Алла

Автобус катился по разбитому шоссе, тянувшемуся сквозь лес. На каждой выбоине его подбрасывало, и пустой салон наполнялся дребезжанием стёкол и скрипом расшатанных рессор. Солнце било в окна, превращая автобус в душную, раскалённую коробку.

Они сидели рядом, но он чувствовал, как между ними вырастает невидимая стена — всё выше, всё толще, всё непреодолимее.

Она дремала. Её прелестная головка покачивалась из стороны в сторону в такт автобусной тряске. Ему было жаль эту головку. Хотелось осторожно обнять девушку, положить её голову себе на плечо. Казалось, за такую малость он отдал бы всё, что имел. Но не решался даже прикоснуться к ней.

Страсть, желание обладать этим хрупким женским телом, нежность и любовь — всё смешалось в его голове, лишая покоя.

Она вовсе не была ангелом невинности. Напротив, в её повадках угадывались и чувственность, и хитрость опытной женщины, и некоторая распущенность. И, пожалуй, именно эта распущенность притягивала его сильнее всего.

Его бесило другое: с остальными она могла быть покладистой и доступной, а перед ним воздвигла неприступную стену целомудрия. Словно именно он, любивший её, был единственным, кому запрещалось приближаться.

Автобус тряхнуло сильнее обычного. Девушка подняла голову и открыла большие глаза.

Заметив, что она проснулась, он попытался возобновить прерванный разговор. Но она отвечала нехотя, большей частью междометиями, порой даже со злостью.

Он чувствовал, что раздражает её. Его нежность вызывала не ответное тепло, а досаду. Она словно нарочно подмечала его недостатки, с ехидцей напоминала о промахах, находя удовольствие в том, чтобы лишний раз задеть.

Он уговаривал её поехать с ним на неделю в Прибалтику. Расписывал прелести отдыха, обещал море, прогулки, свободу от повседневных забот.

Она согласилась — но с условием: ехать они должны если не разными поездами, то хотя бы в разных вагонах. А гостиница, в которой она остановится, должна находиться не ближе ста метров от его гостиницы.

И самое обидное заключалось в том, что она говорила совершенно серьёзно.

Лучше бы просто отказалась.

— Может, поужинаем сегодня вместе? — робко предложил он.

Она лишь презрительно хмыкнула.

— С этой проблемой я как-нибудь справлюсь сама.

Он замолчал.

Автобус ещё раз тяжело подбросило на выбоине. Затем он сбавил ход и остановился на площади перед станцией — конечной точке их маршрута.

Они приехали за продуктами для походной кухни бойцов ССО.