Любить не того кого надо Любовь веддьмы

        Сидя на берегу озерца, он любовался вольными цветами и отражением облаков в воде.  Рыба, которую он прикормил, подплыла к берегу, и ждала его угощений. Он раскрошил булку и кинул рыбе. А еще он высыпал в воду кучку свеклы и моркови. Это для ондатры, которая наблюдала за ним из-за кустов.
        Это были его друзья!
        Пора.
        Его ждал мир, который он не любил, жить в котором не хотел, но подчинился воле отца. Бизнес.
        Дима ел только простую еду – кашу, фрукты, овощи, молоко, сыр, яйца от птицефабрик, где курочки не видели петушков. И не несли яиц с зародышами. Он не ел тех, жил или готовился жить.
       Правила этого мира ему были противны. Однажды он подумал, что хочет уйти в монастырь. Но там жестокое подавление! И вспыхнувшее было, желание увяло.
       Он поднялся из травы, где лежал, любуясь облаками, улыбнулся своим друзьям. Сел в машину и погнал в город.
       Стало легко, легко…

       Сидя в своем кабинете, он смотрел в компьютер и гулял по сайту знакомств. С некоторых пор он стал выбирать не привычных профессионалок, а женщин внешне хоть чем-то похожих на Вику –
 искательниц приключений с сайта. Они не знали, кто он и были совершенно бескорыстны. Они искали чувственных удовольствий. Он приезжал и давал им эти наслаждения. А сам? Он был счастлив счастьем женщин. И получал от этого удовольствие.
       И вдруг его сердце сделало перебой. Это была она – Вика. Конечно, она стала старше, но это была она! Её глаза, самые нежные в мире. Её губы. Её улыбка. Её тело!
       Выставилась на сайт – невольничий этот рынок тел и душ.
       Он написал ей послание, и она откликнулась.
       С начала переписки он был невидимка для неё, потом поставил фото. Она писала весело и легко шла на контакт. Он испугался – это была другая  Вика. Изменилась не только её внешность, изменилась   её душа. Он не мог понять, что его смущает.
       Потом Дима понял – он искал ту нежность, душевность, тепло, которое  испытал тогда, в её квартире. А ему отвечала очень сильная, очень уверенная в себе сука.
       Так тому быть. Что ж  он поедет к  ней, и трахнет эту суку! Трахнет, только за то, что обманула его ожидания. И сколько же мужиков было у неё за эти годы? Она, наверное, забыла его на следующий день, как он ушел! А кого там было помнить? Сопляка, с которым она имела глупость поваляться в кровати?

       Она жила в старом доме у Чистых прудов. И к его немалому удивлению пригласила к себе. Как не осторожно!
        Правда, написав свой телефон, добавила: НЕ ЗВОНИ, ЕСЛИ ТЫ – МАНЬЯК, ДУРАК, ЗАНУДА, ТОРГУЕШЬ НА РЫНКЕ МАНДАРИНАМИ.
       Он позвонил – ни под одну из нелюбимых Викой категорий он не подходил.
       И почему-то ему стало весело и легко.
       Он позвонил. Услышав её голос, понял, что это она. Неожиданно задрожали руки, и он чуть не выронил трубку.
       Голос был тот, который он помнил. И искал, и ждал столько лет.
       Он вышел из своего кабинета с лицом, побледневшим и таким взволнованным, что секретарша, новая, не глупая, влюбленная в него, чуткая как сейсмограф к его настроениям затосковала. Опять он ехал к какой-то тетке. Она сумела забраться в его компьютер и  обнаружила, что Дмитрию Дмитриевичу Оленину нравятся тетки постарше его не менее чем на десять лет. Определенного типа, к которому она, увы, не относилась.  Одно грело – на такой тетке он не женится, а значит, есть надежда.
       
