Как пятеро девочек войну в тылу победили

Жила на реке Баргузин одна семья. Хозяин её, Захар Сухордин, был сослан в Сибирь ещё при царской власти. Жил он здесь вольно: ходил на охоту в тайгу, богатую дичью и дикоросами, рыбачил в реке, где было полно рыбы. Как и многие сибирские семьянины, Захар был первоклассным охотником — ведь чтобы прокормить семью, добычи требовалось немало.

Со временем обзавелись собственным подворьем. Жена его — Аксинья, под стать ему, молодая, деловитая и хваткая. Детей нарожали пятерых. Да вот досада — одни девочки! А Захару так нужен был помощник: и на охоте, и на покосе, и по хозяйству. А тут одни женщины в доме — какая из них, казалось бы, опора?

Хотя Захар был хозяином хоть куда. И дом у него был крепкий, добротный, гордо глядел своими семью окнами на улицу, и земли у них было вдосталь, чтобы вырастить богатый урожай овощей и ягод. И коровы в хлеву мычали, и поросята хрюкали, и курятник был полон кур, и петух каждое утро звонко будил всю семью. А семья уж трудилась в полную силу: овощи растили, сено косили, в тайгу за грибами и ягодами ходили. Захар был хорошим охотником - пушнины добывал немало. Семья жила зажиточно, как многие сибирские семьи. Всё шло своим чередом.

А тут и счастье привалило: родился долгожданный мальчик, и стал шестым ребёнком в семье! Обрадовался отец, не знал, как свою жену Аксинью благодарить и как ей угодить. «Пойду на охоту. Если поймаю соболя — будет жене богатый воротник!» Баргузинский соболь славился своим роскошным мехом не только в нашей стране, но и за рубежом. Лондонские и парижские модницы пленяли своих фаворитов роскошным мехом своих шуб из сибирской тайги на подиумах всего мира. Поэтому промысел соболя — самая ценная из всей добычи охотника.

Ушёл Захар в тайгу, да и пропал. День прошёл — нет его, другой прошёл — нет, неделя кончилась — нет его. Отправились охотники в тайгу искать его, да так и не нашли. В какой-то из дней прибежала его собака. Пытались по её следу найти, но всё бесполезно. Решили, что Захар упал с моста в одну из бурных рек тайги, а может, убили его бандиты, позарившись на пушнину.

Осталась Аксинья одна с шестью детьми: все девочки, один мальчик. Но не пропали! Дети, как муравьи: куда ни пошли — всё сделают. И сено косили, и дрова заготовляли, и даже рыбачили. Выросли все! Девчата хоть куда: кровь с молоком, крепкие, здоровые, косы чёрные, тяжёлые, щёчки румяные. Юные пареньки стали заглядываться на них. Да когда им дружить? Работать надо.

Самому младшему, Ваньке, исполнилось 17 лет. Всё хорошо! Всё хорошо, жить бы да радоваться... А тут война началась. И ушёл на фронт юный, тонкий как тростинка, безусый, с пушком на пухлых губах, Ваня, вместе со всеми земляками. Остались в селе одни бабы — и на заводе, и на хозяйстве. И сено косили, и на рыбалку ходили.

В селе заработал рыбзавод, так как консервы нужны были на фронте. И там — одни бабы, даже на путине работали одни бабы.

Самая старшая из дочерей в семье Захара была Дарья. Вот она и стала командиром своего девичьего полка. Со своей младшей сестрой Таней они работали на рыбзаводе. Третья сестра, Мария, работала на ферме. Две младших, Надя и Панночка, работали на поле, хотя по возрасту им было только 13 и 14 лет.

Надо было дома работать по хозяйству: косить сено для коров, заготавливать припасы к зиме, сажать и ухаживать за овощами, доить коров, кормить поросят и кур, выгонять и пасти телят и коров. Хлеба в семье не хватало, хлебные пайки были маленькие. Но картошки, и капусты, и других овощей было достаточно — семья не голодала.

Дарья даст команду — «Дрова заготовлять!» — тут уж все с пилами, топорами в лес отправляются. А Баргузинская тайга богата и лесом, и ягодами, и грибами, и пушниной. А уж какая брусника росла прямо под ногами — подошвы сапог краснели от сока ягод! А голубика? Ну синие плантации развелись под небом голубым в зелёном обрамлении кустарника.

Девчата не ленились, набирали полные бочки ягод: брусники, голубики, жимолости. Варенье не варили — не было сахара, но мочёные ягоды к обеду всегда были. Вот тебе и десерт, и витамины.

А работали девчата как волы! Толстые стволы сосен, елей, лиственниц сначала валили на землю, потом расчищали от сучьев, потом распиливали на чурки и складывали на сани. Сразу всё вывести не могли — приходилось зимой ездить несколько раз.

Председатель Хромой Фёдор, освободившись от войны после ранения, жалел многодетную семью Аксиньи, всегда давал лошадь, но наказывал: «Коня после работы напоить, накормить, насухо обтереть! И за время использования коня полмешка овса на конюшню отдать. Если нет овса — купить у завхоза и отдать. А как иначе? Чем кормить скотину?»

