Как больно...

Как больно ты меня сломал,
Как же жестоко обесценил,
Сижу среди кривых зеркал,
В них кто-то горечь мою вспенил.

В твоей забавной кривизне
Я — будто бы стревозная, тупая,
И тем обиднее вдвойне...
Я плачу, к справедливости взывая.

Но ты не слышишь моих слёз,
Ты глух к моим мольбам и мукам,
В твоей любви давно мороз,
Ты лишь к чужим галантен звукам.

Других готов превозносить,
Дарить им настроенье, радость, деньги,
Быть благодарным, щедрым, не забыв сравнить
Со мной — такой вот клушей в деревеньке.

Изранил, отвернулся, так и не поняв,
Какую птицу Бог послал тебе в подмогу,
О, как легко всё променяв,
Без повода сказал: «Подставь-ка щёку!

Дай вырву перья, подожгу твой хвост,
Чтоб не летала больше в поднебесье,
Заклятый враг с глазами звезд,
Под ребра тебе нож, чтоб поубавить спеси!

Ты опротивела, устал терпеть
Твои скандалы и упреки.
Зачем еще мне здесь потеть,
Ради тебя — такой вот недотроги?

Страдай, и дай спокойно мне поспать,
Молчи, не слышу обвинений,
В мечтах другую буду целовать,
С ней легче, проще, без сомнений.

Какую? Сам еще не выбрал, не гневи,
Но точно знаю: есть богиня,
Умна, красива, молода… Увы,
Не ведаю, где дева-берегиня.

Ты ж — всё не то, не так, не этак,
Ты не умеешь ничего!
С тобой я в сотне разных клеток!
Я виноват? И что с того?

К тебе же нет ни капли страсти,
Угасло всё давным-давно,
И ты права: мы разной масти,
Зря свил с тобою я гнездо!

Ты виновата без причины
И ежедневно просто так —
Источник всей моей кручины.
Не мрачный я и не слабак!

Отныне каждый по своей дороге,
Свободу мне, прочь якоря!
Да без меня ты обломаешь ноги!
Всё, хватит, ты болтаешь зря!»

…

Сказал… так много слов банальных,
Их вспоминаю каждый раз,
И прячу их в душе хрустальной,
Скрывая твой позор от божьих глаз.

Я собираюсь по частям,
По тем крупицам сна, в котором грежу,
Что роза плачет по страстям…
Постой, шипы свои подрежу!

Чтоб мог ты смело рвать мою красу,
Топтать, выбрасывать, питаться,
И душу мне сжигать — я всё прощу,
Ведь я обязана сдержаться.

Я разомкнула кольца, опустив свой щит,
Ступай один, мой принц болотный,
Убитая любовь тебя не защитит,
Ты — пленный у Кощея в Преисподней.

И холод твой достиг моих очей,
В них больше нет любви заветной.
Так искалечил… Но не надо, не жалей,
Не быть мне больше разноцветной.

Не подниматься впредь среди вершин,
Не быть мне больше чуткою ведуньей,
Во мне осталось жизни лишь с аршин,
Но ты и здесь смеешься, обзывая лгуньей.

Своё оружие я отдала
За право закрывать тебя собою,
Я потеряла два своих крыла,
Чтоб разбудить сердечною слезою.

Всё зря, окутан коконом, капкан.
И ранишь так предательски, так ловко,
Твои «прости, но ты сама...» —
Поверь, как ядовитая издевка...

Я дотяну свой срок, потом — пора!
В темнеющую высь, туда, где ярко светит Сила,
Где ждут меня такие же, как я,
А здесь, увы, твою я клетку не сломила.