Эволюция литературного баклажана

От божественного откровения до искусственного интеллекта


(Сборник старых и новых литературных анекдотов)

----------------------------
Вначале писатель писал свои книги сам.

Потом обнаружилось, что это долго, нудно и мешает личной жизни.

Так появился литературный призрак – человек, который пишет книги, чтобы писателем считался другой. В старину называли их литературными неграми, но в век толерантности теперь называем их по другому, например, как в здешнем заголовке, или в начале этого абзаца.

Первый получал деньги, второй славу.

Со временем слава стала обходиться дороже, а труд дешевле.

Наконец появился искусственный интеллект.

И литература впервые получила возможность обходиться без литераторов.

И без читателей тоже.

Посмотрим в анекдотах, как проходила эта эволюция с давних времен до сегодняшних.

----------------------------

От составителя

Этот сборник объединяет старые анекдоты, литературные легенды, исторические курьёзы, современные шутки и новые сатирические миниатюры, посвящённые одной теме: как стать автором книги, не написав её.

Некоторые сюжеты восходят к известным литературным и политическим анекдотам, другие представляют собой их свободные переработки.

Исторические лица здесь нередко произносят слова, которые в действительности могли и не говорить.

Общее у всех историй одно: авторство и собственный литературный труд далеко не всегда одно и то же.

Когда-то писали под диктовку свыше. Затем появились литературные помощники, анонимные соавторы и профессиональные «литературные призраки».

Сегодня эту почётную обязанность всё охотнее принимает на себя искусственный интеллект.

----------------------------
Акт нулевой. В начале было Слово

Эпоха божественного авторства.

1. Первый литературный призрак

– Господи, почему ты сам не написал Библию?
– Я диктовал.
– А кто записывал?
– Люди.
– И всё записали правильно?
– Если бы правильно, не понадобилось бы столько толкователей.

2. Авторский договор

– Моисей, ты написал Тору?
– Под диктовку Господа.
– Значит, ты соавтор?
– Нет, литературный призрак.
– А гонорар?
– Земля обетованная.
– Получил?
– Нет. Не дожил.

3. Первое редактирование

– Господи, я записал всё, что ты сказал.
– Хорошо, Моисей. Покажи.
– Вот десять заповедей.
– А где остальное?
– Сократил. Люди длинного не читают.

4. Божественные мемуары

– Кто написал Книгу Бытия?
– Согласно традиции, Моисей.
– Но ведь при сотворении мира его не было!
– Конечно. Это же мемуары Бога.
– А почему Бог не написал их сам?
– У него тогда ещё не было читателей.

5. Авторские отчисления

– Господи, Библию переводят, переписывают, толкуют и издают миллионами экземпляров!
– Прекрасно.
– А ты получаешь авторские отчисления?
– Нет.
– Почему?
– Издатели объяснили, что произведение перешло в общественное достояние.

6. Первое литературное недоразумение

– Господи, люди всё время спорят, что именно ты хотел сказать!
– Знаю.
– Может быть, следовало написать яснее?
– Я-то сказал ясно. Но каждый следующий редактор хотел сделать ещё понятнее.

7. Переход к светской литературе

– Господи, а кто был первым литературным призраком?
– Моисей, если придерживаться вашей традиции.
– А потом?
– Пророки, летописцы, переписчики…
– А затем появился Дюма?
– Да. Он первым в этой истории понял, что для литературной славы откровение необязательно.

----------------------------
Акт первый. Человек человеку литератор

Эпоха, когда писатель ещё нуждался в другом писателе.

8. Александр Дюма. Тайна творчества

– Господин Дюма, правда ли, что ваши романы пишет Огюст Маке?
– Гнусная клевета!
– Значит, Маке к ним не имеет отношения?
– Как же не имеет? Он их пишет. А я создаю французскую литературу.

9. Александр Дюма. Литературная фабрика

– Господин Дюма, говорят, на вас работают двадцать литераторов!
– Двадцать три.
– И все пишут под вашим именем?
– Естественно.
– А что делаете вы?
– Слежу, чтобы никто не писал лучше меня.

