Ночь пятницы Насосная и технические приключения

К одиннадцати вечера Мирон уже уверенно стучал в железную дверь насосной. Лена открыла сразу — в глазах плясали озорные огоньки, а на столике в каморке уже исходил паром чайник.
— Явился, мастер! — обрадовалась Лена, оценив взглядом вытащенный из пакета хромированный ключ на 19 и кольца набивки. — Ну, проходи, чаем греться будем. «Восход» сегодня на удивление чисто ловит, какой-то старый матч СССР — Канада крутят!
Сели, накатили по маленькой за встречу, разложили чебуреки. Чтобы окончательно покорить сердце дамы сердца, Мирон решил зайти с козырей — с суровых производственных историй, накопленных за годы работы в автобазе.
— Это что, Ленуська, 40 киловатт… — вальяжно начал Мирон, закусывая чебуреком. — Я вот на прошлой неделе на базе движок от ЗИЛа перебирал. Так там умельцы вместо прокладки поддона картера умудрились старый кожаный ремень от брюк проложить! И что ты думаешь? Полгода мужик ездил, пока ремень от масла не растворился и вкладыши не застучали! Вот это я понимаю — смекалка.
Лена слушала, открыв рот и подперев щеку рукой.
— А еще случай был, — продолжал Мирон, поправляя «Монтану». — На карьере у шагающего экскаватора гидравлику рвануло. Масло хлещет, стоим, курим, план горит. Так наш Михалыч не растерялся, забил в пробоину березовый чопик, обмотал синей изолентой и сверху проволокой стянул. Экскаватор после этого еще неделю копал, пока немецкие запчасти не привезли! Немец-наладчик когда этот чопик увидел, три дня молчал, а потом пить бросил.

ЧП: Явление грозного Михалыча

В разгар третьей байки, когда Мирон уже показывал в лицах, как немецкий инженер падал в обморок, на улице послышался хруст веток, а затем — тяжелые, уверенные шаги. Входная железная дверь насосной со скрежетом распахнулась.
Лена побелела.
— Мама родная… Это же Михалыч! Сам начальник участка! Он же ночью никогда не проверяет!
В каморку вошел грузный мужчина в брезентовом плаще, с огромным фонарем-прожектором и хмурым взглядом из-под кустистых бровей. Насосная притихла, даже «Восход» испуганно хрюкнул динамиком.
— Так-так-так… — пробасил Михалыч, переводя луч прожектора с бутылки на чебуреки, а затем на Мирона. — Оператор Елена, это что за посторонние элементы на режимном объекте? Распитие и разложение трудовой дисциплины в особо крупных размерах? Завод без давления оставить хотите?!
Лена сжалась, судорожно соображая, что говорить. Но тут вперед выдвинулся Мирон. Алкоголь и врожденный пофигизм сделали свое дело — страха он не испытывал.
— Какое разложение, шеф? — спокойно сказал Мирон, вставая и демонстрируя зажатый в руке ключ на 19 и моток графитовой набивки. — Планово-предупредительный ремонт! На прошлой неделе тут вводной автомат выбило и сальник на первом насосе потек. Если бы не мы с Леной… э-э, Еленой, ваш завод бы до сих пор бамбук курил вместо воды! Вот, пришли в ночь узел набивки модернизировать.
Михалыч прищурился. Направил фонарь на первый насос. Тот работал идеально ровно, а под ним было сухо — Мирон прошлый раз закрутил на совесть. Грозный начальник подошел к щитовой, заглянул внутрь, увидел аккуратно заизолированный кабель сгоревшего третьего насоса.
Потом Михалыч посмотрел на стол. Увидел чебуреки. Посмотрел на бутылку. Взгляд его потеплел.
— Ключ на 19, говоришь? — буркнул Михалыч, снимая кепку. — А набивка графитовая? Ладно… На прошлой неделе на заводе и правда скачок напряжения был, пол-цеха встало. Значит, спасли станцию?
— Как пить дать, спасли! — поддакнул Мирон и быстро достал из пакета еще один граненый стакан. — Присаживайтесь, Михалыч. Задвижки проверены, давление четыре атмосферы, хоккей вон показывают. Обсудим модернизацию сорокакиловаттника?
Михалыч тяжело вздохнул, сел на свободную табуретку и подставил стакан.
— Ладно, чертяки. Но чтоб к пяти утра сальник перебили как по учебнику! Иначе прессуху сниму с обоgeneric… то есть, с тебя, Елена. А ты, паря, откуда такой умный взялся?
— Из автобазы, Михалыч! Там и не такое видели, — улыбнулся Мирон, наливая начальнику.
Через полчаса Михалыч уже сам вовсю травил байки про то, как в 90-е они запускали эту насосную вообще без электричества, на тракторном дизеле. «Восход» весело подмигивал кинескопом, Канада проигрывала нашим 3:5, а Лена тихонько наступала Мирону под столом на ногу, бросая на своего спасителя абсолютно влюбленные взгляды. Жизнь на заброшенной насосной била ключом. Ровно на 19.