Дневник сновидца Бронзовые цветы мертвого дерева

«- Время — река, что течёт без устали и без оглядки, зажигая и погашая годы на костях  моей памяти. Я ловлю эти  миги секунд, как бабочек, и думаю, что держу их крепко в своих ладонях — но они растворяются в воздухе,  и исчезают, оставляя лишь лёгкую дрожь на моих руках, и шепот прошедших дней.  Рядом со временем стоит Вечность. Моя Вечность! Пространство без начала и конца, его каждое мгновение уже было или ещё будет. Я не знаю? Циклы не заканчиваются, они  повторяются бесконечно число раз.  Моя Вечность не измеряется часами или календарями; она воспринимается сердцем и душой. Она — это ощущение того, что всё связано, что каждое  моё "тогда" живёт в каждом моем "сейчас", и что я сама — часть большого непрерывного потока, который не подвержен изменениям одного моего  взгляда.

И вот Мертвое дерево, стоит на грани времени и вечности. Бронзовые колокольчики, висящие на его ветвях, звучат не как звон часов, а как тонкие напоминания: каждый звук — это миг, который был, обещание, которое не исполнено. Когда ветер тронет, колокольчики звучат слабым, но ясным голосом: время шепчет, вечность им отвечает. Бронзовый звук — между вдохом и выдохом, между мыслью и действием, между прошлым и будущим. Его  голос  ответ:  мое время все же  течёт,  и  смысл имеется; моя вечность пребывает, и безмятежность прорастает сквозь прозрачность  настоящего  время».

Бесконечное синее пространство, пронизанное тысячью  немигающих звезд. Земля, плывущая, поэтому  Звездному морю, слово огромный «корабль» забытый во времени. Средь тишины  Мироздания еле слышный  звон колокольчика.
-Усталость, -  поднимая глаза, на огромное дерево, усыпанное вместо листьев, колокольчиками, проговорил монах. Он сидел на бортике «бассейна», который окружал ствол  исполинского  «коралла».

-Вечность, - вторил ему его же брат, что находился рядом с ним. Он, так же как и монах, напротив, неотрывно рисовал мандолу в бассейне, разноцветным  песком, - кто бы мог подумать, что князья снова пойдут по этому Пути рядом с цесаревичем?
-Эта троица неразлучна, - усмехнулся  Старший монах. Его брат, чуть улыбнувшись, слегка покосился на Древо, что росло на этом туманном острове средь Космоса,  - как и в прошлом, их дорога едина.
-Завидуешь,  брат? – спросил Младший монах.

-Отнюдь, - покачал головой  Старший, - цветы  не соревнуются между собой. Они просто расцветают. Если б я тогда понимал это,  то возможно не сожалел  бы сейчас  о своих поступках.
-Одна  мысль может изменить день, один день может изменить жизнь, и одна жизнь может изменить мир, - промолвил Младший монах, набрав в руки пригоршнею золотого песка, - не расстраивайся, возможно, в этот раз для нас все наконец-то закончиться  благополучно.
-Хотелось бы, - покачал головой Старший монах. Он вздохнул и его лицо изменилось. Мужчина лет сорока-сорока пяти кинул взгляд на своего оппонента, - думаешь, Она смогла забрать моего сына у Цендаре?

-Ты в Ней сомневаешься? – отряхнув руки от песка, промолвил хозяин обители, что застыла между Временами  в холодных горах Хайарал. Его облик тоже изменился. Теперь перед  бывшим Царем Полозом  сидел молодой мужчина с золотыми волосами и голубыми глазами.
-Она столько раз теряла  его, - усмехнулся глава Каменных людей.
-В это раз думаю, Она подготовилась лучше,  - подбодрил  его глава Северных людей, - все мы скоро обретем покой.
-Будем  надеяться, - улыбнулся Царь Полоз и вернулся не посредственно к  прошлому занятию.

- О, Великое Мироздание, почему все наделенные бессмертием,  так любят темноту, - послышался  чуть раздраженный  женский голос. Братья  Монахи переглянулись и непринуждённо рассмеялись в один голос. Щелчок пальцами  и огромный зал залился ярким солнечным светом, что пронзил разбитые витражи  и заплясал на полу, на пару с пылинками,  в разрушенном  тереме, - они ещё  смеют смеяться  надо  мной, теперь понятно в кого пошли,  своим  хамским  поведением,  князья!
-Смерть, - улыбнулся Старший монах, опуская ноги на пол и глядя на тощую фигуру перед собой, - ты как всегда неподражаема!

-Фы-ы-ы-р-р-р, -  только и выдала женщина, чуть вздернув подбородок, сложив руки на груди.  Младший монах, тоже оторвался от создания мандолы и мягко улыбаясь, промолвил: - ну, как  смогла удержать в своих руках Янго.
-Нет, - резко выдала женщина, отводя взор от голубых глаз «монаха», - его друзья, как и всегда, оказались сильнее  моего обаяния.
- Ну, ну!- усмехнулся Старший монах, - однако. Как же обидно, тебе, наверное.
-Угу, - притворно разочарованно промолвила Смерть, подходя ближе к звездному бассейну. Она взяла и из плоской тарелки пригоршню  золотого  песка и так же как монахи стала аккуратно, струйкой, рисовать контур одной из спиралей  мандолы Истины.

