Владимир Высоцкий на Байкале

Я рвал гитару, глотку, нервы, жилы,
Менял меридианы, как перчатки
И вот — Байкал*. Здесь ветры положили
На душу мне холодные заплатки

Я бросил «Мерс» — пускай себе пылится, —
Сменил асфальт на скрип речных причалов
Здесь даже время будто не стремится,
Здесь всё берёт достойное начало

Волна седая бьётся о прибрежье,
Как будто сердце старое стучится
И чайки — наглым белым побережьем —
Кричат куплет, что может получиться
Я их мотив ловлю на выдох-вдохе,
Вплетаю в рифму, в хриплый свой надрыв,
Про все мои шальные эпопеи,
Пропасти, взлёты и крутой обрыв

Мужик-рыбак, просоленный, как вобла,
Смолил цигарку, щурясь на восток
Сказал: «Семёныч, жизнь — она не сдоба
Ты пей вот, пей… байкальский кипяток»
А та вода — прозрачнее, чем слёзы
Ребёнка или кающейся блудницы
В ней тонут все сомненья и угрозы,
И хочется по-новой народиться

Нырял я вглубь — за смыслом, за ответом,
За той строкой, что вывернет нутро
Там тишина, пронизанная светом,
И дно — как будто в блёстках серебро
Там каждый камень — истина простая,
Что ты — песчинка, гость на полчаса
И вся твоя известность золотая —
Лишь пена, дым, пустые словеса

А после — у костра, где пахнет дымом,
И омуль тает на губах, как снег, —
Такая тишь, что кажется незримым
Идёт по кругу главный человек
И уха та — не суп, а откровенье,
Что лечит душу, штопает грехи
И хочется поймать одно мгновенье,
Чтоб написать главнейшие стихи
Про то, как важно, до конца, до края,
Сквозь лесть и ложь, сквозь славу и хулу,
Нести свой крест, себя не растеряя,
И душу не спустить за похвалу
Прожить вот так — как эта гладь седая:
Всю глубину под штормом сохранить
И, уходя, последним козыряя,
Сказать себе: «Я честно выбрал жить!»


*14 июня 1976 года
14.06.1976, 11.00

Прилет в Иркутск из Москвы Владимира Высоцкого вместе с Вадимом Тумановым-младшим - сыном легендарного золотодобытчика Вадима Ивановича Туманова. Их встречали в аэропорту заведующий базой снабжения старательской артели «Лена» Анатолий Тюркин и журналист Леонид Мончинский. Прямо из аэропорта поездка в Листвянку, где к встречающим присоединился друг Вадима Туманова Важа Платонович Церетели. В Листвянке фотографировались в санатории «Байкал», у Лимнологического института, истока Ангары и в конце поселка на фоне Байкала и возле Никольского храма, двери которого специально открыли для Владимира Высоцкого.