Шатун Гл. 55. Лицензия закрыта

Несколько знакомых охотников, согласившихся войти в отстрелочную бригаду шатуна, пообещали подумать «до завтра». Только вот это «завтра» растянулось на три дня, потом, на четыре-пять. На его звонки они не отвечали. Несколько попыток Валентина самому пойти на поиск берлоги, участковый пресекал.

Пятого января приехал на помощь ему лесник из соседнего заказника, с собакой. Профессионал-медвежатник. В течение двух дней они с Валентином нашли берлогу, именно в том районе, в котором Скворцов и думал, что она находится.

Единственную возможность для спасения, которую лесник дал медведю – это выскочить наружу из берлоги и уйти, была скоротечной. Он его тут же убил, чего так не хотел делать Валентин. И потому, что он верил, что душа Олега, лежавшего сейчас в летаргическом сне, могла переселиться в этого медведя, и теперь ей не вернутся в свое родное тело назад. А когда приступили к замерам лап, роста медведя, успокоился, это не Сиволапый, нет у него светлой плешины на задней лапе, да и размер натоптыша с передней лапы, сантиметра на четыре-пять уже.

И с легкой душою Валентин закрыл лицензию на отстрел медведя.

Проводив лесника, Скворцов зашел в магазин Щебетовых, не глядя на приклеенную к двери бумажку с сообщением «На учете», зашел внутрь.

«У нас закрыто!» – У Анны, жены Щебетова, заведующей этим магазином, голос был звучным. Она стояла к нему спиной, ведя записи в журнале. Лева, ее зять, узнав Валентина, поздоровался с ним.

«А-а, ты, Валентин, – полуобернувшись к нему, Анна продолжала писать, – скоро я освобожусь, новый товар получаем.

«Как у Олега дела?» – Спросил он у Льва.

«Спит, ворочаем его через какое-то время, чтобы пролежней не было. Лизка, жена моя, ему вводит еду через трубочку. Сейчас она дежурит. Говорят, вы того медведя убили?»

Валентин кивнул головой, с участковым они договорились, пока, не разглашать людям информацию, что не того медведя убили. Хотя, это спорный вопрос, разница в ширине лапы на четыре-пять сантиметров, это еще не доказательство. Под тонким слоем свежего снега была ледяная корка. Когда убрали слой снега, то на льду были отпечатки лап медвежьих. Это говорило о том, что он гулял недавно, в конце декабря была оттепель.

Сметая снег в местах, где проглядывались узкие ямки от лап животного, не полностью покрытые утренним снегом, они подтвердили, что это медвежьи следы. И лесник согласился с тем, что он именно и был шатуном. Но, Валентин сомневался.
«Что, Валя, поздравляю с добычей, – подошла к Скворцову Анна и приобняла его. – Я готова принять твою добычу. Только если можно, сними с него шкуру сам, а то наш мясник, обжог руку в бане. А нам привезли рыбу сейчас, соленую, вяленую, копченую. Там и щука, и язь, и окунь, и чебак. Ой, как Олежка ее любил. Зять говорит, тетя Аня, а вы положите копченую рыбу рядом с ним, с Олегом, унюхает, проснется. Вот шутник, а. А может, так и сделаю, а, Валентин? Когда мишку привезешь? Завтра утром, только, чтобы все чики-чики».

«Коммерсантка, – садясь в машину, подумал Валентин о жене Олега Щебетова, – настоящая коммерсантка, она и без тебя, Олежка, не хуже с торговлей справляется. Как ты там? Ох, сколько и наговорили-то о тебе. Не верю, нет, не верю, что ты такой-сякой, преувеличивают, им лишь бы дела сочинять».

Месяц улыбается, усевшись на сосну, наверное, спрашивает, куда едешь, Валентин? Новый год на земле, отдыхай, катайся на санях, а ты все в делах.

«В делах, в делах, а ведь сегодня же Рождество!»

Впереди ехавший бензовоз, резко тормознул, цистерну повело вправо, и машина остановилась, перекрыв дорогу. Валентин остановившись у кабины машины, поинтересовался у водителя, жив ли, что случилось.

«Медведь дорогу перешел, чуть не раздавил его», – ответил тот.

«Куда шел он?»

«А из леса в поселок».

«К кому ж ты мишка-Олежка в гости собрался?» – Смотря в кромешную темноту, подумал Валентин, и, найдя на мобильном телефоне номер участкового, позвонил ему. Тот не отвечал.

А Валентин и не знал, что делать дальше. Да и понятно почему. Чтобы узнать, куда мог уйти медведь, нужно осмотреть по кругу весь тот участок. А он огромный, это территория бывшего открытого склад леспромхоза. Сюда свозили срубленные деревья и укладывали их друг на друга штабелями. Каждый из трех или четырех штабелей был высотою на десять-пятнадцать метров, и тянулся в длину на сотни метров. Плюс там везде стояли, какие-нибудь строения цехов для распилки древесины на доски, на круглые бревна, на измельчение древесных отходов. Всего и не перечислишь. Умер леспромхоз, стала заброшенной та вся его территория, травой и быльем поросла вместе с дорогами. Так что и не глянешь теперь, куда шатун направился. Да и не догадаешься.

Кроме этого, этот край поселка состоит из частного жилья с огородами. Косолапого они всегда интересовали, особенно мусорники, устроенные жильцами за своими огородами на пустыре, заросшем кустарником и деревьями. И все из-за лени, чтобы не вывозить скопившийся у себя мусор за поселок. А среди него не только сорняк, солома с ботвой от овощных культур, а и съестные отходы, которые всегда притягивали к себе диких животных. Не только мелких, а и более крупных, волков, кабанов, медведей.