- И что же делать-то будем? – подыгрывая  Смерти, так же разочарованно вздохнул Младший монах, при этом  хитро подмигивая своему брату. Тот лишь незаметно усмехнулся себе в бороду. Смерть же разогнувшись, отряхнула ладони от песка, равнодушно выдала: - а ничего, подождём ещё маленько. Они сами придут к нам, сюда в Крепость.
Почувствовалось легкое движение,  и тишину разорвал, чуть истошный звон бронзовых колокольчиков. Все кто тут находился, тут же подняли глаза на красивый коралл посреди пустого зала. Смерть сжала переносицу и, прикрыв глаза, сухо сказала: - Ну, почему они так реагируют на неё.

-Бояться, - вздохнул глава Каменных людей, глядя за спину Смерти.  Средь солнечных лучей мелькнул белый подол, и к дереву подошла девочка, чья туника была соткана из лунного света. Она виновато  опустила глаза и чуть поклонившись, пролепетала: - простите, простите меня. Я не хотела, правда, не хотела, превращать  вас в  узников.
-Да, ладно, что уж тут поделаешь, - мягко промолвил глава Северных людей, похлопав по месту рядом  с собой.
Ангел, чуть всхлипнул и, опустив голову, присела рядом с Младшим монахом.  Тот лишь улыбнувшись, обнял расстроенную девочку, словно дочь. Колокольчики ещё сильнее «разнервничались».

- Дядя, мне так стыдно, - вцепившись в его одежду,  разревелась Майху, - я…я не оправдала надежды, что на меня возложили Звездные предки.
- О-о-о, нет, дорогая, - с сарказмом  перебила её Смерть,  кидая на рыдающую девочку взгляд, - с этим ты прекрасно справилась!  Ответ Кармы, ты нам, всем  здесь устроила!
Майху подняла свои глаза на дрожащее дерево и уже в полный голос разрыдалась. Колокольчики с ней в унисон, разразились  мелодичным «стоном». Женщина тут же зажала уши руками и, отвернувшись от  этого концерта,  крикнула во весь голос: - успокойтесь уж  все! Вы меня в могилу  вгоните  своими воплями!
-Тише, тише, - послышался спокойный голос  главы Каменных людей, его рука коснулась ближайшего колокольчика. Мужчина погладил  темный от времени бронзовый бок, - не бойтесь. Ангел не причинит вашим душам  боль.
 
-Угу, - всхлипнула Майху, чуть успокоившись, - не могу. У меня больше нет крыльев.
-И слава Мирозданию, - закатив глаза, сказала Смерть, - а то бы ты по доброте своей сердечной, нарушила бы и  третий запрет.
- Я.. я, - пролепетала девочка  и тут же затихла, чувствуя на своей голове  теплую ладонь своего младшего дяди. Монах покачал головой. Смерть же, не оборачиваясь, продолжила чуть дрогнувшим голосом: - ну, натворила и натворила! Чего рыдать-то, исправлять надо. Основа этого Мироздания всего лишь треснула, рассыпаться.…Надеюсь, не рассыплется окончательно. Ладно, мне по делам надо, а вы тут это. Порядок  что ли наведите, перед  гостями неудобно как –то будет.

Смерть вздохнула и быстро направилась  в сторону выхода под нос, себе ворча: - вот надо же пригрела на своей груди  изгоев, а  они шороху навели в моем мире. Было тихо, мирно. Всё рождалось помаленьку, да и умирало потихоньку. А теперь, что, подавай им бессмертие, да всевластие! У-у-у сколько же, глупости в головах этих « Богов»!

Женщина  покинула тайную залу и двинулась по разрушенным и тихим коридорам. То тут, то там виднелись останки некогда гордого народа. Смерть ускорилась, хоть и сохраняла невозмутимость, но внутри все заходилось, какой-то странной дрожью. Она вошла в тронный зал и на мгновение задержалась, пристально глядя на покрытые пылью троны. По её обнажённым плечам пробежали мурашки. Смерть передернуло, словно от пронизывающего ледяного ветра. Она поежилась и, погладив себя по плечам, медленно направилась к забытому  престолу.

 Величественно поднявшись, она с ровной спиной опустилась на одно из кресел. Её взгляд заскользил по некогда величественному залу. Как и в коридорах здесь было полно человеческих костей.  Целые, и с отсеченными головами, отрезанными руками, ногами,  проткнутыми грудными клетками. Уже было не разобрать, кто защищался, а кто  нападал, одинаковые  белые кости и пустые глазницы черепов.
- Из праха вышли и в прах уйдем, - грустно прошептала Смерть, откинувшись на спинку трона и закрыв глаза. Она судорожно сглотнула,  и плечи женщины вдруг опустились, словно на них был столь тяжелый груз, который  был не посилен даже тому, кто дарил всему живому покой. Тому, кто  знал Истину, тому, кто помогал двигаться дальше  отдаленному Мирозданию, в самом неприметном  углу  этой Вселенной.

-Да, что было, то было, - грустно улыбнулась Смерть, пристально рассматривая свои руки на коленях, - к чему себя укорять. Да и сожалеть то особо нечего!
Она решительно поднялась  и, спустившись с пьедестала, так же решительно покинула тронный зал. Через некоторое время  Смерть уже легко шла по лугу из белых цветов, соцветия которых походили на маленькие звездочки, вспугивая при каждом шаге стайки светлячков. В небе виднелось два солнца и… невероятно! Тут же  рядом в небесной голубизне, были  четкие контуры  трех лун.

-М-м-да! – остановившись, промолвила Смерть, кидая взгляд на бескрайний луг  до горизонта, и поглядывая на светила у себя над головой, - парадоксальное место! Даже, мне не по силам такое создать. Как  же им – то удалось?
Она снова перевела взгляд  перед собой, пытаясь отыскать своего помощника. И вот горизонт прорезал черный силуэт, что словно  мрачная статуя,  застыл, глядя на того, кто лежал в гробу перед ним. Смерть хмыкнула и не спеша направилась к своему спутнику.

