Старики. пьеса. Александр Лукьянович Васин

       Александр Васин

                СТАРИКИ
                пьеса

                действующие лица
               
                Никита
                Стёпа
                Николай Петрович

                Действие происходит возле дома Никиты Кожемякина

      

       С т е п а н. Здравствуй, Никита Палыч

       Н и к и т а. Стёпушка, друг мой! Здравствуй. А...чего так официально?

       С т е п а н. Вот...(зорко вглядываясь в выражение лица Никиты) шёл мимо... Дай, думаю...Вот...

       Н и к и т а. Понятно... Обидел я тебя... Помню... Все когда-то считали меня значительным человеком, отмечали при этом аналитический ум... Я и, правда, разрешил много сложных житейских проблем...  А тут, выходит, промашка вышла...

       С т е п а н. Д-да-а...мы все сельские гордились тобой. Ты же даже начальничков на место ставил. Кадный, кто слышал твою фамилию, сразу понимал, кто перед ним. Ты, прямо, для нас, как герой былинный был...как его...энтот из сказки.

       Н и к и т а. Так-то оно так, но...но после того, как три месяца назад стал я вдовцом, что-то во мне сломалось. Всяко было, но я действительно даже руководство осаживал за несправедливости по отношению к простому люду. И вдруг...будто выгорел изнутри. Хорошо, что ты, Стёпа, мой лучший друг не бросил меня, помогал сколь мог пережить потерю моей милой Любушки...

        С т е п а н. Как же я мог оставить тебя одного с таким горем. Какая кошка между нами пробежала,  я до сих пор понять не могу. Какие интересно я нашёл слова, что они подняли тебя, Никитушка, на дыбы.

       Н и к и т а.  И я не знаю, за что на тебя ополчился и... даже чуть не ударил...мог ведь одним махом лишить тебя жизни. Хорошо, что ты, милый друг, оказался шустрым не в меру, и я промахнулся. Ты убежал, а я... места себе найти не мог. А главное, было бы из-за чего...

       С т е п а н. Да уж, Никитушка, ( всё ещё и тревогой глядя на друга )...напужал ты меня, как я, наверное, никогда никого не боялся. Выросла передо мной такая глыба...Господи... Всё, думал: вот, Стёпа, и твой конец подоспел. Хорошо, что в таких ситуациях, говорят, что-то просыпается в организме, что и предаёт человеку особые свойства для спасения.

       Н и к и т а. Боже мой!..  Когда я опомнился, давай, кричать:  Стёпушка!.. Стёпа! Друг мой, прости меня, старого дурака! Стёпушка...пожалуйста, вернись...не уходи... Только было поздно... Я очень рал, что ты вернулся ко мне... Стёпушка, родной, разреши мне обнять тебя. Ты уж ( дрожащим голосом) прости меня, ради Христа. Больше ни я, ни...никто с тебя волос...ни-ни...  Стёпушка,  Ты посиди, я - сейчас.


Через несколько минут Никита вернулся, держа в руке корзину. На лавочке чудесным образом оказалась бутылка водки, две хрустальные рюмки, нарезанные сало и хлеб, а в придачу литровая банка с маринованными огурчиками.

       Н и к и т а. Вот,  Стёпушка, угощайся... Как говорится, чем богаты... Сегодня...три месяца, как Любушки моей не стало. Давай, помянем её... Банкуй, Стёпушка. Я бы и сам, да так разволновался, как тебя увидел... руки, прямо, ходенём ходют.

Степан, крякнув, открыл бутылку и наполнил стаканы.

       С т е п а н. Ну... Чтоб, значит...

       Н и к и т а.  Давай, ( с мольбой в глазах) Стёпушка, выпьем за то, чтоб между нами больше никакая кошка не прошмыгнула.

       С т е п а н. Так тому и быть.

       Н и к и т а. Стёпушка,  сколько лет ты живёшь в одиночестве? Лет десять, наверное?

       С т е п а н. Да-а...одиннадцатый пошёл.

       Н и к и т а. Трудно было?

       С т е п а н. Нелегко... Ох, нелегко. А с другой стороны... После житья с моей милой, никакая разлука не страшна. Не сразу я это понял, поэтому какое-то время тяжело переживал её уход от меня.

       Н и к и т а.  Извини, Стёп...а как же так получилось?

