Месяц восьмой. Зелёный день

(«Любовь и романтика Кореи»)



  И наступил август. Наш дневник говорит, что нам пора сбежать из этого душного города поближе к природе. Где никто не будет задавать своих дурацких вопросов.
   Сеул плавился от беспощадного зноя, превращая мегаполис в раскалённую бетонную печь. Четырнадцатого числа мы сбежали из города туда, где кроны деревьев заботливо прятали от солнца прохладу – в тихий лесной парк на окраине. В этот день вся Корея окрасилась в зелёный. То и дело мелькали парочки в одинаковых фисташковых одеждах, мы же не стали облачаться в «парный стиль»: на мне был лёгкий льняной сарафан цвета молодой травы, на тебе – шорты и рубашка. На шею ты повязал смешной платок, будто подражая Марчелло Мастроянни. Мы шли по деревянному настилу среди гигантских папоротников, наши серебряные кольца ловили блики солнца, пробивавшиеся сквозь листву, и впервые за долгое время мы наконец-то дышали полной грудью. Свежий лесной воздух, где не было машин, оценивающих взглядов и бесконечной сеульской спешки, добавлял нам сил и энергии. Смеёшься? А ведь я тогда именно так се…

   … Какое блаженство! Наконец-то мы были одни. Никаких допросов от твоих подруг, никаких мыслей о твоём строгом отце. Только шорох наших шагов и запах нагретой солнцем хвои. Я шёл рядом, лениво сбивая травинки сорванным прутиком, и не мог налюбоваться тем, как преображалось твоё лицо на природе. В городе ты всегда была натянута как струна, словно ждала наставлений от прохожих. А здесь – твои плечи расслабились, ты подставляла лицо тёплому ветру не пряча улыбки. Италия научила меня ценить моменты dolce far niente – сладкого безделья, и я был счастлив, что могу разделить всё это с тобой…

   Сумерки опустились мягко, принося долгожданную прохладу. Лес позади нас затих, зажигая миллионы светлячков, а мы вышли к небольшой оранжевой палатке-ресторану – почжанмачха, раскинувшейся у самой кромки парка. Внутри пахло жареным мясом, пряным бульоном омук и той самой неповторимой атмосферой корейской ночи. На пластиковом столе мгновенно появились стопки и запотевшая бутылка соджу. Зелёный день требовал правильного финала. Я с улыбкой наблюдала, как ты с любопытством рассматриваешь этикетку.

   … О, этот корейский ритуал! Я уже знал, что нельзя наливать самому себе, и послушно ждал, пока ты точными, почти заученными движениями наполнишь мою маленькую рюмку до краёв. В Италии мы пьём вино медленно, смакуя каждый глоток. Наша беседа скачет от кулинарных традиций и футбола к планам на отпуск и сплетням об общих знакомых. Мы постоянно перебиваем друг друга, приправляем каждое слово бурными жестами и то и дело хлопаем соседа по плечу – просто чтобы выразить свои чувства. Но здесь правила были другими. Ты подняла свою стопку, чуть повернула голову вбок, выказывая уважение (хотя мы были почти ровесниками, но эта твоя привычка до сих пор меня умиляла), и лихо осушила её до дна. Что ж, неаполитанцы не отступают перед трудностями. «Гонбэ!» — выкрикнул я и опрокинул стопку в рот, удивляясь тому, как случайно не выдал наше традиционное «Чин-чин»…

   Алкоголь обжёг горло обманчивой мягкостью со сладковатым послевкусием. Я не удержалась и тихонько рассмеялась, глядя, как ты забавно зажмурился, а на лице отразилась целая гамма чувств – от шока до искреннего удивления.
   – Ну как? — спросила я, подвигая тарелку с горячим острым тофу. – Это тебе не тосканское кьянти.

… Это было delizioso, mia cara. Я словно выпил сладкую огненную воду. Но тепло, которое тут же разлилось по телу, стоило того. Я перехватил инициативу, взял бутылку двумя руками, как ты учила, и аккуратно наполнил твою рюмку, коснувшись пальцами серебряного кольца. За этим пластиковым столом, под обрывки чужих разговоров и треск жаровни, мир вокруг нас снова сузился до размеров друг друга…

   Мы засиделись допоздна. Ты смешно жестикулировал, рассказывая, как твоя бабушка в Неаполе отреагировала бы на корейские закуски, а я ловила себя на мысли, что мне больше не страшно. Зелёный цвет этого дня как будто смыл все мои тревоги.
   Когда мы шли по улице, небо было иссиня-чёрным, а воздух – чистым и тёплым. Мы возвращались к метро, держась за руки, и я знала, что впереди сентябрь. Месяц, который заставит нас дурачиться, петь во весь голос и ловить наши улыбки в объективах фотовспышек…