Цена кристаллина. Глава 31

 Тай проводил её до самого дома. Они шли медленно, почти не разговаривая, и тишина между ними была не пустой, а наполненной — тем особым молчанием, которое бывает между людьми, прошедшими через что-то вместе. У калитки он остановился. Посмотрел на неё. Словно хотел сказать что-то важное. Но не сказал. Просто сжал её руку на прощание.
— Береги себя, Делия.
— И ты.
- Завтра увидимся.
Они попрощались. Тай развернулся и пошёл прочь, его силуэт быстро растворился в ночной темноте. А Делия стояла у калитки и смотрела ему вслед, пока не осталась одна.
В доме горел свет. Тёплый, жёлтый, живой. И в окне был виден силуэт её матери.
Делия переступила порог в ожидании расспросов. Сняла плащ. Повесила в шкаф.

- Делия, ты смотрела на часы? — мама стояла в гостиной, скрестив руки на груди. Её лицо было бледным, глаза покрасневшими. — Я уже с ума схожу от волнения! Уже за полночь! Я думала, случилось что-то!


- Прости, мама. Пожалуйста. Мне пришлось задержаться, так вышло... — Делия старалась говорить ровно. Спокойно. Как ни в чём не бывало. — Я не могла позвонить. Ты же знаешь, связь всё ещё не работает. Вышки повреждены.
Мама с минуту смотрела на неё. Изучала. Искала что-то в её лице. Потом вздохнула. Долго. Тяжело.
— Ладно, дочка. Но больше, пожалуйста, так не делай. Уже ночь. А сейчас очень опасно. Ты же знаешь, что творится.
— Конечно, мама.


-   Как прошёл вечер? — спросила мама, и в её голосе появилась лёгкая улыбка. Осторожная. Словно она боялась, что ответ будет плохим.
— Всё хорошо. Просто чудесно, — соврала Делия. Утаив часть правды. Ту часть, которая жгла изнутри. — Устала танцевать. Музыка чудесная. И зал так красиво был оформлен. Золотые листья, свечи, живая музыка. Как в сказке.
— Я рада, дочка, — сказала мама. И вдруг печально вздохнула. Бросив взгляд в окно, за которым стояла непроглядная  темнота. — Я вижу, ты была не одна. Этот молодой человек, который проводил тебя...


Делия прошла в гостиную и устало опустилась в кресло у стены. Камин разгорался, отдавая тепло, и огонь бросал на стены пляшущие тени.
— Да. Это мой друг, Тай, — сказала она.
Делия ощутила пристальный мамин взгляд и почувствовала себя совсем неуютно.
— Он учится в академии. На актёрском факультете, — добавила Делия, пытаясь заполнить тишину. — Ты же помнишь, я о нём рассказывала. После того, как познакомилась с ним на пляже. Ещё тогда, до поступления. Он гулял с сестрой.


- Конечно, Делия, я помню, — вздохнула мама. И в этом вздохе было что-то тяжёлое. — И тогда я не смогла разделить твою радость от этого знакомства. Как и сейчас.
— Что? — Делия напряглась. Выпрямила спину. — Но почему? Он хороший парень. Добрый. Умный. Он...


- Он не вентр, дочка. Он человек, — тихо сказала мама. И эти слова упали между ними, как камень в воду. — Ты же понимаешь, что это значит. Это огромное препятствие, Делия. Огромное. Он может быть добр к тебе. Интересоваться тобой. Уделять внимание. Провожать до дома. Танцевать с тобой. Но я боюсь, что когда-нибудь он просто разобьёт тебе сердце. Обычно именно так и заканчиваются подобные отношения. Поверь мне. Я видела. Не один раз.
Делия почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения. И дикой, невыносимой усталости.


- Мама, — простонала она, закрывая глаза. — Хватит говорить эти глупости, пожалуйста! Ты напридумывала себе непонятно что. Какую-то совсем несусветную чушь. Я даже слушать это не могу. К тому же я устала. Устала так, что не могу думать.
— Хорошо, Делия. Я не хотела тебя расстроить, — мягко сказала мама. Но в её голосе не было раскаяния. Только упрямая, материнская тревога. — Я просто беспокоюсь о твоём будущем. Я понимаю, что и Керис поступает неправильно, исчезая так надолго и связываясь с этой пугающей группировкой. Но, Делия... не забывай, что у тебя через год свадьба.


Мама выдохнула. И на миг прикрыла глаза. Словно очень давно собиралась сказать это и не решалась.
Делия резко поднялась с кресла. Подошла к матери. Встала прямо перед ней.


— Конечно я помню. Керис не даёт мне забыть это. Не даёт мне забыть о себе! Я его присутствие чувствую постоянно. В коротких звонках из ниоткуда. В его внезапных появлениях и исчезновениях. Читаю в газетах в новостях о нападениях и убийствах и думаю о нём. Сижу в тюрьме, куда меня посадили из-за него, и думаю о нём. Гляжу на краденые монеты, которые он подарил мне, говоря, чтобы его невеста ни в чём не нуждалась, и думаю о нём. Думаю о...


