Шабутные нежданчики в тесных объятиях старости

Переход человека в пожилой возраст из жизненного периода его зрелой дееспособности оказывается таит в себе множество причуд, о существовании которых большинству людей до своих шести десятков лет вообще не было известно ничего даже на уровне каких-либо абстрактных представлений. Если можно было бы допустить в фантазийном плане, что вдруг каким-то чудесным образом объявится некий всеведающий персонаж, который, досконально зная обо всех возможных причудах людей пожилого возраста, примется рассказывать о них людям зрелых, молодых и моложавых лет, то на подобные речевые живописания ему потребовалась бы целая вечность. Но поскольку таких временных ресурсов ни у кого из рода человеческого не имеет места быть, то и всезнаек о причудах лиц преклонного возраста среди весело галдящих, поспешая по своим делам, обыденных людей, вовсе не задумывающихся о своей жизни в старческом возрасте, и в помине не существует.

А причуды пожилых обычно настолько экзотичны, что понять их нестарым людям в принципе не представляется возможным. Для хотя бы примерного уразумения специфичности причуд завершающих свой жизненный путь людей имеет смысл со всей возможной тщательностью рассмотреть какой-нибудь характерный пример таких причуд.  Так, многим пожилым людям свойственна такая причуда, при которой они автоматически соотносят достигнутый ими возраст с возрастным итогом уходящих в мир иной людей как из своего окружения, так и из состава достаточно популярных в стране персонажей. Сразу нужно отметить, что им более импонирует, когда возраст людей, покидающих наш мир, исчисляется количеством лет, близким к сотне. Молодым подобная шарада может быть вовсе не интересной, но для пожилых она имеет очень важное значение, поскольку при известии о смерти того или иного великовозрастного человека они на автомате высчитывают число лет, которое отделяет их от возраста усопшего. И чем больше этот временной промежуток, тем спокойнее становится у них на душе, поскольку они, задействуя своё здравомыслие, могут чётко определиться с тем, что им во временном аспекте ещё доступно в жизни, доживи они хотя бы только до того возраста, в котором оборвался жизненный путь умершего человека.

Когда же становится известным о смерти кого-то в возрасте, соизмеримом с их текущим числом лет жизни, им становится не по себе, ибо собственные  думы теперь непрестанно твердят им, что ни сегодня-завтра настанет и их черёд вознесения в горний мир. И уж совсем плохо они переносят известия о смертях более младших по возрасту людей, когда их тягостные мысли со скорбным оттенком вещают им, что они слишком зажились на белом свете, и как бы они суетливо ни крутились, ни вертелись, но реально настало время сборов для ухода в запредельное пространство. В этом случае многие из пожилых людей впадают в длительное состояние общего безразличия и безропотной покорности судьбе, которое для них грозит стать роковым,  поскольку из-за подобного снижения своего жизненного тонуса они и в самом деле могут откинуть концы.

При всём при этом кого-то из молодых может заинтересовать вопрос о всеобщности такой причуды пожилых и о возможности как-то отвлечь их от погружения в системы координат умерших. От подобного возрастного числового жонглёрства избавлены пожилые люди, за время своей жизни приобщившиеся к житейской мудрости, при обретении которой теряется какой-либо здравый  смысл соотносить прожитые года с возрастными финишами умерших. Если жизнь человека освещена некой высокой идеей, в осуществлении которой пожилой мудрец принимает самое непосредственное участие, ему недосуг отвлекаться на в целом нерациональные траты времени и сил в части перерасчёта возрастов людей, ибо подобные трагические умозаключения по данному поводу недопустимы в свете его целевых жизненных ориентиров.   


20.08.2020



Сергей БОРОДИН