-Х-м-м, - как-то задумчиво промолвил парень, глядя на бледное лицо Янго, что лежал полуобнажённым в саркофаге из белого чуть парящего материла. Похожим, одновременно, своим видом  на белый нефрит и холодный лед.  Он потянулся к его скулам и слегка их коснулся, - давно я не видел его таким  чистым.
- А то, - усмехнулась Смерть, становясь с другой стороны гроба, - в этом весь Янго. Каждые тридцать лет он перерождается из  оникса, и каждый раз с его лица и тела стираются все шрамы,  и Царь Полоз становиться ещё прекраснее, чем  был в прошлой жизни.
   
Помощник Смерти вздохнул с печалью: - Они исчезают  так же, как и его помять, - он снял гловелетты. Смерть покосилась  на рваные шрамы, что « украшали» руки её помощника.  Юноша  хотел, коснулся  холодной груди  Янго, той стороны,  на которой   должна была быть татуировка рогатого змея. Но его руки слегка дрогнули, он чуть сжал пальцы, затем поднял ладони и коснулся своего лица, которое  скрывал от других  длинными черными волосами прореженных   белыми прядями.

-Да, шрамы исчезают снаружи, но внутри они все так же приносят боль, - он судорожно вздохнул и снова скрыл свои руки перчатками.
-Ну, не переживай ты  так, у Янго все ещё впереди, - улыбнулась ему Смерть, складывая руки перед собой на крае  саркофага, - Вот  сколько тебя знаю, до сих пор не пойму. Почему ты прячешь свое лицо, не такое же оно у тебя безобразное. Ну, парочка шрамов…

Смерть тут же замолчала  и в упор уставилась на своего помощника, она почесала затылок.
-Хотя…. – продолжила она, послышался легкий смешок юноши. Смерть закатила глаза, - ну, да чуть больше  парочки…
-На много больше, - перебил её помощник. Женщина  вздохнула: - ну, не  такой уж, ты урод….Для меня.
-Для тебя – то понятно, - чуть с сарказмом промолвил юноша. Смерть опять закатила глаза: - ты думаешь, если покажешься, вот таким «красавцем», тебя испугаются?

- Я сам боюсь своего отражения, - вздохнул юноша, отворачиваясь от места  упокоения Янго и направляясь к беседке, что неожиданно возникла посреди цветущего луга. Смерть последовала за ним. Догнав своего помощника, женщина вместе с юношей зашла под резную крышу увитую кистями глицинии  и села на шелковые подушки, что покрывали мраморные  лавки, окружающие такой ж мраморный стол, на котором уже парил  чай и стояли блюдца с все возможными угощениями. Напротив неё опустился её помощник и налил себе  чай в  кружку.
-Ты сказала им, что Янго у тебя? – спросил юноша Смерть, отпив  напиток. Женщина невозмутимо протянула руку и взяла зефир в шоколаде. Она сделала небольшой глоток и  с изяществом откусила кусочек  сладости.

-Не-а, - честно ответила Смерть прожевав. Юноша подавился чаем: - почему?
Женщина слегка поморщилась, потом фыркнула, затем невинно захлопала ресницами, кидая взгляд на своего помощника. Юноша  отстаивался от себя чашку и, сложив руки на груди, откинулся на спинку, и  вздохнул: - Младший князь Цендаре.
-Между прочем уже  Великий, -  ответила Смерть, придавая своему выражению лица непробиваемое спокойствие.  Помощник  Смерти растеряно почесал лоб: - вообще-то я в курсе.
-Угу, - кивнула головой женщина. Юноша покачал головой: -  вот дался, он тебе!

-П-ф-ф-ф-р!!! – выплюнула чай Смерть, её стало душить возмущение, она подскочила с места, -  да, как вы! Да, как ты смеешь мне…, да такое говорить!!!
-Какие – то проблемы? - неожиданно сурово, оборвал её юноша. 
-Нет, - обижено буркнула Смерть, рухнув обратно на подушку. Женщина надула губы и отвернулась от своего собеседника. Тот лишь коротко хмыкнул и снова взял в руки свою кружку. Смерть покосила на своего помощника  и тут же сказала: - и вообще, я могу позволить себе хоть какую-нибудь маленькую радость!

- Ты натуральная садистка, - вздохнул юноша, отправляя в рот шоколадную конфету, - в чем радость-то? зацеловать до смерти самого близкого друга Царя Полоза. У него бедненького даже, ноги отказали!
-Ну, вот такая я темпераментная, - вдруг покраснела женщина, скромно потупив взор и беря в руки чашку,- не могу сдержать свои пылкие  чувства  при виде  его Божественной красоты.
-Чувства, говоришь, - чуть рассмеявшись, промолвил  юноша, - теперь оно понятно, почему  Цендаре от  тебя всегда удирал, как от чумы. Ты ж его из своих покоев не выпустишь, пока всего не измотаешь.

-Ну, это ты загнул, не такая уж  я и похотливая, - стыдливо прошептала  Смерть, глядя в себе в чай, - просто, Цендаре и правда всегда мне нравился. А он все же предпочел  выбрать другую.
-Как знать, как знать, - вздохнул помощник, беря в руки чайник и наливая себе вторую чашку. За столом зависла тишина, разбавленная  лишь шуршанием оберток конфет. 
-Блин, я, кажется что – то забыла, -  вдруг застыла Смерть, недонеся до губ конфету. Она вдруг стала бледнее чем прежде, - вот черт, я забыла её в крепости Каменных людей!

