Продолжаю писать про свои исследования строения Со

Предыдущая запись в ЖЖ датирована мной 30 мая 2024 года. Сегодня 29 октября 2026 года. Прошло 2 года 5 месяцев без одного дня. Я прекратил писать в ЖЖ, заметив цензуру и слежку за своими текстами. ЖЖ больше не является территорией свободы. Теперь это часть зоны фашистского государства. Тем не менее, я решил возобновить свои исследовательские публикации, которые представляют минимальный, но всё-таки стимул для научного творчества. Жизнь нельзя отложить на потом. Слог ржавеет, а гениальность тупится от редкого применения.

За прошедшее между публикациями время я совершил серьёзное продвижение в математических трактовках таблицы Менделеева (пока — без фундаментальных открытий) и открыл феномен парности вспышек на Солнце. На этот же период пришлись кранты телеграму, где понемногу завязывалась живая дискуссия.

После смерти Геннадия Плеханова (в 2019 году, 4 июля) у меня появились вопросы, которые я не успел ему задать. Ему было 92 года. Гораздо большим потрясением для меня стала смерть Валерия Кувшинникова (2019 год, 24 ноября). Ему я не задал ещё больше вопросов, которые следовало задать. Он до последнего — и до операции, и после неё — писал на больничной койке свои соображения про Тунгусский метеорит. Ему исполнилось в день смерти 85 лет. У обоих не взял с момента освобождения (2019 год, 16 января) ни одного интервью. В 2020 году, 30 августа, умерла моя бабушка. Её за те полтора года я снимал на видео часами. Но и ей не все вопросы задал, которые потом у меня возникли — о жизни, о событиях, о переезде из Моряковки в Северск, о разводе с мужем, об отношении к мужчинам и вопросам воспитания, о смерти. Ей было 97 лет. И я долго и глубоко горевал. В 2021 году, 31 июля, поехав параллельно (вместе, но по раздельности) со мной за черникой в Тимирязевский бор, умер ещё один исследователь Тунгусского метеорита — Игорь Дорошин. Ему было 62 года. Что такой исход возможен мы понимали оба, и по этой причине на главный вопрос мой к нему он ответил за 2 недели до нашей поездки распечаткой с сайта Тунгуска.ру: минеральную частицу, очень похожую на частицу Челябинского метеорита, Игорь Конста... тогда - просто Игорь нашёл то ли в своих, то ли в чьих-то пробах 1978 года на северных рубежах метеоритного вывала.

С 2021 до 2023 года я дохромал более менее. Но началась «молниеносная» война, которую и войной запретили называть под угрозой посадок. Она продолжается до сих пор, несмотря на свою «молниеносность». За минувшие 2,5 года моё зрение заметно притупилось (ушло в возрастной «плюс»), а я не стал моложе: через месяц мне стукнет 46 лет. И кто-то ищущий и смекалистый не успеет задать вопросы уже мне. Вот затем я и пишу — чтобы ответить на те вопросы, которые в настоящее время никто не задал, но через 100, 200 и более лет будет мучительно выискивать в моих громоздких текстах (или в тех обрывках, которые от них останутся) подтверждение своих догадок о моей близости или «дальности» к сделанным, не сделанным, сделанным не до конца или сделанным, но не осознанным открытиям.



Особую актуальность эти тексты имеют накануне Третьей мировой войны, до которой, согласно моему прогнозу, сделанному как раз в районе 2024 года, остаётся около 2 лет (2028). Если кому-то интересно, то запрещённый Пашинян на моё прямое письмо (17.08.2026) о создании моей научной школы на территории Армении так не ответил (армянские журналисты так же проигнорировали моё уже открытое письмо к Пашиняну (октябрь 2026) с перечнем сделанных мной открытий), как не ответил несколькими годами ранее (2019) запрещённый Зеленский о создании моей научной школы на территории Украины (правда тогда был ответ на украинском от представителя Верховной Рады - мол, примем тебя на общих основаниях, покупай, мол, квартиру в Украине, а там - поговорим). Трезво поразмыслив, я пришёл к выводу, что выжить в условиях 3МВ мне не удастся, а если и удастся, то "на общих основаниях" и то - до поры до времени. В России мне живётся плохо. Здесь люди - шибко злые по отношению друг к другу. Но худо-бедно я могу за собственный счёт проводить свои исследования в России, имею калымы как мастер по укладке плитки. Будет ли мне в Армении вот до всего этого? Да и как территория спасения ближнее зарубежье - сомнительный вариант. Из огня да в полымя. А житейский опыт учит, что мировые войны расчищают дорогу науке от всякого рода докторов наук и прочих ретроградов. Так что, к сожалению, я выбрал плыть в общей канве. Хотя бы с целью экономии энергии.



29.10.2026 Вадим Тюменцев