Жертва 1937 г. Яскин Юсупан Хаважи

         Юсупов Хаважи (чеченс. - К1онигера Яскин Юсупан во1 Х1аважи) - один из тех, кто пострадал от кровавой машины НКВД в 1937 г.
         Документ составленный и датированный 30 июля 1937 года, Политбюро ЦК ВКП(б) официально утвердило его на следующий день — 31 июля 1937 года. Потом этот страшный Указ подписал народный комиссар внутренних дел Николай Ежов.
         Этот строго секретный документ стал юридической основой для начала самой массовой чистки эпохи Большого террора — так называемой «кулацкой операции».
В стране началась кровавая операция лиц, которых причисляли к «враждебными»: бывших кулаков, вернувшихся из ссылки, участников антисоветских восстаний, бывших белогвардейцев, репатриантов, духовенства, членов небольшевистских партий, а также уголовников.
         Для каждого региона Союза ССР в приказе были жестко прописаны количественные лимиты на репрессии по категориям: 1-я категория - немедленный арест и расстрел; 2-я категория - заключение в лагеря ГУЛАГа или тюрьмы на срок от 8 до 10 лет.
          Для вынесения приговоров на местах создавались специальные внесудебные органы — Республиканские, краевые и областные «тройки» НКВД. В их состав входили начальник местного управления НКВД, секретарь обкома партии и прокурор. Рассмотрение дел велось заочно, без адвокатов, свидетелей и права на апелляцию.
        Операция началась 5 августа 1937 года и официально завершилась в ноябре 1938 года. За этот период в рамках приказа № 00447 было арестовано порядка 1,7 миллиона человек, из которых не менее 390 тысяч были расстреляны, а около 380 тысяч отправлены в исправительно-трудовые лагеря. В процессе операции региональное руководство регулярно запрашивало у Москвы увеличение лимитов на расстрелы и посадки, которые охотно утверждались.
          Приказ № 00447 активно применялся и на территории Чечено-Ингушской АССР. Под каток репрессий «кулацкой операции» попали тысячи людей: местная интеллигенция, бывшие участники повстанческих движений, религиозные деятели и крестьяне-единоличники. Органов НКВД Чечено-Ингушской  АССР оказались готовы перевыполнять установленные Москвой квоты по  категориям, что привело  к ликвидации значительной части национальной элиты республики того времени.
         В ночь с 31 июля на 1 августа 1937 года (в ряде источников — на 10 августа), НКВД провел в республике колоссальную по масштабам «генеральную операцию по изъятию антисоветских элементов».
          За считанные дни  арестовали около 14 000 человек, что составляло около 3% от всего населения Чечено-Ингушетии.
          Из-за нехватки мест для содержания арестованных в двух действовавших тюрьмах Грозного  наспех оборудовали дополнительные  помещениях: в центральном гараже объединения «Грознефть», в клубах и на складах.
          Многократное завышались лимиты в на расстрелы. Первоначально утвержденный Политбюро ЦК ВКП(б) в июле 1937 года лимит для ЧИ АССР составлял 2673 человека (из них по 1-й категории — расстрел: 862 кулака и 555 уголовников; по 2-й категории — лагеря: 730 кулаков и 526 уголовников).
         Внесудебная «тройка» НКВД (в состав которой в разное время входили чекисты Дементьев, Иванов, Быков, партийные деятели Егоров, Вахаев и прокуроры) активно включилась в «соревнование» по перевыполнению планов. Местное руководство регулярно слало в Москву запросы на выделение «дополнительных лимитов». К моменту свертывания Большого террора в ноябре 1938 года общее число репрессированных в республике исчислялось десятками тысяч человек.
         Приказ № 00447 нанес непоправимый удар по интеллектуальному и управленческому потенциалу чеченцев и ингушей. В жернова карательной машины попали люди из политического руководства..Так, были арестованы и  впоследствии расстреляны практически все высшие руководители ЧИ АССР, включая председателя ЦИК ЧИ АССР Али Митаева, председателя Совнаркома Х. Вахаева и других партийных и советских работников.
