17. Треня

Традиционно неделя началась рано. Его команда всё ещё не в полном составе стояла на бортике. Ян всегда радовался этому моменту. Его дети — все как на подбор, статные, стройные. Кому;то уже исполнилось пятнадцать.

Он иногда вспоминал себя: вот так же стояли утром у бассейна, и никто не решался нырнуть в холодную воду.

Эти ребята тоже сбились в кучку, будто пытались согреться. Когда он зашёл, они наперебой поприветствовали его.

— Доброе утро, ребята! Сегодня короткая тренировка: завтрак, четыре урока, второй завтрак, дневная тренировка. Потом обед, отдых и вечерка. Но завтра с утра все спят — утреннюю отменили. Всем понятно?

— А почему? — хором спросили несколько ребят. — Скоро же отборочные…

— Завтра большой педсовет у тренеров. Сухую сделаете на плацу, если кто желает. Так, всё. Плывём: разминка — 200 м комплекс, 200 м ноги кролем, 200 м брасс на спине, 400 м сцепление. Далее в режиме 2:40 — десять по 200 м вольным стилем, пульс 25–26. Потом 1500 м руки кролем в лопатках. Потом упражнения кролем — 500 м. Самостоятельно. В дневник фиксируем время двухсоток и обязательно — пульс. Стикер с заданием на тумбочке. Вопросы есть?

Пока Ян приклеивал стикер, Арсений спросил:

— Ян Савельевич, а дневная и вечерка — по сколько?

— Днём — четыре, вечером — пять. Но у вас сегодня большое ОФП. Так что не шататься нигде. Отдыхать как положено. Всё, всем в воду, поехали!

Когда все уплыли, Ян надел свои стрелковые наушники и встал на бортик у стеклянной стены, которая отделяла бассейн от улицы. Наушники ему вручил давно его шеф из вышки, когда уходил с поста главного тренера сборной. Эту реликвию он сохранил. А теперь она щадила его слух.

Наблюдая за ребятами, он не переставал думать о том, что система построена и работает, но её лишат самостоятельного источника дохода, начнут лимитировать финансирование — так же, как и у коллег в других спортшколах. Стипендий, скорее всего, не будет. Сократят сервисный штат. Кто же станет у них директором? Понятно, что сеть раздербанят, стариков поувольняют, своих людей пришлют. Зарплаты урежут. Либо навяжут допы. Что их ждёт? Опыт коллег подсказывал, что ничего хорошего, если его подозрения станут явью.

Сегодня нужно обсудить всё с Феей. Зарплату должны на этой неделе выдать уже по новой ведомости. Но договора с новыми никто ещё не подписал.

В голове эти мысли текли без суеты. Но тревога оставалась. Все тренеры ШИСП прошли жёсткую школу подготовки: лишения терпеть — не проблема. Но у всех семьи, свои дети. По отрасли, во всём «Олимпе», зарплаты были весьма конкурентными. Жильё, питание, форма — за счёт ШИСП. Попасть с улицы или по блату было нереально: минимум восемь лет в системе плюс год;два стажировки. На любом этапе можно было вылететь. Коллеги сильно завидовали, но в основном с пониманием. И сейчас всё это благополучие потихоньку сливали.

Педсовет, потом в пятницу назначен заключительный судебный процесс. Но раз педсовет сейчас, зарплаты от новых «хозяев» — сейчас, а суд в пятницу, значит, шансов у шефа нет.

Ребята доплывали серию. Ян машинально отсекал время на хронометре. Сбоев не было. Но, наблюдая за Алёной, он заметил излишнюю гиперемию на её спине и плечах.

— Какой пульс? — окликнул он, сняв наушник и указательным пальцем выделив Алёну.

— Двадцать восемь, — сдерживая тяжёлое дыхание, ответила она.

— Перейди в конец, закупайся сотней. Потом продолжишь полторашку и упражнения. После тренировки — в медпункт.

«Зарвалась. За пацанами прёт, зараза. Дай бог, чтоб это было то, что я думаю», — размышлял Ян и стал внимательнее следить за ней.

Вечером Ян со своими сомнениями сидел перед Феей в её подвале. Они пили чай. Ян порывисто излагал свои мысли. Его редкая открытая эмоциональность не мешала ему стройно поведать свои переживания. Кроме того, параллельно Ян вспоминал Алёну. И дополнительная тревога о её здоровье усиливала обычно скупую жестикуляцию.

Фея внимательно выслушала его. Подошла к невысокому шкафу и вынула из;за стеклянной двери книгу в кожаном переплёте. Ян узнал его. Это Кодекс ШИСП «Олимп». Он видел такой в кабинете Асмета, но очень давно.

— Тебе стоит его прочесть. Ты всё знаешь из того, что тут написано. Но некоторые вещи тебе придадут уверенности. И я хочу обратить твоё внимание на третий раздел. Там описана сила, которой боятся те, кто пришёл убить «Олимп». Возьми её с собой. Освежишь память перед сном. А сейчас ты проводишь меня.

Они вышли из архива и направились к жилому корпусу. Ян под мышкой держал книгу, которая завтра станет оружием. Он пытался воспроизвести в памяти то, о чём его учили в техникуме, то, что говорил его тренер в школе. Но так, чтобы в голове была какая;то чёткая структура книги, он не мог её воскресить в памяти.

Кодекс был напечатан в типографии однажды, ограниченным тиражом, сугубо для служебного пользования. И Ян ни разу не держал его в руках и не видел открытых страниц.

Перед сном он несколько раз перечитал третий раздел. Но там была какая;то специфическая информация о собственности, правах собственников, прочем, наследовании и санкциях. И он никак не мог понять, о какой силе говорит Фея.