Действие сценическое. О предполагаемой науке

Действие сценическое. Развёрнутая программа предполагаемой науки

Вступление. От требования научной помощи — к программе самостоятельного исследования

Высказывание Г. А. Товстоногова «Нам на помощь должна прийти наука» и мой ответ «Наука должна вернуть действие театру в качестве экспериментального партнёрства» позволяют поставить вопрос о содержании предполагаемой науки.

Что именно должна исследовать такая наука?

Каким должен быть её предмет?

Какие положения причинной теории действия сценического могут составить её основание?

Каким образом следует организовать эксперимент, если исследуемое действие существует в театральной условности, осуществляется актёром действительно, но относится к предполагаемому миру персонажей?

Наконец, каким должен быть результат исследования, чтобы театр получил не очередное описание собственной практики, а новое знание о причинах возникновения, сохранения и преобразования сценического действия?

Ответ на эти вопросы требует развёрнутой исследовательской программы.

Предполагаемая наука должна исследовать действие сценическое как специфический способ действительного актёрского существования, осуществляемый через намеренность, представление и телесность, в причинном сопряжении с драматическим действием.

Однако необходимо различать наличие теоретического основания и существование сформировавшейся науки.

Причинная теория Кретова предлагает предметное различение и объяснительную перспективу. Научная программа должна установить, какие из её положений допускают проверку, какие требуют уточнения и какие пока остаются философскими гипотезами.

I. Предмет предполагаемой науки

1. Почему недостаточно науки о театре вообще

Театр можно исследовать исторически, социологически, психологически, семиотически, эстетически и физиологически.

Каждое из этих направлений располагает собственными предметами и методами.

Но ни одно из них по одному лишь названию не гарантирует объяснения действия сценического как такового.

История театра исследует развитие театральных форм.

Психология может исследовать восприятие, представление, внимание и эмоциональные процессы.

Физиология — телесные и нервные механизмы.

Семиотика — отношения означающего и означаемого.

Однако вопрос о специфическом причинном становлении сценического действия не исчерпывается ни одним из этих предметов.

Предполагаемая наука не должна отрицать существующие дисциплины.

Она должна определить собственный предмет на их пересечении, не растворяя его в их объяснениях.

Её предметом становится действительное причинное осуществление актёром представляемого действия.

2. Основное предметное различение

Программа начинается с разграничения трёх уровней.

Драматическое действие — причинная организация поступков и отношений персонажей в предполагаемом мире.

Сценическое действие — действительное актёрское осуществление намеренности через представление и телесное выражение.

Театральное действие — организация адресации и восприятия смысла в театральной коммуникации.

Это различение восходит к положениям причинной теории Кретова.

Но для экспериментальной науки необходимо не только определить уровни, а установить характер их сопряжения.

Например, событие фабулы может изменить драматическое действие.

Актёр осуществляет соответствующий сценический переход.

Зритель воспринимает его как событие спектакля.

Однако причинные организации этих трёх процессов не совпадают автоматически.

Первая задача науки — не допустить подмены одного порядка причинности другим.

3. Собственный способ актёрского существования

Выражение «собственный способ существования актёра» должно получить строгое значение.

Оно не обозначает всю жизнь актёра.

Не означает его индивидуальную манеру.

Не совпадает с психологическим состоянием.

Не определяется одним физическим присутствием на сцене.

Оно обозначает специфическое осуществление актёром действия в отношении к представляемому миру.

Но здесь возникает задача дальнейшего уточнения.

Что именно отличает сценический способ существования от других способов намеренного поведения, в которых также присутствуют представление, условность, игра и обращённость к наблюдателю?

Наука должна исследовать не только подтверждающие случаи, но и пограничные явления: ритуал, импровизацию, игру, перформанс, публичное исполнение социальной роли.

Специфика сценического действия должна быть установлена посредством различий, а не только посредством перечисления свойственных ему признаков.

