Пакость

     Зоя Петровна торопилась, суетилась, опаздывала, но вдруг остановилась на полпути и поняла, что именно сегодня можно отгородиться от воплощения в действие этих скверных глаголов, что сопровождали её бесконечно долго и на работе, и в быту. Она почти подготовилась к юбилею своей прелестной подруги, которой завтра исполняется ровно полтинник. Остались какие-то мелочи, а впрочем, частенько, именно эти незначительности и делают праздник.
 
     По дороге домой с сумкой сувениров и подарков Зоя Петровна заметила в переходе роскошную сливу по 300 рэ за кг и решила взять лоток, чтобы порадовать мужа фруктами к вечернему релаксу перед телевизором.
Блондинка с юркими глазами весело расхвалила сливы, яблоки, ягоды, предлагая взять ещё чего-нибудь и молниеносно отстучав на аппарате цифры громко пропела 688 рублей!
     – Карточкой расплачиваться будете? – игриво щебетала продавщица.
     – Конечно карточкой – в тон ей отвечала Зоя Петровна.
Продавец мгновенно отстучала по клавишам, мигом смяла крошечный чек  и со словами: «Чек не нужен?», – выбросила его в урну.

     Какой-то неприятный холодок овеял лоб и виски Зои Петровны, и под доброжелательные напутствия и пожелания счастья в жизни и любви она похромала домой. Именно похромала, так как совсем недавно и весьма неожиданно узенькая коленка заартачилась, потом резко заболела, потом невыносимо заныла и Зоя Петровна уже 2 недели как лечила неожиданную хворь. Как будто она бывает ожиданной или ещё смешнее долгожданной!!!

     Неприятное чувство от фальши продавца вынудило Зою Петровну открыть дома телефон и посмотреть отчёт по карточным счетам, где она с ужасом обнаружила, что заплатила не 688 рублей, а 1688 рублей.

Как пишут в Википедии «пакость» это разговорное слово. Это слово означает нечто мерзкое, гадкое, отвратительное, а также оно подразумевает умышленный вред или неприятность, причинённые кому-либо. Именно это слово тут же пришло на ум. На душе стало отвратительно и гадко.
     – Дорогуша, ну перестань расстраиваться! Это же просто деньги. Пусть она подавится ими. Подлое поведение, видимо, это её обычная жизнь. Перестань, пожалуйста, – он ещё долго уговаривал жену, но она никак не могла избавиться от этого мерзкого чувства, пока не накапала 25 капель валосердина и не пошла спать.

     На следующий день красивые, нарядные, праздничные супруги готовые к прекрасному торжеству сели  на такси и по дороге остановились на секундочку, чтобы взять букет для юбилярши. Муж остался в машине, а Зоя Петровна, проходя мимо злосчастного киоска, увидела вчерашнюю гарпию. Она решительно подошла и страстно произнесла всё, что думала на эту тему. Что так поступать подло, мерзко, сунула продавцу в лицо телефон с цифрой в рублях, единственное, о чём забыла сказать, что взвешенная корзинка дома показала не 2 кг, как сказала продавец, а 1 кг 700 гр.
     – Что вы, что вы женщина! Это случайно! Дернулась рука! – вопила дама, – Клянусь мамой! Клянусь детьми!!! Клянусь родными, близкими, двоюродными….
     – У вас нет детей! Как только язык ваш поворачивается??? – ответила Зоя Петровна.
     Продавщица судорожно отсчитала 1000 рублей сотенными. Зоя Петровна выхватила деньги, смяла их в комок и почувствовала как будто рука в грязи, если не сказать хуже.

     – Где цветы? – спросил муж.
     – Потом расскажу, – ответила жена и показала разжатый кулак со смятыми купюрами.

     Машина мчалась по Арбату, около храма Симеона Столпника на углу Поварской Зоя Петровна взмолилась:
     – Голубчик, водитель! Прошу вас остановите на минутку! Я сейчас! Я быстро! Время много не отниму! – она выскочила из машины и бегом как ветер в непогоду залетела в храм. Разлепила липкие пальцы, взяла скомканные влажные деньги и трясущимися руками запихнула их в прорезь скарбницы. Как только последняя бумажка скрылась в ящичке, на душе стало  так хорошо, так легко и даже весело.
     Зоя Петровна подошла к служительнице и купила крошечного ангела с золотыми крылышками. Отвратная пакость исчезла, а в сумочке ангелок так грел своим теплом, что всё время хотелось касаться и не расставаться.
     В такси никто ничего не сказал, но муж спросил:
     – Руке полегчало? – и  нежно обнял Зою.