Полуостров. Глава 288

Глава 288
В подъезде она остановилась, прижавшись к ободранной стене, на которой виднелась полустертая характеристика некоей Эльвиры.
- Мастер Пауль, я правда, не хотела...
- Я верю тебе, Айгуль, верю, но это, к сожалению, ничего не меняет...
- Я молюсь, мастер Пауль! - Айгуль достала из кармана смятую бумажку. - Вот, мама писала мне русскими буквами... Я это читаю... Но все равно...
- Пойдём, Айгуль... - сказал я.
- Мастер Пауль, мне страшно...
- Бояться нужно было, когда ты толкала Марию Борисовну к стене!
- Я не хотела её убивать, мастер Пауль...
Айгуль искоса глядела на меня, и взгляд её был странен. Сейчас в нем не было ведьмацкого пламени, сжигающего всякого, кто по неосторожности попадётся на пути, но и детским его тоже нельзя было назвать.
- А ребёнка? После определённой недели, считается, что у плода закладывается душа...
- Считается? - напряглась Айгуль. - То есть вы в это не верите?
- Я верю в человеческий разум. Но осознанно убивать нерожденного ребёнка... Вперед! - я дёрнул её за руку. - Я говорил, что мы придём к 16.00
- Она не хочет... - сказала Айгуль.
- Кто? - рассеянно спросил я, поднимаясь вверх ещё на один пролет. - Александра Ивановна?..
- Не, она как раз хочет вас видеть... - она достала из кармана чистый носовой платок и несколько раз в него высморкалась. - Мария Борисовна...
- Айгуль! - я резко обернулся. - Тебе же нельзя было применять способности! Я же сто тысяч раз тебе говорил...
Я выдохнул, с опозданием понимая, что концентраторы сработали бы молниеносно.
"Она не успеет почувствовать боли..."
- Просто вы ей нравитесь...
- Ты это когда поняла?
- Ну, вот тогда... Когда она сказала, что знает, что означает моё имя...
- А что Мария Борисовна? - я положил палец на кнопку звонка, чувствуя себя идиотом.
Как Хранитель я имел право открыть любую дверь, за которой находился бы Избранный...
- Она боится, что у ребёнка могут быть такие же способности. Ну, как у нас с вами. Как у Эмиля. Как у Арсения, - подумав, добавила она.
- Ты общаешься с Арсением, Айгуль?
- Ну... - она потупила глаза. - Мы переписываемся... Он мне последний раз написал, что Эмиль приходит к его маме, и рано или поздно...
- Ну, продолжай! - насторожился я.
- Он просил, чтобы я вам не говорила... - упавшим голосом произнесла Айгуль.
- А я просил, чтобы ты сообщала мне все, абсолютно все, что с тобой происходит! С кем ты общаешься, переписываешься и кто что кому говорит! Тут есть что-то непонятное?.. Поговорим ещё!
Я нажал на кнопку, и по квартире разнеслась весёлая трель. Наверное, там очень мало мебели, поэтому такая слышимость...
- Я все-таки не поняла, что мы будем делать, Пауль... - начала мать Козлова вместо приветствия. - Вы говорили, что зачем-то нужна девочка...
Её ноги, утопающие в слишком больших для неё тапочках, были одеты в шерстяные носки домашней вязки.
- У меня мерзнут ноги, - заметив, что я разглядываю паркетную доску возле её конечностей, она тоже смущённо опустила глаза вниз. - Ничего не могу с этим поделать...
- Ещё бы, после такой кровопотери... Ну, ничего! - бодро сказал я. - Сейчас мы заберём кровь у Айгуль...
Я посмотрел на девочку. Она стояла перед мольбертом, и губы у неё вновь шевелилась, видимо, проговаривала про себя суры.
- Пауль, это обязательно?
- К сожалению, да. Ей нужно понизить уровень силы, а вам нужна кровь...
- Но она же очень маленькая! Ей плохо станет...
- Я не буду резать вену, это же не ритуал, я тупо возьму кровь шприцом, как на анализ. Это не больно... Иди сюда, Айгуль!
Только по напряжённой позе девочки угадывалось, что она расслышала мой окрик.
- Айгуль, я уже говорил тебе, что это необходимо...
- А зачем ей понижать уровень силы, Пауль? - сообразила мать Козлова.
- Затем, что концентраторы... Айгуль, подойди!
Она продолжала стоять неподвижно. Если я сейчас воздействую, может возникнуть спонтанная реакция блокировки заклинания или отдачи. И тогда...
- Айгуль, повернись ко мне!
- Пауль, - мать Козлова схватила меня за рукав пиджака, я посмотрел на неё, и её пальцы разжались. - Вы же не будете...
- Я буду делать то, что считаю нужным, Александра Ивановна! Если ты сейчас не подойдёшь, - обратился я к Айгуль, - я тебе врежу. Про концентраторы я объяснял... Выбирай!
Айгуль медленно повернулась. Губы у неё подрагивали.
- Я боюсь, мастер Пауль...
- Наносить людям увечья ты не боишься? Убивать детей в утробе матери, видимо, тоже?!
