Шатун Гл. 20. Следствие

«И все успеваете вы, Олег Олегович», – смотрит на Щебетова следователь.
Тот поерзавшись на сиденье, делая вид, что не расслышал обращения к себе полицейского, трет нос, зажмурив глаза, устроив на лице гримасу, что вот-вот чихнет. И – отпустило, не чихнул.

«Вот смотрите, вот мы, видите, идем по улице. Олег Олегович, смотрите вот сюда, на экран фотоаппарата. Я вашу флешку с видеорегистратора устроил сюда. Вот смотрите»

«А, что вы говорите?»

«Ну вот, смотрите, я с капитаном иду по улице, а вы проезжаете рядом с нами с выключенными фарами. Почему так?»

«Да, может, что-то не сработало, включатель бывает, не срабатывает, –  Щебетов отворачивается, смотря в окно кунга, – от этого и фары не горят. Когда улицы освещены ночью, это сразу и не замечаешь, они у «буханки» тусклые».

«А фонари на данном участке, где вы проезжали, они и не горели», – в тоне голоса следователя удивление.

«Так, думал-то, о Вальке. Он у меня перед глазами-то, все время. Вот и не заметил не вас, ни того, что фары не включены».

«Николай Петрович, – в полуоткрытой двери появляется лицо незнакомого Щебетову человека в форме полицейского. – Здесь кругом отпечатки следа обуви одного человека. Длина следа составляет 29 сантиметров, ширина каблучной части – девять сантиметров, рисунок подошвы представлен крупными протекторами типа «тракторный». След сфотографирован, смотрите», – и подает Дроздову фотоаппарат.

«Олег Олегович, смотрите, – следователь разворачивает видеоэкран фотоаппарата с фотографией следа. – Отпечаток вашего сапога, если не ошибаюсь?»

«Да, – вздохнув, посмотрел в глаза следователя Щебетов. – Короче, вы меня поймите, я волнуюсь за него, вот и приехал сюда ночью, чтобы посмотреть, а вдруг он вернулся».

«Кто? Уточните!»

«Ну, Скворцов!»

«Можно еще несколько слов?» – спросил тот человек. А, это криминалист, вспомнил Олег.

Только сейчас Щебетов, взглянув на него, отметил, что он очень похож на его одного из постоянных покупателей дикого мяса – Клюкву: лицо вытянуто, скуластое, глаза голубые, нос широковат. Почти похож, почти похож. Но тот не следователь и не полицейский, а коммерсант, занимающийся логистикой, то есть, крупным парком автофургонов, и поставками грузов. Бизнес серьезный. А это, не брат ли его?
Следователь ему кивнул и вышел из машины, не прикрыв до конца дверь. Это позволяло Щебетову улавливать некоторые фразы, произносимые ими.

«И что? Рюкзак…, патроны, какой-какой…, нет, у этого другой. Все аккуратно. Раскручу, раскручу. Лодка? Осмотрели? Все до мелочей. Документы чьи? Опись, опись…»

Что-то закрутило в животе Щебетова, а вместе с этим и предрвотное состояние появилось в носоглотке.

К поляне подъехали два «Урала» с кунгами морковного цвета. Из них начали спрыгивать на землю люди, и тут же следователь пошел к ним, прося их вернуться в машину. Он объяснял им, что здесь проводится следственное мероприятие по осмотру места происшествия по факту исчезновения человека в лесу.

Глянув в окно напротив себя, Щебетов невольно ойкнул, увидев, что рюкзак, снятый с сука дерева, рассматривает криминалист. На расстеленный полиэтиленовый лист он выкладывает вещи из рюкзака. А что там? Нет, не видно.

Забыв о том, что следователь попросил Олега не выходить из кунга, Щебетов приоткрыв дверь, спустился по лесенке вниз и спрыгнул на траву.

«Вы, куда собрались?» – Резко спросил у него Дроздов.

«Да, придавило! Можно я по-быстрому».

«Стоп, стоп, здесь вам ходить не положено. Идемте за мной, в след».

Олег гуськом пошел за следователем по лесной дороге. Шагов через пятьдесят тот показал ему на куст, мол, облегчайтесь, и повернулся к Щебетову спиной.
К счастью, было чем «облегчиться».

«Олег Олегович, а почему в рюкзаке обнаружены патроны диаметром, не соответствующие калибру вашего ружья, а Скворцова?» – Спросил следователь.

«Так, н-н-не знаю».

«Вы, уже все?» – Спросил Дроздов.

«Тэк, тэк, чё, думаете, я?»

«Ну, не я же хотел, а вы?» – Следователь подошел близко к спине Щебетова.

«Скажете такое».

«Ну, я подожду. Как закончите, пойдемте назад».

«А чего нашли-то против меня такое?» – Щебетов повернулся к следователю.

«А, что я, вы же в туалет хотели, а не я».

«Фу ты, я думал-то, а вы об этом».

Дроздов усмехнулся и, возвращаясь к машине, громко сказал:

«А я как раз о том. В сейфе у вас, вы говорите ружье Скворцова…»

«Да, я уже отнес его, его жене…»

«Ну, не перебивайте, Олег Олегович. А в лодке-то, вон, в той, что на берегу, ваше ружье лежит. Второе, борт ее разрезан, похоже, вот этим ножом», – и, показывает Щебетову охотничий нож, лежащий в целлофановом кульке.

«Да вы, что? Что вы думаете? Какое вы имеете право так думать, а?»

«Право, понятие, неопределенное. У каждого оно свое, Олег Олегович, так?» – Глаза следователя, смотрели в глаза Щебетова, как стволы ружья.

Ноги у того тут же подкосились, и он, упав на колени, обкладывая себя крестами, стал истерично, умоляюще говорить: «Не я его, нет, это не я его убил…»

«А кто убил?»