-Кого!? – округлил глаза юноша. Смерть побледнела до синевы: -ЕЁ!
-Её!!!- помощник Смерти ещё больше округлил глаза. Он подскочил: - она там, в Крепости, одна!?
-Да, - прошептала виновато Смерть  и тоже поднялась, - одна и ещё там темно.
-Ну, ты и даешь! – сжал кулаки помощник, - как ты могла так оболваниться!
-Ты, это язык –то попридержи, - вдруг вспыхнула Смерть, - обозвать меня болванкой. Я имею, между прочим, побольше власти, чем ты! Вмиг приближу твое время!

-Ай, да  делай что, - махнул на неё рукой помощник и выскочил из беседки. Смерть от такой наглости, аж язык проглотила и рухнула обратно на место. Потом взяв себя в руки, она  тут же подскочила.
-Ты куда!? – окрикнула  женщина юношу. Молодой человек на мгновение обернулся и, не сбавляя ход,  кинул в её сторону: - пойду, проведу её дальше, а ты жди князей. Чувствую, так просто они не сдадутся. Найдут сюда дорогу, чтоб  вызволить из твоих рук братца.
-Хорошо, - виновато вздохнула женщина, и тут же добавила: - будь осторожен,  не дай ей увидеть твоего лица. 
-Боишься, что от моей  «красоты» её удар хватит, - с ёрничал ей в ответ помощник.

-Нет, поверь у неё крепкая сердечная мышца,- с сарказмом промолвила Смерть.
-Тогда чего переживать – то? – рассмеялся юноша и тут же растаял средь эдельвейсов. Смерть же покачав головой, тихо проговорила своему помощнику в  спину: - некоторые лекарство нужно вводить медленно, иначе  можно принести больше вреда, чем пользы. И да, нужно включить свет.
 
***

Звук щелчка и по моим глазам  резанул свет, делая мне слегка больно, этой  неожиданной вспышкой. Я некоторое время привыкала к тому, что мое зрения вновь стало четким. После того, как перенеслась в сюда, была в легком шоке.  Смерть! Как она вообще могла меня бросить, так эгоистично, непонятно где, в темноте и тишине. Все же, какая, она бессовестная. Я стала оглядываться по  сторонам и тут же по всему моему телу ощутила крупные  мурашки.

- Скелеты, - хрипло проговорила я. Спазм страха сжал мне горло, нет, я, конечно, видела человеческие кости, но только в фильмах, да в кабинете биологии, не настоящие …из  пластика…и да всего лишь однажды. А здесь…, - тут, что побоище было! Ей Смерть ты, куда меня затащила!!! Это, что твое логово!!!?
-Нет, это не её дом,  - сказал равнодушный  голос,  откуда – то из темноты  у меня за спиной,  - хотя.…Нет, все же, уже не её дом.
-А- А- А!!!- мой вопль, наверное, оглушил  даже мертвецов, кости которых скромно валялись по углам, да ужаса странного места, в котором я оказалась.
-Да не ори ты так! – снова послышалось шипения со стороны кресел, что стояли на возвышение неподалёку от меня.

-Ты кто? – запищала я. Со страху даже голос  пропал.
-Да уж точно, не из  тех,  кто лежит тут на полу, - ответил мне язвительно мужской голос, - меня Смерть прислала  тебе в помощь.
-Моя Смерть?  - сболтнула я на автомате. Юноша вздохнул: - Ага, она самая.
-Вот же зараза, - гневно выдохнула я  и направилась к человеку, что сидел  на среднем троне, на возвышении у дальней стены зала, страх вмиг улетучился, - где это дря… негодница? А ну веди меня к ней! Я ей сейчас все выскажу! Бросила меня здесь… Б-р-р –р… в темноте среди мертвецов, зная прекрасно, что я видела…это!…этих!.. Лишь в кино!
-Так, стой там  и не подходи ближе! – остановил  меня  сидящий, на троне человек. Я резко остановилась, от столь неожиданных слов.

-Мгн, - только и  слетело с моих губ. Я затормозила и уставилась на высокие ботинки и джогеры, что виднелись из темноты. Я присмотрелась к силуэту, что наполовину скрывался от меня. Ага, толстовка и бесподобно длинные волосы, и опять распущенные по плечам.
-Ты опять не убрал свои космы! – возмутилась я, вмиг узнавая юношу, которого прошлый раз видела на лестнице сидящим,  рядом со Смертью. Нет, конечно, я сейчас выглядела на двадцать лет, но это только внешне, внутри меня все же  укоренилась строгая мамка. Да пятнадцать, с небольшим, лет материнства даром не проходят, еще при этом в дубле, - сколько раз  тебе повторять. Распушенные волосы неопрятно выглядят и да, это может ухудшить их здоровье и вид.… Вот же блин ситуация!

-Мгн!? - теперь послышался из темноты изумлённый голос помощника Смерти. Я вздохнула: - прости, материнский инстинкт. Если тебе так нравиться можешь оставить все, как есть.
-Да ничего страшного, бывает, - спокойно проговорил юноша, все же  собрал свои волосы, и убрал их, под капюшон толстовки, - и так я пришел помочь тебе  двигаться дальше, потому  что Смерть в данный момент не может тебе, самолично, открыть путь.
-Хорошо, – Примирительно кивнула я, пожав плечами и подходя чуть ближе. Походу я уже ко всему привыкла,- пойдем. Надеюсь, ты меня не будишь бездушно зашвыривать, куда-то в черную воронку, как привыкла делать это Смерть?
-А что, она с тобой постоянно так поступает? – спросил меня юноша, в его голосе послышалась сочувствие.

