Часть вторая Мира играет Лию в молодости

Однажды на площадке всё поменялось. Режиссёр подошёл к Мире с другой папкой:
— Мы хотим сделать серию про Лию. Про то, как она училась. И мы хотим, чтобы ты её сыграла.

Мира посмотрела на Лию, будто спрашивая разрешения. Лия только кивнула:
— Если ты увидишь меня такой, какой я была — немного испуганной, немного упрямой, но очень старающейся услышать узор, — значит, ты всё сделаешь правильно.

Костюм для этой роли был простым: старое платье, немного великоватое, и широкий пояс, на котором висели крошечные инструменты — лупа, тонкая палочка, мешочек для чернил. Мира надела его и вдруг почувствовала не тяжесть чужой судьбы, а тепло чьих-то рук, которые когда-то тоже учились не торопиться.

Съёмки шли в декорациях старой библиотеки — почти такой же, как настоящая. Мира-Лия стояла перед пустым листом и не знала, что делать. Она пробовала рисовать «правильно», но линии выходили жёсткими. Она пыталась угадать, чего от неё ждут, и от этого узор молчал.

И вот в кадре появилась та самая женщина с седыми волосами — её играла Кира. Она не говорила громких слов. Она просто подошла, взяла юную Лию за руку и повела к окну.

— Смотри, — прошептала она. — Не пытайся скопировать. Попробуй услышать, как рябь дышит.

Мира (играющая Лию) смотрела на декоративную рябь за окном, и в этот момент что-то щёлкнуло внутри. Она перестала стараться быть «хорошей ученицей» и просто прислушалась. И когда она снова взяла кисточку, линии стали мягче. Они не были идеальными, но они были живыми.

Когда сцену сняли, Мира сняла костюм и подошла к настоящей Лие:
— Знаешь, я вдруг поняла: ты не боялась ошибиться. Ты боялась, что узор не захочет с тобой говорить. А он хотел. Просто ему нужно было, чтобы его не торопили.

Лия обняла её:
— Вот именно это ты и показала. Спасибо.