Если бы мне кто-то сказал...

Иногда я думаю о том, что сказала бы самой себе двадцать пять лет назад. Той девчонке из Мариуполя, которая слушала любимую музыку, мечтала о путешествиях и даже представить не могла, сколько всего однажды произойдёт в её жизни.
Наверное, сначала я бы рассказала ей о городах. О Париже, по улицам которого она будет гулять. О Флоренции, где однажды окажется перед творениями великих мастеров. О Барселоне, которая подарит ей столько впечатлений. О том, что она переедет в другую страну и увидит места, которые прежде знала только по книгам и фильмам.
И обязательно рассказала бы о Твин Пиксе. О том, что однажды она окажется возле того самого водопада, который когда-то видела на экране телевизора.
Думаю, она бы слушала меня с огромными глазами. Но стоило бы мне заговорить о концертах, как она наверняка решила бы, что я всё выдумываю.
Потому что как объяснить девчонке, которая слушает любимые песни у себя дома, что однажды она будет стоять посреди огромного стадиона и петь их вместе с тысячами совершенно незнакомых людей? Что она услышит Metallica вживую. Не через динамики магнитофона. Не по радио. А прямо перед собой.
Я до сих пор помню то невероятное ощущение, когда начинаются первые аккорды и весь стадион словно оживает. А потом наступает момент, который невозможно забыть. Nothing Else Matters.
Джеймс Хэтфилд перестаёт петь, музыка продолжает звучать, и тысячи голосов подхватывают знакомую мелодию. И я, разумеется, пою вместе со всеми. Хотя слово «пою» здесь, пожалуй, не совсем подходит. Я ору! Во весь голос, совершенно не заботясь о том, что от него останется к концу вечера.
Впрочем, на концертах у меня всегда так. Неважно, кто выступает и сколько песен прозвучит. Если я пришла слушать любимую группу, то обязательно буду петь вместе с ней. А точнее — орать. И непременно сорву голос. Можно сказать, это уже моя маленькая концертная традиция.
Но разве можно молчать, когда вокруг тебя тысячи людей поют Nothing Else Matters? Когда все эти совершенно незнакомые люди вдруг становятся частью одного огромного хора? В такие минуты не думаешь о том, как будешь разговаривать завтра. Ты просто счастлива.
А ещё было 50-летие Scorpions. Группы, чьи песни сопровождали столько лет моей жизни. Был концерт Evanescence — подарок на день рождения. И голос Эми Ли. Голос, который невозможно спутать ни с каким другим. Сильный, пронзительный, способный за несколько секунд вызвать целую бурю эмоций.
И, конечно, Guns N’ Roses. Те самые Guns N’ Roses, чья November Rain когда-то неожиданно ворвалась в один жаркий вечер моего детства. Я до сих пор помню балкон в Мариуполе. Солнце, медленно опускающееся за крыши домов. Ожидание грозы. И музыку, которую кто-то очень громко включил в соседнем доме.
Кто бы мог подумать, что спустя годы я услышу эту песню уже на настоящем концерте? Иногда жизнь умеет удивлять так, что даже спустя много времени ты продолжаешь мысленно возвращаться к произошедшему и спрашивать себя: неужели это действительно было со мной?
Я думаю о той девочке, которая когда-то мечтала о большом мире. Мне хочется рассказать ей обо всём. О путешествиях. О концертах. О людях, которых она встретит. О моментах, когда будет смеяться от счастья, плакать от переполняющих эмоций и не верить собственным глазам.
Но, наверное, я бы не стала раскрывать ей все подробности. Пусть сама проживёт эти мгновения. Пусть впервые услышит, как целый стадион поёт Nothing Else Matters. Пусть почувствует, как от первых аккордов любимой песни по коже бегут мурашки. Пусть сорвёт голос, подпевая любимым музыкантам, и на следующий день с улыбкой вспомнит, ради чего всё это было.
И пусть однажды, возвращаясь домой после очередного концерта, поймает себя на мысли, что ещё совсем недавно всё это казалось совершенно невозможным.
А если бы мне всё-таки удалось встретиться с той девчонкой из Мариуполя, я бы просто улыбнулась и сказала: «Ты даже не представляешь, сколько всего тебя ждёт». И, пожалуй, добавила бы: «И да. Ты действительно там будешь. Только голос побереги!»
Хотя кого я обманываю…