Мир для мёртвых и живых

Ты как бы живёшь, аль нет и если жову в своей матиреальности, поняв дванадцатую «к», некий третий ход этой виртуальности, накрывающей эту реальность и ритуальные услуги хорошо цветут, как и медицинские с побочными явлениями, а лекарство было слово в шнурке без побочных явлений ботинка второго.

Мир тот аль этот, от чего идут сравнения? Меня бывший с сыном вогнали в капкан, как и сами при чём себя, потому стала утверждать дванадцатую «к», если сказки писались для детей в образе нормальных взрослых, побеждающих плохих и вечность в теле даёт на всё ответ, для чего мы все жовём. Душа ничего не выигрывает и не проигрывает в теле, она просто участник всех событий, так живут дети и старые приходят к тому же, тогда суть всех нас?

И я первая к этому пришла у дванадцатой «к», если мёртвые и живые одно для души, которая в теле своём рада ему и суть лечовежи говорила бывшему после смерти дочери, во что он не хотел верить, ему то не выгодно, почему? Его вдова, мать и сестра-это могилы, рада, их поступки это говорят, при чём многие к тому направляют своё внимание и зачем? Привычка той кавычки, раз вечно никто не живёт и душа вечна-абсурд и данный мне суд то искупил, бывший направил моего сына против меня, чтобы моё отнять, показав, что я плохая мать, хорошо.

Заменив меня с сыном на вдову с сыном без ДНК, а почему своё не покупал и не оформил, хорошо, пусть будет так, подождём. Сейчас жизнь на земле, как на небе, если так рассуждать и моя жознь утверждает дванадцатую «к» для матиреальности-это же фантастика моего же ластика, просто соединив мёртвых и живых и рай-это дванадцатая «к», правда глаза не колит, что начала игла. Футбол с хоккеем это показали, как футболка в клюшке этих двух «к», двенадцатая для плевел-пусть лгут и страдают, их выбор и дванадцатая для зёрен в правде для счастья, которое создаётся самостоятельно.

У меня реально третий этап моей жозни, я живая и мёртвая для многих, как бывший с вдовой, живущие для своей могилы с сестрой и нашим сыном. Понять это общество, мячта моей жозни и дванадцать для матиреальности, как человека продолжает лечовежа в игле ежа у молодёжи. Я жову в своей фантастике, объединяя все религии в речи у языка дванадцатой «к», став первой лечовежей.