Ох уж эти странные слова 18

ВОЗЛЕ

«Возле» достаточно распространённое сегодня слово, и когда мы его произносим мы не задумываемся как оно попало в наш разговорный обиход, а между тем, сочетание этих пяти букв иногда рождает весьма странные ассоциации, например, «во зле», а это уже совсем рядом с эмоцией «в гневе, ярости и негодовании». Так откуда же это слово «возле» вошло в наш речевой оборот?

Наши «мудрые» академики пытаются нас убедить, что это слово трансформировалось из трудно произносимого «въздьл». Мне трудно сказать из какой сказки они вытащили слово без единой гласной, но с чем я точно могу согласиться: произносить его невозможно. Некоторые более вменяемые академики предложили иной вариант от слова «водле», но проблема заключается в том, что до 19 века, это слово вообще ни в каких формах не встречается в речевом обороте.

Впервые оно встречается в начале 19 века в форме «возл`о», как понукание лошади (коня) во время пахоты, чтобы она не отклонялась от рядом проложенной борозды. Стоимость лошади (коня) хорошо усвоившей этот окрик могла возрастать кратно, так как от этого зависело качество вспашки и соответственно сокращение затрат времени и сил на исправление ошибок.

Бытовая речь откликнулась на этот профессиональный сленг более мягкой формой «возле» в значении «рядом, около, близко».
Судя по тому, что слово распространилось за пределами ремесла, которым испокон веков занимались мужчины и использовали его более жёсткую форму «возл`о», вариант «возле» распространяли уже женщины, как бы смягчая его концовку «зло» в котором в их интерпретации уже звучало «зело» - «очень», «сильно». И получалось: рядом с очень сильным мужчиной.

Так, понукание тягловой лошади «возл`о», превратилось в восклицание «возле мужа». «Муж» с годами потерялся и осталось только «возле», просто рядом, кто с кем уже потеряло свою значимость.

Впервые слово «возле» в русской литературе мы встречаем в 1824 г. в пьесе А. Грибоедова «Горе от ума» в монологе Репетилова из четвёртого действия, когда он рассказывает о своём покровителе — князе Тугоуховском:
«Он на Фонтанке жил, я возле дом построил,
С колоннами! огромный! сколько стоил!
Женился наконец на дочери его,
Приданого взял — шиш, по службе — ничего.»

Но, ещё до этого, в 1800 г. это слово уже использовалось в анонимном опусе Карамзина «Слово о полку Игореве»:
Игорь-князь с могучею дружиной
Мила брата Всеволода ждет.
Молвит буй-тур Всеволод: «Единый
Ты мне брат, мой Игорь, и оплот!
Дети Святослава мы с тобою,
Так седлай же борзых коней, брат!
А мои давно готовы к бою,
Возле Курска под седлом стоят».

Справедливости ради надо отметить, что это слово вставил в текст переводчик Н.А. Заболоцкий в 1950 г. В Первоиздании эта фраза звучит так:
«седлай брате свои борзые комои, а мои ти готови, оседлани у Курьска на переди…».
То есть, перевод был адаптирован под речевой строй уже 20 века.

Тем не менее, широкое использование этого слова классиками в начале 19 века указывает на то, что оно в реальном речевом обороте находилось уже со второй половины 18 века. Вероятно, это связано с массовым освоением новых территорий, когда государственных крестьян переселяли на Урал, Сибирь, и Новороссию, они и были основными носителями этого слова, которое из крестьянского сленга перекочевало уже в просвещённую социальную среду. При этом надо учитывать, что Екатерина II всячески поощряла все виды русской народности в аристократических кругах.

Таким образом, формирование и закрепления слова «возле» происходило на протяжении всего 18 века, а проникновение в речевой оборот просвещённого сословия в 19 веке.