II. Теоретическое основание

4. Представление и восприятие

Одним из исходных положений Кретова является различие доминирующей роли представления в действии сценическом и восприятия в действии несценическом.

Это положение может стать предметом специального исследования.

Но необходимо определить, что означает «доминирование».

Означает ли оно ведущую роль представления в организации намеренности?

Определение предмета действия?

Регуляцию выбора способа осуществления?

Или определённое отношение между представленным обстоятельством и воспринимаемым партнёром?

Без такого уточнения доминирование останется теоретическим обозначением.

Экспериментальная программа должна установить, какие наблюдаемые различия можно ожидать при изменении организации представления и какие результаты опровергали бы соответствующую гипотезу.

При этом нельзя считать, что самоотчёт актёра непосредственно измеряет представление.

Он является одним из источников сведений, требующим сопоставления с другими.

5. Намеренность и неполученный результат

Намеренность занимает центральное место в определениях Кретова.

Однако необходимо отличить намеренность от словесно сформулированной цели.

Актёр может знать задачу, но не осуществлять соответствующего действия.

Он может сохранять направленность к неполученному результату, изменяя способы воздействия.

И может воспроизводить назначенный способ, не обнаруживая ожидаемой причинной организации действия.

Предполагаемая наука должна исследовать:

Как намеренность получает действительное осуществление?

При каких условиях она сохраняется?

Что изменяет её направленность?

Каким образом представляемый неполученный результат участвует в организации текущего действия?

Особенно важно не допустить ложной причинной конструкции, согласно которой будущий результат непосредственно вызывает настоящее действие.

Причинно действенным может быть существующее сейчас представление о неполученном результате, а не сам будущий результат.

6. Актёрское отношение

Отношение необходимо вывести из области исключительно психологических характеристик.

Формулировки «любит», «ненавидит», «доверяет», «опасается» обозначают содержание отношения.

Но не объясняют конкретного способа сценического осуществления.

Предполагаемая наука должна установить, каким образом отношение приобретает причинную действенность.

Здесь возможны три исследовательские гипотезы.

Отношение выступает условием возникновения определённого «как».

Отношение преобразуется вследствие осуществлённого действия.

Отношение и действие изменяются под воздействием общего причинного условия.

Эти возможности нельзя объединять одним объяснением.

Задача состоит в установлении причинного статуса отношения в каждом исследуемом процессе.

7. Телесность и сценическое осуществление

Актёрское действие действительно осуществляется телесно.

Но телесная форма не является исчерпывающим определением действия.

Один жест может принадлежать различным действиям.

Одно действие может осуществляться различными жестами.

Поэтому программа должна различать морфологию и причинную организацию.

Морфология отвечает на вопрос, какие формы наблюдаются.

Причинное исследование — при каких условиях возникает именно такое осуществление и что обеспечивает его продолжение.

Здесь особенно важно не противопоставлять внутреннее намерение внешнему телесному выражению как две заранее самостоятельные сущности.

Предметом исследования является целостное действительное осуществление, а не предполагаемый перевод готового внутреннего содержания во внешнюю форму.

III. Основная проблема науки: причинное становление актёрского «как»

8. От «что» к «как» и от «как» к «почему»

Драматический анализ способен установить, чего добивается персонаж и почему его поступок обусловлен обстоятельствами пьесы.

Но причинная теория действия сценического ставит дополнительный вопрос:

Почему актёр осуществляет действие именно таким способом?

Недостаточно определить, что актёр убеждает.

Необходимо исследовать, каким образом возникает конкретное убеждение.

Недостаточно назвать угрозу.

Необходимо установить, какие условия сделали возможным переход к угрозе.

Недостаточно зафиксировать изменение интонации.

Необходимо выяснить, связано ли оно с причинным преобразованием действия.

Таким образом, программа предполагает три последовательных исследовательских вопроса:

Что осуществляется?

Как осуществляется?

Почему именно это «как» возникло при данных условиях?

Третий вопрос определяет собственно причинное измерение исследования.

