботы. Наверное, Тимо заметил это состояние и по-человечески понял, как сильно я волнуюсь.

  — У меня здесь, в Таллинне, намечается действительно серьезный бизнес, но я не хочу останавливаться на чем-то одном, — заговорил финн, когда мы уже сидели в обволакивающем полумраке уютного кафе в Старом городе. — Если у тебя есть какие-то свои идеи, расскажи, и мы будем работать вместе. Я тебя ни в чём не обижу, обещаю.
Он мягко и открыто посмотрел на меня и спросил прямо:

  — А где ты сейчас работаешь, Таня?

Лёгкое смущение болезненно укололо меня, но удалось найти в себе силы ответить честно, прямо и гордо:

  — По профессии я кондитер. Но сейчас... сейчас временно убираю подъезды, чтобы хоть как-то кормить семью. Мне это ничуть не мешает. Ещё иногда перепродаю дефицитные вещи, кручусь как могу.

Тимо молча достал сигарету и аккуратно закурил. В его глазах в этот миг промелькнула глубокое, искреннее сожаление — он явно всей душой сопереживал моей непростой доле. Немного помолчав, он вдруг плавно протянул мне через стол свою правую руку, открытую ладонью вверх:

  — Скажи, ты хочешь быть со мной? Будем вместе работать, у тебя наконец-то будут деньги, стабильность...

Пришлось посмотреть на его открытую ладонь, затем прямо в глаза и задать тот самый вопрос, который я просто обязана была задать:

  — Тимо, ты женат?

  — Да, — тихо выдохнул он вместе со струйкой сигаретного дыма. — Если, конечно, это вообще можно назвать настоящим браком. Мы с женой давно стали совершенно чужими людьми. Дети — вот единственное, что нас еще хоть как-то держит вместе.
Слова застряли в горле, а в уютной тишине старинного кафе между нами повисла тяжелая, звенящая пауза. Почему тогда я решительно не могла протянуть ему свою руку в ответ? Наверное, мой твёрдый деревенский характер или уже выработанное долгими годами горькое недоверие к людям упрямо диктовали в ту самую секунду: «Будь максимально осторожна! Он чужой, у него своя сложная жизнь, своя семья». Разум буквально кричал о безопасности, изо всех сил защищая моё и без того израненное материнское сердце.

Тимо всё прекрасно понял без лишних слов. Он медленно убрал протянутую руку обратно, виновато опустил глаза и, тихо извинившись, на минуту отошёл из-за нашего стола.
Я осталась в полном одиночестве в полумраке ресторанного зала, задумчиво глядя на свой пустой бокал. Но не успела я даже толком перевести дыхание и уложить в голове этот разговор, как резкий стук отодвинутого чужого стула заставил меня испуганно вздрогнуть. Ко мне за столик, без малейшего приглашения или разрешения, решительно и нагло подсел посторонний, совершенно незнакомый мужчина.

                Продолжение тут:http://proza.ru/2026/10/26/1746