-Ага, - жалостливо вздохнула я, в душе радуясь тому, что хоть   кто – то  в этом безумном мире сновидений проявил хоть толику жалости ко мне. Помощник Смерти вздохнул и чуть слышно промолвил: -не-е, она точно имеет садистки наклонности. Интересно в кого она такая пошла, в отца что ли?
-У моей Смерти, есть отец!? – тут же услышав его полу тихий говор, опешила я. Вот это поворот!
-Ай, не забивай себе голову, - тут же прилетел ответ от помощника Смерти.

 Юноша поднялся, и чуть посильней натянув капюшон на глаза, спустился вниз, и остановился недалеко от  меня. Я окинула его взглядом. Помощник Смерти был невероятно высоким. Когда я его увидела первый раз, юноша сидел на ступеньку чуть выше нас со Смертью,  и поэтому сложно было оценить его рост по достоинству, да и лица я его особо  не помню. Так вот сейчас же, передо мной стоял молодой человек, наверное, под метр девяноста, с  подтянутой фигурой, что даже безразмерным фасон одежды, не скрывал её красоты. Я тут же набралась наглости и попыталась, попробовать, разглядеть  его  под капюшоном. При столь красивой фигуре, наверное, и лицом он очень приятен. Вот же фантазия разыгралась!

-Поверь, под капюшоном  тебя ждет не самое приятно зрелище, - грубо сказал  он, отступая от меня на шаг, и нервно поправляя край ткани толстовки.
-О-у-у, - только и промолвила, ощущая крайнюю неловкость, за свое любопытство. Все же я взрослая женщина, а виду себя как глупая девчонка и чего я там не видела! Но любопытство все же взяло вверх. Вот же гадство! Я догнала юношу,  и слегка сжал его за локоть, - и что у тебя такое с лицом, что может меня напугать?

Вот же я заеба грешная! И кто меня дернул за язык, какая безнравственность. Юноша вздохнул  и выдернул из моей руки свой локоть. Он молча снял с рук перчатки и закатал рукава толстовки по локоть.
-И как красиво? – усмехнулся он, суя мне поднос свою руку. Я чуть сглотнула, видя, что вся кожа предплечья,  и кисти, были иссечены  шрамами старыми и не очень. Рванными и резаными, они красными уродливыми  «червями», чертили линии по белоснежной коже и невероятно красивым, тонким, аристократическим пальцам его рук. Мое сердце вдруг сжалось от сочувствия, сколько же он пережил в своей жизни, до того как умер. Я неосознанно коснулась его холодных ладоней  кончиками своих пальцев,  и слегка погладила наиболее страшный шрам, что топорщился неровными кроями. Его руки дрогнули, юноша глухо буркнул,- лицо такое же.

Я лишь молча прикусила губу, помощник Смерти же, быстро одернул рукав, надел рывком перчатку и двинулся прочь из тронного зала. Я же на секунду застыла посреди костей, пытаясь совладать то ли с отвращением, то ли  с какой-то тихой тоской, что вдруг сжала мне сердце.
- Однозначно отвращения нет, - чуть слышно сказала я, испытав почему – то лёгкое чувство вины, как будто к появлению этих «шрамов», я имею  какое – то, возможно, косвенное отношение.
-Да, блин, - потянула я, оглядываясь по сторонам, - это место воистину плохо влияет на мою психику.
Я кинулась за спутником, что пришел мне на помощь, прочь из этой комнаты по полутемным коридорам.

-Э-э-э подожди меня, - крикнула я в спину, мерно идущего впереди меня, юноши. Тот застыл и чуть обернулся, поджидая. Я его догнала и тоже остановилась, глядя на него снизу верх, - как тебя там.…Зовут. Да, как тебя зовут?
-Какая разница, какое имя, у меня было раньше, - грустно усмехнулся он, разворачиваясь и  продолжая свой путь,- смерть, она все стирает. Так что можешь называть, меня  как хочешь.

Я кинулась за помощником Смерти, перебирая в уме имена и слова, которыми я могла бы называть юношу рядом с собой.  Косясь чуть искоса, я придумывала имя, которое бы  ему подошло. Итак, косая сажень в плечах, руки в шрамах, лицо тоже. Меня передернуло, кто же  его так отделал, какой…
-Мясник, - невольно сорвалось с моих уст. Юноша тут же остановился и слегка поднял свою голову, чуть поворачивая ей в мою сторону.  Я подалась вперед, все же пытаясь увидеть в тени капюшона,  хотя бы контуры его лица, что уж там говорить обо все остальном.  Но юноша быстро отвернулся, он слегка коснулся пальцами своих губ.

-Х-м-м, возможно это слова и вправду отражает истинного меня, - равнодушно промолвил юноша, я же растерялась: - я это не то имела в виду, ты меня не правильно понял. Я хотела сказать  не «мясник», это слово просто случайно сорвалось с моих уст. Так сказать мысли вслух.
-Мысли вслух, – как то небрежно промолвил юноша уставясь перед собой во тьму.  Я чуть сжала голову руками и опустилась на корточки от смущения. «Мысли вслух», « мясник» что твориться в моей башке.