         По ложным обвинениям в «буржуазном национализме» и «контрреволюционной деятельности» были уничтожены лучшие писатели, ученые, поэты и просветители (среди которых основоположник чеченской советской литературы Саид Бадуев, поэт Шамсуддин Айсханов, писатель Ахмад Нажаев и многие другие).
          Родился Хаважи в 1912 году в живописном уголке Аргунского ущелья Нохчийчоь.
          Тазбичи считается и считалось колыбелью горцев.
          Не устаю повторять, что именно здесь небо обнимается с землей.  Облака цепляются за снежные вершины, а Луна вечерами купается в горном озере.

          Предки Хаважи со времен зарождения ислама посетили Аравию и приняли всем сердцем ислам. После смерти Пророка Моххьамада они вновь вернулись к колыбели ислама и задержались там на долгое время.
 Вернувшись на свою историческую родину они занимались
распространением истин ислама.
           Разводили скот, собирали мед диких пчел. Валяли шерсть и изготавливали из нее ткани, ковры, шили одежду, лечили больных, учили всех желающих не только основам Корана, но и светским наукам.Сын Коны Яска провел четверть века в мечетях  и библиотеках Багдада, изучая Ислам. Особый интерес он проявлял к  звездному небу. ночным светилам Яска открывал свою душу и делился с ними самым сокровенным.
 Свободно говорил на арабском, турецком, грузинском и даже греческом языках. Владел латиницей.
           Построив дом, отдал первый этаж под школу, где сам же и преподавал.
 Все его сыновья получили знания и от него: читали и трактовали (разъясняли смысл аятов сур Корана).
           Приказ №00447 НКВД поступил и в карательные органы Аргунского ущелья Чечено-Ингушетии. В качестве одной из жертв "Ежовской тройки" был определен сын Яски мулла Юсуп. Его брат Юнус, имевший 8 детей,  заявил, что лучше он сдастся органам НКВД, так как считал себя здоровее, выносливее.
          У Юсупа же была большая семья: дочери и  три сын: Джамлайла, Мохьмад и Х1аважи.
          У Хьаважи к тому времени было уже двое детей и ждали третьего.
        - Дядя, кто же будет заниматься распространением ислама? А у нас нет такого авторитета, как у вас. Накануне красные комисары уже забрали из нашего селения Бокин Арсамака и Чупалин Исмаила.
          Не задумываясь сын встал вместо отца, заявив, что он молод и полон сил, чтобы вынести любое физическое наказание. Жуя кончик своего платка, изо всех сил сдерживая слезы, жена провожала муже в неизвестность.
          В первой декаде 1937 года Хаважи отправился сперва в казематы НВД, а оттуда (без суда и следствия) с теми, кого не расстреляли, отправился на Колыму.
          А конце 1941 года он подхватил туберкулез легких.
          Братья делали все возможное, чтобы облегчить судьбу страдальца. Организовав сбор средств, они вылетели на помощь к родственнику через Баку в Ташкент.Там находилась"инвалидная" лагерная  тюрьма". Хаважи выкупили за огромную сумму денег как умершего от болезни. Привезли домой. Но, увы...
            Через три месяца Хаважи умер. Но своего младшего сына Гани он увидел.
             Овдовевшая жена прожила долгую жизнь. Поставила на ноги двих детей (старший сын умер еще до возвращения отца).
             Юсуп, отец семейства, вместе со всеми чеченцами отпрвился в депортацию. Его семья оказалась в Талды-Курганской области. Там он и похоронен.
             Два его брата, Юнус с и 7 его детей, Юша и 2 детей, , их жены остались там, в степях Казахстана навечно.
             Дети, внуки Юсупа вернулись на историческую Родину.
 Внук Гани (сын Хаважи) стал учителем, директором сельской школы. Он учил их не только светским наукам, нор и любить свою родину, скои традиции и обычаи, верить в светлое будущее и обязательно стремиться к звездам, до которых, вроед бы, рукой подать, но достать тяжело.
              Родители дают детям любовь и закладывают ум. Физические тело рождается велением Всевышнего, а ум развивается согласно духовным знаниям и жизненному опыту тех, кто окружает нас.
             Сын взял на себя тяготы отца, зная, что Юсуп принесет больше обществу, чем это сделает он сам.