Западные апачи. Вождество Ч. II

Западные апачи по данным исследований, в дорезервационный период имели три типа наследования статуса вождя:
по материнской линии от отца к сыну;
по линии сына сестры от сына сестры к его детям или племянникам;
по линии мужчины этого же клана, но с неустановленным кровным родством.
Происхождение вождества в рамках одного клана и материнской линии – это понятно. Но вопросы исследователей относительно того, когда наследственные вожди кланов были главными вождями своих кланов, менее концептуальны, хотя сами апачи при опросах неоднократно упоминали о таких случаях. Г.Гудвин, говорил, что последнее нельзя понимать буквально: «Везде, где члены клана концентрировались, они почти наверняка выдвигали заместителя вождя или вождя, и самые крупные такие концентрации обычно включали наследственного вождя». (Goodwin, Grenville, The Social Organization of the Western Apache, – University of Arizona Press, 1969 р.171).
Таким образом, в одной группе могло быть несколько вождей или заместителей вождей клана, но только один признавался носителем наследственного вождества. Вождь другой группы упоминался по принадлежности к своей группе, а не к клану, но в той же группе любой вождь или заместитель вождя обычно упоминался по клану, как «бисзахе нантан» (b;sz;h; n;nt-;n – «заместитель вождя»). (Basso Keith H., Western Apache Language and Culture: Essays in Linguistic Anthropology» – University of Arizona Press, 1990, р.101).
В целом, у западных апачей не существовало терминологического различия для определения наследственного вождя клана. Более того, наследственное вождество клана не подразумевало полного контроля над кланом, поскольку члены клана были разбросаны по двум группам и множеству местных объединений. Родовые (наследственные) вожди кланов не имели никаких особых привилегий или преимуществ по сравнению с теми вождями, которых выбирали или назначали. Влияние и тех, и других было равным. Однако наследственный вождь обычно был самым влиятельным вождем своего клана в своей группе, и поэтому другие вожди, независимо от клана, уважали его. В то же время наследственный вождь клана, хотя и был известен как вождь за пределами своей группы, считался наследственным вождем только внутри своей группы.
Для исследователей до сих пор остался неясным вопрос, восходит ли наследственная система вождей кланов у западных апачей к тем временам, когда кланы были небольшими, крайне локализованными и имели только одного вождя. Везде, где были сосредоточены члены клана, одна из нескольких представленных в этом регионе материнских линий считалась самой богатой, влиятельной и главной линией клана, и это давало исследователям некоторую подсказку, поскольку именно в таких линиях и существовала наследственная система вождей. Эти линии назывались «голдзигоз» (g;;dz;g;z – «сильные, расположившиеся лагерем группой») по причине того, что пользовались уважением у бедных слоев из-за своего престижного статуса и власти, которую имели в группе.
Неизвестно, передавался ли престиж таких влиятельных семей из поколения в поколение или зависел от их экономического положения в то время. Вероятно, оба фактора были важны для поддержания социального превосходства в течение значительного периода времени. Переход от крайней локализации клана к его распределению в концентрированных группах в различных местах, увеличивал число его вождей и заместителей вождей. Также утверждались новые влиятельные семьи, и не исключено, что наследственные вождества могли способствовать этому.
Упомянутые выше личные качества, необходимые для заместителя вождя, справедливы и для вождей. Острый ум и трезвая голова, считались наиболее необходимыми качествами для вождя, и, несмотря на прошлую репутацию апачей как племен, ведущих мародерский образ жизни, одних только военных или охотничьих навыков было недостаточно, чтобы подготовить человека быть вождем.
Прежде всего, вождь должен заботиться об интересах и безопасности своего народа. У западных апачей существовал даже обычай использовать обращение «мой вождь» в отношении любого, от кого требовалась особая услуга или помощь. Отказ в помощи, после такого обращения, мог рассматриваться как грубое, хамское поведение того, к кому обратились «мой вождь».
Один старик, информатор Г.Гудвина, описывая качества, необходимые вождю, сказал: «Вождя выбирали потому, что у него обычно было самое большое хозяйство и он был самым богатым человеком в своем клане в округе. Кроме того, его выбирали потому, что у него было больше всего родственников. Человек без семьи не становился вождем. Помимо этого, он должен был быть лучшим оратором, ничего не бояться, обладать острым умом и делать больше, чем кто-либо другой. Он должен был быть человеком, который не убежит, даже если увидит, что за ним гонится медведь. Наши вожди были настоящими людьми». (Goodwin, Grenville, The Social Organization of the Western Apache, – University of Arizona Press, 1969 р.171).