Ямщиком была Дарья. Она и возы дров из лесу привозила, и лошадь распрягала, и запрягала, и кормила, и поила. У них дровяник всегда был полон дров.

А летом другая работа — всей бригадой отправлялись на покос. Сначала траву литовками косили. Как всегда, ведущая была Дарья, рядом с ней стояли Татьяна и Мария. Три ряда валков зелёной травы ложились из-под литовок трёх сестёр. Затем сушили траву, гребли в валки, потом в копёшки, а дальше из них стога метали. Красота неимоверная, когда на зелёном лугу выстраивались несколько рядов стогов сена! Душа радовалась у девчат — будет чем кормить бурёнок и телят.

Самым трудным было добывать корм для кур. Но и тут справлялись: сушили крапиву, лебеду, привозили речной песок, опилки и добавляли в толчёную картошку. Картошки, репы, капусты, свёклы и других овощей сажали много, чтобы кормиться самим и кормить животных.

Целыми днями работают девчата — и в ясные дни, и в непогоду. Ну а вечером, когда скотина в хлев загнана, накормлена, напоена, подоена, у них начинался пир! Мать доставала большой чугун тушёного мяса с картошкой и водружала на стол. Большие куски мяса томились с картошкой и приправами в чугуне в русской печи целый день. И вечером, когда девчата садились за большой стол после тяжёлой работы, вкуснее этого блюда ничего не было! Ну а ещё на столе были солёные грибы, квашеная капуста, пареная репа, мочёные ягоды на десерт, чай с молоком, квас, а иногда ещё и сметана. Хлеба не было — да и не надо, всего было полно. Такой был обед и одновременно ужин у семьи, который девчата сами зарабатывали своим трудом.

Но и горе, и неудачи тоже не обходили семью. Пришло сообщение о гибели Ваньки, самого младшего из семьи, радости и солнышка отца и матери. Аксинья поплакала- поплакала — да что делать, надо жить дальше.

Рыбзавод, где работали Дарья и Татьяна, готовил консервы на фронт. А ходили на путину одни женщины — тянули невод, обрабатывали улов, укладывали в банки, отправляли на подводах в район.

Однажды пришла тонь, невод с рыбой, с непомерно большим уловом — никогда ещё такого улова не было! Председатель согнал всех женщин на выручку. Работали в три смены, сил не хватало, спали прямо в цехе у сточных канав. Таня, отработав две смены, ушла с подружкой домой, чтобы немножко отдохнуть и поспать — не в силах больше работать. Но бригадир разъярился: никому нельзя было уходить с авральной работы! Их уход был воспринят как дезертирство, и судили их строгим судом, и посадили в тюрьму. Какое-то время они пробыли за решёткой.

Но тут кончилась война, была провозглашена амнистия, и их, слава Богу, освободили. Уж сколько было радости в семье — не описать! В стране наступил Великий праздник — День Победы, день мира, счастья и слёз, так как домой вернулись совсем немногие. Люди радовались миру и оплакивали погибших. И опять вся работа в селе легла на плечи женщин: и на поле, и на заводе, и на лесозаготовках. Но жизнь продолжалась.

В селе открылся клуб, где по вечерам показывали кино, проходили вечеринки и танцы. Вышла замуж Дарья, старшая из сестёр. Хороший парень ей достался — и крепкий, и весёлый, и домовитый, и работяга, хоть войной и покалеченный: одна нога на протезе. Но тогда таких было много.

Вышла замуж и Татьяна. Парень пришёл с войны после победы над Японией — гармонист, весельчак. А в ту пору гармонисты ой как нужны были! На всех праздниках, и на гулянках, и на свадьбах. А Георгий — молодой, кудрявый, весёлый, всем хорош, кроме того, что гармонист. Полюбили его сразу две зазнобы...

Вот и пришлось Тане делить мужа с другой девушкой. В одной семье у Георгия родился сын и дочь, а в другой семье родились две дочери. Но как тут быть? Пришлось Георгию делать трудный выбор: одну семью оставить и уехать с другой.

И уехал он с Татьяной далеко на север, в Читинскую область, где у них появилось ещё четверо детей — все мальчики. С шестерыми детьми Татьяна и Георгий вернулись на свою родину, в Бурятию. Тут они купили дом, вырастили и дали образование всем шестерым детям.

Старшая дочь стала педагогом, вторая дочь - медиком, третий сын - военным. Остальные дети овладели рабочими профессиями. Дети всех пяти сестёр из Баргузина получили профессии и стали настоящими гражданами своей страны.

Жизнь пяти сестёр стала примером стойкости, мужества, терпения и трудолюбия для нашей семьи. А мы, дети, помним и почитаем трудовую историю нашей семьи, а вместе с ней и нашей славной страны.

Наша мама, Татьяна, прожила в добром здравии 92 года, никогда не унывала и не печалилась. Она рассказывала много историй о своей жизни внукам, которые внимательно слушали и просили рассказать ещё. Очень уж интересными и диковинными для внуков казались её истории.

(Автор: Светлана, старшая дочь Георгия и Татьяны)