— В какой тюрьме, Делия? О чём ты? — мама побледнела. Её глаза расширились от ужаса.
Делия поняла, что сказала лишнее. Что слова вырвались сами, как кровь из раны. Ведь мама не знала о том случае. Не должна была знать.
— Я не... ну тогда, во время пикета, — пробормотала Делия, отводя глаза. — Я не хотела тебе говорить. Меня и Натию задержали. Допрашивали. Подозревали в связи с Сопротивлением. Но отпустили в тот же день. Ничего страшного. Ладно, мама, это в прошлом. Не суть важно.
Мама смотрела на нее со страхом и горечью.

 - Главное то, — продолжила Делия тише, но твёрже, — что Керис словно тень. Всегда и повсюду. И я больше не чувствую себя в безопасности рядом с ним. И вообще не уверена, что хочу, чтобы он стал моим мужем.

Делия выдохнула. И мрачно посмотрела на маму. Взгляд той был полон тревоги. И печали. И чего-то ещё — вины, может быть. Той самой, которая живёт в родителях, принявших за ребёнка решение, которое оказалось ошибкой.



Делия выдохнула и мрачно посмотрела на маму. Взгляд той был полон тревоги и. Печали

 — Я понимаю тебя. Понимаю, Делия, — тихо сказала мама. — Сейчас очень страшное время. Керис ввязался в опасные дела. Мне тоже страшно читать все эти новости. Я до последнего хочу верить, что он одумается. Уйдёт оттуда. Вернётся. Станет тем, кем был раньше. И я могу понять твой страх. Но ты же знаешь, что по законам нашего рода...
— Свадьбу не отменить без взаимного согласия, — мрачно закончила Делия.

— И решающее согласие не твоё, Делия. А его, — кивнула мама. И в её глазах плескалась боль.

Делия тяжело вздохнула, понимая безнадёжность своего положения. Законы вентров были суровы. Неумолимы. В случае нарушения запланированного брачного союза грозило изгнание. Не просто разрыв. Изгнание. Из общины. Из деревни. Из всего, что было домом.
Мама словно прочла её мысли.
— Дочка, подумай хорошо, — она покачала головой. — Не ломай свою жизнь.


- Ты же знаешь, мама, что я никогда его не любила? — вдруг сказала Делия. Тихо. Без злости. Без упрёка. Просто факт. Который висел между ними годами, но никогда не был произнесён вслух.
Мама с грустью погладила её по плечу.
— Я видела это, дочка. Его не так просто любить. Но я верила. Хотела верить, что со временем вы сумеете построить будущее. Создать семью. Мне казалось, что он любит тебя. Что он надёжен. Что он защитит тебя, если со мной что-то случится. Я хотела, чтобы ты не была одна.


- Я не знаю, любит ли он меня. Или считает своей собственностью. Не имею представления, — глухо сказала Делия. — Я даже не знаю, где он сейчас и что с ним происходит. Он не считает нужным посвящать меня в свои тайны. Говоря, что это ради моей защиты. Может, его уже нет в живых. А может, он сейчас кого-то убивает. Как я могу сидеть и планировать эту свадьбу? Я не знаю как мне быть.


Делия ощутила, что у неё начала раскалываться голова от всего, что накопилось. От всего мира, который давил на неё со всех сторон. Хотя ей стало и чуть легче от того, что она высказала это маме. Что слова наконец вышли наружу. Слезы подступили к глазам.


Мама молча притянула её к себе и крепко обняла. Делия уткнулась лицом в её плечо. Делия понимала, что мама также чувствует страх и беспомощность. Что она не виновата ни в чём. Что когда они с отцом выбирали ей мужа, то никто не мог представить такого заранее. Что мир был другим. Что законы казались защитой, а не клеткой.
— Я поговорю с Керисом, дочка. Когда увижу его. Сразу же, — тихо сказала мама, поглаживая её по волосам. — Мы придумаем что-нибудь.


Делия больше ничего не ответила. Сказав, что слишком устала, она ушла в свою комнату. Переоделась — бережно, аккуратно, повесив мамино свадебное платье в шкаф. Легла на постель и укрылась одеялом.
Слёзы высохли, но сон не шёл.
Она лежала в темноте, глядя в потолок, и чувствовала себя в ловушке. Мало того, что она только сейчас осознала, что совершенно не готова к этой свадьбе. Что совершенно не хочет, чтобы Керис стал ее мужем. Так ещё и скрыла от мамы своё положение. Обвиняемой. Подозреваемой. Той, кто возможно уже завтра окажется в тюрьме. Если Аниса не отступит.