-Я вообще другое хотела сказать, - чуть взвыла я, чувствуя почему-то  полную гамму неприсущих мне чувств. Неловкость, панику, испанский стыд за свою несдержанность и почему-то опять непреходящую  тоску и печаль. У-у-у, да что ж это такое! Мне сорок с небольшим лет, а я ощущаю себя, словно  вчера стукнула всего лишь двадцатка, где мое благоразумие и мудрость, что дает  скорбная  смертная жизнь,- глядя на тебя и принимая во внимание, твое нынешнее состояния. Ты похож  на  кузнеца…

- Кузнец, - пробурчал юноша и поглядел на свои руки, - было дело.
-У-у-у, да что ж такое! – опять взвыла я, топнув нервно ногой, - не кузнец, жнец! Да, Жнец Смерти человеческих душ! Вот, что я имела в виду!
-Жнец?  – растеряно спросил он, кидая взгляд на меня, - твой Жнец чего жнет -то?
Я чуть фыркнула:- Души жнет.
-Как это? – удивился юноша, уже полностью разворачиваясь, - жнецы,  же снопы жнут, да траву косят. Нет, траву косит косарь.
-Эм-м-м, ну да! – улыбнулась я, ощущая почему-то себя глупо. Интересно, в каком веку, юноша, что пред  мной, почил,  если он не знает столь избитого образа ангела Смерти, - косарь косит траву, жнец жнет снопы хлеба, а вот Жнец Смерти разрезает  жизненные нити смертных.
 
-О-у-у,  - выдал помощник Смерти, опять задумавшись,  и развернувшись в сторону темного хода,   двинул вперед размерным шагом. Я, чуть похлопав глазами, последовала за ним и опять же поравнялась  с юношей. Сжав его ладонь, я робко спросила: - ты же не против, если, тебя буду называть жнецом  Душ.
-Не против, - сказал юноша, чуть сжав мою кисть. Потом он резко остановился и снова кинул мельком на меня взгляд, - а как Жнецы перерезают нить жизни?
Я опешила, потом улыбнулась: - это лишь образно говориться.
-Как? – снова глухо спросил юноша, - как Жнец отнимает жизнь у человека?

Я нервно рассмеялась, боже, в какой Тмутаракани  родилось это «милое, наивное  существо» передо мной. И в каком времени, если ему сложно мыслить современными  образами. Я стала оглядываться по сторонам, чтоб найти, то на чем можно показать наглядно работу Жнеца Смерти.  Мне на глаза попался ржавый клинок, я схватила его и приставила к своему горлу. Юноша тут же дернулся в мою сторону.

-Вот так, - сказала я «перерезая» себе, образно,  горло от уха до уха, - чик и все, головушка скатывается, глазоньки смыкаются и гудбай мой лав гудбай!
-О-у-у, понятно. Это  хорошо, если рука натренирована, - невозмутимо ответил мной наречённый Жнец Смерти, забирая у меня из рук остаток  меча и приставляя к своему горлу, - а если он неопытный,  рука не твердая, получиться вот так.

Он чуть трясущими руками, стал медленно водить себе по горлу. Потом откинул клинок и как – то натурально захрипел. Затем  сложил пальцы щепотью и стал цвиркать сквозь зубы, изображая столбик пульсирующей крови из горла.
- И весь в крови! – пожал плечами юноша, убирая руку от горла, - задолбаешься потом отстирывать рубаху!
-У Жнецов Смерти обычно балахон до пят, - попыталась я  невозмутимо, его поправить.

-Ещё хлеще, - вздохнул новоиспечённый  Жнец смерти, - это же сутки нужно отстирывать, такой огромный  кусок  ткани.
-Угу, дальше, - серьезно кивнула я, хотя внутри задыхалась от смеха.
-Что дальше? – не понял меня  помощник Смерти. Я сложила пальцы щепотью и тоже изобразила у себя в горле дыру,  из которой вырывался воображающий фонтан крови: - цвирк, цвирк! После  этого должно быть это…
Я сделала шаг назад  и кивнула на землю перед собой.  Юноша тоже  посмотрел на пол: -И?- коротко спросил он.  Я вздохнула.

-Ты должен был упасть и покататься по земле, изображая агонию, - невозмутимо просветила я его. Жнец Смерти вытаращился на меня, даже показалось, что я увидела всю красоту его глаз, такими круглыми они стали.
-Зачем мне это делать? – осторожно спросил он. Я уже не могла сдерживаться и разразилась неудержимым  хохотом.
-Так сказать, для полноты картины, - сквозь смех сказала я.

Юноша постоял несколько секунд  в ступоре, затем тоже разразился неудержимым хохотом. И мне неожиданно на душе стала так тепло, и приятно от его смеха, казалось, что спустя  вечность встретила кого-то родного и давно потерянного. Отсмеявшись, мы двинули дальше.  Уже не смущаясь, я сжала ладонь, неожиданного нового друга, он тоже не стал меня отпускать. Вот так держась за руки,  мы  продолжали путешествия по разрушенному  дворцу, а может и  терему.
 
-А куда мы собственно идем? - спросила я Жнеца, переступая очередную груду костей воинов, сцепивших в вечной схватке друг с другом.
-Туда, где иметься целое зеркало, - спокойно ответил мой  мертвый друг, помогая мне двигаться средь истлевших костей вперемешку с  ржавыми доспехами и латунно мерцающих  кольчугами.

-Зачем нам зеркало?
-В зеркалах сновидений  скрывается Путь.
-А по-другому никак нельзя? – робко спросила я, почему-то затея с Зазеркальем, мне до дрожи не  нравилась. Все же я мнительная и зеркал чуть-чуть побаивалась. Помощник Смерти остановился и окинул меня взглядом.
-Можно, конечно попробовать, - невозмутимо сказал он, - но навряд ли ты дойдешь до того места, куда тебе нужно.