9. Причинное основание и достаточность

Причина не должна отождествляться с любым предшествующим обстоятельством.

Отказ партнёра предшествует угрозе.

Но это ещё не доказывает, что отказ является достаточной причиной угрозы.

Необходимо установить, какие условия участвовали в возникновении нового способа действия.

Здесь следует различать необходимые, достаточные, способствующие и препятствующие условия.

Причём достаточность должна устанавливаться относительно определённого продолжения, а не относительно действия вообще.

Предполагаемая наука может использовать понятие причинного основания для обозначения организации условий, в которой возникает определённое сценическое осуществление.

Однако это понятие нуждается в самостоятельных критериях.

Если основание определяется только через уже полученный результат, возникает риск объяснительного круга.

10. Причинное преобразование

В ходе сценического действия условия осуществления могут изменяться.

Прежнее «как» сохраняется.

Становится недостаточным.

Преобразуется.

Или действие прекращается.

Для исследования таких переходов ранее была предложена категория причинного передела.

Её возможный смысл заключается не в любом изменении исполнительской формы, а в преобразовании причинной организации осуществления.

Но экспериментальная программа должна различать несколько случаев.

Изменилась форма при сохранении прежнего действия.

Изменился способ осуществления внутри продолжающегося действия.

Прекратилось одно действие и возникло другое.

Изменилось само основание сценической направленности.

Без различения этих случаев понятие передела не сможет выполнять объяснительную функцию.

11. Событие сценического действия

Одной из центральных задач предполагаемой науки должно стать исследование событийности.

Событие фабулы принадлежит причинной организации предполагаемого мира персонажей.

Событие сценического действия должно быть установлено в действительном причинном становлении актёрского способа существования.

Следовательно, событие сценического действия нельзя определять только по драматургическому переходу.

Нельзя считать его доказанным по изменению интонации, движения или эмоционального обозначения.

Необходимо исследовать причинное преобразование осуществления.

Здесь возникает предварительная гипотеза:

Событие сценического действия представляет собой причинно значимое преобразование условий, при которых определённый способ актёрского осуществления сохраняется, изменяется или прекращается.

Однако сама эта формула ещё не даёт критерия минимальности события и не позволяет всегда отличить событие от обычного изменения процесса.

Это самостоятельная исследовательская задача.

12. Инвариант действия

Если действие способно преобразовываться, возникает вопрос о его тождестве.

Что позволяет утверждать, что перед нами продолжается прежнее действие?

Сохранение цели недостаточно.

Сохранение текста недостаточно.

Сохранение внешней формы недостаточно.

Даже причинная преемственность не гарантирует тождества: одно действие может стать причиной другого.

Следовательно, программа должна установить инвариант, сохраняющийся при определённых преобразованиях.

При этом необходимо различать два уровня.

Видовой инвариант — признаки, позволяющие относить осуществление к сценическому действию как таковому.

Процессуальный инвариант — причинное отношение, обеспечивающее тождество конкретного действия при его изменениях.

Это пока исследовательское разграничение.

Оно требует независимого определения допустимых преобразований и критериев сохранения тождества.

IV. Методология экспериментального партнёрства

13. Основная единица исследования

Для экспериментальной науки недостаточно объявить предметом «спектакль» или «актёрскую игру».

Необходимо выделить минимальную исследуемую единицу.

В качестве кандидата можно предложить локальное сценическое осуществление, для которого определены:

* намеренность и представляемый неполученный результат;
* актуальное отношение к партнёру и обстоятельствам;
* наблюдаемый способ телесного осуществления;
* предшествующие и последующие условия;
* предполагаемое причинное основание продолжения.

Однако такая единица не должна определяться исключительно длительностью реплики или движения.

Её границы должны быть связаны с исследуемым причинным процессом.

Главная методологическая трудность заключается в том, что границы действия нельзя одновременно устанавливать по предполагаемому событию и затем использовать это событие для доказательства правильности выделения границ.

