За речонкой Каланчёвка

Было тихо - тихо на лесной опушке, которая подходила, упиралась в правый берег речонки Каланчёвки.
Речонка Каланчёвка медленно, плавными поворотами из стороны в сторону, изгибами струилась по лесу, несла свои воды к старшей сестре Пекше. Камыши у пологих берегов порыжели, засохли, засохла островками осока. 
От правого берега тропинка вела в облетевший березняк, сворачивала в золотистый сосняк. Береговые дубы стоящие порознь тоже были с желтеющими кронами, с чёрными стволами и корявыми сучьями. Как в жёлтых платочках были мелкие берёзки, сквозь редкий строй облетевших ольх. 
Как весело, радостно смотрелась береговая ветвистая берёза с тёмными веснушками на стволе и ещё не облетевшими золотистыми листьями. Рядом рослые ольхи светились багрянцем, а ивняки отсвечивали жёлтым светом.
Кряковая утка вдруг поднялась из камышей, полетела над руслом, потом развернулась и медленно стала приближаться к зеркальной заводи. Просвистел крыльями селезень, шлёпнулся в омут, поплыл по течению вниз, к утке.
Громкое" кря-кря-кря!" утки, раздавшейся в тишине, застигло его врасплох. Селезень ударил крыльями по воде, взлетел, полетел в сторону болота.
А вот и хорёк пожаловал в гости. Сходу попил и прыжками добрался до ольховника и был таков. А вот мелкие следы ёжика, на песке отпечатались следы сохатого.
За речонкой Каланчёвкой, с топкого Кудякина болота доносились трубные, тревогой наполняющие душу крики отлетающих журавлей. Слабо пахло брусникой, её перебивал острый запах багульника, прели. Клюквы на болоте было мало, только по краям, середина совсем пустая.
В золотистом сосняке стояла глубокая, гулкая тишина, только слышался резкий покрик клеста:" Цок...цок...цок...". недалеко от просеки вертелись, как игрушечные желтоголовые корольки на стволах старцев- дубов. 
Погрустнели по краям старой порубки стройные осины, на земле сплошные лохмотья почерневшей листвы лежат.
Дятел - пёстрый рассыпал свою барабанную дробь. Молодые сороки застрекотали ещё громче, снялись, замахали чёрно - белыми крыльями и полетели в сторону молчаливого ручья. Я остановился: что - то очень похожее на лешего предстало перед моими глазами. Нет, нет, не леший- сосновый выворотень со множеством корней. 
Прошло пять минут таинственной тишины, и над порубкой показался ястреб - тетеревятник, сделав полный круг, высматривал добычу.