- Пауль! - Берковская вдруг встала перед мольбертом, загородив от меня Айгуль. - Я не знаю, что вы задумали, но я запрещаю...
- Запрещаете Хранителю?!
- Пауль, это мой дом!
- Только он находится в моем Городе! - чтобы успокоиться, я прошёлся взад и вперед по её комнате. - Вам рассказать, что она сделала?..
- Не нужно, я знаю...
- Вы кажется, утверждали, что не читаете мысли!
- Я знаю, что вы просто так бы не стали причинять ей боль, - спокойно парировала мать Козлова. - Но не нужно её пугать...
- От страха сила повысится... - буркнул я, вскрывая упаковку с шприцом.
Мать Козлова, обняв Айгуль за плечи, подвела её к своей кровати.
- Если хотите, держите ее, крови потребуется много...
- Вы же...
- Я, врач, Александра Ивановна, я как-нибудь сам разберусь!
По хорошему, надо было бы поставить катетер...
Айгуль заметно побледнела, когда я вонзил иглу в вену.
- Мастер Пауль...
- Да, подожди ты, не дергайся! Держите, пожалуйста, крепче! - бросил я матери Козлова.
- Мастер Пауль...
- Ну, что, что, что?! - я уже четыре раза сцеживал кровь в заранее подготовленную емкость. - Ты можешь потерпеть? Не смотри...
- Мастер...
- Ты хочешь, чтобы у тебя опять сорвало башню?! Ты хочешь умереть? Хочешь, Айгуль?! Ну?
Она замотала головой.
- Тогда терпи... Терпи, сейчас все кончится, и мы пойдём есть мороженое... Или что ты хочешь? - я снял жгут, и Айгуль опустила голову на колени матери Козлова.
- А вы чего сидете, Александра Ивановна? Она же свернётся!
- Пауль, это слишком много!
- Это нормально! Вам не повредит, а ей нужно стравить силу... Вы себе не можете даже представить, сколько её! В любой, - понимаете, любой, - момент может быть спонтанный всплеск! И тогда все..
- Это надолго? - она перекладывала емкость из одной руки в другую.
- Александра Ивановна, кровь годится в употребление, покуда она не свернулась! - я с досадой кивнул на емкость. - На три месяца... Поэтому мы будет ещё приходить...
- Я больше не смогу!
- А придётся смочь, - я невольно повторил слова Эмиля. - Пейте скорее! У вас малокровие, вам это нужно...
Мать Козлова осторожно переложила голову Айгуль на подушку и провела ей рукой по волосам. Та слабо улыбнулась.
- Господи, как же тяжело себя заставить... - она поднесла емкость к губам, но продолжала медлить.
- Вы же делали так уже...
- Я, наверное, была в пограничное состоянии...
- Относитесь к этому спокойнее, мы все так делаем...
Мать Козлова сделала из емкости небольшой глоток, и вдруг лицо её исказилось ужасом.
- Пауль, нет!
- Что не то?
- Оно... - она ткнула пальцем в сторону книжного шкафа. - Я опять это вижу...
- Я не знаю, что вы видите, Александра Ивановна, - с раздражением сказал я, - но вам нужно допить до конца. Мы не поднимем гемоглобин, вкушая таблеточки! По-хорошему, вам нужно было делать переливание крови, только в этом случае пришлось бы объяснить, отчего у вас вены изрезаны! Он даже не удосужился купить в аптеке шприцы!.. Пейте! - я заорал так, что Айгуль подняла голову и откинула меня взглядом, полным скорее невысказанной боли, чем ужаса.
- Пауль, я не смогу...
- Сможете! - я воздействовал, и она начала мелкими глотками проглатывать содержимое ёмкости.
С каждой секундой её лицо все больше и больше искажала гримаса.
- Пауль, пожалуйста, не заставляйте... Я опять это вижу! Нет!
Она отшвырнула от себя емкость, разорвав воздействие, я, правда, не прикладывал особых усилий, но такого исхода точно не ожидал. Багровые брызги поднялись в воздух, и Айгуль, как зачарованная следила за ними. В последнюю секунду я перехватил емкость и, блокировав Берковской возможность самостоятельного движения, влил ей остатки крови в рот.
- Нет, Пауль, лучше убейте меня... Я не могу опять...
- Кровь несет в себе чужие эмоции, особенно такая кровь... - я силой заставил её проглотить то, чем был наполнен её рот. - Мы же не можем пропустить её через фильтр, приходится пить, что дают. Ваш уровень силы резко поднялся, поэтому начались видения... В кровь Избранного содержатся не только эритроциты...
- Пауль, почему вы меня заставляете... - её грудь тяжело вздымалась, узел на шали ослаб, и она сползла на поясницу. - Я не подписывала Договор, и я не ваша подданная...
- Вы глубоко заблуждаетесь! Вы все равно в системе! Вы - неподотчетная ведьма, и ошиблись аж целых два раза! По душу таких, как вы, каждый цикл проходят Обходчики, видимо, ваш друг позабыл сказать вам об этом...
