Полуостров. Глава 295

Глава 295
Коновалов отпустил ручки спортивной сумки, и она плюхнулась на паркетную доску, подняв в воздух облако душной пыли.
- И что, мне тут жить надо будет? Тут же, наверняка, клопы есть...
- Не придумывай! У меня точно такой же дом, клопов нет...
- Небось вывели, - горестно провозгласил Коновалов. - Так они снова придут... А кто тут жил вообще?
- Какой-то Избранный. Умер, а наследники на квартиру так и не нашлись пока. Орден поставил на неё заклинание невидимости.
- То есть соседи меня, получается, видеть не будут? - уточнил Коновалов. - А от чего он умер? - напрягся он.
- Да мало ли, от чего умирают...
- Избранные?!
- Ну, может быть, ему кирпич на голову свалился! Спроси у Эмиля, он наверняка знает.
- Не, - Коновалов снял кроссовки, лёг на матрас кровати, представляющей собой единственный предмет интерьера абсолютно пустой комнаты, и, постав ноги на металлическую перекладину, закурил сигарету, как волк в мультфильме. - Он издеваться будет...
- Он не издевается, он так шутит...
- Он вам нравится вообще? - Коновалов, брезгливо сморщившись, изучал потолок, с которого свисали нити паутины.
- Да как тебе сказать! Он же не девушка, чтобы мне нравиться! Как человек... - я подумал. - Скорее, да... На него можно положиться.
- На меня, значит, нельзя! - физиономия Коновалова ещё больше перекосилась.
- А это мы скоро узнаем! Ты все понял? - я посмотрел на подоконник, и пыль на нем растянулась по сторонам, освобождая пространство для сидения.
- Как вы так умеете, Павел Александрович? - с завистью поинтересовался Коновалов.
- Тренировался... Так вот, ты все понял?
- Я должен забирать Айгуль из школы! - он загнул палец на левой руке. - Только разве же не Марьборсовна её забирает?
- У Марии Борисовны уже срок большой, - сказал я. - А дети носятся, как стадо бизонов. Мало ли, толкнут...
- А она нормально себя чувствует? - спросил Коновалов.
- Да, а что?
- Просто, - он стряхнул пепел на пол рядом с кроватью. - Мать, когда она брата ждала, рвало постоянно. Уже говорили, перестать бы должно, а...
- Мы отклонились от темы, Иван!
- А мы, что, в школе, что ли? - парировал Коновалов. - Ещё я должен делать с ней всякие уроки, вы за это мне будете платить... А где я должен их делать буду?
- Ну, Господи, к нам домой приходи! Маша заодно тебя обедом покормит, если он будет к тому времени...
- Не надо обедом, - помрачнел Коновалов. - Она сначала покормит, а потом будет вам мозг пилить, что я вас объедаю!
- Да когда она из-за этого мозг пилила?! - искренне возмутился я.
- Да всегда! Не, на словах ей не жалко...
- Иван! - возопил я. - Хватит Марию Борисовну обсуждать! Мы сейчас поссоримся, а нам нужно задачу решать! Что ты ещё должен делать?
- Следить за тем, с кем она общается, переписывается и, это самое... Я бы, честно, на её месте повесился! - сокрушенно произнёс Коновалов.
- Ты, пожалуйста, оставайся на своём месте! С ней вообще-то, есть подозрение, переписывается неподотчетный колдун! И он...
- Не бьется, Павел Александрович, - перебил меня Коновалов.
- Что не бьется?..
- Как он её телефон узнал?
- Святые Мария и Иосиф! Да, блин, диктовала кому-нибудь... Или в школе бумажка на видном месте валялась, учителя любят личные данные светить, им по фигу... Мало ли вариантов...
- Ну, ок, - кивнул Коновалов. - Только... Это самое... Давайте я с ней бесплатно заниматься буду! Вы же с меня не брали за химию!
- Откуда ж ты такой честный-то выискался?! - воскликнул я. - А жрать ты, дорогой мой, на какие будешь, але?
- Я бы хотел в магазе у Эмиля работать... - одна нить паутины отделилась от потолка и спланировала на кровать, и Коновалов поджег её незаметным движением пальцев. - У него магаз зачётный. Столько херни прикольной, где он её берет только...
Вот уж, действительно, взгляд художника, с грустью подумал я, до вчерашнего перфоманса я и не подозревал, что у Эмиля может присутствовать хоть что-то, цепляющее глаз.
- Я поговорю, но он вряд ли сможет тебе платить, - сказал я вслух. - Только, если за еду...
- Да хоть за еду... Он мне знаете, что написал? - признался Коновалов. - Что за все время в Городе было только два достойных Хранителя, вы и Каннер. И, если я буду продолжать катить на вас баллоны, он кинет меня в заблок.
- Лестно, - несколько растерялся я. - Ну, а ты что?
Коновалов посмотрел мне прямо в глаза, и я невольно тоже поморщился.
Если у Эмиля взгляд был просто ледяным, то у Коновалова он напоминал о древнем болотном духе, тянущем потерявшихся детей прямиком в преисподню. Интересно, каков же он у меня?
- А я сказал, что вы больше похоже на Виталия Валентиновича, так же, как и он, всех юзаете...
- Ну, и что, кинул он тебя в заблок?
- Кинул... - протянул Коновалов.
- И поэтому ты хотел бы работать в его магазине?..