-Почему? – удивилась я, тоже окидывая себя взглядом. Юноша вздохнул и поманил меня к разбитому витражу.
-Замёрзнешь, - ответил он мне, указывая на улицу за окно, - сейчас самая середина зимы. Полярная ночь.
-Аг-х-х-р, - выдала я, любуясь  пейзажем, что открылся мне. Плоские столовые горы, укрытые снегом и невероятное переливание цветов северного сияния в небе. У меня задергался левый глаз, - я очутилась за полярным кругом!
-Ну, нет, - успокоил меня мой друг, - плато Путо примыкает к полярному кругу.
-Велика ли разница, - ошарашено выдала  я, задергался второй глаз.
-Ну, да в принципе ты права, - усмехнулся помощник Смерти, откидываясь на стену рядом с разбитым витражом и глядя на меня спокойным взглядом, - до или после. И там и там, жутко холодно в одном шелковом платье.
 
-М-да, - хмыкнула и, отлипнув от окна, и вздохнув, добавила, - так, где ты говоришь находиться то зеркало? Надеюсь, оно перенесет меня туда, где потеплее.
-Надежда умирает последней, - как – то серьезно ответил мне Жнец, и, отойдя от стены, направился вглубь  длинного и  тёмного коридора, - идем.

Мы стояли возле красивых  и резных дверей, что плотно были закрыты. Их створки терялись где-то в темноте  у нас над головами. Помощник Смерти чуть постоял, потом, невозмутимо толкнул двери. Они легко поддались и без скрипа открылись. Я с юношей зашла в просторную  комнату, которая была украшена  красными лентами, пожухлыми цветами и выцветшими  полотнами.
 
-Где это мы? – робко спросила я, оглядываясь по сторонам.  Мой взгляд выхватил из полумрака, силуэт, чего огромного, что возвышалось по центру комнаты. Я сглотнула дела шаг к странному куску камня, что белизной нефрита, разбавляя красноту полотнищ, что слегка затрепетались,  когда в комнату ворвался ветер, образованный стремительным открытием дверей. Я сделала ещё один шаг, в  любопытстве рассмотреть поближе тот кусок камня по середины. У меня волосы зашевелились на затылке. То, что я приняла за кусок нефрита, оказался отделанным изумительной резьбой  саркофагом из полупрозрачного белого камня. Чего здесь только не было: птицы  и животные, хрупкие цветы, словно живые, распускали свои нежные лепестки. Орнаменты и розетки, и все это было вырезано так искусно, что столь мрачная вещь как саркофаг уже не казался таким жутким. Но все же это был гроб, и он был пустым.

-Что это? – дрожащим голосом спросила,  я, указывая на светящийся кусок нефрита. Юноша ответил невозмутимо, даже как будто с безразличием: - а что разве не видно,  это  гроб.
- Что это гроб- то понятно, - разразилась я возмущение и тут же прикрыла рот, не дай бог, обидеть покойного. Я обвела глазами пространство комнаты, - но  это место не похоже на усыпальницу, ну или храм, где отпивают покойников.
-Это, - глухо промолвил Жнец, подходя и гладя тонкими пальцами изящную резьбу саркофага, - местом праздника и скорби, что растворились когда-то  в пыли времен  древних  эпох.
Он резко развернулся и указал куда-то в темноту за ширму:
-Зеркало, что нам нужно находиться там.

-Я...я не буду глядеться в зеркало, что отражало покойника, - дико заверещала я, отступая назад. Жнец перевел на меня свой темный взор  и с сарказмом промолвил: - не то, что ты со Смертью дружбу водишь это нормально, да? А зеркало, что стояла когда-то в покоях покойной хозяйки тебя безумно пугает.
-Смерть, она же моя родная, почти семья - всхлипнула я, опустив голову. Затем я покосилась на открытый гроб, - а покойник…Я же не знаю, каким человеком он был. Вдруг он само зло. И все его темные мысли и чувства запечатлело зеркало. Вдруг я посмотрюсь, и мою душу захватит демон, что будет меня  вечность терзать.

Помощник Смерти хмыкнул, он выпрямился во весь свой не маленький рост и неспешно направился ко мне.  Подойдя в платную, юноша медленно опустил мне на плечи свои  тонкие кисти. Затем слегка придвинул меня к себе и зашептал зловеще мне на ухо: - а ты знаешь, каким я был в Смертной жизни? – я судорожно сглотнула. Жнец все так же тихо продолжил говорить, - Нет, не знаешь, но все же безропотно последовала за мной, и ещё за руку держала. Ты поверила моим словам о твоей Смерти. Вдруг окажется,  что это метафора искусственно  замаскированная под мои действия.

Его руки неожиданно заскользили по изгибам моего тела, я про себя матюгнулась со страха. Зачем только  захотела столь облегающее платье. Нужно была в джинсах остаться, да что я говорю! джинсы, что я люблю  это скини.
-Кричи, не кричи, - зловеще спокойно промолвил помощник Смерти. Все также беззастенчиво шаря по моей спине и талии, - это место пусто и заброшено. Оно очень мрачное. Эти стены хранят множество древних и страшных секретов, раскрыв которые ты оцепенеешь и сойдешь  с ума.  И останешься здесь, вечно бродить средь этих прогнивших стен, горько стоная.

Меня уже знатно потряхивало, его лицо  и губы были вплотную к моим щекам. Я даже ощутило неровность поверхности его скул, меня снова чуть накрыло, не отвращением, а грустью. Все же, как же ему было, наверное, больно получать эти раны. Неожиданно для себя и для него, подняла  свои руки и обняла  помощника смерти за шею и уже плотнее прижалась своей щейкой, к его щеке и с дрожью в голосе спросила: - и куда же меня  привела моя Смерть?
Юноша застыл, так же его руки замерли у меня на поясе. Его пальцы чуть сжались, потом расслабились. В гробовой тишине его голос  был подобно шипению змея: - то место, куда завела тебя смерть - это Крепость Каменных людей.
-Та самая? – снова сглотнула я.
 