- Убейте меня, Пауль... - повторила она. - Только не мучьте...
- Я не мучаю вас, Александра Ивановна! Как только вам станет получше, вы вынуждены будете подписать Договор! Я отчитался Ордену, что вы были согласны, поэтому я спас вашу жизнь...
- Разве можно солгать Ордену? - она села на покрывало рядом с Айгуль и поправила у той серёжку в ухе.
- А разве я лгал? Вы ведь сделаете то, что я прошу, не так ли?
- Вы так хорошо знаете меня, Пауль? - она грустно усмехнулась.
- Я знаю людей... - вздохнул я. - Вставай, Айгуль, - я протянул девочке руку. - Пойдем домой!
Во дворе её качнуло, и я еле успел подвести её к лавке.
- Мастер Пауль, скажите, я умру?
- Не умрёшь, если будешь делать все, что говорю я. И все мне рассказывать... Все-все, Айгуль... И тогда мы, может быть...
Я замолчал, глядя, как по щекам её катятся слезы.
- Я не хотела, мастер Пауль... Оно само...
- Я уже говорил, я тебе верю... Но поэтому мы должны стравливать силу... Она чрезмерная... Эта бабка в Башкирии, конечно, подсунула тебе подарочек...
- Она сказала... - Айгуль прислонилась к моему плечу. - Сказала... - она прикрыла глаза, видимо, восстанавливая слова Фриды в памяти. - Что уходит во тьму счастливой... Что у неё будет достойная смена...
- Ты мне не говорила такого раньше! - я развернул её к себе.
В лице у неё ни кровинки, даже губы посинели.
- Я забыла... Я была маленькая... А сейчас... Она тоже по голове меня погладила...
"Он любит детей, Фрида их тоже любила..."
- Я боялась к ней подходить, она была такая страшная! И тогда она сказала, что может мне показать... Ну, как типа она выглядела раньше!..
Мои пальцы врезались в плечи Айгуль.
- Ты видела Фриду?..
- Мастер Пауль, больно...
- Ты её видела?! - я немного ослабил давление.
- Она сказала, что покажет мне, и, если мне будет плохо, я всегда могу вспомнить...
- Айгуль! - я старался, чтобы мой голос звучал ровно. - Если ты помнишь чётко, можешь мне показать? Не пытайся перебросить картинку, это нельзя, просто вспомни! Вспомни до мельчайших подробностей! И тогда я тоже увижу...
Столетиями читая чужие мысли, я никогда не пытался считать образ. Он всегда переходил вместе с эмоциями, испытываемыми респондентом, а я любил, чтобы моё сознание оставалось ясным.
Картинка возникла внезапно, как кадр кинофильма на тёмном экране.
По лесу, раздвигая взглядом ветки деревьев, шла рыжеволосая девушка. Видение показывало её со спины, и можно было только гадать, как она выглядит, но вот девушка опустилась на землю перед маленьким озерцем, её отражение проступило в зыбкой колеблющейся воде, и я не смог удержаться от возгласа.
Это было лицо Анны.
Вода снова всколыхнулась, и то, что я увидел дальше, заставило меня разжать пальцы и вновь стиснуть их, только уже в кулаки.
Моменты абсолютного бесприместного счастья. Частицы радости, вырванные у бытия и нанизанные на нить...
Козлов готов был продать душу за один такой мультик. А, оказывается, их можно было прокручивать в течение неограниченного времени...
Только открой шлюз.
- Ты видела её лицо, Айгуль?
- Нет, мамино... Когда мы с ней катались на каруселях...
Глаза у Айгуль начали закатываться.
- Мастер Пауль, мне очень плохо...
- Я понимаю, - я крепко сжал её запястье, нащупывая вену.
Заставляя её сердце стучать в унисон с моим. Так она, пожалуй, возьмёт все эмоции. Да и хер бы с ним, зато, может быть, хотя бы самостоятельно дойдёт до дома.
- Мастер Пауль...
- Молчи, Айгуль, не трать энергию. Ментальной у тебя много, а человеческая сейчас на дне...
Зато какая отдача.
Ты меряешь реальность линейкой Всеволожского, Пауль...
А разве так не должно быть?
- Мастер Пауль... Она ещё сказала... Сказала, что придёт человек и будет меня учить...
- Какой человек, я?
На щеках у Айгуль появился румянец. Мне же все больше хотелось прилечь, и приходящие от неё волны силы молотом стучали в висках.
Прием на грани дозволенного. В принципе, высший пилотаж, такое мало кто делал, но, собственно, кому так нужно было делать...
Работает только при абсолютном доверии. Прием, который до Уложения ведьмы применяли на детях, которых нужно было спасти...
Стоп.
Они забирали силу. Но, простите, чью, если ребёнок не был Избранным?
- Нет, мастер Пауль, - с трудом выдавила из себя Айгуль. - Другой... Он...
Я отпустил её руку, и она вышла из транса.
- Какой человек? Как он выглядит?
- Не знаю. Он...
Она вдруг замолчала, уставившись на меня безумными глазами.
- Нельзя говорить. Он накажет...