Музыка по наследству...

Некоторые вещи передаются по наследству совершенно неожиданным образом. В нашей семье такой вещью стала музыка. И главным виновником был мой папа.
Именно благодаря ему я познакомилась с Modern Talking, C. C. Catch, Al Bano & Romina Power, Europe и многими другими исполнителями, которых продолжаю слушать до сих пор.
У папы были кассеты с любимыми песнями, и музыка постоянно звучала дома. Я росла среди этих мелодий, постепенно запоминала их и начинала любить ничуть не меньше, чем он. Особое место занимали Modern Talking.
Тогда я ещё не задумывалась, почему одни песни забываются почти сразу, а другие остаются с тобой на всю жизнь. Просто слушала, подпевала и радовалась, когда снова звучала знакомая мелодия.
А ещё я помню одну настоящую детскую трагедию. У нас была кассета с песнями Al Bano & Romina Power. И однажды магнитофон её зажевал. Безжалостно.
Только что всё было прекрасно: любимые песни, музыка, хорошее настроение. И вдруг — что-то пошло не так. Магнитофон решил, что кассета ему нужнее. И сожрал её.
Я плакала. Причём совершенно искренне, от всего сердца. Ведь для меня это была не просто магнитная лента в пластмассовой коробочке. Это были любимые песни, которые теперь невозможно было послушать.
В те времена нельзя было открыть Spotify, найти нужный альбом и через несколько секунд снова услышать знакомую мелодию. Музыка жила на кассетах. И если с кассетой что-то случалось, это действительно становилось бедой.
А ещё была Europe. И, конечно, The Final Countdown. Стоило зазвучать первым аккордам, как хотелось немедленно сделать погромче.
Удивительно, сколько лет прошло, а эти песни по-прежнему со мной. Я могу слушать совершенно разную музыку. Открывать новых исполнителей, влюбляться в новые голоса, находить песни, которые неожиданно становятся частью моей жизни.
Но стоит зазвучать Modern Talking или C. C. Catch — и я снова вспоминаю детство. Папины кассеты. Наш дом. Магнитофон, с которым, как выяснилось, следовало быть осторожнее. И те годы, когда музыка была чем-то гораздо большим, чем просто фоном.
А потом произошло то, о чём маленькая Оля, слушавшая Modern Talking, даже мечтать не могла. Мы пошли на концерт Томаса Андерса. Все вместе. Карен, Кай и я.
Причём Кай к тому времени уже прекрасно знал Modern Talking. Многие песни были ему знакомы, и он вовсе не собирался стоять рядом с нами, скучая под музыку родительской молодости. Эта музыка уже была и его музыкой тоже.
Я смотрела на сцену и слушала песни, которые знала с детства. Те самые, которые когда-то звучали дома благодаря папе. И теперь они звучали вживую. Передо мной стоял человек, чей голос сопровождал столько лет моей жизни.
А рядом были Карен и Кай. Мы узнавали знакомые мелодии, подпевали и радовались возможности услышать любимые песни на настоящем концерте.
И в какой-то момент я подумала о папе. Ведь именно с него всё началось. Когда-то он включал кассеты Modern Talking, а маленькая Оля слушала их вместе с ним.
Прошли годы. У маленькой Оли появился собственный сын. И теперь этот сын тоже знал песни Modern Talking. Три поколения одной семьи оказались связаны одной и той же музыкой.
И самое замечательное — никто специально этого не планировал. Папа просто слушал то, что любил. Я полюбила эту музыку вслед за ним. А потом она каким-то совершенно естественным образом вошла и в жизнь Кая.
Наверное, это и есть одно из самых прекрасных наследств, которые родители могут оставить своим детям. Не обязательно что-то дорогое. Не обязательно что-то, что можно положить в коробку и бережно хранить на полке.
Иногда достаточно одной песни. Чтобы спустя десятилетия услышать знакомые первые ноты, улыбнуться и снова почувствовать себя маленькой девочкой, которая слушает музыку вместе с папой. А потом обернуться и увидеть рядом собственного сына, который тоже знает эту песню.
И, конечно, мысленно проверить, не собирается ли магнитофон снова сожрать кассету.