Собранные вещи

Белые, какого-то неестественно-зеленого оттенка, руки точными движениями совершали волнообразный ход. По диагонали вверх, вниз, по диагонали налево, четко вниз. Пахло вином, спиртом и металлом. Хлорка обжигала слизистые.

Она впервые в жизни стирала чужую кровь, оттирала чёрное месиво душ. Липкой сворачивающейся жижей растекалась по полу любовь. В любом произведении искусства, главное - отрезать все лишнее.

Скальпель, роль которого сегодня выполнило совершенно другое лезвие, лишённое остроты и четкости линий, был водружен на деревянный стол. С точностью хирурга была проведена экстренная операция для прекращения страданий пациента.

*
Часы мирно отсчитывали минуты. За окном стояла кромешная тьма. В такое время рабочий день сгорает в получасовом ожидании свободы.
Бледный круг притаился за крышей соседнего дома. Преступнику кажется, что за ним следят, ей - нет.

Для нее не изменилось ничего. Ей так же безумно хотелось прикоснуться к его коже, теперь постепенно превращающейся и вбирающей в себя свойства воска.

Захватывая бурую жидкость в синее полотно, она отжимала рубище в раковину, наполненную пустотой. Струя воды била о металлическое днище. Вода становилась все прозрачнее. Поднимался пар. Запах металла, спирта и вина смешивался в тошнотворный сладковатый удушающий аромат.

Закончив, она застыла. Для нее не изменилось ничего. Она опустилась на колени, взяла его левую кисть в свои руки. Холодная. Нет, в ней осталось немного тепла.

Она провела рукой по правой щеке. Со всей заботой она отметила недобитые волоски, пропущенные утром. Волосы, словно это было зачес, стремились к затылку.
Ей хотелось прижаться губами к щеке. Она вспомнила неловкое: "Целую!". Пауза. Ответ: "Да". Тогда она не сложила, что в ее словах мог содержаться для него вопрос, а для нее - его согласие... Она не поняла, к чему это "Да". И поняла его поздно.
Он становился холоднее, иногда, когда ему становилось скучно, он делал шаг, думая, что вот сейчас она точно упадет в его объятия...

Наверное, ему часто казалось, она преклоняется перед ним.

"Демон сидящий"
Она никогда не думала, что можно так любить. Любить так. Каждый день, каждую секунду и мгновенье находить в человеке то, что искренне заставляет биться сердце быстрее, а чувство, и нахождение рядом делает тебя лучше. Внутри рождается и обволакивает все твое существо нежность.

Другим она не прощала меньшего.

Наконец, обида догнала ее. Выплаканные глаза болели. Слез не было. Только пощипывание.

Одна роза, запечатленная на рубашке каким-то нелепым узором, имела крап. Чёрное маленькое пятнышко остановилось у сердца.

Дикая больная мысль пронеслась в ее голове: лучше бы ты бил. Это, по крайней мере, не ранит душу.

Казалось, она проживала каждый проведенный момент, хватаясь за...  Время, когда она была по-настоящему счастлива.

Она погладила его правой кистью. Вынула левую, аккуратно положив его руку на пол. Этот едва заметный глухой удар поставил точку.

"Негодяй и подлец!". Ты для меня таким никогда не был. Я видела твои недостатки. Ты никогда не мог ответить на правильно заданный вопрос.
Интересно, смеялся ли ты один, растоптав мои чувства?

Лезвие, которым с хирургической точностью был нанесен последний штрих, лишённое остроты и четкости линий, представляло собой небольшой камешек, который был доведён красками до совершенства и имитировал голову динозавра. И сейчас, в этой трагичной ситуации, она видела невероятную иронию.

*
Он приблизился. Она инстинктивно двинулась назад так быстро, что он успел ее поймать. Он научил ее избегать, бояться и стыдиться мимолётных прикосновений. Она схватила голову... Не очень много силы надо, чтобы уничтожить человека, иногда достаточно неосторожного движения или слова. Здесь эти две случайности стали фатальными для обоих.

Она надела перчатку, взяла одну из его расчесок. Следы крови, кожи и волос она старательно, но не слишком аккуратно, нанесла на край стола. Она взяла каменное изваяние пресмыкающегося Олоферна.

Перешагнув через него, мирно лежащего, она открыла форточку. На кухню ворвался свежий холодный воздух. Запах вина, спирта и металла сменился холодным ничем. По коже пробежали мурашки. Белые носки остались сухими и чистыми. Руки были бледны. Она, боясь правды, вытянула перед собой сначала правую, потом левую ладонь, - они не тряслись.

Безмолвный бледный свидетель скрылся за верхушками домов. Преступнику кажется, что за ним следят, ей - нет. Застегнув полы пальто она посмотрела на себя в зеркало. Этот дом ей казался родным, в отличие от того, куда она направлялась.
Она окинула взглядом коридор, нагнулась взять мусор, выключила свет.

Выйдя за дверь, - щелк, - закрыв зелёную, - щелк, - дверь, - она почувствовала опьяняющую лёгкость.

На остановке в нос ударил до боли знакомый запах. Это был оммаж на какие-то дорогие духи, весьма неплохой. Это был запах первой встречи, как и конфета "Ленинград", на редкость свежая и оттого непривычно мягкая и даже, можно сказать, вкусная. Кофе, который она не любила и выпила лишь для того, чтобы согреться, показался ей амброзией. Запах еловой веточки... Она собрала все по крупицам. Невозможность заплакать щипала глаза. В лицо ударили крупинки снега. Первый в этом году.

"Раненный ангел"
Кошка бросилась к ее ногам. Потом прошла за ней в ванну. Было холодно, поэтому она включила горячую воду. Она долго не могла согреться, хотя кран был выкручен.
На кухне первым делом включается чайник. Потом кормится кошка.
Из заварочного чайника была залита в кружку мутная жидкость. Ее темный цвет напоминал ту же жижу, которую она убирала несколько часов назад. Кипяток, коснувшись заварки, сделал его прозрачным и чистым. А теперь туда надо положить имбирь и треугольник лимона.

Кошка запрыгнула на стол. Издала некоторое "мурр" и с жадностью начала облизывать правую руку.

*
Она посмотрела на стену. Квадратная полка держала на себе все, что она считала для себя важным. За ней не то прятались, не то были выставлены на показ несколько фотографий.
Немного помедлив, она встала и вернулась с камнем. Он был помещен на полку где-то между машинкой и книгой. Маленькие радости их общих дней.

"Волшебница Шарлотт"
Есть не хотелось, но организм требовал сладкого. В металлической коробке лежали конфеты с первого Нового года. Она сделала укус. Клык пронзила острая боль. Из глаз потекли слезы, вскоре она рыдала навзрыд.

Преступнику кажется, что за ним следят, ей - нет.
Бледный круг притаился за крышей соседнего дома. Серые облака жадно преломляли каждый выпущенный лучик.

Какая-то сила заставила ее подняться, сделать пару шагов. Она пошатнулась и упала. В глазах, в которых играли огни яркой лампы, застыло облегчение.