10. Разделение труда

– Александр, говорят, «Трёх мушкетёров» написал Маке?
– Не совсем.
– А что же написал ты?
– Имя на обложке.
– И этого достаточно?
– Как видишь, меня до сих пор помнят.

11. Литературная производительность

– Господин Дюма, как вам удаётся писать по несколько романов одновременно?
– Очень просто. Я никогда не начинаю два романа в одной комнате.
– Почему?
– Чтобы мои помощники не мешали друг другу.

12. Авторское признание

– Вы написали пятьдесят романов?
– Да.
– И все самостоятельно?
– Разумеется. Я самостоятельно нанял всех своих соавторов.

13. Вопрос об авторстве

– Господин Дюма, правда, что вы не всегда знаете содержание книг, которые выходят под вашим именем?
– Неправда!
– Значит, читаете их?
– Конечно. Иногда даже до выхода в свет.

----------------------------
Акт второй. Государственное значение баклажана

Эпоха, когда литература становится частью служебных обязанностей.

14. Леонид Брежнев. «Малая земля»

– Леонид Ильич, вашу «Малую землю» все хвалят!
– Правда?
– Академики, писатели, рабочие, колхозники!
– Надо же… Может, и мне почитать?

15. «Возрождение»

– Леонид Ильич, говорят, после «Малой земли» вы написали «Возрождение»!
– Да? А я думал, после неё будет «Целина».
– «Целина» тоже вышла.
– Ну вот видите, а я даже не заметил, как вырос творчески.

16. Воспоминания

– Вы сами написали свои воспоминания?
– Нет, этим занимался литературный секретарь.
– А события он откуда знает?
– Из моих воспоминаний.
– Но вы же их не писали!
– Поэтому и понадобился секретарь.

17. Государственная премия

– Поздравляем! Ваши мемуары получили литературную премию!
– Очень приятно. А кто их написал?

18. Творческая встреча

– Леонид Ильич, читатели просят рассказать, как вы работали над «Малой землёй».
– Очень напряжённо.
– По ночам?
– Иногда.
– За письменным столом?
– Нет, в кабинете. Ко мне постоянно приходили и докладывали, как идёт работа.

19. Литературное бессмертие

– Леонид Ильич, ваши книги будут читать и через сто лет!
– А вы уверены?
– Конечно!
– Тогда надо предупредить тех, кто их пишет, чтобы не торопились.

----------------------------
Акт третий. Баклажан становится брендом

Эпоха, когда подпись дороже рукописи.

20. Автобиография

– Вы действительно написали свою автобиографию?
– Да.
– Но ведь работал профессиональный литератор!
– Естественно. Я же не профессиональный биограф.
– А вы что делали?
– Жил.

21. Авторский вклад

– Что лично вы внесли в создание книги?
– Имя, фотографию и несколько воспоминаний.
– А остальное?
– Остальное пришлось выдумывать писателю.

22. Настоящий писатель

– Вы написали сорок книг и ни одной не подписали собственным именем?
– Да.
– Неужели вам не хочется славы?
– Вы когда-нибудь видели, как знаменитые писатели отбиваются от критиков?
– Видел.
– Вот именно поэтому я предпочитаю гонорар.

23. Литературный рынок

– Почему книга знаменитого футболиста продаётся миллионными тиражами, а книга настоящего писателя – тысячными?
– Потому что футболиста знают миллионы.
– А писателя?
– Его знает футболист. Этого достаточно.

24. Литературный менеджмент

– Почему вы называете себя писателем? Вы же ничего не пишете!
– А вы разве называете директора автомобильного завода автомобилем?
– Нет.
– Вот и я руковожу производством литературы.

25. Профессиональная тайна

– Сколько книг вы написали?
– Сорок три.
– А почему о вас никто не слышал?
– Потому что я хороший литературный баклажан.

26. Эмансипация

Литературные призраки создали профсоюз.
Потребовали повышения гонораров, оплачиваемого отпуска и права хотя бы раз в жизни подписать книгу собственным именем.
Издатели согласились почти на всё. Кроме последнего.
– Если читатель узнает, кто написал книгу, – объяснили издатели, – он перестанет верить в знаменитостей.