       С т е п а н. Не поверишь... Она вдруг возомнила себя культурной эдакой, городской...а я-то чего там - деревенщина. Она же два года жила у дочери: сначала нянчила внука, а потом — внучку... Здесь показывалась на день-два - и назад. Приедет, обхает всё на свете и укатит...ни одного доброго слова. А однажды приехала, забрала...кое-что и говорит:
" Всё, Стёпка, не для тебя я расцвела".
" Чего, - говорю, - чокнулась на старость лет?"
" Ага, - говорит, - может, и чокнулась. Прощай, мой прынц. Забудь обо мне навсегда".

       Н и к и т а. Надо же... А я вот, друг мой, и не знал, что у тебя происходят такие катавасии.

       С т е п а н. Мы с тобой в то время и виделись-то пару раз в год и то только : здрасте-здрасте.Так я и остался один. До пенсии-то мне оставалось около двух лет, а в работе такое переживается легче. Огородом да хозяйством я и так последнее время только сам и занимался. Так что - для меня никаких сложностей не прибавилось. Ничего, привык. Обкатался, можно сказать.

       Н и к и т а.  А я, выходит, даже,  и не поддержал тебя, не помог ничем...
 
       С т е п а н. Пустое, Никита. Всё нормально.

       Н и к и т а.  Стёп, давай, за дружбу, а?

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Правильно! Дружба очень важная штука в нашей жизни, -

       С т е п а н. Ты, Николай Петрович, прям, как шипиён, чтоб её...ха-ха-ха-а! .  Подошёл так, что мы даже и не заметили.

       Н и к и т а. Николай Петрович, мы гостям всегда рады. Присоединяйся к нам.  Я сейчас и табуреточку и рюмку принесу.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Что ж, (улыбаясь ) можно и присоединиться. Пока ты, Никита, за табуреткой, я...я сейчас подойду.

Николай Петрович удачно вписался в компанию. Он принёс с собой бутылку водки и две сушёные краснопёрки. Никита и Степан аж ахнули, увидев такую редкость.

        Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Ну вот, мы, прямо, как святая троица. Статус у нас...э-хе-хе...одинокие старики, хотя и оставшиеся в одиночестве по разным причинам. Ничего мужики-старики, прорвёмся. Ну чего, Стёп, давай, наливай, а я тост скажу.
   
Степан ловко расставил рюмки и мигом их наполнил.

       С т е п а. Давай, Николай Петрович.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. За дружбу тост был, так что я повторяться не стану, хотя тост, конечно, замечательный. Я же предлагаю нам троим держаться друг за друга, как говорится, до последнего вздоха, за что и хотел бы я с вами выпить.

       Н и к и т а. Хорош тост. В корень зришь, Николай Петрович.

       С т е п а н. А я,( смущаясь ) старики, предлагаю выпить за здоровье друг друга, за ослабление напряжённости в мире...

       Н и к и т а. За это надо по полной врезать. Как думаешь, Николай Петрович.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Я, старики, только "за".

       С т е п а н.  Николай Петрович,  говорят, что ты какую-то книгу, вроде бы, пишешь? Человек ты - всем известно - учёный. В школе всю жизнь учителем был, а последние...сколько там?..

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Пять лет.

       С т е п а н. Вот.. пять лет директором значился. Я своим простецким умом думаю, что книгу ты осилить вполне мог бы. Ну и как?

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Я хочу, мужики, написать трактат. Получится или нет – не знаю.

       С т е п а н. Чего-чего?

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Трактат, Стёпа. Ну...научный труд.  Назову его " Любовь и ненависть". Вот так.

       С т е п а н. ( присвистнув ) Фью-ю, это как же так? Любовь и ненависть... А-а-а! Вспомнил: от любви до ненависти один шаг. Хитрец ты, Николай Петрович.
      
 Николай Петрович. А ты, Стёпа, тоже не промах. Сразу, значит, как сказал Никита, в корень зришь. По моему понятию любовь и ненависть идут чуть ли не рука об руку. Шаг в сторону и ты уже не в пространстве, где царит любовь, а там, где всем заправляет ненависть.            

       Степан. Вот так да. Всего шаг? Звучит занятно, но верится с трудом. Что скажешь, Никита? Ты же у нас мужик тоже, вроде, головастый. головастый.