- Угу. Он за базар отвечает, значит, по деньгам тоже не обманет...
- Интересная концепция! - восхитился я. - Конечно, не обманет. Он тебе их просто платить не будет! Все будет по-честному.
- Ну, может быть, хоть портал научит открывать... - Коновалов наклонился к своей сумке и начал доставать из неё вещи и кидать на матрас.
- Так, подожди, а учиться ты как собираешься? Ты компьютер не взял!
- С телефона, - Коновалов, продолжая копаться в сумке, извлек из неё наушники и водрузил их себе на шею. - Ну, и потом, вы ж сказали, по херу...
- Нет, я бы предпочёл, чтобы тебе все же зачли первый год обучения! Ты там на кого учишься?
- Ну, там, это... - он, и я за ним следом, поискал взглядом розетку, она никак не обнаруживалась, и у меня уже закралась неприятная мысль, что предыдущий владелец "однушки" пользовался свечами, но потом объект наших тревог, к счастью, отыскался у входной двери. - По программированию...
- Иисусе! - с чувством произнёс я. - А ты в нем понимаешь?
- Ну, так, чуть-чуть...
- Сделай Эмилю нормальную базу данных! А то он часами вручную все переписывает.
- Ну, может быть, у него почерк красивый... - Коновалов встав с кровати, провел пальцем по стене возле розетки, нащупав в ней едва заметную издали шляпку гвоздя.
- Чего?!
- Ну, некоторые прутся от этого... Конспекты, там, любят писать...
- Я так понимаю, ты к их числу не относишься... Что ты там видешь? - не выдержал я, больше минуты пронаблюдав, что он, словно принюхивается к гвоздю, елозя рукой по его выступающей части.
- Павел Александрович, не отвлекайте, хочу узнать, от чего он скопытился...
- Ну, и от чего же?
- Он не здесь скопытился! - важно пояснил Коновалов.
- Ну, и слава тебе Господи!
- Да, но он отправлял здесь ритуалы...
- Какие ещё ритуалы?!
- Да вроде не страшные, сильных выбросов нет, хотя... Ой! - он вдруг изменился в лице.
- Что случилось?!
- Он тут зверушек...
- Что, мучил?
- Да не особо... Просто... Что-то стремное. Ну, короче, некоторые дохли. Прямо вот здесь... - Коновалов вернулся на кровать. - Я, короче, здесь жить не буду!
- А где ты будешь?
- Не знаю, но я здесь не смогу...
- Ванька, зверушки подыхают вообще пачками!
- Я знаю, но мне по х...! Я тут спать точно не буду...
- А нельзя выкрутасы закончить, а? У меня на троих, скоро на четверых, всего лишь двухкомнатная квартира! У Эмиля малогабаритная однушка!
- Я в Москву поеду... - вяло сказал Коновалов.
- Ты у меня скоро на х... поедешь! - в сердцах произнёс я. - Ничего поручить нельзя!
- Да пошли вы, Павел Александрович! - Коновалов начал швырять вещи обратно в сумку. - Это же его контура, правда? Он тут жил х... знает сколько лет назад? Вы же специально это сделали?..
- Нет.
- Ладно врать-то, Павел Александрович!
- Ты же знаешь, я никогда не вру!
- Да, да, особенно тогда с заклинанием!
- Коновалов, прекрати! - я стукнул кулаком по подоконнику. - Они мне написали, что квартира много лет пустует, не более! Можно вселяться.
- А вы не проверяли? Эмиль же тоже видит историю вещей. И Валька!
- Нет, представь себе... Обсуди меня в чате, хорошо, Иван? Только, пожалуйста, перестань выламываться! Я реально не знаю, к кому можно ещё обратиться...
- А, ну, да, по остаточному принципу... - Коновалов яростно сорвал наушники с шеи.
- Ты хоть знаешь, что это такое?
- Представьте себе, знаю! Вы не разу не обратились, только вот, когда нужно дерьмо подчищать... Когда больше никто не хочет...
- Ну, давай, истерику мне тут устрой! - я подошёл к его кровати. - Постоянно ведёшь себя так, как будто тебе пять лет! Выламываешься, а потом удивляешься, что...
- Что? - его глаза болотного чудища начали высасывали из меня силу, и я поставил заслон.
Видимо, вершина мастерства. В восемнадцать, нехорошо... Я и то был старше.
- Ничего.
- Ну, вы же что-то сейчас сказали!
- Ты прекрасно знаешь, что я сказал, а также то, что я хотел сказать, я не имею склонности закрывать от людей свои мысли, мне скрывать нечего! Хочешь обсудить эту тему? Хорошо, только когда-нибудь потом! Мне воздействовать на тебя, принуждать, писать Отцам донесения? Или можно по-человечески, ну, то есть, как люди, а не как орденские отморозки?..
- Можно, - мрачно сказал Коновалов, изучая свои пальцы с трауром под ногтями.
- Ну, и отлично! Дай пять!
- Только, это... - он поднял руку, потом снова опустил её на колени. - Можно я скажу, Павел Александрович?..
- Да, ради Бога, говори, ну, что ещё случилось?..
- Похоже, они все знают, - он потянулся за пачкой сигарет, но на матрасе не не оказалось, и он заглянул под кровать, не видя, что у меня мороз прошёл по коже. - Ну, то есть, вообще все.