Шатун Гл. 11. Встреча со знакомым незнакомым

Нет, медведь не стал догонять подранков волков, отвлекла его сестра, вымещая свое зло в рыке и попытках напасть на братца. Он к этим ее нападкам отнесся спокойно, не подпуская ее к себе близко, отмахиваясь лапами. Почему так, он не задумывался, думала душа Валентина, вселившаяся в его тело. Люди, обычно, благосклонны к слабым.

Спустившись к реке, он, выбрав пологий берег, зашел в воду и остановился, осматриваясь. Здесь дно было песчаным и твердым, течение приятно копошилось в его шерсти, очищая ее от мусора, насекомых, приятно охлаждая тело. Через несколько последующих шагов, резкий обрыв, лапами дна не достал, да и не стремился к этому, ему нечего было бояться: плавать умел.

Вода, подхватившая его, понесла, и, не сопротивляясь течению, он блаженствовал, отдавая себя ему. Попав в круговорот, у реки было недостаточно сил, чтобы закрутить его тело в своем танце, как это делала она с листвой, мелкими ветками, травой.

Под лежавшим в воде деревом образовался омуток. Вода занесла в него тело медведя, и не найдя своими лапами в этом месте дна, поплыл в сторону песчаного берега. На сушу не стал вылезать, распластался на мели, улегшись брюхом на песке, и замер, блаженствуя.

Мелкие рыбешки щипали его шерсть, шершень, громко гудя, сделал круг над ним и попытался сесть ему на нос. Но медведь согнал его ударом лапы по воздуху.
Тонкий вкус нового запаха, сначала, казавшийся неуловимым, он разыскал в воздухе, и, найдя, откуда он идет, направился к тому месту. На коряге – ветке, торчащей из воды, прикрепился кусок тряпки. Принюхиваясь к ней, он никак не мог определить, почему ему он так знаком ему. И вспомнилось: он человечий.

«Это мой запах», подсказала душа Валентина медвежьему мозгу, успокаивая его. Что его удерживало у этой тряпки? Наверное, попытка вспомнить, почему этот запах ему так хорошо знаком.

И вспомнил двух человек, недавно бывших здесь и сидевших на лодке, упершейся в это бревно.

***

Он тогда шел сюда, на болото, чтобы полакомиться ягодой – черникой, голубикой, брусникой. Перебираясь через болотную жижу, приблизился к берегу и замер, наблюдая за этими двуногими. Так близко, как сейчас, он еще никогда не приближался к людям. Побаивался? Пожалуй, да, он не раз находил в лесу остатки от медведя, лося и других животных, при этом чувствуя присутствие сильного запаха людей.

И не только он, а и все животные и птицы боялись их: убегая и улетая. Почему? Потому что они чувствовали себя здесь свободно, не боясь ни его, никого другого. Они обладали какой-то неизвестной силой, убивающей все живое на расстоянии. Они повелевали бревнами, на которых плавали по реке, они управляли огнем, сжигающим все вокруг.

Звук нарастающего грома, жившего вверху в свинцовых тучах, был ему не так страшен, как эти люди. И у него иногда возникало желание напасть на них. Как-то ему удалось это сделать. Вышел на просеку и рявкнул в их сторону, предупреждая, что сейчас нападет. Но, тут же раздался гром и какая-то сила ударила его в грудь, вырвав из нее клок шерсти и разорвав шкуру. Кровь, сочившаяся из раны, долго не заживала, принося ему неудобства. Со временем эта боль прошла, рана зажила, и тот случай стал забываться, как и испуг.

И поэтому, придя на это болото, ему снова захотелось прогнать этих людей, которые ему когда-то сделали больно.   

Запах черной смородины, отвлек на мгновение его внимание. На ветках ее куста было много ягоды. Их красные и черные шарики уже наполнялись сладким соком, которого так хочется попробовать. Потянувшись к одной из ближних веток, языком притянул к себе листочки с ягодами и откусывая их, наслаждался их вкусом.

В этот же момент учуял новый запах, принесенный речным сквозняком, и возмутивший медведя. Он шел от другого человека, с примесью горько-кислого от пота. Где он? Медведь замер, и осматривая все впереди себя, нашел откуда он идет. В этом помог ему разобраться хруст ветки и короткий вскрик. Нет, он не допустит того, чтобы эти двуногие выгнали его с родной территории. И, притаился, ожидая его приближения.

