Шатун Гл. 53. Договорились

«Я знал, что он откажется, Валентин Иванович, – Скворцов сделал вид, что не услышал этих слов, сказанных участковым, сидел в машине, прикрыв глаза. А старший лейтенант этого и не заметил, смотрел в лобовое стекло на освещенную фарами лесную дорогу. По которой они сейчас возвращались от лесника в свой поселок, и продолжал рассуждать. – Старик, ему оказывается всего шестьдесят восемь лет, а не семьдесят с чем-то, как я думал. Ну и понятно, всю свою жизнь работал здесь лесником, за копейки».

«Сначала лесником, а потом его назначили лесничим, а лесником назначили его жену. Они-то живут не в населенном пункте, а в лесу, кем ей там работать еще? А в те времена с этим же было строго, – начал рассказывать Скворцов, – три месяца не работаешь, значит, тунеядствуешь, что законом наказывалось».

«А в чем разница-то в этих профессиях?» – интересуется участковый.

«А в том, что лесничий – это уже как руководитель, считается. Он отвечает за все работы, которые проводятся на его участке, ну, по ухаживанию за лесом, там, за противопожарные работы, за вырубку деревьев, за охрану от браконьеров и т.д., и т.п.».

«Не подумал, что у деда есть высшее образование».

«Нет, он даже среднего образования не имеет. После семи классов он пошел к отцу помощником лесника работать. Тот с войны пришел инвалидом, тяжело ему было. А у лесника какая задача, это патрулировать лес, заниматься посадками саженцев, следить за противопожарной безопасностью, защищать животных от браконьеров, от рубщиков леса, и так далее. Это рабочие руки лесничего, так сказать.

Отец его недолго прожил, и остался Онуфрий Емельянович один. Когда хоронил отца, ему в селе приглянулась Екатерина. Она работала в колхозе счетоводом, хотела поступать в техникум, чтобы выучиться на бухгалтера. Но, здесь, как говорится, их сердца и встретились. Любовь, женились, и она уехала с села к нему жить в лес. Она грамотно вела всю документацию, ее приняли работать лесником, а Онуфрия Емельяновича назначили лесничим. А сейчас, один работает. Когда много дел, к нему кого-то дают в помощь. На пенсию не хочет уходить. А его и не гонят.

Так, товарищ старший лейтенант. А вот я, смотрите, рабочий, а у меня за плечами высшее образование по гражданскому строительству. И мастером до этого работал, и прорабом. А когда наше строительное управление закрыли, я устроился работать слесарем в «Газпром». А куда деваться, у меня трое сыновей, которых надо и одеть, и обуть, и накормить. Вот и работаю на вахте, месяц там, два месяца дома отдыхаю. Тоска без дела сидеть, вот и подрабатывал, то в магазине Щебетова грузчиком, то мясником, то занимался отстрелом медведей, волков, лосей, и не только в нашем районе, а по всей области. И не сам нанимаюсь, а меня нанимают, те, у кого лицензия есть».

«А, да-да, это знаю, Валентин Иванович, поэтому и повез вас к деду, чтобы вы послушали его мнение, советы насчет медвежьих следов. Он все-таки профи. Я же поднял вопрос у своего вышестоящего руководства, что, медведь-шатун приходит в наш поселок, нужно его убить. И дали разрешение на его отстрел, а у нас в отделении, молодежь, опыта еще такого, как у вас, нет. Поможете мне?»

«Давайте попробую, но, мне нужен помощник моего уровня, типа Щуплого. Его отпустили? Ну, это Шумнов Семен Олегович».

«А, помню, помню. Да его и не трогали, оштрафовали только, что без разрешения в лесу с ружьем лазает. А Шумнова за что наказывать-то? В медведя не стрелял, его убил другой медведь, так что у нас вопросов к Семену Олеговичу не было. Рад, что поможете», – полицейский пожал руку Скворцову.