Как правило у западных апачей вожди (нантаны) выбирались из числа мужчин, которые имели статус заместителей вождей. До того, как стать заместителем вождя, человек с юных лет проявлявший лидерские, вождистские качества «стоял на контроле» у апачского общества, которое к нему присматривалось и при принятии положительного решения, в последствии, готовило его к исполнению этой функции.  С юных лет такого мальчика оценивали старшие мужчины. Он должен был проявлять послушание в набегах, походах, демонстрировать свои воинские качества, а также качества охотника. Потом ему предлагали возглавить рейдерский отряд, а остальное уже было делом времени. Заместителем вождя молодой человек становился к годам тридцати или тридцати пяти.
Заместитель вождя, оставался заместителем до тех пор, пока вождь не проявлял признаков слабости ума или физической слабости, связанной с возрастом. Старость могла сказываться на разуме и физическом состоянии вождя, что также влияло на его имущественное положение, которые было изменчиво, отчего зависел престиж вождя в общине, сохранявшийся до тех пор, пока человек был способен его поддерживать. Обычно стареющий вождь, уставший от своих обязанностей сам указывал на необходимость преемника: «Мой народ, я слишком стар, слишком слаб, я вот-вот уйду. Вы должны выбрать кого-нибудь в качестве следующего вождя. Я много для вас сделал, но моя жизнь почти прошла». (Robert N. Bellah Apache Kinship Systems, – Harvard University Press, 1952 р.59).
Бывших вождей, оставивших свой пост по возрасту, апачи всегда вспоминали с почтением и говорили: «Он был великим вождем в свое время». (Record Ian W, Big Sycamore Stands Alone: The Western Apaches, Aravaipa, and the Struggle for Place, – University of Oklahoma Press, 1971, р.186)
Методы выбора преемника на пост вождя, независимо от того, шел ли кандидат как наследственное лицо или нет, зависели от обстоятельств.
Когда нужно было заполнить вакансию, не обремененную наследованием, все члены вождества, за исключением молодежи и бедняков, не имевших социального статуса, собирались вместе, чтобы обсудить этот вопрос. Избранный лидер присягал обществу без проведения каких-либо церемоний, ему просто перед лицом общественности разъясняли его обязанности.
Наследственные вожди, как правило назначались без особых церемоний, но их назначение могло осуществляться по более сложной схеме. Эта схема была широко известна, но как часто она соблюдалась, неизвестно. Старый вождь мог предложить своего преемника, но, если народ не одобрял выбор старого вождя, то быстро давал об этом знать, поскольку именно люди, а не старый вождь, контролировали процесс выбора приемника. Говоря об избрании наследственного вождя, апачи, говорили: «Его соплеменники назначили его». Г.Гудвин подчеркивал, что это являлось характерной чертой, маркером идентификации по доминирующему клану. То есть, большинство людей локальной группы, принимавших участие в выборе наследственного вождя, принадлежали к доминирующему клану, поэтому имели решающее слово в этом вопросе. Поэтому, когда апачи говорили: «Клан бисзахе назначил его своим вождем», то имелась в виду группа, в которой этот клан был доминирующим. (Goodwin, Grenville, The Social Organization of the Western Apache, – University of Arizona Press, 1969 р.174).
Поскольку должность вождя передавалась по наследству внутри клана, то нередко в процедуре выбора кандидата, помимо представителей его клана той локальной группы, в которой он состоял, принимали участие представители его клана из других семейных кластеров, проживавшие обособленно. Таким вот образом подчеркивалась значимость и единство всего клана в обществе, где происходило частичное совпадение функций клана и локальной группы.
Кандидатура нового вождя сначала обсуждалась среди заместителей вождей группы, главным образом, представителями клана, к которому принадлежал вождь. Когда приходило время огласить кандидатуру избранника, заместители вождя извещали о предстоящем собрании.
На собрании присутствовали старосты, женщины-вожди, заместители вождей, а также взрослые мужчины и женщины, занимавшие значимое положение в группе, а также члены кланов из других групп и семейных кластеров.
Те, кто продвигал кандидатуру нового вождя, устраивали пиршество. Апачи говорили, что такие собрания по продолжительности длились четыре дня. После принятия решения вновь избранному вождю сообщали об этом. Некоторые кандидаты пытались избежать предлагаемой им участи вождя, прекрасно понимая, какие обязанности она влечет за собой, но в конце концов уступали выбору своего народа.
