В облаках на честном слове

Тяжелый Ту-4 уверенно набирал высоту, пробивая густую свинцовую облачность. В кабине пахло разогретым металлом, гидравликой и свежей краской. Марина Беленькая твердо держала штурвал, вглядываясь в сплошное белое молоко за остеклением. На правом кресле Мирон Токарев внимательно следил за авиагоризонтом и высотой.
Внезапно самолет сильно тряхнуло. Раздался глухой, надрывный хлопок, и приборная панель отозвалась тревожным миганием красных ламп. Левый крайний, четвертый двигатель, выбросил струю черного дыма и начал стремительно терять обороты.
— Отказ четвертого! Давление масла на нуле! — крикнул Мирон Токарев, пересиливая гул оставшихся трех моторов. — Командир, нас тянет влево, закрылки не скомпенсируют такой занос вслепую!
Марина стиснула зубы, удерживая рвущийся из рук штурвал:
— Мирон, помогай удерживать крен! Смекайло, Анжела, что там на четвертом?! Живо доложить!
В техническом отсеке в этот момент развернулась настоящая битва за выживание. Из-за отказа топливного насоса бензин начал скапливаться в гондоле, угрожая страшным пожаром.
— Анжела, хватай манометр и перекрывай аварийный кран четвертого бака! — рявкнул Смекайло-де-Цопфи, лихорадочно переключая тумблеры на своем пульте.
— Перекрыла! Но Смекайло, клапан заклинило, топливо все равно прет в коллектор! Мы сейчас вспыхнем прямо в этой туче! — крикнула Анжела Власенко, отчаянно налегая на заевший рычаг.
— Так, отставить панику! Включай народную смекалку. Где мой походный набор? Анжела, сними со стены пожарный топор и бей прямо по силуминовому кожуху распределителя! Нам нужно сбросить давление в обводной магистрали!
— Смекайло, ты с ума сошел? Если искра — нам конец!
— Бей, говорю, аккуратно, по касательной! Я в этот момент пущу углекислоту из центрального баллона! Давай, девочка, на счет три! Раз, два...
Анжела замахнулась и точным, выверенным ударом обрушила обух топора на заклинивший узел. В ту же секунду Смекайло крутанул вентиль пожаротушения. Раздалось шипение, клапан с треском встал на место, и стрелка давления поползла вниз.
— Есть! Перекрыли! — тяжело дыша, выдохнула Анжела, вытирая пот со лба. — Пожара не будет. Но мотор мы потеряли окончательно.
— Главное — людей спасли! — Смекайло-де-Цопфи тут же включил ларингофон: — Командир! Пожар предотвращен, четвертый зафлюгирован! Идем на трех, машина в вашем распоряжении!
Марина Беленькая и Мирон Токарев совместным усилием выровняли Ту-4. Тяжелый исполин послушно заложил правый вираж, пробил нижнюю кромку облаков и вышел на глиссаду родного аэродрома. Посадка на трех двигателях была жесткой, но ювелирной. Как только колеса коснулись бетонки, внизу снова раздалось победное «Ура!» от стоявших на земле Василия Анисимова, Владимира Пиняева и сестер.

Глава 6. Новое предполётное задание: Полярный экспресс

Вечером, когда Ту-4 уже стоял в ангаре под присмотром Пиняева и Анисимова, латавших несчастный четвертый мотор, братва снова собралась у стола. Ангелина Мельник, чтобы снять стресс у команды, выставила свое новое фирменное блюдо — «Авиационные запеченные лодочки из картофеля с рваной говядиной, маринованным огурчиком и ядреным хреном».
Марина Беленькая подошла к карте, висевшей на стене гаража, и с размаху вонзила в нее кортик прямо в районе Полярного круга.
— Итак, братва! Отдыхать некогда, — объявила Марина, и ее глаза азартно блеснули. — Наше следующее задание. Радиостанция на мысе Челюскин полностью заблокирована ледяным затором после сильнейшего бурана. Семь полярников остались без связи, дизельного топлива и медикаментов. Пробиться туда морем сейчас невозможно. Вертолеты не долетят — не хватит радиуса.
Вся команда замерла, глядя на карту.
— Наш Ту-4 — единственная машина, способная взять на борт пять тонн груза, долететь туда в условиях экстремального холода и сбросить полярникам платформы на парашютах, — продолжила Беленькая. — Работать придется в условиях полярной ночи и обледенения.
Смекайло-де-Цопфи довольно потер руки:
— Обледенение — это по нашей части! Мы с Пиняевым и Анжелой как раз придумали, как модернизировать противообледенительную систему крыла, используя тепло от выхлопных газов оставшихся моторов.
— Вот и отлично, — улыбнулась Марина, поднимая стакан с остатками «Трех Топоров». — Мирон, готовь теплую летную куртку, полетишь правым пилотом. Анжела, Смекайло — на вас моторы. Братва, за работу! Завтра мы летим спасать Арктику!