Человек, которого он увидел, тоже остановился. Нет, он не смотрел на медведя, его внимание привлекли те люди, которые были на реке. Медведь, громко вдохнув в себя воздух, увидел, что двуногий теперь смотрит на него. И, если бы не закричали люди, он был уже готов, совершить прыжок на него.

Но крик людей, отвлекших медведя, спас его. Громко заработавший мотор лодки, выстрел, вспугнули косолапого, прыгнувшего в воду и поплывшего к противоположному берегу реки.

Раздавшийся гром сверху, заставил его ускорить темп, он с перепуга полез на корягу, ветки которой ломались под его тяжестью, и он снова падал в воду. Вторая и третья попытки также были неудачными, и в момент еще одной небесной вспышки, он увидел подплывшего к тому же берегу человека, который был рядом с ним. Он тоже пытался залезть на соседнюю корягу. Это взбесило медведя, и, рявкнув, он направился к нему.

Человек, увидев приближавшегося к нему медведя, орал и пытался забраться по торчащим в разные стороны корневищам на корягу. И это ему удалось сделать, что еще стало больше раздражать медведя, пытающегося ухватить лапами за ногу человека.

Мощный удар грома и яркой вспышки, осветившей все вокруг, стало последним, что потом вспомнил медведь. А вместе с тем еще и снова ту боль, которую принесла ему первая встреча с людьми: гул в голове, боль в мышцах лап и тела. Эти ощущения, были для него очень неприятными и мучительными.

***

Налакавшись вдоволь речной воды, медведь поднялся на лапы и пошел вдоль берега реки, принюхиваясь к запахам, окружающим его.

Нет, ему сейчас не хотелось терять той линии запаха, который он учуял, когда увидел людей. Он продолжал его возмущать, как бы твердя ему, если он сейчас не прогонит их, то ему самому придется заняться поиском нового места для своей жизни. И что сейчас было важным для него, невидимая линия этого присутствующего запаха, по которой он шел, оставалась. И чем дальше он продвигался, он становился плотнее, ярче, вызывая новый более сильный приступ напряжения.
И наконец, он нашел его источник, на поляне, в примятой траве, в одежде, раскиданной по сторонам. А к нему прибавился и аппетитный дух, от затухшей рыбы. Он ему хорошо знаком, появляется здесь постоянно, после схода льда с реки, когда тысячи тел задохнувшейся подо льдом рыбы, скапливались у берегов и в омутах. А также летом, когда вода сходила с леса в речное русло, оставляя множество гибнущей рыбы в засыхающих старицах. Это время пиршества, на которое собирались все хищники, жившие с ним рядом, в том числе и птицы, насекомые.

Десятка два крупных щук, вызвали у медведя слюну и он, разрывая их на части, стал поглощать.

Съев всю рыбу, осмотрел разбросанные людьми вещи, долгое время осматривал их и обнюхивал. Но хозяев этих вещей рядом не было. И самое интересное, что он знал, что это за предметы, для чего они людям нужны. Вот, к примеру, штаны. Попытался это слово произнести, а получился рык – уррыууУ. Это куртка, ухм-ухм, Валентина, ухм-ухм. Моя?

Эугх-угх, – взревел он от злости, и, наступив на одну штанину лапами, другую ухватив зубами, рывком на себя разорвал их на части.

От рюкзака, висевшего на суке сосны, вкусно пахло чем-то знакомым. Хотел было, сорвать его с сука дерева, как услышал непонятный нарастающий звук. Фары света, ударившие ему в глаза, вспугнули его, кинулся в кусты.

Машина с ревом, выбираясь из мокрой и липкой глины, пробиралась к этой же поляне.

Нет, у него сейчас не было желания выйти навстречу незваному гостю, чтобы его прогнать со своей территории, как он делал всегда. Сейчас им овладело любопытство понаблюдать за происходящим.

Из остановившейся на поляне автомашины вышел человек. Стал осматривать вещи, лежавшие на земле, трогать их, что потихонечку стало возмущать медведя. Он понял, что он искал – рыбу, которую он только что съел. С одной стороны это успокаивало, но, в то же время, и начинало еще больше его раздражать. Он знал этого человека, он помнил, что он, что-то плохое сделал для него и – взревел.
Человек, испугавшись его, залез в машину и стал уезжать, на повороте, ослепив медведя...