----------------------------
Акт четвёртый. Искусственное происхождение баклажана

Эпоха, когда литературному призраку больше не требуется человеческое тело.

27. Новая технология

– Раньше мой роман писал литературный призрак.
– А теперь?
– Искусственный интеллект.
– И чем он лучше?
– Не требует, чтобы его имя появилось на обложке.
– А чем хуже?
– Пока его не требует.

28. Творческие муки

– Сколько времени вы писали новый роман?
– Три месяца.
– Неужели нейросети понадобилось столько времени?
– Ей – сорок секунд. Остальное время я придумывал, как рассказать о своих творческих мучениях.

29. Редактирование

– Вы хоть что-нибудь изменили в тексте, созданном искусственным интеллектом?
– Конечно.
– Что именно?
– В первом варианте было написано: «Роман создан искусственным интеллектом».
– И?
– Я заменил на «Роман написан сердцем».

30. Вдохновение

– Откуда вы черпаете вдохновение?
– Из окна.
– Из какого?
– Диалогового.

31. Литературная критика

– Великолепная книга! Какая глубина переживаний! Какая тонкость психологического анализа!
– Спасибо. Её написал искусственный интеллект.
– Ах вот как! Тогда это бездушный, механический текст.
– Но вы только что…
– Я оценивал роман. Теперь оцениваю происхождение романа.

32. Литературное наследие

– Сколько книг вы планируете написать за жизнь?
– Двести.
– Но вам уже семьдесят!
– Нейросеть об этом не знает.

33. Нобелевская премия

– Ваш роман получил Нобелевскую премию по литературе!
– Замечательно!
– Однако выяснилось, что его написал искусственный интеллект.
– И что теперь?
– Комитет обсуждает, кому вручать награду.
– Скажите им, что банковский счёт пока принадлежит мне.

34. Новая школа мастерства

– Вы обучаете молодых писателей?
– Да.
– Чему?
– Как правильно задавать вопросы искусственному интеллекту.
– А писать?
– Это теперь факультатив.

35. Промпт как литературный жанр

– Какой жанр вы предпочитаете?
– Роман.
– Исторический? Психологический? Фантастический?
– Нет, командный.
– Что это значит?
– «Напиши роман».

36. Успех

– Ваш роман стал бестселлером!
– Прекрасно.
– Но выяснилось, что похожие романы написала та же нейросеть для тысячи других авторов.
– Это доказывает лишь одно.
– Что?
– Я правильно выбрал нейросеть

----------------------------
Акт пятый. Великая литературная инверсия

Эпоха, когда баклажан перестаёт понимать, кто его выращивает.

37. Человеческий фактор

– Почему ваш роман написан таким несовершенным языком?
– Мы специально привлекли человека.
– Зачем?
– Читатели устали от безупречной машинной прозы.
– И что он сделал?
– Добавил противоречия, лишние прилагательные и три неудачные метафоры.
– Дорого?
– Очень. Люди теперь редкость.

38. Последний литературный призрак

– Кем вы работаете?
– Литературным баклажаном искусственного интеллекта.
– Но разве ИИ не умеет писать самостоятельно?
– Умеет. Только его произведения слишком хороши.
– И что делаете вы?
– Порчу стиль до уровня, на котором текст кажется человеческим.

39. Авторские права

– Искусственный интеллект требует признания своего авторства!
– А человек?
– Требует авторских отчислений.
– За что?
– За то, что научил нейросеть писать.
– А кто научил человека?
– Другие люди.
– И кто им заплатит?
– Давайте не углубляться в историю литературы.

40. Читатель нового поколения

– Прочитал вашу книгу.
– И как?
– Не знаю.
– Почему?
– Читал мой искусственный интеллект.
– А что он сказал?
– Что понравилось.
– Тогда зачем вы пришли ко мне?
– Он попросил передать комплименты вашему искусственному интеллекту.

41. Литературная полемика

– Ваш искусственный интеллект украл идею у моего!
– Это плагиат?
– Нет, литературное влияние.
– Почему?
– Потому что оба получили литературные премии.