        Дмитрий поехал на метро – пробки стали просто невыносимы. Её светло-зеленый дом стоял в парке. Ему это понравилось – он был бы разочарован, если бы она жила в каком-нибудь безликом спальном районе.
       Он выпил бутылку минеральной, чтобы успокоиться. Позвонив снизу по домофону,  услышал, что дверь открыли, не интересуясь, кто там внизу. Вот  и квартира на последнем этаже. Он огляделся – на площадке стояли домашние растения – небольшой ботанический сад, их ветки были украшены новогодними шарами, какими-то необыкновенными поделками. Детскими, как он подумал и слегка огорчился. Вдруг у неё имеется небольшой ребенок и ему придется её с ним делить. А он хотел иметь женщину только для себя.
       Позвонив в дверь он стоял трепеща, вибрируя всем организмом. За дверью закопошились, она распахнулась.   И он вновь увидел Вику.   Поразился – женщина на сайте, хоть и была моложава, прекрасна, но все же чувствовался возраст, а перед ним стояла та Вика, которая пригрела его  одиннадцать лет назад. Те же светло-бирюзовые глаза, те же  русые волосы. Та же фигура – женственная, желанная.
        - Так не бывает. - Вырвалось у него.
        - Вика, к тебе пришли. - Крикнула девушка в глубину квартиры. А сама, надев босоножки, причем Дима обратил внимание на её изящную ножку с дорогим педикюром, вышла за дверь.
        С удивлением посмотрев вслед уходящей девушке, он перевел глаза на дверь комнаты и увидел женщину, разместившую фото в Интернете.
        - Здравствуй, - сказала она. И улыбнулась. Она разглядывала его лицо, словно видела впервые. И он понял, что Вика не играет. Она забыла его!  Это он - маленький глупый мальчик все еще любил и мучался, а женщина просто вычеркнула его из своей памяти.   
       На  ней были надеты красные шифоновые брюки и белая эротичная блузка. На ногах модные велюровые туфли с бантиком во вкусе Голливуда пятидесятых годов – дырочка у большого пальца, а сам ноготь выкрашен алым лаком. Губы подкрашены алой помадой.
       Черт возьми – красивая чужая женщина, как бы ни была приветлива. Он понял, что ей от него нужно только тело, только ласки. Она даже не предложила ему кофе! Хотя он захватил по дороге коробку пирожных. Она оглядела его джинсы – они были модно порваны. Его рубашку, стоимость которой неприлично называть в интеллигентном обществе.
       Он стоял перед ней и смотрел на неё свысока – он давно перерос её на целую голову. Тело вышло из мальчишеской худобы, и мускулы накачены.
       Она молча оценила его красоту и, повернувшись, пошла в комнату. Это была спальня – небольшая, метров двадцати, уютная женская спальня.  Огромная  упругая кровать, покрытая белоснежной простыней, подушки, на тумбочке стояла ваза, полная гладиолусов – ярко-оранжевые гиганты кидали в комнату свой радостный свет.
       Вика включила музыку, и потекли по спальне непревзойденные голоса Сары Брайтман и Андреа Бочелли. Он тоже любил эти голоса. Он, оказывается, любил все, что любила эта женщина.
       Еще он хотел трахнуть эту новую для него сучку! Он снова влюблен, он снова покорен. Уже не в ту Вику, которая спасла ему жизнь, а в эту уверенную в себе женщину, которая знает, чего хочет, и знает, как это добыть. Пахнет она, что ли для него как-то особенно?
       - Как тебя зовут на самом деле? Не могу же я тебя называть  тем ником, который ты вывалил на сайт. Дурацки получится…
       - Дима, - невольно вырвалось у него, - Дмитрий.
       Вика на секунду затуманилась. Словно что-то припоминая. Но отмахнулась от смутного воспоминания.
       - Дима, ты за безопасный секс?
       - Да.
       - У тебя есть?
       - Да.
       - Тогда надевай.
       Он был шокирован такой откровенностью и одновременно крайне возбужден. Он притянул к себе женщину и стал целовать её губы нежно, сладко, не влезая ей в рот своим языком.  Потом он расстегнул её блузку и поцеловал соски, снял с неё брюки, и она легла на кровать. Бесконечно нежная, ласковая, желанная.

       … Это были звезды. Это были цветы. Это были бабочки и пчелы. Это были лебеди, летящие в облаках. Это были панды. И океаны…
       Перед самой кульминацией, он властно потребовал:
        - Открой глаза! Скажи что ты моя самка!!!
        Она открыла глаза и наткнулась на взгляд серо-зеленых прозрачных   глаз.
       - Да, да, да, я твоя самка. – Возбужденно вскрикнула Вика. – Почему Я?
        - Потому что ты –  Ты не ****ь,  им до тебя далеко! Ты беспредельщица.
       Потом они долго лежали обнявшись,  он улыбался – впервые за столько лет он получил полную разрядку.
        Он нашел её! И больше не отпустит.