43. Конференция Ариан

I. Цикл: О Розовых человечках из Цветочного города

43. Конференция Ариан

В Цветочном городе, в конференц-зале Дома Культуры, собрались те, кто очень хотел выяснить, чей же Иисус был человечнее, а также насколько сильно и как глубоко Он был не Богом, то есть -- современные Ариане.

Собрались, конечно, не все. Пришли избранные, кто смог: Свидетели Иеговы с журналами "Башня Ария"; Гностики -- в свитерах с надписью "Гнозис"; Толстовцы -- с бородами и в косоворотках; теософы с агни-йоговцами -- в шарфах и с брошюрами "Учитель Человечества"; и Родонисты -- с неизменными розочками в петличках пиджаков, степенно потряхивая гималайской солью в головах, самые новые, самые пафосные, самые уверенные, что они-то точно -- последнее слово сказали в христологии.

В конце пришёл ещё один участник. В простой одежде, с пакетом в руке, в котором что-то топорщилось. Он записался на мероприятие не для того, чтоб лить воду на мельницу заявленной темы, а для апологии веры своей, евангельской, о Богочеловечестве Мессии, -- он Христианин.

Повестка дня стояла ребром: нужно было окончательно и научно утвердить, что Иисус был просто хорошим человеком, выдающимся лидером профсоюза плотников "Иудея ЛТД" и вообще -- парнем из нашего двора, только без вредных привычек. На худой конец -- Космическим Иерархом в командировке, но никак не Единосущным Отцу.

Ведущий, спикер с указкой и очками на носу, объявил:

-- Тема сегодняшней конференции не просто в том, кто был Мессия -- это мы все и так прекрасно знаем, он был Человеком. Наша цель -- выяснить, чей же Иисус в нашем сообществе Арианском был человечнее, а также насколько сильно и как глубоко Он был не Богом. Пусть каждый демократически выскажет своё мнение. Победит тот, у кого Христос окажется самым гуманистичным антропологически и самым не нуминозным, не ноуменальным!

Зал зааплодировал.

Первым вышел Свидетель Иеговы. Это те Братья из Башни, которые вечно стучатся в двери квартир Цветочного города с вопросом: "Хотите поговорить о самом человечном человеке?"

-- Друзья! -- сказал он. -- Иисус не был Богом. Он был высшим творением Бога. Было время, когда Его не было! Он подобен Отцу, но не равен Ему. Он -- первородный всей твари, то есть -- первый в очереди на сотворение. И этим он близок нам, людям. Он -- такой же, как мы, только выше. По сути, до командировки на Землю он вообще подрабатывал архангелом Михаилом! Он -- наша надежда: если он смог выполнить план, то и мы сможем!

(Эти ребята приходят крайне подготовленными теоретически, с графиками и инфографикой. Они размахивают глянцевым журналом, где на обложке Иисус в отглаженных брюках и с портфелем пожимает руку льву и ягненку на фоне Дома Культуры. Их главный аргумент: "Наш Иисус самый человечный, потому что мы посчитали все Его человеко-часы в Иудее и занесли в отчет для Главного Офиса!" Для них Иисус -- идеальный менеджер среднего звена, исполнительный директор, но не Хозяин фирмы.)

Зал закивал.

Вторым вышел Гностик.

-- Друзья, участники конференции! -- сказал он. -- Иисус был обычным человеком. На него при крещении сошёл Христос-Логос, чистый космический дух. А перед распятием -- благополучно оставил его. Поэтому он не умирал как Бог. Страдал человек Иисус, а Христос-Логос не страдал. А мы, Гностики, можем стать как он -- через гнозис. "Тот, кто напился из моих уст, станет как я". Он -- не уникален. Он -- первый, но не единственный. Мы все -- потенциальные Христы!

-- Эоны познания благодатного пришли! -- продолжил Гностик, поправляя воротник свитера. -- Мы авторитетно заявляем: Его человечность была настолько человечной, что её вообще не было! Это был чистый призрак, иллюзия, голограмма для плотных слоев атмосферы. Вы посмотрите на Его диету.

-- Какая голограмма?! -- вскипели Толстовцы в зале, яростно почесывая бороды сквозь косоворотки. -- Он был мужик! Простой, как соха! Землю пахал, непротивление злу насилием проповедовал, был учителем любви, а вы из Него спецэффект делаете! Наш Иисус -- самый человечный, потому что он... в лаптях ходил! Почти как Лев Николаевич!

Братья из Башни дружно зашелестели глянцевыми страницами журналов, пытаясь найти нужную цитату про архангела Михаила, пока Теософы в шарфах пытались наперебой доказать, что Назарей просто вовремя сдал экзамен на степень Махатмы в Тибете...

Зал снова зааплодировал.

Третьими вышли Толстовец и Духобор.

-- Братья! -- сказал он, поглаживая бороду. -- Иисус был простым человеком. Он не творил чудес. Он не воскресал. Он учил любви. И любовь -- это и есть Бог. Не Личность, а сущность. Он вместил в себя частицу божества -- больше, чем мы. Но не был Богом. Он был учителем. Великим. Этичным. Проницательным. Он говорил: "Царство Божье -- внутри вас". И это -- всё. Никакого воскресения плоти. Никакой Троицы. Только любовь.

