Вера, надежда и любовь

Я бежала по коридору больницы. Он казался бесконечным. Я молилась — не словами, а всем существом: «Боже, Боже, помоги…»

Случилось всё так неожиданно.
 Мой путь по коридору показался мне длинною в жизнь.

Что делать? Боже, Боже, помоги. Только бы добежать. Я спасу тебя, любимый.

Реанимация была на третьем этаже. Переходы — длинные, стеклянные. За окном стояло лето: солнце, деревья, деревья…

Добежала. Вход. Реанимация. Я договорилась — меня пустят. Помоги, Господи.

И меня пустили. Это было чудо. Слава Богу за всё.

Бахилы, халат, шапочка. Мне говорили: «Не волнуйтесь, не волнуйтесь, он жив», — и помогали одеться.

Коридор. Поворот налево. Счастье есть.

Я вижу лицо любимого, дорогого, единственного мужа. Он видит меня. Произносит моё имя.

Он жив. Дальше будет месяц реанимации, лёгочное кровотечение, возвращение домой. Но тогда это было счастьем: жив, жив…

Мало кто знал, что случилось. Только близкие.

Каждый день быть рядом. Каждый день знать, что ты можешь помочь. А мне разрешили бывать каждый день.

Счастье.

Никаких планов на будущее — только исцеление, выздоровление. Что будет потом, никто не знал. И муж, и я верили: стоит вернуться домой — и всё будет, как прежде.

Мы вернулись с радостью через месяц. Десять дней реабилитации в той же больнице — помощь, помощь всех. Не бесплатно, но она была.

Дома началась борьба: день за днём. Постояли, посидели. Потом — шажок, ещё один...

Болезнь оказалась очень тяжёлой.

Мы верили в чудо и в восстановление.

Спустя два с половиной года мы так же верим. Мы смогли преодолеть многое: несколько реабилитаций, но в основном — работа дома.

Теперь мы можем выходить на улицу: трость и моя рука.

Два с половиной года борьбы — и мы не отказываемся от мысли об исцелении, насколько это возможно.
Жизнь продолжается...