-Ага,  она родная,- опять прошипел юноша,  вдруг оттолкнув меня от себя, и  разразился безудержным хохотом, - видела бы сейчас свое лицо!!!ха-ха-а-ха!!! Вот это спектр эмоций! Ой,  не могу!!!
Он хватался за живот от хохота, а меня постепенно накрывало бешенство. Я накинулась на него с кулаками, и стала лупасить его плечи, грудь и руки. Юноша же  даже не замечал моих ударов. Он слов от щекотки заливался звонким смехом, при этом крепко держал края капюшона, чтоб тот невзначай не свалился с головы и не открыл его лицо.

-Дурак, какой же ты дурак! - верещала  я словно бешенная, (и эта женщина, которой, можно сказать на днях, исполниться сорок три года, почетная мать семейства и взрослый человек), и отвешивала раз за разом оплеухи, какому-то молокососу, который мне в сыновья годиться, - ты дурак, я чуть «кирпичей» не наложила.
-Вот и славно, подлатали бы сиё ветхое строение, -  опять выдал сквозь смех юноша передо мной. Я  презрительно фыркнула и успокоилась, ладошки моих рук ужасно горели,  как будто  дубасила не живого человека, а каменную статую.
-Еще б оно было мягким, - пробурчала себе под нос я, - оно уже десять раз закоченело при жизни. У-у-у, мертвяк не до сгнивший!!!

-Ладно, извини за шутку, - примирительно раскрыл руки передо мной помощник Смерти, - но твое лицо было таким испуганным, когда  ты увидела этот гроб, грех было не подшутить над тобой.
-Да пошел ты, - взвилась я, - юмор у тебя плоский и шутки  дурацкие и…и сам ты мертвяк полудохлый!!!
-Ага, обожаю черный юмор, - почесал у себя под носом юноша, - разве он не хорошо. Убийственный юмор от мертвеца.

-Еще наподдать? - сжала я кулаки. Юношу уставился на мои руки, потом развернулся  ко мне спиной: -  Можешь меня чуть  левее погладить, а то ужасно зудит под лопаткой.
- Могу, - огрызнулась я на друга, окидывая взглядом комнату, - найду, что-нибудь по тяжелей и поглажу, так поглажу, что точно в свою могилку ляжешь, и  на пару сотен лет, упокоишься!
Блин зараза, на глаза ничего, не попадалось. Гнев сошел на нет. Помощник  Смерти тоже успокоился. Он снова позвал меня за собой к ширме.

-Ладно, пошутили, и хватит, тебе и вправду пора идти дальше, - промолвил юноша,  кидая взгляд на то, что было перед ним. Я осторожно подошла к нему, и тоже заглянув за ширму, стала шарить взглядом  по пол темному закутку. Я увидела тяжелое,  бронзовое зеркало, что матово поблескивала  в дальнем углу.
-Это оно? – спросила я, обходя по кругу юношу, что слегка оперся спиной о стену  рядом с зеркалом. Эта поза показалась почему – то мне смутно знакомой. Я снова направила  свой взор на таинственно мерцающую поверхность перед собой.

-Да, это старинное зеркало, что было когда-то подаренное хозяйки этих покоев, - вздохнул помощник моей Смерти.
-Но зеркала же нельзя дарить, - изумилась я, касаясь  холодного металла, - особенно любимым.  Это к разлуке.
Юноша, что стоял возле стенки слегка напрягся, потом расслабился. Он отлип от стены и встал у  меня за спиной.
- Это особое зеркало, оно обережное, - мягко промолвил помощник  Смерти и положил свои руки мне на плечи, - вытяни вперед одну руку и коснись поверхности.

Я доверчиво послушала его. Протянув ладонь левой руки, слегка коснулась гладкой поверхности и тут же замерла. Моя рука вдруг  прошла сквозь матовую поверхность, и погрузилось во что-то вязкое. Я пораженная стала оборачиваться на человека,  что стоял за моей спиной. Тонка полоска света, отразилась от зеркала и слегка осветила лицо помощника Смерти. Это было только на миг, но мне хватило его, чтоб я узрела того кого  скрывал капюшон. Мои губы дрогнули, я узнала его, пусть лицо и было изуродованное множеством шрамов, но это лицо мне было  знакомо. До боли знакомо.

-Опа, держу, - раздался в моей голове звонкий голос.  Я вздрогнула, чувствуя как тонкая, но сильная рука схватила мою ладонь.
-Аэлит, - прошептала я дрогнувшим голосом, все вспоминая. Мои глаза вдруг стали заволакивать слезы, - это правда, ты?
-Ага, кто же ещё  сестренка, - отозвалась царица многоножек уже из зеркала, - давай дуй  сюда. Нам пора двигаться дальше.
-Ага, сейчас, - свободной рукой, впопыхах, вытерла слезы. Я вновь захотела обернуться, чтоб снова встретиться взглядом  с этими глазами. Но руки Жнеца Душ, как клешами сжали мои плечи.

-Все так, как и должно быть, - тихо прошептал он, мне на ухо и грубо толкнул по направлению к зеркалу. Я стала погружаться, в матовый блеск бронзы. Как бы, не хотела уже бы не смогла обернуться.  Только смогла выкрикнуть один вопрос, который терзал мою душу: - Чьи это покои? и чей гроб в них?
-Юси, -  послышался, ели слышный ответ. Меня накрыла дрожь. Я, правда, жила в этой комнате и да этот саркофаг был приготовлен для меня. Но почему же он пуст? Увы, этого я не помню. Меня окружила мерцающая темнота, и я куда-то провалилась.