Алина и её мужчины

  Она появилась неожиданно. Но, сначала под окнами моей квартиры остановилась машина.
     Хлопнули дверцы…А через некоторое время раздался дверной звонок.

     Еле доковыляв до двери, я открыла замок. На пороге стояла Алина с большим тяжелым пакетом в руке. С ней была девочка лет шести.
     Я пригласила войти. Ни слова не говоря, они прошли в коридор. И уже в коридоре Алина, снимая лёгкую норковую шубку, спросила довольно обыденно:
     - Как нога?

    Этот приход нежданных гостей меня смутил. Мы были почти незнакомы. Кто-кто, но только не она. И месяца ещё не работала у нас…При встрече кивали друг другу.

       Тут надо кое-что пояснить.
  Днём раньше я на работе растянула стопу ноги. Нога стала быстро распухать и старший мастер, видя такое дело, спровадил меня домой.
     « Бюллетень можешь не брать. Оплатим »  - сказал он (производственный травматизм часто пытаются скрыть).

       Это было вчера. А сегодня я уже с утра раздумывала над проблемой похода в магазин. Хотя он был в нашем доме, но вряд ли я дойду.

      И, вдруг, Алина!  Пришла. И , пока мы с девчонкой играли в «крестики-нолики» , приготовила обед, навела порядок в кухне, даже вымыла пол. Я еле убедила её взять деньги за продукты.

      Потом мы втроём пообедали. Девчонка уснула на диване, укрытая шубкой Алины. А мы, сидя за столом, беседовали. Вернее, она рассказывала свою историю.
   
       История была на мой взгляд, какой то авантюрной. Но, глядя на Алину, я всё больше понимала, что её история другой и не могла быть.

      Неловкость, которую я испытывала сначала, прошла. Мы еще чаёвничали. А где –то в половине седьмого (за окном стояли зимние сумерки ), опять подъехала машина.
      Алина, откинув занавеску с окна, кому то помахала рукой.

    …Перед уходом бросила :
   - Я приду завтра вечером.

И они ушли, оставив меня гадать о причине такой кипучей деятельности, которая неожиданным образом разрешила мои проблемы.

     История, рассказанная Алиной, не выходила из головы.

     Вот она.


                -  2  -


         Окончив десятилетку, Алина сразу выскочила замуж, познакомившись на выпускном вечере с военным курсантом. Он тоже выпускник училища.

        Приметить Алину, стройную, рыжеволосую, с лицом, усеянными милыми веснушками и рыжими глазами ручной тигрицы, ему сам Бог велел. Он уже получил распределение в Хабаровский край.
     Всё решилось за неделю.

  Жизнь в военном городке, закрытом социуме, с чёткой градацией вышестоящих и нижестоящих, от солдата до генерала, была скучна и однообразна. Рождение дочери привнесло смысл в жизнь Алины. Но Олег – молодой лейтенант – часто возвращался со службы в подпитии. Дома он ничем не занимался. Слушал кассеты, куда то порывался в гости. Стал грубым, раздражительным и однажды избил её шлангом от стиральной машины.

     Как только сошли синяки, Алина решила идти к генералу, чтобы пожаловаться на родного мужа. Она инстинктивно искала защиты у старшего.

     Жаловаться на мужа в военном городке не принято.  Алина нарушила правило – «не выносить сор из избы». Были и такие офицерские жёны, которым следовало бежать, куда глаза глядят. И то, они не жаловались на своих мужей. Алина надеялась, что генерал пожурит Олега по-отечески и Олег чудесным образом изменится.

     Генерал принял её в своём шикарном кабинете. Подал стул. Выслушал. Был внимательным и сочувствующим. Налил из графина стакан воды. Обещал приструнить новоиспеченного старлея. Проводил Алину до дверей. Тут его галантность и закончилась.

    …Алина стала его любовницей. Он был ей симпатичен. В сорок  - уже генерал. Она поняла, что может рассчитывать на его помощь. Начальник части – «царь и бог».
      
     Это была довольно пошлая связь. Алина всё таки была женщиной по вызову, такие связи не афишируются.
    И лишь однажды они поднялись до подобия романтических отношений. Как то зимой генерал усадил её в машину и повёз в отдалённую деревню. Там, прямо в поле, уже стояли накрытые столы и бабы в цветных полушалках величали двух грешников свадебными песнями.
    Но, чего не сделаешь от монотонного существования и скуки!

     Вскоре его перевели в Москву, в Генштаб. Он уехал. Увёз свою семью. А перед отъездом дал Алине номер телефона и просил звонить. Что она и делала время от времени. Больше они никогда не виделись, но она была уверена: он всегда поможет.

     Олег продолжал пить, рук больше не распускал и Алина не собиралась разводиться.
  В очередном телефонном разговоре со «своим генералом» она попросила перевести мужа в Германию. Хотя уже вовсю поговаривали о выводе войск из ГДР.

     - Я подумаю – сказал он.

   Думал недолго. Олег, неожиданно для себя, получил новое назначение.

               
                -  3  -

     Это  была большая удача: проехать через всю Россию, пересечь государственную границу и оказаться совершенно в другом мире.

       Она меняла рубли на марки. Ходила по магазинам. От увиденного разбегались глаза.
Удивляло изобилие ковров, что в Союзе было дефицитом.

     Она случайно познакомилась с водителем трейлера, перевозившим ковры из Бельгии. Вошла в «группу». Ковры продавали в военных городках. Патрули гоняли спекулянтов как собак. (это её выражение). Риск оправдывался «наваром». Старший «группы» - немец Альфред стал её любовником. Он имел большие связи, держался уверенно и прекрасно говорил по-русски.
    Благодаря ему, она сумела накопить значительную сумму. Олег ничего не знал о её похождениях. После дежурств болтался с друзьями по кафешкам и ресторанам. И однажды был задержан немецкой полицией во время акта мочеиспускания прямо на один из немецких памятников.

