Баллада о Дусе и докторе Т. Чикамасове

Печальна доля сироты:
Бродить среди глухой черты,
В потёмках у чужих дверей
Искать тепла былых огней.

Но вдруг рассеялся туман —
Блеснул не морок, не обман:
Увидел Дусю на пороге,
И позабылись все тревоги!

С картошкой полная сума
Тяжка — не справится сама!
Встречаю взгляд девичьих глаз —
И спас прекрасную в тот час.

Потом кружил нас ресторан,
Покуда не полез буян:
Хмельной наглец пристал к девице —
И кровь немедленно ярится!

Врач молодой не знал преград,
Свалил наглеца он аккурат!
За милой честь вступился грудью —
Но срок влепили строго судьи.

Четыре года на тюрьме, (ЯР 154/1 ИТК усиленного режима)
В глухой казённой кутерьме.
Хоть санитаром звался там —
Лечил бедняг по совести, сам!(числился санитаром, а работал врачом в медсанчасти)

Несли больные угощенье:
Чаёк, и сало, и печенье!
В почёте добрый Чикамас —
Сберёг людей не сотню раз.

Скроили знатный мне наряд,
Костюм с иголочки пошит!
И туфли впору, феска тоже —
Король, ни меньше и ни больше!

А Дуся верная ждала,
Сквозь злые вьюги к Тишке шла,
Гостинцы вольные носила,
Любовью раны мне лечила.

По УДО выпустил конвой,
Но ждал завод меня глухой:
Бетон месил в мороз и зной,
Мечтая о санчасти той!

Прошли года. Прошёл испуг.
Я тридцать лет примерный муж!
Обут, накормлен, обогрет,
И лучше доли в мире нет.

Хоть Дуся правит всей семьёй:
«Чисть, милый, клубни под струёй!» —
Я лишь смеюсь своей судьбе:
Спасибо, Дусенька, тебе!

    P.S. Вот такая занятная повесть с благородной развязкой! Тут вам полный набор приключений: и молодецкий мордобой в ресторане за барышню, и лагерное врачевание санитара - хирурга в феске, и "химия" по УДО на заводе органического синтеза и святая женская верность сквозь метели и невзгоды.

         А в итоге — три десятка лет безоговорочной капитуляции перед семейным счастьем! Мудрая красавица-супруга, обустроенные чада, интересные друзья с сорокалетним стажем, четыре десятилетия врачебного служения, хорошая дача с парной и камином, рыбалка и переливы Дусиной гармони. Ну и конечно породистый полноприводный железный конь в стойле, под навесом.