       Никита. Я думаю, что надо сначала Николая Петровича выслушать. Давай, Николай Петрович, выдай что-нибудь на горА.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Правильно: я ляпнул — мне и объяснять. Представьте себе тропинку с названием "Любовь", а рядом в метре от неё широкую дорогу с названием "Ненависть". Представили? Идешь, скажем, по тропке с названием "Любовь". Идёшь осторо-ожно, потому что она слишком узенькая. Забылся, оступился и ты уже на широкой дороге с названием "Ненависть". Всего шаг. А как он всё меняет. Тот, кто идёт по широкой дороге, нисколько не рискует сойти с неё вдруг, нечаянно. Чтобы сойти с неё, необходимо проявить невероятное мужество.

       С т е п а н. Погоди, Николай Петрович. Это что же получается: тропинка для влюблённых узенькая, а для негодяев - гуляй не хочу? Не вижу справедливости. Почему они...э-э-э...любовь и ненависть ...ну...ну...не одной ширины, а?

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Так, Стёпа, мир устроен. Хорошим людям всегда жилось труднее, чем людям, скажем, плохим. Прожить всю жизнь с любовью - очень сложная задача. Далеко не каждому она по плечу. Сделать что-то хорошее всегда труднее, чем сделать что-то дурное. Это давно доказано. Как говорится, почувствуй разницу.

       С т е п а н. Ух-х, ты. Вон оно что. Ловко ты это подметил, Николай Петрович. Надо выпить, а то - труба: такое переварить сразу не получится... Ненависть, зло, коварство...сила чёрная... Ловко ты, Николай Петрович.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Это, Стёпа, не я придумал. Об этом столько написано, что за всю жизнь не прочесть. Вывод можно сделать весьма печальный: "заболеть" ненавистью совсем не сложно, а вот "вылечиться" от...в общем...поверьте мне: очень сложно.

       С т е п а н. И какой же выход из всего этого, а?.. Николай Петрович?.. Что делать-то?

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Ничего, Стёпа, не сделаешь, коли мир так устроен. Я же говорю... Ни-че-го, понимаешь? Для нас с вами сейчас одна задача - не попасть на ту широкую дорогу, понятно?

       С т е п а н. Ну!.. Мы, Николай Петрович, постараемся.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. С тобой-то, Стёпа, всё ясно, как божий день. Я волнуюсь за Никиту. Боюсь, что он может нечаянно с тропинки сорваться...а...а признаки, простите, что говорю прямо, просматриваются. Наша, Стёпа, с тобой задача, как я уже сказал,  не допустить этого, если, конечно, Никита готов...э-э-э...проявить определённое усилие. Никита всегда был едва ли не самым добрым человеком на селе...умным, отзывчивым да и...

       С т е п а н. Предложение хорошее. Надо только всё обмозговать, как Никиту вернуть в прежнее состояние. Он, вон, како-ой. Дров наломать может, не желая того.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Ну что ж... Я предлагаю собираться каждое утро - без, конечно...вот этого - и попробовать обсуждать дела наши житейские...да и вообще...чтобы иметь возможность в конце концов чем-то помочь друг другу. Первое, что я предлагаю: навести порядок в домовладении Никиты. Завтра же я найду мужиков, они сделают в огороде всё что нужно. Ещё ничего не поздно... И картошку посадим, и моркошку посеем, и...всё, что надо. Ну, Никита, слово за тобой.

       Н и к и т а. Спасибо, мужики. Всё правильно было сказано. Вы в меня сегодня, прямо, новую жизнь вдохнули. Клянусь вам, чем хошь: я вас не подведу. Да и Любушка моя, я думаю, не одобрила бы моё нонешнее состояние. И то сказать: один, он и есть один, а когда нас трое - это уже настоящая сила. Без посторонней помощи выбраться из такого положения, в каком я нахожусь, довольно сложно. Я и сам ведь многим помог, а себе...не получилось.

       Н и к о л а й  П е т р о в и ч. Вот и ладушки.  Ну чего, Стёпа, опять ты отстаёшь от процесса. Почему рюмки пусты?

       С т ё п а. А-а-а!.. Извиняюсь...задумался. Столько сегодня... Ну, вот....уже налил. Ну чего? Тащите!.. А-а-а...этот...тост?.

       Н и к и т а, С т е п а н, Н и к о л а й  П е т р о в и ч. ( вместе ) За нас!