Дом с часами

         Письмо от нотариуса пришло в конце дачного сезона. Николай Андреевич как раз снимал последние яблоки. В письме сообщалось о смерти двоюродного дедушки и наследстве, которое он оставил внуку. В конце письма была просьба приехать и вступить в права наследства.
       - Ты поедешь? – поинтересовалась жена.
       - Придется. Все же интересно узнать: что оставил дед в наследство, хотя на что-то серьезное рассчитывать не приходится. Жил он в районном центре и всю жизнь трудился в часовой мастерской, а зарплаты там, как ты понимаешь, были небольшими.
        Николай Андреевич был пенсионер и уже шесть лет как покинул школу, в которой преподавал физику. Перед выходом на пенсию, они с женой приобрели садовый участок недалеко от города, в котором не только коротали время, но выращивали овощи, яблони, ягодные кустарники и, конечно, цветы.
       Муж ухаживал за плодовыми деревьями и кустарниками, а жена за огородными грядками и цветами.
       Такой умеренный труд нравился обоим. Во-первых, они целыми днями находились на свежем воздухе, а во-вторых, обеспечивали себя овощами на всю зиму, чем поддерживали скромный семейный бюджет.
       По всему периметру участка Николай Андреевич повесил скворечники, изготовленные собственными руками, чем очень гордился.
       -  Скворцы, - убеждал он жену – это наши друзья, защитники сада от вредных насекомых и приносят нам огромную помощь
х х х
       На следующий день он купил билет до районного центра, в котором проживал дед.
       - Ты там долго не задерживайся. Работ в саду в конце сезона много: опилить сухие ветки, перекопать грядки после овощей, сжечь весь мусор, накопившийся за сезон…
       Да следи за питанием, не ешь там всухомятку.
       - Конечно, - ответил Николай. – Как только оформлю документы и продам дом, сразу вернусь. А ты тут, пока, следи за огородом, поливай помидоры и огурцы в теплице, заготавливай их на зиму.
       - Не переживай, все сделаю, - заверила жена.
       - Я, как приеду – позвоню, - и он поехал.
       Дом деда встретил его молчанием и патриархальной тишиной. Был он внушительным, ухоженным. Крыша окрашена суриком, забор вокруг дома был крепким, не покосившимся, как это часто бывает в частных домах, а дорожка от калитки к крыльцу вымощена некондиционным кирпичом.
       - Аккуратный дед был, деловой, - подумал Николай, - и, хотя в последние годы жил один, но за чистотой и порядком следил.
       Он обошел дом вокруг, осмотрел обшивку и тоже остался доволен. После этого поднялся на крыльцо и начал осматривать его в надежде на то, что где-то должен быть ключ от замка, но не находил.
       Неожиданно за этим занятием его увидела какая-то пожилая женщина.
      - Вы что тут делаете? – строго спросила она. – Дом нежилой. Хозяин недавно помер…
       - Я Николай, внук Аркадия Львовича. Вот по запросу нотариуса приехал вступать в права наследства.  Ключ не могу найти…
       - Ключ? Так он у меня, сейчас принесу, - она удалилась, но через несколько минут вернулась и вручила Николаю ключ от замка на веревке.
       - Держите, - протянула она его, но не ушла, а стояла и чего-то, казалось, ожидала.
     Николай открыл замок и вошел в сени. В лицо пахнул непривычный запах дыма и застойного воздуха. Судя по всему, дверь не открывали много дней. По стенам сеней на гвоздях висели сапоги, валенки и старая, изношенная одежда: фуфайки, комбинезоны, потрепанные меховые шапки и картузы…
       Он вошел в избу. Занавески были задернуты и в ней было довольно сумеречно. Первым, что бросилось в глаза, было большое настенное зеркало в резной раме, прикрытое какой-то тканью.
      Рядом с зеркалом стояли большие напольные часы, стрелки которых показывали 3:20.
       - Какие интересные, - подумал он и хотел открыть дверцу, но неожиданно услышал за спиной голос соседки:
      - Вы часы не заводите.
       Николай обернулся и спросил:
       - А почему?
       - Ну, - она несколько «замялась», после чего добавила, - раньше он каждый день заводил их, подтягивая гири, а потом… - она снова замолчала.
       -Ладно, с часами разберусь позже, - подумал он, пожав плечами. – Я же физик и в приметы не верю, но что-то в ее голосе насторожило его. Дверцу только приоткрыл и на дне обнаружил большие и тяжелые латунные гири. – Солидная машина…
       На внутренней стороне дверки были какие-то карандашные надписи: даты, время…
       - Что это за даты и почему они спрятаны внутри корпуса? Странно. – Последняя запись в столбце цифр обрывалась на «3:20», времени, которое показывали часы, дальше шло многоточие.