Необходим независимый способ проверки.

14. Основной экспериментальный принцип

Наиболее продуктивным представляется исследование различий.

Сохраняются определённые условия сценического осуществления.

Изменяется одно или несколько заранее установленных условий.

Исследуется, какие различия возникают в действии.

Но живой актёрский процесс не допускает абсолютно точного повторения.

Повторное исполнение уже содержит опыт предыдущего.

Поэтому необходимо сочетать сравнение исполнений с анализом возможных альтернативных причин.

Эксперимент не должен доказывать заранее принятую теорию. Он должен создавать условия, в которых её объяснения могут оказаться несостоятельными.

Это важнейшее условие научного партнёрства.

15. Три уровня исследовательских свидетельств

Предлагается различать три группы данных.

Наблюдаемые свидетельства. Речь, движение, паузы, последовательность партнёрских ответов, изменения темпа и другие доступные регистрации.

Свидетельства участников. Объяснения актёра и режиссёра относительно намеренности, представления, отношения и условий возникновения определённого способа.

Экспериментальные различия. Изменения, возникающие при целенаправленном варьировании условий.

Ни одна группа не является самодостаточной.

Наблюдаемая форма не раскрывает причинность автоматически.

Самоотчёт не гарантирует знания причин.

Экспериментальное различие может быть обусловлено неучтёнными факторами.

Следовательно, вывод должен строиться на сопоставлении свидетельств с явным указанием степени обоснованности.

16. Отрицательный результат

Особое место в программе должен занимать отрицательный результат.

Исследователь ожидал преобразования действия, но оно не установлено.

Изменение отношения не привело к ожидаемому «как».

Партнёрское воздействие не изменило направленности.

Различные способы исполнения не позволили установить различие причинных оснований.

Такие результаты нельзя объявлять бесполезными.

Они ограничивают область применимости гипотез.

Но необходимо различать:

«Событие не произошло».

И:

«Имеющихся данных недостаточно для установления события».

Наука должна уметь не только объяснять, но и признавать, что определённое объяснение пока не установлено.

V. Развёрнутая экспериментальная программа

17. Первый цикл: специфика сценического действия

Цель — проверить объяснительную состоятельность различения сценического и несценического действия.

Исследуются случаи, в которых присутствуют представление, намеренность, условность и действительное осуществление.

Сравниваются сценическое исполнение, игровое поведение, ритуал, импровизация и иные пограничные формы.

Основной вопрос:

Какая организация представления, восприятия и намеренности позволяет обоснованно выделить действие именно сценическое?

Результатом должен стать не перечень театральных признаков, а уточнённый критерий предметного различения.

18. Второй цикл: причинность актёрского отношения

Цель — установить, при каких условиях изменение отношения участвует в преобразовании действия.

Один драматический материал исполняется при различных согласованных условиях партнёрского взаимодействия.

Исследуется, когда отношение выступает причиной, когда следствием и когда сопутствующим изменением.

Особое внимание уделяется случаям, когда содержание отношения меняется, но способ действия сохраняется.

Результат — проверяемые ограничения утверждения о причинной роли актёрского отношения.

19. Третий цикл: событие и передел

Цель — различить изменение формы, изменение способа осуществления и возникновение нового действия.

Используются короткие сценические фрагменты с фиксированными фабульными событиями.

Изменяются условия актёрского осуществления.

Исследуется, совпадает ли драматургически назначенное событие с действительным причинным преобразованием.

Результат — критерии установления сценического события, независимые от одного лишь фабульного описания.

20. Четвёртый цикл: инвариант

Цель — установить условия сохранения тождества действия.

Исследуются различные исполнения при сохранении цели, изменении партнёрских условий и преобразовании внешней формы.

Особенно важны противоположные случаи.

Внешняя форма изменилась, но действие, возможно, сохранилось.

Внешняя форма сохранилась, но причинная организация, возможно, стала другой.

