В поисках осени

Разбирая в сараях наследство, доставшееся мне после покупки дома пятнадцать лет назад, я был приятно удивлен керосиновой лампе. Она напомнила мне о детстве  в глухой деревушке, где не было абсолютно ничего кроме себя и бабушки. Я уже не зажигаю ее, вставил солнечную батарейку и каждый вечер с приходом темноты любуюсь таинственным свечением двора, где береза не спеша роняет желтые листья. Кот сейчас почти такой же светлый  как в детстве, тоже без ума от моих поглаживаний - от удовольствия всегда вонзает в меня когти, видимо, это для него высшая благодарность.

И дороги осенью как в детстве - непролазная липкая грязь после дождей. Впрочем, их здесь можно по пальцам пересчитать, все выливается весной, а дальше живите как знаете. Печь пытается нас успокоить, воркуя в своей тесной коробочке, но нечаянно впускает к дом много дыма. Какая может быть тяга, если на улице на восемь градусов теплей!
А уж про снег мы совсем не думаем, небесный правитель отодвинул это удовольствие до февраля, да и то скупой он стал в последние годы.

Но тишина - осенняя:  ни птичьего голоска, ни свадебного кошачьего пения, лишь иногда налетит ветер, помучает деревья, погремит раскатами небо, будто где-то высыпают целый самосвал собранных яблок, и опять этот звон в ушах, от которого не по себе.

Несмотря на полуденный зной, по утрам частенько хрустит трава. Чем ниже по склону, тем сильнее  хруст. Но вот тишину разорвали струи холодной воды. Капли безжалостно жалят меня, вызывая озноб, прогоняют остатки сна, не дают спокойно созерцать безмолвие последнего дыхания природы. Я терплю, еще немного, еще не совсем замерз, еще не запустил свой генератор идей и движений. Все, достаточно! Я выключаю летний душ - замену осенних дождей, и ныряю в тепло, чтобы добавить еще кофейный стимулятор, и тогда меня не может остановить никакая сила.

Летом я чаще провожу время на участке среди тех, кому еще нужен. Но осенью мои друзья засыпают, и я отправляюсь бродяжничать. Все дальше от дома, все больше круги. Никак не дотянуть до усталости, ведь если идти голодным, то внутри запускается особый моторчик, вырабатывающий энергию. Встречаю людей. Удивляются. Не верят. Дают советы:
- Тебе надо отъедаться, а не ходить столько.
- Обязательно ходи с палкой, ножом и водой.
- Тебе собака нужна, могу дать щенка.
Но разве я не доверяю Богу? Он лучше знает, что мне нужно - к чему беспокоиться?

В небольших клочках леса встречаю нарядный ярко-желтый ясенелистный клен, недавно объявленный злостным сорняком за его неутомимость в размножении. Полыхает огнем сумах - тоже многодетный захватчик территорий. Багровеет скумпия, выдыхая облачка сухий соцветий, будто покуривая от страха перед грядущий зимой. Голубой глаз Бога, не моргая, следит за каждым моим шагом и посылает лучистую радость. Наверное, это и есть благость.

А зима? Ее я не боюсь. Ведь отдохнуть дома после трудового лета - великое блаженство. Разрушается непрочный, наспех сделанный людьми интернет, но еще много непрочитанных книг - тысячи судеб, в которые и я добавляю свою, возможно, непонятную, но зачем-то еще нужную Богу.