       Осматривая избу Николай увидел на столе какую-то тетрадь. Взяв в руки прочитал: «Дневник». Раскрыв его, на последних записях обратил внимание на то, что цифры «3:20» встречаются часто, а рядом с ними короткие фразы или слова: «Опять», «Не спит», «Постучал» …
       К вечеру в дом деда приехала еще одна наследница – Ольга.
       Она по-деловому осмотрела дом, хлев, сарай и предположила, что дом они продадут довольно быстро.
      -  Дом крепкий, хотя и старый, но ухоженный, чистый. Мне кажется, что проблем с продажей не будет.
       - Поживем – увидим, - ответил Николай.
       Осматривая сад они обратили внимание на то, что он, в отличие от дома, довольно сильно запущен. Многие ветки были засохшими и требовали удаления, а в кустах смородины и крыжовника имелись ветки с редкими листьями и без ягод, так как были уже старыми.
       - Это дело поправимое, - резюмировал Николай. – сухие ветки на плодовых деревьях нетрудно выпилить, а кустарники можно вообще вырезать на пень, подкормить и тогда кусты омолодятся и после этой процедуры еще многие годы будут радовать своими плодами.
       Хуже дела обстояли в огороде, так как грядки, судя по всему, давно не засаживались и заросли сорняком.
х х х
       Ольга принялась по-деловому хозяйничать в избе и готовить ужин из привезенных ею и Николаем продуктов.
      - Проблемы проблемами, а питаться надо, - подвела она итог.
       После ужина Николай все же решил завести часы.
       - Интересно, они на ходу или…
       Он потянул за цепи и гири поползли вверх, затем качнул маятник и они начали тихонько тикать: тик-так, тик- так, но затем куранты начали отбивать удары.
       Ольга и Николай от их неожиданного звука вздрогнули. Звук был сильный, густой и шел, казалось, не из корпуса часов, а, как бы, из всего помещения избы. Ударив три раза, звук прекратился.
       - А Вы можете остановить часы, уж очень сильный звук от них? Он же не даст нам спокойно спать ночью, - попросила Ольга. – Я в чудеса не верю, но они мне, честно скажу, почему-то не нравятся…
       - Хорошо, ответил Николай.
       В этот момент раздался стук в дверь. Они настороженно переглянулись.
       - Входите, - пригласила Ольга, но никто не вошел.
       Николай подошел к двери, открыл ее и выглянул. Никого…
        - Странно… - подумал он. – Судя по всему, это порыв ветра, - и, открыв дневник деда, записал: «3:20» - стук в дверь.
        Завтра схожу в часовую мастерскую и поговорю с часовщиком, - решил он, при этом посмотрел на часы и поймал себя на мысли, что уже ждет новые три удара. – Мистика какая-то… а может быть это простое совпадение?
       На следующий день он пошел в часовую мастерскую и поведал пожилому мастеру о смерти деда и историю с напольными часами, которые остались после него.
       - Так Аркадий Львович умер? – удивился он. – Крепкий был старик, но нам в мастерской об этом никто не сказал. Жаль, я даже не попрощался с ним. Замечательный был мастер, а часы эти он собрал из нескольких часов, которые люди приносили нам после смерти своих близких на запчасти.
       Долго он с ними, конечно, возился, но собрал, подогнал детали и они пошли. Часы эти он готовил в подарок жене. Так и говорил:
       - Соберу часы, чтобы они не только показывали, но и дарили ей время. Его жена в это время была уже больна неизлечимой болезнью и он верил, или хотел верить, что они продлят ей жизнь, но…
      Я хорошо помню, как он пришел к нам после смерти жены и сокрушался, что в последние минуты ее жизни не был рядом.
       - Я пошел в аптеку за лекарствами для нее, - рассказал он, - а когда пришел, она уже ушла… Не могу простить себе, что не был с ней в последние минуты.
       Часовщик помолчал, как бы вспоминая последний визит Аркадия Львовича, после чего спросил:
       - А что Вы хотите от меня? Отремонтировать часы?
       - Нет, часы, когда я завел их вчера, пошли, но я остановил их после этого. Я бы хотел, чтобы Вы посмотрели и дали свое заключение: может быть их надо почистить или отрегулировать?
       - Хорошо, я завтра зайду к Вам.
       Вечером Николай принялся изучать дневник деда. Он не верил в мистику, но ему хотелось понять причину странного боя часов и совпадения этого боя с какими-то незначительными событиями: стуком в дверь, непонятными звуками, о которых писал дед... Ольга сидела рядом и слушала.
       Неожиданно он обнаружил в дневнике фотографию молодой женщины с приятной улыбкой. На обороте было написано: «Нюре, 1953 год» и еще одна фраза привлекла его внимание в дневнике. Дед написал, что это часы забрали ее, поскольку он собрал их из многих чужих часов, которые остались после умерших людей.