Результат — проверяемая гипотеза о процессуальном инварианте.

21. Пятый цикл: роль и сопряжение двух причинных порядков

Цель — исследовать, каким образом драматическое действие получает действительное сценическое осуществление.

Сопоставляются фабульные обстоятельства, режиссёрская организация и актёрское исполнение.

Проверяется, какие свойства драматического материала действительно участвуют в причинном становлении сценического действия.

Результат — уточнение роли как узла сопряжения драматического и сценического.

22. Шестой цикл: театральное восприятие

Цель — исследовать связь причинной организации сценического осуществления с восприятием зрителя.

Сопоставляются различные исполнения и их восприятие.

Но необходимо избегать предположения, что зритель непосредственно распознаёт причинные основания актёрского действия.

Он может воспринимать художественный смысл и убедительность, не зная механизма осуществления.

Результат — исследование границ между сценической причинностью и театральной коммуникацией.

VI. Участники предполагаемой науки

23. Актёр как экспериментальный партнёр

Актёр не является пассивным объектом измерения.

Он осуществляет исследуемое действие.

Способен варьировать условия.

Устанавливать различия.

Предлагать новые варианты осуществления.

Сообщать о собственном опыте.

Но его объяснение не должно автоматически признаваться научным доказательством.

Актёр является полноправным участником исследования именно потому, что его практическое знание может как подтверждать, так и опровергать теоретические предположения.

24. Режиссёр как исследователь организации условий

Режиссёр участвует в построении драматической обусловленности и организации сценического осуществления.

Его работа позволяет проверять различие между предписанием и действительным действием.

Особенно значимы случаи, когда режиссёрское требование не вызывает ожидаемого преобразования.

Тогда предметом исследования становится не «непослушание» актёра, а причинная недостаточность самого требования либо условий его осуществления.

25. Научный исследователь

Исследователь отвечает за ясность понятий, построение гипотез, способы регистрации, проверку альтернативных объяснений и пределы выводов.

Он не должен присваивать себе художественную компетенцию актёра и режиссёра.

Но не должен и отказываться от критической проверки их объяснений.

Его функция — обеспечить различие между художественным результатом и научным знанием о причинах этого результата.

26. LLM как дополнительный аналитический инструмент

Искусственный интеллект может участвовать в программе, но его роль необходимо определить ограниченно.

LLM способна сопоставлять описания сценических процессов, обнаруживать противоречия, формулировать альтернативные гипотезы и проверять логическую структуру объяснений.

Дополнительный модуль причинной теории Кретова мог бы выявлять предметные подмены.

Например, когда событие фабулы объявляется доказанным событием сценического действия.

Или когда изменение интонации принимается за установленное причинное преобразование.

Но LLM не получает непосредственного знания о действительном актёрском осуществлении из одного текста пьесы.

Её задача — содействовать проверке объяснений, а не заменять актёра как носителя сценического действия.

Эффективность такого модуля также должна проверяться экспериментально.

VII. Организация науки

27. Необходимость понятийного аппарата

Предполагаемая наука нуждается в системе понятий, определения которых не зависят друг от друга по кругу.

Особенно важны:

Действие сценическое.

Намеренность.

Представление.

Актёрское отношение.

Причинное основание.

Способ осуществления.

Событие.

Передел.

Инвариант.

Роль.

Причинное сопряжение.

Но наличие терминов ещё не означает существования научного аппарата.

Каждое понятие должно иметь определённую объяснительную функцию.

Если два понятия не позволяют установить различие ни в одном исследуемом случае, необходимо выяснить, оправданно ли их самостоятельное употребление.

28. Протокол исследования

Для каждого эксперимента следует фиксировать:

1. Исследовательский вопрос и проверяемую гипотезу.
2. Драматический материал и предполагаемые обстоятельства.
3. Условия актёрского осуществления.
4. Планируемое изменение условий.
5. Наблюдаемые результаты.
6. Свидетельства участников.
7. Возможные альтернативные объяснения.
8. Выводы и степень их обоснованности.