Если избранный вождь был молод, то его обычно брал под свою опеку более старший, опытный человек, тот же старый бывший вождь, или родственник по отцовской линии, которого вожди его собственного клана «уговорили на опеку». Опекун преподавал молодому вождю «нантаяти» (n;nt;-y;-t;' «речь вождя», своего рода обучение обязанностям лидера). «Наука» состояла из простого набора советов относительно обязанностей вождя.
 Содержание «науки» внушало молодому человеку повышенную степень ответственности в его положении, необходимость постоянно заботиться о благополучии своего народа и указывало на возможные негативные последствия (потеря престижа и постоянные насмешки) для него в случае утраты доверия со стороны общества.
Помимо наставлений, вновь испеченному молодому вождю требовалась овладеть определенными видами Священной Силы. Апачи верили, что власть вождя – мишень для духов злобы, поэтому нужно уметь им противостоять. Вождю необходимо было постичь навыки использования потусторонней Силы, чтобы использовать ее против своих врагов, чтобы делать себя неуязвимым для их стрел и пуль. Ему также требовалась подружиться с Силой лошадей и скота, чтобы справляться с перегоном животных, добытых во время набегов. От тайных врагов среди собственного народа, вождю также требовалась защита духов-покровителей. Все Священные Силы, используемые вождями, апачи определяли термином «го-нди» (go-ndi). Термин, по сути, означал все ритуалы, которые давали результат в противостоянии духам злобы. Но такие ритуалы апачи никогда не идентифицировали с ритуалами колдовства – проще говоря, настоящим колдовством не считали.
Такое церемониальное обучение длилось непрерывно от одного года до трех. В отличие от процесса обучения другим ритуалам (знахарство), обучение го-нди было бесплатным (без извлечения выгоды для того, кто обучал), поскольку имело специфическую цель, и со временем инструктор (наставник) получал выгоду от результата своего обучения, которого он достигал со своим учеником. Родство, естественно, еще больше стимулировало наставника в его готовности обучать молодого вождя. Но в некоторых случаях, когда старший родственник (наставник) владел каким-либо эксклюзивным знанием или навыком (своего рода фишкой, например нюансами обращения с Силой в военном деле), которые мог передать «для использования, так сказать, в работе», и благодаря чему новый вождь мог заполучить какие-то блага и преимущества для себя, – в таком случае вождь при желании мог заплатить наставнику за приобретенное эксклюзивное знание. Наставник говорил молодому вождю: «Я научу тебя некоторым приемам, чтобы ты мог защитить себя от врагов. Я научу тебя определенным Сильным словам. Если у тебя будет эта Сила, все люди будут добры к тебе и уважать тебя. Благодаря этому ты разбогатеешь». (G. Goodwin, The Social Divisions and Economic Life of the Western Apache» – American Anthropologist, XXXVII, 1935, pp. 55-64.).
Обладание вождем военной Силой, например, указывало на одну из его главных функций – руководство рейдами (набегами) и военными отрядами.
 Важно отметить, что военная Сила также использовалась вождем и в целях защиты народа от внешнего врага.
Старый вождь мог оставаться у власти несколько лет после выбора преемника, который находился при нем в качестве заместителя вождя. Когда приходило время «короновать» молодого человека, для мужчин устраивалась паровая баня, где под «парок» так сказать, проводилось еще одно собрание, подобное первому. В нем участвовали члены локальной группы, а также члены клана вождя, прибывшие из других мест. После бани устраивались пиршества, на которых заместители вождя и женщины-вожди произносили речи, обращаясь к новому вождю, мол, теперь он их лидер и должен действовать соответственно.
В церемонии «коронации» было принято петь так называемые «песни вождя» (нантас). Песни входили в песенный цикл, известный как «гожс», и исполнялись шаманом, при поддержке хора из числа других мужчин. Обычно число песен равнялось четырем, и они представляли собой благословение и упорядочивание дел для вождя, чтобы ему сопутствовала постоянная удача и долгая жизнь. Песни, как правило, исполнялись на четвертый день пиршества (коронации). После завершения песен вождю говорили: «Эти песни поются для того, чтобы тебе сопутствовала удача до конца твоей жизни». После этого человек полностью утверждался в статусе нового вождя. (Goodwin, Grenville, The Social Organization of the Western Apache, – University of Arizona Press, 1969 р.176)