Папа всегда читал

Сколько себя помню, папа всегда читал.
Не могу даже представить его без книги. Казалось, он умудрялся находить время для чтения где угодно и при любых обстоятельствах. Книга была для него чем-то совершенно естественным, неотъемлемой частью повседневной жизни.
При этом папа никогда не пытался специально привить мне любовь к литературе.
Он не составлял списков обязательного чтения, не объяснял, какие писатели заслуживают внимания, и не усаживал меня рядом, чтобы обсудить прочитанную главу.
Он просто читал.
А я смотрела.
И, как оказалось, этого было вполне достаточно.
Меня интересовало всё, что связано с его книгами. Я рассматривала обложки, читала названия, заглядывала в аннотации. Постепенно научилась понимать, что передо мной: детектив, приключенческий роман или что-то совсем другое.
Мне нравилось само ощущение, что за каждой обложкой скрывается отдельная история. Стоит открыть книгу — и ты уже не совсем там, где находилась минуту назад.
Наверное, именно так и зарождалась моя любовь к чтению.
Не через наставления и поучения, а через простое детское любопытство.
И через папин пример.
Я не помню, какую именно книгу первой прочитала самостоятельно. Зато прекрасно помню один роман, который в моём детском понимании был уже совершенно взрослой литературой.
«Княжна Джаваха» Лидии Чарской.
Эта книгу мне подарила бабушка Тоня.
И была она необычной.
Дело даже не в самой истории, хотя роман мне очень нравился. Книга была напечатана старой русской орфографией, ещё дореволюционной, с буквами, которых в современном алфавите уже нет.
Я помню твёрдые знаки в конце слов. Помню необычную букву «ять» — ;, которая в современном русском алфавите уступила место привычной «е». И хотя написание казалось непривычным, читать мне было удивительно легко.
Для меня это было чем-то удивительным.
Открываешь книгу, а там вроде бы знакомый русский язык, только выглядит он совсем иначе. Слова словно пришли из другого времени.
И ведь я могла их читать!
Более того, мне это нравилось.
Непривычные буквы совершенно не мешали погружаться в историю. Возможно, даже наоборот — делали чтение ещё интереснее. В руках у меня была не просто книга, а маленький кусочек прошлого.
Сейчас, вспоминая её, я понимаю, насколько это было необычно. Ребёнок, который ещё только открывает для себя мир литературы, с увлечением читает старинное издание, напечатанное по правилам языка, давно вышедшим из употребления.
Но тогда я не задумывалась об этом.
Мне просто было интересно.
И я читала.
Книги вообще обладают удивительной способностью оставаться с нами на всю жизнь. Мы можем забыть отдельные события, разговоры и даже лица, но иногда достаточно услышать название когда-то любимого романа — и память мгновенно возвращает нас на много лет назад.
Вот и «Княжна Джаваха» до сих пор живёт в моей памяти.
Хотя самой книги больше нет.
Она сгорела в Мариуполе.
Вместе со многими другими вещами, которые когда-то составляли привычный, осязаемый мир моей прошлой жизни.
Есть особенная грусть в потере старых книг.
Ведь такую книгу нельзя просто заменить новым экземпляром, даже если удастся найти то же произведение. Можно снова прочитать роман, купить красивое издание, поставить его на полку.
Но это будет уже другая книга.
Не та, которую когда-то подарила мне бабушка Тоня.
Не та, чьи страницы я рассматривала в детстве, пытаясь разобраться в непривычных буквах.
Не та, которую держала в руках маленькая девочка, ещё не подозревавшая, сколько книг ей предстоит прочитать и сколько всего изменится в её жизни.
Та книга осталась только в воспоминаниях.
Но, может быть, именно поэтому я так отчётливо помню её необычный алфавит.
И саму бабушку Тоню, от которой она мне досталась.
А ещё папу, который всегда читал.
Думаю, он даже не представлял, какое влияние на меня оказывала эта его привычка. Для него чтение было просто любимым занятием. Для меня же постепенно стало дверью в огромный мир, где можно прожить тысячи чужих жизней, побывать в других странах и эпохах, встретить людей, которых никогда не существовало, и всё равно помнить их так, словно они были настоящими.
Со временем у меня появились собственные любимые авторы, книги и целые миры, в которые хотелось возвращаться.
И любовь к чтению осталась со мной.
Иногда мне кажется забавным, что для этого папе даже не пришлось ничего делать.
Ни одной воспитательной беседы.
Никаких уговоров.
Никаких обязательных списков литературы.
Он просто открывал книгу и начинал читать.
А я однажды последовала его примеру.
И до сих пор не могу остановиться.