Протокол должен допускать повторение исследования другими участниками.

Но повторяемость не следует понимать как обязательное воспроизводство совершенно одинаковой художественной формы.

Важнее установить, сохраняются ли исследуемые причинные различия при изменении индивидуальных условий исполнения.

29. Критерии научной состоятельности

Предлагаемая программа сможет претендовать на научную состоятельность, если её положения будут удовлетворять нескольким требованиям.

Предметная определённость. Исследуется именно сценическое действие, а не незаметно подменяющий его процесс.

Объяснительная различимость. Теория позволяет отличать случаи, которые иные описания объединяют.

Проверяемость. Для гипотез определены возможные результаты, способные их опровергнуть.

Воспроизводимость процедуры. Другие исследователи могут проверить условия и способы получения вывода.

Признание неопределённости. Недостаточность свидетельств не скрывается за категорическими утверждениями.

Открытость пересмотру. Эксперимент может потребовать изменения исходных определений.

Эти требования не являются исключительными для новой науки.

Но именно их применение к специфическому предмету действия сценического должно определить её исследовательскую самостоятельность.

VIII. Что должна получить театральная практика?

30. Не готовую методику, а причинную ориентировку

Театр не должен ожидать от предполагаемой науки универсального рецепта убедительного действия.

Художественное осуществление не выводится механически из научного определения.

Но наука может дать более точную ориентировку.

Она способна помочь различать драматическую задачу и сценическое осуществление.

Отношение персонажа и актёрское отношение.

Изменение формы и причинное преобразование.

Режиссёрское предписание и действительное событие.

Сохранение цели и сохранение действия.

Эти различия способны повысить точность режиссёрского анализа и актёрской работы.

Однако их практическая полезность должна подтверждаться отдельно от логической состоятельности теории.

31. Новую форму театральной педагогики

Особое значение предполагаемая наука может иметь для подготовки актёров и режиссёров.

Студенту недостаточно сообщить:

«Найди действие».

Необходимо научить его различать, что именно он нашёл.

Драматическую задачу?

Психологическое обозначение?

Исполнительский приём?

Или действительное сценическое осуществление?

Педагогическая работа может приобретать экспериментальный характер.

Студент формулирует предположение.

Осуществляет действие.

Изменяет условие.

Сопоставляет результат.

Обнаруживает, что прежнее объяснение оказалось недостаточным.

Но здесь особенно важно не превращать учебный эксперимент в экзамен на соответствие теории.

Педагогическая ценность эксперимента состоит в способности научить исследовать собственное осуществление, а не только воспроизводить предписанный способ.

IX. Философский предел программы

32. Может ли наука полностью объяснить сценическое действие?

Развёрнутая программа должна признать собственный предел.

Даже если удастся установить некоторые причинные закономерности, из этого не следует возможность полного объяснения каждого художественного осуществления.

Живое сценическое действие зависит от множества условий.

Часть из них доступна наблюдению.

Часть устанавливается косвенно.

Часть может оставаться неизвестной.

Поэтому научная программа не должна обещать абсолютную прозрачность актёрского существования.

Её задача — последовательно увеличивать определённость объяснений и устанавливать границы этой определённости.

Научное знание о действии сценическом должно быть достаточно строгим, чтобы признавать собственную неполноту.

33. Может ли эксперимент уничтожить свободу актёрского осуществления?

Этот вопрос принципиален.

Если эксперимент требует точного повторения, а актёрское осуществление предполагает действительную работу с партнёром, не возникает ли противоречие?

Оно возникает лишь тогда, когда эксперимент понимается как обязательное воспроизводство готовой формы.

Но причинный эксперимент может исследовать не одинаковость формы, а зависимость осуществления от определённых условий.

Тогда свобода актёрского выбора не уничтожается.

Она становится частью исследуемого процесса.

Однако экспериментатор должен различать свободу вариации и отсутствие контроля условий.