       - Нельзя собрать время из чужих жизней…
      В другом месте дед размышлял, что жена, скорее всего, умерла от старости и болезни.
       - Я, все же, думаю, что ее смерть не от часов и не от мистики, а от того, что все мы смертны. Этим и объясняется ее уход, но теперь я не могу слышать этот тикающий звук, так как он будет напоминать мне ту, для которой я и собрал эти часы. Она ушла в 3:20…
       На следующей странице была написана фраза:
       - Мало ли, что может придумать человек, когда ему очень тяжело…
       Ольга, услышав эту фразу произнесла:
       - Я поняла, насколько дедушка любил свою жену. Он даже винил себя за ее смерть, но потом, все же, понял, что время и болезни не оставляют нам выбора и ее смерть-  не его вина.
х х х
       На следующий день пришел часовщик. Он по-деловому разложил на столе отвертки, пинцеты, баночку с авиационным бензином для их чистки, масло, после чего вынул механизм из корпуса и осмотрел его.
       - Механизм в полном порядке, даже чистка не требуется, - пришел он к выводу. - Теперь посмотрим на механизм их боя. Все ли тут в порядке?
       Он запустил какое-то колесико, которое закрутилось очень быстро и привело в движение деталь, похожую на пропеллер. Неожиданно молоточек начал стучать по стальным проволокам боя. Ударив три раза, он остановился.
       Часовщик не успел еще сказать ни слова, как они вновь ударили три раза. Тогда он внимательно осмотрел колесики и радостно сообщил, что нарушена всего лишь регулировка боя. Они отбивают время, которое показывают стрелки на циферблате.
       - Сейчас я отрегулирую его и он будет отбивать точное количество ударов.
       Он достал отвертку, что-то подкрутил, а затем удовлетворенно констатировал:
       - Все. Теперь они в полном порядке и бой синхронизирован со временем, которое будет отражаться на циферблате.
       После этого вставил механизм в корпус.
       - Готово… - Он посмотрел на свои часы, установил стрелки дедовских часов на точное время, подтянул гири, качнул маятник и… часы послушно стали отсчитывать время: тик-так, тик-так. Он закрыл дверцу на крючок.
       Через некоторое время, после ухода часовщика, куранты начали свой бой: бом-бом… бом-бом… - поплыл звук.
       Звук был сочный, мелодичный и заполнил избу. Судя по всему, пружины, по которым бил молоточек, были настроены на приятное созвучие.
       - Теперь часы, время и сам дом живут в одном времени, - подвел итог Николай.
       Он стоял перед ними, чего-то ждал, сам не зная чего и       неожиданно поймал себя на мысли:
       - А что я ждал? Что они снова ударят три раза? Но я же физик…- ему стало немного стыдно за такие мысли, но и, одновременно, легче.
       Ольга помолчала некоторое время, а затем произнесла:
       - Раньше, когда я спрашивала дедушку о часах, он всегда неохотно говорил о них и запрещал их заводить. Какой он странный, думала я тогда, часы какие-то собирает, заводить не хочет, а теперь поняла его.
       Он говорил, что часы - это не механизм, а память.
       Николай молчал, ожидая, что она скажет что-нибудь еще и она тихим голосом добавила:
       - А он просто любил бабушку, сильно, так, что не мог их слышать, - и она вышла в другую комнату.
       Когда звук последнего удара затих, раздался звонок телефона. Звонила жена Николая, которой он забыл позвонить по приезду.
       - Привет. Как ты там? Скоро ли вернешься?
       - Да, Люда, все хорошо. Документы оформляю, через день-два вернусь, а часы идут…
       - Какие часы? – спросила она.
       - Приеду домой расскажу.
       - Приезжай.
       Вечером к ним зашла соседка.
       - Я Вам тут молочка принесла, свежего, еще теплого.
       - Спасибо, - поблагодарил он.
       Валентина Федоровна потопталась еще немного, после чего неуверенно спросила:
       - А часы-то завел?
       - Завел, - ответил Николай.   
       - Идут?
       - Идут…
       Она молча посмотрела на него, потом на часы и кивнула:
       - Ну и слава Богу. Аркадий Львович порадовался бы. Он ведь их для Нюры своей собрал. – Затем, помолчав, добавила:
       -  Да, что уж тут… - и махнув рукой, вышла из избы.
       Николай взял в руки дедов дневник, лежавший на столе, открыл его, хотел почитать, но потом просто положил руку на раскрытые страницы.
       - Нельзя собрать время за счет чужих жизней, но можно собрать часы и они будут идти и показывать точное время.
        После этого он закрыл дневник, положил его в верхний ящик комода, где лежали документы деда и его военные награды, а затем посмотрел на часы, маятник которых ритмично качался из стороны в сторону.
       Они показывали семь часов. Настоящие семь часов, а не 3:20 и это было чудо - самое обыкновенное.
Ноябрь 2026 года.