Духобор к этому добавил:

-- Братья, я с Толстовцем согласен, но уточню по-нашему, по-устному. Иисус, конечно, человек. Только не просто человек, а человек, в которого вошло Слово Живое. Не буква, не Библия — это у вас там мёртвые книжки, а у нас Животная книга: что деды на память спели, то и канон. Христос не воскрес телесно -- зачем Ему телесно, если Он воскрес в нашем роду? Мы не говорим, что Он Бог. Бог -- это Дух в общине. А Иисус -- первый, кто этот Дух вместил полностью. Потому и не творил чудес: какое чудо, если вся жизнь -- чудо, а вы её в журнал записали? Мы Его не разделяем на Бога и человека, у нас попроще: был человек, стал Христом, и в каждом из нас может Христос родиться -- только не в одиночку, а всем миром, иначе опять культ личности получится. Вот и весь наш символ веры -- без папки, без портфеля, без споров о мнениях. Он -- человек, ставший Христом: первый, но не последний. Не Бог и не просто смертный, а вместивший Слово целиком.

Зал вздохнул от умиления.

Следующим вышел Агни-йоговец вместе с Теософом.

-- Дорогие участники конференции! -- сказал Агни-йоговец. -- Иисус -- Учитель Человечества. Махатма. Один из Великих Учителей -- наряду с Буддой, Кришной, Моисеем. Он не Бог. Он -- высший дух, достигший просветления. "Христос" -- это состояние сознания, а не Личность. Каждый может достичь этого состояния. Он -- пример, а не Спаситель.

Теософ кивнул и добавил:

-- Блаватская говорила: Христос -- посвящённый, а не Бог. Он явил нам путь. Но не был единственным. Он просто лучше всех уловил ментальные вибрации Шамбалы!

Зал зааплодировал.

Потом вышел Родонист.

Он вышел медленно. Положил руки на бортики кафедры. Потряс головой, и кристаллы розовой соли величественно заблестели в свете ламп. Он посмотрел в зал долгим взглядом. И заговорил:

-- Братья и сёстры! Мы, Родонисты, не говорим, что Христос -- просто очередной вестник, как Будда или Кришна. Нет! Это унизило бы Его! Он -- уникален! Он -- великое воплощение Планетарного Логоса нашей брамфатуры! Он вочеловечился -- но был просто человеком с миссией Провиденциальной, которую, увы, демонические силы прервали на Голгофе. Он не Бог по природе -- но носитель Бога! Это -- слово апгрейда! Это -- откровение Даниила Андреева! Это -- "Роза Мира". Мы первые, кто понял это правильно!

Зал замер. Потом зааплодировал. Родонисты сияли. Они были уверены, что сказали нечто новое.

А христианин сидел в углу и думал: "Это всё то же Арианство. Только переодетое. Ариане говорили: "сотворён". Родонисты говорят: "человек, через которого выражалась Ипостась". То же самое -- перезагрузка современного Арианства, в корне которого лежит тезис: Христос не Единосущен Отцу".

Потом вышел Христианин.

Он не вышел за кафедру. Он подошёл к столу у первых рядов, открыл пакет... и достал Колосок, положил его на глянцевую поверхность стола. И посмотрел в зал, обводя его взглядом.

Зал заинтересовано затих.

-- Участники конференции, -- сказал он. -- Я не буду спорить с вами. Я просто покажу вам то, что вижу своими глазами и видите вы на этом столе.

Он поднял Колосок. Покрутил его.

-- Этот Колосок вырос в 2025 году.

Затем Христианин достал из пакета второй Колосок и положил рядом.

-- А этот вырос в 2026 году. Скажите мне, чем они отличаются?

Зал помолчал. Потом кто-то крикнул:

-- Ничем!

-- Ещё раз, -- повторил Христианин. -- Посмотрите внимательно. Чем они отличаются по сути?

-- Да ничем!!! -- дружно закричали с мест.

-- Так они и не отличаются, -- улыбнулся Христианин. -- Потому что они абсолютно единоприродны. Потому что второй Колосок вырос из зёрнышка с первого Колоска. И через этот простой образ открывается тайна Единосущности. Сын не сотворён Отцом, как табуретка плотником, а рождён. От Бога может родиться только Бог. От человека -- только человек.

Христианин отложил Колоски. Достал из пакета веточку Ели, а на неё положил маленькую зелёную Шишку.

-- Отец может быть сначала не похож на Шишку. Он велик и необъятен, как вековая Ель. Но когда эта маленькая Шишка упадёт, уронит маленькое семечко в почву и прорастет, и затем встанет на корню, то разве сын-шишка не станет точно таким же отцом-елью? Станет! Потому Христос и сказал: "Я и Отец -- Одно". Он явил Лик Отца Собой. Шишка и Веточка внешне разные формы, но природа у них одна -- Еловая.

Зал смотрел на стол в полном замешательстве.

Христианин помолчал и добавил:

-- Вы говорите: "Здесь -- человек на земле, там -- Бог на небе. Здесь -- один слой, там -- другой". У вас всё разложено по полочкам метагеографии, ваш мир невероятно дифференцирован. Но Бог Един. Как и реальность, окружающая нас. Наше бытие и многообразно, и едино одновременно, его нельзя рассечь анатомическим ножом ваших теорий. Нельзя располовинить Христа на отдельного Человека и отдельного Бога. Он -- Один. Одна Личность. Две природы в одной, но не два Христа. Один! Сын Божий не разделился! Шишка от Ёлки несколько отличается, но это -- не повод говорить, что Она -- не Ёлка.

Христианин взял свой пакет, поклонился и тихо ушёл.

А на столе остались лежать два Колоска, Шишка и Веточка Ели. Все молча смотрели на них. А Родонисты молчали дольше всех. Им было что сказать, что ответить выступавшему, но слова застряли где-то между книжной мудростью и живой, пахнущей хвоей жизнью.

**