Не всякое изменение является научно информативным.

Задача экспериментального партнёрства — создать условия, в которых свобода актёрского осуществления и строгость причинного исследования не подменяют, а ограничивают и уточняют друг друга.

X. Главный результат предполагаемой науки

34. Возвращение действия театру

Теперь можно уточнить исходную формулу.

«Наука должна вернуть действие театру в качестве экспериментального партнёрства».

Вернуть — не означает передать театру то, чем он никогда не обладал.

Театр обладает действием в собственной практике.

Но знание о действии может оставаться недостаточно определённым.

Поэтому возвращение заключается в создании возможности исследовать собственное сценическое осуществление с помощью причинных различений, проверяемых гипотез и совместных экспериментов.

При этом научное объяснение не должно претендовать на право заменить художественное решение.

Оно должно сделать более ясными условия, при которых такое решение действительно осуществляется.

35. Предполагаемая наука как самостоятельная программа

Теперь можно предложить её рабочее определение.

Наука о причинном становлении действия сценического — предполагаемая экспериментально-теоретическая область исследования, предметом которой является специфический способ действительного актёрского осуществления представляемого действия, а основной задачей — установление причинных условий его возникновения, сохранения, преобразования и прекращения в сопряжении с драматическим и театральным действием.

Это определение пока имеет программный характер.

Оно не утверждает, что самостоятельная научная дисциплина уже сформировалась.

Но позволяет установить направление её становления.

Причинная теория Кретова может выступать одним из её исходных теоретических оснований.

Экспериментальное партнёрство театра и науки — способом проверки и развития.

Актёрское осуществление — действительным предметом исследования.

Заключение. От предполагаемой науки к исследовательскому действию

Высказывание Товстоногова «Нам на помощь должна прийти наука» обозначает потребность театра в объяснении.

Ответ «Наука должна вернуть действие театру в качестве экспериментального партнёрства» переводит эту потребность в исследовательскую программу.

Но для её осуществления недостаточно объявить действие сценическое предметом науки.

Необходимо определить его специфику.

Различить драматическую и сценическую причинность.

Установить критерии причинного преобразования.

Исследовать актёрское отношение, намеренность, представление и телесность.

Разработать проверяемые гипотезы о событии, переделе и инварианте.

Организовать эксперименты, в которых актёр и режиссёр участвуют как исследовательские партнёры.

И признать, что научная теория может быть уточнена или опровергнута самим исследуемым процессом.

Главное положение развёрнутой программы можно сформулировать следующим образом:

Предполагаемая наука должна не предписывать театру действие, а совместно с театром исследовать причинность его действительного осуществления, возвращая актёру и режиссёру знание о собственном способе сценического существования.

Но здесь возникает ещё один, возможно, наиболее важный вопрос.

Если действие сценическое исследуется как собственный способ актёрского существования, то наука должна объяснить не только отдельные его проявления.

Она должна установить, какое причинное отношение делает сценическое действие именно сценическим при всём многообразии актёрских осуществлений.

Без ответа на этот вопрос программа останется совокупностью частных экспериментов.

С ответом — получит возможность обосновать собственный предмет.

Поэтому конечной целью предполагаемой науки следует считать не создание универсальной технологии актёрской игры, а построение проверяемого знания о специфической причинной организации сценического действия.

Наука должна вернуть театру не управление действием, а возможность экспериментально познавать его собственную причинность.

Именно в этом заключается предлагаемая программа экспериментального партнёрства.

Методологическое примечание. Программа опирается на положения причинной теории Ю. В. Кретова о намеренности, представлении, соотношении представления и восприятия, а также о различении драматического, сценического и театрального действия. Разделы об экспериментальных циклах, операциональных критериях, инварианте, причинном переделе и участии LLM представляют собой предлагаемое развитие исследовательской программы. Они не означают, что соответствующая научная дисциплина уже учреждена или что описанные эксперименты проведены и подтвердили гипотезы.

Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации