Кармановы

Северные города шестидесятых… Двухэтажные деревянные дома из квадратного бруса, сурового серо-стального цвета. Кой-где только крашенные наличники окон - прихоть хозяев хоть как-то украсить своё жильё…

Наш квартал состоял из таких же трёх деревянных, двенадцатиквартирных домов стоящих коробкой. На месте предполагаемого четвёртого дома были сараи, где жильцы хранили дрова, а кое-кто разводил мелкую живность…

По чей-то, горисполкомовской прихоти дома эти имели свои названия… Был Дом учителя, Дом авиаторов, просто дом непонятно кого, так как там жили все и учителя и лётчики и бандиты… Сверху над бандитами жили милицейские работники…

Видимо, задумку горисполкома разделить социальные слои, поправила сама жизнь… Скажем так, муж мог быть служащим, а жена портнихой…
Вот по этой причине в угловом доме Авиаторов, и объявилось семейство Кармановых, непонятной социальной прослойки. А точнее, сам глава семьи работал сторожем на Маслозаводе, а жена его там же уборщицей.

Сам глава, имеющий одну несгибаемую ногу и получивший по этой причине прозвище Циркуль, характер имел крайне неприятный и склочный. Претензии в основном он предъявлял местным властям, нежелающим его признать ветераном войны…
Дескать, он непонятно где служил, если во внутренних войсках, то кого охранял - может его самого охраняли… В общем справок никаких чтоб его обозначить он не предоставлял… Кроме одной, что у него закрытая форма туберкулёза…

Попав в кабинет горисполкома все сразу напрягались, увидев его худое лицо, с недельной белесой щетиной. Гулко с хрипом кашляя, он выставлял руку с негнущимся мизинцем, на котором красовался длинный жёлтый ноготь, и скрипуче произносил лишь только одну одну фразу: «Не позволю»…

Видимо по этой причине, ему выделили квартиру на первом этаже из трёх комнат…

В одной комнате, поселился он сам, во второй его жена со старшей дочерью Валентиной, а в третьей погодки Лёня, Коля и самый младший Вовка…
Соседи по дому вообще удивлялись, как от такого субъекта с внешностью персонажа колымского сидельца-мученика, образовался такой ангельский цветочек в виде старшей дочери Валентины…

Действительно, эта тихая красавица, с глазами цвета некрепкого чая, каким-то образом спокойно уживалась в этой семье и невзирая порой на пьяные выходки папаши, умудрялась неплохо учится и даже помогать своим братьям…

Однажды Карманову, что -то не понравилось и он замахнулся на неё, это увидела жена, и прижав его к стенке всей своей зыбкой тушей, тихо сказала: «Еще раз тронешь её, - отравлю…»
Видимо, эту угрозу он принял всерьёз и больше никаких, поползновений на Валентину не было…
Это в отличии от братьев, которых он гонял в своё удовольствие, вымещая на них свой склочный характер…

У всех соседей его были сараи как сараи, у него же был склад. Действительно, склад этот он огородил высоким забором, куда стаскивал всякую всячину: старые кирзовые сапоги, металлом, пустые бутылки и вообще всё, что плохо лежало… В итоге склад этот перестал уже вмещать всё это барахло и жена задала ему законный вопрос: Зачем ему всё это?»

Ответ вскоре был более чем понятным… Откуда-то однажды летом появился грузовик. Всё это барахло аккуратно упакованное в кипы, а бутылки чисто вымытые в ящиках с ячейками, были перевезены и погружены на пустую баржу, отправляющуюся вверх по течению в другой город…

Но это ещё не всё, вскоре изумленные жители увидели, как под конец навигации с баржи разгружают новенький Запорожец…
Вскоре важный Карманов разъезжал на нём по городу, держа руку на руле с оттопыренным мизинцем, на котором красовался длинный жёлтый ноготь…

Жена его сидела рядом в виде царицы, покорившей малочисленные народы…По тем временам, конечно, это было верхом буржуйской изобретательности, обманувшей ничего не подозревающую общественность…

А братья, тем временем, пока папаша разъезжал по городу на Запорожце, и дел на складе стало поменьше, записались в Дом пионеров, в музыкальный кружок… Оказалось, что они не только могут собирать по городу бутылки и искать металлолом. Лёня оказывается играл на баяне, А Коля вообще играл на экзотическом инструменте - контрабасе, умело вращая его после забористого пассажа…

Для начала они выступили на каком-то небольшом празднике в том же Доме пионеров. Набилось туда много народу прослышав, что братья Кармановы дают музыкальный концерт. Номеров было немного, но в репертуаре были указаны музыкальные пародии и заявлен конферансье с шутками.

Публика с открывшими ртами смотрела, как все три брата в полнейшей тишине четко отплясывала матросский танец… Затем Коля подскакивал к контрабасу и гулко отшлепав на толстых струнах ритм, подплясывал изображая поднятие флагштока, а Лёня всё это сопровождал заключительными аккордами на баяне…

В заключение младший показал китайские тени на простыне, и подвигал ушами… Публика визжала от восторга, а какая-то девочка подбежав, бросила ему записку…
После такого шумного успеха, конечно спрос на это уникальное представление было огромным. Они уже выступили Доме культуры и поговорив о чём-то с директором, получили небольшие деньги… Как они сказали на покупку собственных инструментов…
Страна тогда ещё не знала ни каких печально известных братьев Овечкиных…

Видимо коммерческая жилка была не только у их папаши, но и братья взявшие пример с него, тоже решили купив музыкальные инструменты создать свой музыкальный коллектив. Играя на предоставленных инструментах им, конечно, приходилось делится с их владельцами…

Однажды, с ними произошёл казус. На одном из концертов в Доме Культуры, должен был состояться смотр самодеятельности, на который были выделены приличные деньги… Директор, с кем они заключили негласный договор, расписал им программу которой надо было следовать, так как должны были присутствовать важные люди из окроно…

Всё шло прекрасно, Кармановы лихо отплясали матросский танец с музыкальными вставками, и вот настал коронный номер младшего Карманова, - китайские тени и шевеление ушей… Младший вышел с глуповатой улыбкой и все приготовились смеяться… Но, тут на беду он встретился взглядом с девочкой, которая когда-то бросила ему записку в Доме пионеров…

И тут, его переклинило… Вместо пошловатой репризы, он вдруг изменился в лице и преобразившись, тихо начал читать стихи:
- Я помню, чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты…

Наконец, до зрителей дошло, что это не шутка, а лопоухий мальчишка, преобразившись, почти профессионально читает стихи, адресуя их покрасневшей от всеобщего внимания девочке…
Сначала по залу прокатился лёгкий рокот, затем раздались бурные аплодисменты… Девочка закрыв лицо руками, выбежала из зала…

О важных людях из окроно все забыли, и сколько бы они не надували щёки их никто не слышал… Конечно, после этого происшествия им запретили выступать на столь престижной городской сцене… Соответственно и денег на инструменты они там не заработали…
Желание купить собственные инструменты, конечно, ни куда не пропало… И вот печальный итог…

Средний брат Коля, самый шустрый плясун, решил провернуть афёру… По осени с верховьев реки привозили баржами в мешках картошку… Прикинув её стоимость, они один грузовик заполненный ею, решили продать такому же оборотистому дяде… Дядя этот что-то не подрасчитал, и его прямо в овощном магазине арестовали…

Дядя этот не долго думая, сдал и этот музыкальный коллектив… Под суд попали старший и средний брат… Так как им уже исполнилось четырнадцать лет, Вовка до суда немного не дотянул, и просто был взят на учёт…
Лёню урки убили на зоне за карточный долг, Коле на рамной пиле оторвало руку… Ездила его забирать старшая сестра Валентина…

Вовка, в областном центре закончил культпросвет училище, затем выучился в северной столице на артиста разговорного жанра…
Сам Карманов, после всего произошедшего замкнулся, выпивал только со старым другом Вольхиным, говорят бывшим палачом областной тюрьмы…

Иногда по разбитым дорогам  городка, проезжал старый Запорожец, за рулём которого находился тяжело кашляющий Карманов… Жена его уже не восседала как царица, а просто молча и неподвижно смотрела вперёд…

Кармановы…

2026г.