 В то же время Алину потребовали «на ковёр» к начальству, за нелегальный бизнес.

     …Никуда она не пошла. Она сложила деньги в полиэтиленовый пакет, перевязала верёвочкой и, открыв дверцу шкафа за унитазом, опустила пакет вниз.
      Дальше она действовала ещё осторожнее. Взяв необходимые вещи, документы, одела дочь и спустилась со второго этажа вместе с дочерью по пожарной лестнице, которая была рядом, только руку протяни.
    Потом взяла такси до аэропорта, купила билет на самолёт и улетела в Москву.
 А через месяц вернулась и предоставила справку о болезни матери. Справку она «купила» у знакомой медсестры.

     За месяц, который она провела на родине, решение развестись с Олегом созрело окончательно.
    Она собрала вещи, взяла припрятанные деньги и покинула страну, где развернулись её криминальные таланты.

     А вскоре заявился и Олег. Немцы не простили ему осквернения своей святыни и его выслали из ГДР в Союз : он получил назначение в какую то часть.

      Он пришёл то ли мириться, то ли разводиться. Пришёл нетрезвый. Стал упрекать её, что она использовала его (?), сломала ему жизнь (?). Попытался ударить , ему удалось.
     Но Алина была уже на своей территории. Она убежала в родительскую спальню, сняла с ковра отцовское ружьё ( он состоял в обществе охотников), проверила, заряжено ли оно (оно не было заряжено). И направила ствол на Олега.

  - Ты что? С ума сошла?!
  - На колени…Убью.

И он ей поверил. Упал на колени.  (Трагифарс чистой воды!).

…А потом развод. Алина отказалась от алиментов и стала свободной.

Вот такая история.



                -  4  -


…На следующий день она пришла, как обещала. Началось с вопроса : «Как нога?»

    - Уже лучше. На следующей неделе выхожу на работу. Спасибо тебе за поддержку.

И тут я не удержалась от вопроса, который давно у меня вертелся на языке:

    - Кто тебя подвозит?
    - Знакомый таксист…Мы с ним в фиктивном браке…Через два месяца должны развестись  и разменять его квартиру на две однокомнатные. Я ему должна отступные.
    - Сколько? – спросила я.
    - Для него это выгодная сделка…И, представляешь, он передумал разводиться!...Даже стал угрожать…Говорит, что найдёт свидетелей и докажет, что брак был фиктивным.

«Вот, чем заканчиваются авантюры» - подумала я. Спросила:

    - Он от денег отказывается? Или ему нужно больше?
    - Я же говорю…он не хочет разводиться. Говорит: «ты меня устраиваешь как женщина»
      А мне нужна только отдельная квартира. Я, прежде всего, думаю о дочери.

Я смотрю на неё и думаю: «От такой, уверенной в себе красавицы, мужику отказаться трудно. Может, они стали любовниками?» …Спросить я не решилась. Да и зачем мне это знать.

    - Что же мне теперь делать? – раздумывает вслух Алина,- Сначала он мне не показался таким упёртым.

   Я поняла, что она ждёт от меня совета.

Я сказала со вздохом:  «Только убедить его. Что он пострадает первым, если нарушит ваш негласный договор. Но…в любом случае вам нельзя расставаться врагами…Как то всё спустить на тормозах без скандала и упрёков»


                - 5 –

Так всё и вышло. Они спокойно развелись и разменяли квартиру.


…Через какое то время она пригласила меня в гости.

Квартира была тесновата, на пятом этаже панельного дома. И район не престижный.
Но зато благоустроена со вкусом. Новая сантехника. Новые деревянные рамы. Балкон застеклён. Дубовые резные двери. Кухня, ванная, прихожая – всё блестело.
   В комнате, правда, не было ещё люстры. Алина сказала, что ищет люстру из чешского стекла.

    На столе она собирала школьный ранец дочери-первоклассницы. Пока та смотрела мультики по японскому телевизору.

   Алину было не узнать. У неё оказалась чудесная улыбка. Глаза потеплели.

…Я уже собралась, когда раздался входной звонок. Он тоже был особенно жизнерадостным.

    Алина пошла открывать…С кем то недолго разговаривала. Голос был мужской.

Вернувшись в комнату, она позвала меня помочь перетащить большую коробку.

…В ней была упакована люстра из чешского стекла.

  - Это мой фиктивный муж достал – сказала она весело, - Мы остались с ним друзьями.
    Помогает мне, о чём ни попрошу.
  - Подарок на новоселье? - спросила я
  - Да ладно! Я за всё заплатила. И за люстру, и за бензин, и за труды...А он в гости намыливается! Но я сразу сказала: Прости, но это квартира моей дочери. Она не должна видеть здесь чужих дядей, распивающих водку.

  Наконец, полностью очищенная от обёрточной бумаги, люстра предстала в своём великолепии.

  - Ну как? - Алина была довольна.
  - Красивая...Не великовата будет?
  - В своё время я увеличу квартиру. И денег найду. Займусь бизнесом. Теперь это законно.

   Она аккуратно положила люстру в коробку, крикнула дочери:
  - Лена! Пора обедать, - и предложила мне уверенно - Останься. Обмоем люстру.
  - Пора мне. В другой раз, - сказала я.

 Другого раза не случилось. Алина стала уезжать то в Турцию "за шмотками", то в Польшу за косметикой.
  Наши пути разошлись.
 
Но однажды я увидела мчащуюся мимо иномарку.
 За рулём сидела рыжеволосая красавица Алина...