Глава 3. Часть 4. Случайные судьбы 5

Случайные судьбы 5.
Вот уже пятый год я живу в рыбацком городке. Несколько многоквартирных домов стоят прямо на берегу океана. Штормов за всё моё время пребывания здесь я ни разу не видел. В плавание меня тоже никто не брал. Я просто помогал людям с их бытом. Самое странное, было в том, что в этом месте совсем не происходило смен времен года. За все пять лет не было ни одного изменения, стабильные восемнадцать градусов. Еще есть странность – я не помню, кто я такой. Ну это даже не странность, а скорее печальный факт. Да, именно так. Старики говорят, что это результат какой-то «Процедуры», но что это за «Процедура» - все молчат. Называют меня все просто – «Большой». Я действительно по сравнению с любым жителем деревни был просто большим. Из одежды у меня были штаны, нижнее бельё, и рубаха. Из обуви какие-то лёгкие тапочки, из местного прочного материала. Сегодня в очередной раз я проснулся от тупой ноющей боли в области затылка. Там располагалось кое-что, что я до сих пор так и не определил. Больше всего это было похоже на что-то электронное. Кажется у техников, что ремонтируют катера, было что-то подобное.
Раз в год, на праздник рыболовов, к нам приезжали местные военные. Это от них, в прошлом году, я услышал фразу: «Не трогай его, у него проблемы с агрессией». Тогда, год назад, я не придал этому особого значения. И так и не спросил у них, что это значит. И вот сегодня прошел ровно год, так, что я смогу уточнить у них, что это значит.
Вообще мой быт можно  было назвать полувоенным, аскетическим. Минимум вещей, максимум дисциплины. Распорядок дня соблюдался строго.
Так вот, староста с самого утра отправил меня на работы в помощь техникам.
- Большой, - сказал он, - ты сегодня у техников. На весь день.
Ну, я возражать не стал. И безропотно отправился к ним в помощь, тем более, что именно сегодня к ним должны приехать военные. И я смогу у них уточнить, что такое в их понимании «Проблемы с агрессией».
В сухом доке, когда я вошел, работа уже кипела вовсю. Военные, которых я ждал целый год, прибыли полчаса назад и перебирали какой-то двигатель, неизвестной мне конструкции.
Половину дня я таскал по всему доку какие-то детали и инструменты. В очередной раз, когда меня местные попросили перенести ста пятидесяти пяти килограммовый двигатель рыбацкой лодки, от промывочного станка, на стол разборки – сборки. Я уже  собирался это сделать, как сзади подошел один из военных и резко сказал:
- Эй, Большой, не надорвешься? Здесь надо станком поднимать.
Он уже собирался что-то сделать, оказавшись около двигателя быстрее меня.
Спокойно, положив левую руку ему на плечо, и слегка отодвигая его в сторону, сказал:
- Я справлюсь. – И многозначительно покивав, полностью отодвинул его в сторону.
- Да ты че, вообще ошалел! – Заорал тот.
Не обращая на него внимания, я просто ухватился руками за монтажные  петли и без всякого надрыва поднял и понес этот двигатель туда, куда сказали.
Вояка остолбенел, от увиденной картины.
- Ты совсем дурак? – Толкнул его в бок сослуживец. – Это же тот, с проблемами с агрессией. Ему пять лет назад сделали нейрокоррекцию памяти. Может и с катушек слететь. Тогда всех нас тут по кусочкам собирать будут.
Меня как молнией пробило. Пять лет назад? Коррекция памяти?
Весь день, до самого вечера я продолжал работать в сухом доке. Не стал выпытывать у военных, что это за нейрокоррекция памяти. Я просто молча работал. Я и так все уже понял. Видимо, за какие-то проблемы с агрессией, мою память изменили. А здесь, я живу, как колонии поселения. Все прекрасно знают кто я такой, и почему я здесь, только сказать не могут.
Вот день подошел к своему концу, и весь поселок собрался на набережной для праздника. Океан был спокойным, но его уровень был не естественно на много выше обычного. Примерно на семь метров в верх, вокруг берега, возвышалось гидрозаграждение. Непрозрачная сверхпрочная пленка. Староста поселка говорил пламенную речь с трибуны, а я в этот момент ловил всплывающие вспышки воспоминаний, до сих пор переваривая слова: «Нейрокоррекция» и «агрессия».
Как будто кувалдой ударили мне по голове. В глазах вспыхнули моменты дикой и кровавой рукопашной схватки, в которой мне пришлось просто разорвать на части своих противников. Опять вспышка, и я рублю врага полутораметровым, горящим белым огнем мечом, находясь на грани своих физических возможностей. Я пришел в себя стоя на коленях. Молча стиснув зубы. Образы ушли, так же быстро, как и появились. Но теперь я знал, что это было со мной в прошлом.
Никто даже не обратил на меня опустившегося на колени.
Поднявшись, я буквально почувствовал, чей-то взгляд на своей спине. Но обернувшись не увидел ничего необычного. Тут же ко мне пришло понимание, я должен вернуться в свою комнату. Сейчас единственный путь туда – это через сопку.
Я торопливо шел по краю срезанной сопки, там была уложена бетонная дорожка. Вдруг внизу я увидел собаку. Её вел на поводке худощавый мужчина. Что-то в его образе со спины мне показалось очень знакомым. Как-будто, я на протяжении многих лет видел этого человека. Я знаю эту походку. Но я не помню лица её обладателя. Человек с собакой зашел в подъезд дома, где располагается моя комната.
Надо успеть туда. Но вот я наблюдаю картину, худощавый человек с собакой выходит из дома, а я не успеваю с ним встретиться. Он идет обратно. К выходу из поселка.
Теперь я могу его опередить. Я быстрым шагом отправился ему наперерез.
Лицо его, увиденное мельком, показалось мне сильно знакомым, но до сих пор я не мог его вспомнить.
Я перешел на бег.
Спустившись с сопки, я встал столбом как вкопанный. А все по тому, что передо мной стояло еще два человека. Других. И я их узнал.
Сколько лет я их не видел! Как я по ним соскучился! По этим хрупким дорогим мне людям!
- Мамочка! – Зарыдав я смог выдавить из себя только это слово, и упал на колени, прикрыв лицо руками, чтоб другие не видели моих эмоций.
Уже слегка постаревшая женщина и взрослая девушка спокойно подошли ко мне.
- Брат, - произнесла девушка, присев рядом и обняв меня - как мне тебя не хватало.
- Сынок, - коротко произнесла женщина, и погладила меня по голове, - Наконец то!
И тут подбежала та самая собака, начав облизывать мне лицо. А её хозяин тихо стоял позади меня, смиренно ожидая своей очереди. Потом медленно подошел ко мне и положил руку на плечо.
- Брат, - произнес он, - пришло время отправляться домой. Ты достаточно повидал на своем веку.