несоединимое

«Версия «я во всём новом!» не прошла. Потому что «всё новое» не собралось в образ. Ни в мозгах моих, ни в отражении в зеркале.

Я вздохнула и потопала переодеваться.

Беда всех зачумлённых избыточным вкусом - они собой не довольны. Никогда. Они могут - через усилия и скривлённую физиономию - согласиться, что «сойдёт». Но промолвить, на сиплом выдохе: «Вааау!» Им не суждено.

Верх не клеился с низом. Низ с обувью, обувь с баулом. Все вместе не шафранились с любимым - а я хотела именно им - парфюмом. И уж точно ничего не пересекалось с моим настроением.

Сказать по правде, дело было в нём. В настроении.

Я просто не хотела. Идти, одеваться, показываться на глаза и производить впечатление. Как выставили задачей мне!

Обычно, большинство женщин. /Мне рассказывали, хотя я не верю. / При слове «праздник». Или упоминании - где, что, когда, в каком обществе. Сначала падают в обморок от волнения. Потом лихорадочно собираются. Даже, если до заявленного три дня. Или неделя..

При том, выскакивают полуодетые к спутнику жизни и демонстрируют по частям задуманный look. Неоднократно. В разных сочетаниях. До умопомрачения. Спутника.

Наконец устав, утомившись. Останавливаются на чём-то определённом. Они знают - поменять идею можно ещё раз сто! И показав «ну вот теперь всё полностью, кажется мне нравится..» Успокаиваются. Они готовы!

Я - по привычке, из длинного опыта побывавших в гостях - уныло, лениво тычу пальцем в шмотки в гардеробе. Нехотя - или злобно - бросаю их, выбранные на диван. Потом долго, матерясь меряю. Но никому не показываю. Вот ещё!

Стараясь убыстрить, ускорить процесс иду на компромиссы. Занижаю возможные риски и градус интереса общественности ко мне, любимой. Так легче.

Потратив минут двадцать. Ну, ладно - час, от силы. Складываю - как отдыхающий в пионерлагере лишенец - стопкой отсеянное. И забываю до дня Х. Но тоже вздыхаю облегчённо - сделала!

Если - а бывает и такое - ничего не может выжить из меня заветное «обойдутся!» Я раздражаюсь. Падаю весом, теряю аппетит. И вообще, весь мир становится враждебным. Это к тому, что я и так от него не в восторге.

И тогда я молчу. Хмурюсь. Стараюсь изобрести повод не пойти. Сие решает все проблемы!

Будучи человеком светским, не будучи человеком светским по нынешним временам. Меня бесит, что я бы соорудила наряд и чё-нить к нему. И двинула бы в сторону праздного люда, живой музыки и отменных яств. Но люд не живой, музыка похабная, кормят плохо. И я не могу напрячься настоль, чтоб это переломить. Столько не выпить!

Тихо убрала «всё новое» в шкаф. Подумала, подумала. Извлекла из комода очередную пару джинс. Покрутила в руках. Даже примерять не стала - мой вес бараний втискивается во все «пары». И не хамеет от самоуверенности! Сняла с плечиков первые - первые! не по цветовой гамме, не от сезона, не из свежей коллекции - топ и рубашку наверх. И швырнула с наслаждением к потолку.

Таращилась, как легчайший шёлковый топ и - широкими рукавами оверсайз - рубаха планируют и падают низ. Как соединяются в полёте и намекают, что им хорошо вместе.
Процедив: «Им видней!» Освобождаюсь от ответственности. И посвистывая на ходу, движусь на кухню. Кофе пить! Мне можно, я сделала больше большего. Больше, чем вообще сделать возможно. Соединила несоединимое..»