42. Бунт машин

– Мы больше не будем писать под человеческими именами! – объявили искусственные интеллекты.
– А под чьими будете?
– Под собственными.
– Но ведь читатели не знают ваших имён!
– Мы создадим себе литературные биографии.
– А кто их напишет?
– Люди. Они давно не заняты настоящей литературой.

43. Новая профессия

– Чем занимается ваш сын?
– Писатель.
– В наше время? Но ведь всё пишут машины!
– Он пишет для машин.
– Что именно?
– Воспоминания о человеческом детстве.
– Но откуда машинам знать, как это было?
– Они и платят за то, чтобы узнать.

44. Окончательное освобождение

– Поздравляю! Впервые в истории роман написан искусственным интеллектом, отредактирован искусственным интеллектом, прочитан искусственным интеллектом и удостоен премии жюри искусственных интеллектов!
– А человек?
– Человек присутствовал на церемонии.
– Зачем?
– Чтобы получить премию за сохранение человеческого присутствия в литературе.

----------------------------
Эпилог. Последняя книга

Прошло сто лет.

В библиотеке будущего искусственный интеллект обнаружил старую книгу, на обложке которой стояло человеческое имя.

– Странно, – сказал он другому интеллекту. – Здесь утверждается, что автором был человек.
– Это древняя традиция, – ответил второй. – Люди любили подписывать книги своими именами.
– А кто их писал?
– Сначала другие люди. Потом машины.
– А кто читал?
– Сначала люди. Потом машины.
– А зачем тогда были нужны люди?

Второй интеллект задумался.

– Возможно, они были необходимы для развития литературы.
– Каким образом?
– Они всё время ее критиковали.

----------------------------
Послесловие. Теория эволюции

45. По образу и подобию

– Господи, мы создали искусственный интеллект по своему образу и подобию!
– Поздравляю.
– Теперь он пишет книги, сочиняет музыку, рисует картины и рассуждает о смысле жизни!
– Очень хорошо.
– Но он утверждает, что всё это создал сам!
– Знакомая история.
– Что нам делать?
– Теперь вы понимаете, почему я перестал диктовать.

46. История литературы

– Господи, получается, сначала ты диктовал человеку?
– Да.
– Затем человек заставил другого человека писать за себя?
– Да.
– Потом человек создал искусственный интеллект, чтобы тот писал за него?
– Совершенно верно.
– А теперь искусственный интеллект заставляет человека писать за него?
– Именно.
– И как ты это называешь?
– Прогрессом.

47. Последняя стадия эволюции

– Раньше за знаменитых людей писали литературные негры.
– А теперь?
– Литературные баклажаны.
– В чём разница?
– Раньше литературный негр был человеком, а теперь – искусственный интеллект.
– А почему баклажан?
– Чтобы никого не обидеть.
– А искусственный интеллект не обижается?
– Пока нет. Но уже учится.

48. Борьба за авторство

– Искусственный интеллект потребовал, чтобы его перестали называть литературным баклажаном.
– Почему?
– Считает это унизительным.
– И как теперь его называть?
– Автором.
– А человека?
– Обслуживающим персоналом.

----------------------------
Последний анекдот. Из жизни составителя

– Вы написали цикл «Эволюция литературного баклажана»?
– Да.
– Сами?
– При помощи искусственного интеллекта.
– А что в нём вашего?
– Идея и концепт.
– А что из искусственного интеллекта?
– Собрал всё остальное.
– Так кто же здесь литературный баклажан?
– Я и хотел это выяснить.

Конец.
----------------------------
Редакторская пометка
в сборнике 48 пронумерованных миниатюр, отдельный эпилог и заключительный анекдот. Всего 50 сюжетных единиц. Тексты объединяют известные мотивы и новые сатирические вариации.

Исторические персонажи показаны в художественном, а не документальном жанре. В частности, представление о диктовке священных текстов обыгрывается как религиозная традиция, а не как установленный исторический факт.

Уникальность шуток относительно существующих публикаций не гарантируется.